Затонские тайны

- Комнаты наконец привели в полный порядок. Завтра Анна займется выбором мебели, которую она там хочет поставить. Наверняка, она захочет что-то взять из ее нынешней комнаты. Уж пианино абсолютно точно переедет туда, - оживленно рассказывала Мария Тимофеевна за ужином. - Отважный вы человек, Яков Платонович, - усмехнулся Петр Миронов. – Согласиться жить с тестями – это прямо-таки подвиг. - Не столько подвиг, сколько наиболее разумное решение в нашей ситуации, - спокойно ответил Яков. Анна же только улыбнулась, вспомнив недавний разговор с родителями. Дело было пару недель назад. Штольман с момента официальной помолвки стал бывать у них дома практически ежедневно. Они в тот день по уже сложившейся традиции сели пить чай, и тут они с Яковом поняли, что родители явно волнуются. Разговор начал Виктор Иванович. - Анна, Яков Платонович, у нас с Машей есть для вас предложение, над которым мы просим вас подумать. Именно подумать, а потом уже принимать решение. - Папа, я сама начинаю нервничать, - улыбнулась Анна. - Нет причин, милая. Мы с мамой просто хотим предложить вам после свадьбы поселиться у нас. Штольман с Анной замерли в изумлении. - Мы понимаем, что это необычно, но нам кажется, что это было бы наилучшим вариантом. Яков Платонович, прошу прощения, что лезу не в свое дело, но, судя по тому, что я наблюдаю, вы приходите в свою съемную квартиру только ночевать. У меня ощущение, что последние дни вы у нас больше времени проводите, чем у себя. - Ваше мнение небезосновательно, - усмехнулся Штольман. – Я снимаю маленькую простую квартирку, поскольку большего мне и не надо было. Я планировал переехать в квартиру побольше, потому что нам с Анной Викторовной очевидно потребуется больше места. - Я так и думал. Но и в новой квартире не будет всего того, что является частью жизни Анны – книги, музыкальные инструменты, какие-то мелочи. Их, конечно, можно перевезти, просто мы все знаем, что вы здесь находитесь в командировке и через несколько месяцев вернетесь в Петербург. Вам просто не имеет смысл обживаться полноценно, поскольку ваша жизнь вас ждет в столице. Именно поэтому мы предлагаем другое решение. В этом доме стоит закрытым целое крыло. Изначально особняк предназначался для куда большей семьи, нежели наша. Это крыло можно открыть и обустроить для вас с Анной две, три или четыре комнаты, сколько вам захочется. - Кроме того, там есть отдельная ванная комната, - непривычно робко для себя вошла в разговор Мария Тимофеевна. - В результате вы с Аней будете жить вполне обособленно, - продолжил Виктор Иванович. – И если захотите, мы практически не будем пересекаться. - Виктор Иванович, вы нас действительно озадачили. Вы правы, нам с Анной Викторовной стоит обсудить ваше предложение. Спустя полчаса они с Анной сидели в беседке, наслаждаясь последними мгновениями осеннего тепла, и обмениваясь вопросительными взглядами. Наконец, Штольман прервал их игру в гляделки и сказал: - Аня, буду откровенен, я испытал огромное облегчение, услышав предложение ваших родителей. Меня самого мучило последние дни понимание, насколько вам будет некомфортно на съемной квартире. - В Петербурге мне вполне нравилось так жить, - возразила Анна. - Потому что в Петербурге вы обустраивались надолго и всерьез. Вы даже квартиру сняли с пианино. Тут же мы в командировке, которая может внезапно закончиться, и мы должны будем вернуться в столицу. Я так и живу. Моя нынешняя квартира выглядит совершенно казенно. Я готов в любой момент сорваться обратно, будь то через месяц или полгода. Но мысль, что и вы будете так жить, мне совсем не нравится. Особенно, дорогая, если вы ждете ребенка. В то время как совсем рядом есть дом, где все родное и привычное. - Я тоже об этом думала, - смущенно призналась Анна. – Но в предложении родителей меня беспокоит только одно. - Надо полагать, ваша матушка? – заговорщицки улыбнулся Яков. - Да. Мы часто ссоримся. Но одно дело ссориться сейчас и совсем другое, когда я выйду замуж и буду жить не своим домом, а по-прежнему в доме родителей. - Вы так похожи на Марию Тимофеевну. Характером полностью в нее. Неудивительно, что вы постоянно сталкиваетесь, - засмеялся Штольман, привлек Анну к себе и нежно поцеловал в висок. – Но, во-первых, если вам станет некомфортно, мы съедем в любой момент. А во-вторых, есть у меня подозрение, что Мария Тимофеевна это прекрасно понимает, так что количество ваших ссор заметно поуменьшится. Спустя еще пятнадцать минут будущая супружеская чета осчастливила родителей невесты сообщением, что они принимают их любезное предложение. Правда, Штольман твердо сказал, что он возьмет на себя соответствующую часть хозяйственных расходов. В результате последние две недели кипучая деятельность Марии Тимофеевны охватила еще и подготовку комнат в их доме для будущих молодоженов, успехом в чем она и похвасталась за ужином. После чая с яблочным пирогом Штольман сообщил хозяевам, что они с Анной намерены прогуляться. - Но на улице уже совсем темно, - удивилась, оглянувшись на окна, мать невесты. - Это ничего, Мария Тимофеевна, - улыбнулся Яков. - Подышим свежим воздухом. Обещаю вам вернуть Анну Викторовну в течение пары часов в целости и сохранности.