Затонские тайны

В библиотеке наступила потрясенная тишина. - Ну, теперь хотя бы проясняется ситуация с жестянкой, - нарушил молчание Игнатов. - Что за жестянка? – поинтересовался Миронов. Купец вопросительно взглянул на Штольмана и, когда тот кивнул головой, из сейфа достал жестяную коробку, несколько месяцев назад извлеченную из кладки дома. Протянул ее дядюшке. - Ба! – воскликнул Миронов, открыв жестянку. - Знакомо содержимое? – спросила Анна. - Не все, но некоторые вещи прекрасно знакомы. -Вот эту раковину моему школьному приятелю Василию Хвостовскому привез в подарок старший брат-моряк. Я уже не вспомню, как мы ее использовали. А вот этот листок, - Миронов с ностальгической улыбкой развернул картинку с Гефестом, - я самолично вырвал из учебника истории аж в пятом классе. Не буду вам рассказывать, что мне за это было в школе, а потом дома. Но с тех пор я накрепко запомнил, что вырывать страницы из книг нельзя. - Петр Иванович, - вновь вступил в разговор Штольман, - давайте начнем с самого начала. Как вы уже поняли, этот ваш гимназический клуб замешан в делах, которые очень интересуют полицию и другие ведомства империи. Рассказывайте. - Господа, но ведь это же было тридцать лет назад. И даже больше. Не представляю, как дела столь давно минувших дней могут быть замешаны в каких-то современных преступлениях. - Петр Иванович, рассказывайте, а мы уж будет разбираться, что да как. - Извольте. За пару лет до окончания гимназии мы с моим лучшим школьным другом, упомянутым Васей Хвостовским, придумали этот самый клуб «Гефест». Нам в Затонске было ужасно скучно, а интересы у нас были схожие. - Какие? - Да те же, что и сейчас. Непознанное, потустороннее, непостижимое человеческому разуму. - И сколько было участников в клубе? - Пятеро. Мы с Василием и еще трое ребят. Егор Мальков, который учился на класс младше, и близнецы Савельевы, которые были на два года младше. Причем мы увлекались всем этим антуражем тайных обществ, и в результате разработали строгую систему работы и существования клуба. - Чем вы занимались в клубе? - Да всей этой мальчишеской чепухой, до которой могли добраться. Пытались ставить алхимические опыты. Однажды нам в руки попал астрологический трактат, так мы его до дыр дочитали. Придумывали и исполняли различные ритуалы, например, в полнолуние. - И чем все закончилось? - Ничем. Мы выросли. Мы с Василием окончили гимназию и почти сразу уехали. Я в Петербург, он – в Москву. - И что, со своими соратниками по клубу больше не пересекались? - Почему не пересекались? Вася ныне известный московский архитектор. Егор Мальков преуспевающий в Затонске врач. Мы время от времени встречаемся на каких-то светских мероприятиях, когда я бываю в городе. - А Савельевы? - Насколько я знаю, один из близнецов несколько лет назад скончался, а второй живет в Твери. Не знаю, чем занимается. - Петр Иванович, если я правильно вас понял, вы с Василием Хвостовским создали клуб «Гефест» и, будучи старшими по возрасту среди его участников, фактически руководили им. Затем спустя два года вы окончили гимназию и уехали из Затонска, а оставшимся членам клуба досталась в наследство созданная организация с продуманной системой работы. В связи с этим у меня возникают вполне логичные вопросы: а что было с клубом дальше? он продолжил существовать после вашего ухода из гимназии и отъезда из города? и если да, то как долго? Неожиданно эти вопросы поставили Миронова в тупик. - Яков Платонович, честно сказать, я как-то не задумывался, что случилось с клубом дальше. Я уехал в Петербург и следующие три года не приезжал в Затонск. А потом уже прошло довольно много времени, и эта тема мне стала малоинтересна. Я через несколько лет мимоходом спросил о том, что было после нашего отъезда, у Малькова, но судя по его ответу, ничего интересного не было, и я решил, что клуб постепенно прекратил свое существование. - Судя по жестяной коробке, он продолжил существовать и весьма успешно. В ней собраны вещи, среди которых есть и пятнадцати-, и двадцатилетней давности. - Дядя, а что ты делал в особняке Столярова? – спросила Анна. - Этот заброшенный дом – он тогда еще, разумеется, не был в столь плачевном состоянии – был нашим излюбленным местом для клубных собраний. А я сейчас гулял по городу, проходил мимо и решил дать волю ностальгии. Ну и дал, как видите. - Петр Иванович, а какие еще места были связаны с деятельностью клуба? - Яков Платонович, помилуйте. Это было тридцать лет назад, а мы были мальчишками. Таких мест было множество. Например, самое первое, учредительное собрание клуба мы провели на Михайловской вышке… - На Михайловской вышке? – в полном восторге воскликнула Анна. – А я там так до сих пор и не была. Хотя папа все детство обещал меня туда свозить. - Что такое Михайловская вышка? – с недоумением спросил Штольман. - Михайловская вышка – это смотровая площадка в пятнадцати верстах от города. Была построена и вот уже более пятидесяти лет поддерживается семейством затонских купцов Михайловых. Говорят, оттуда открывается изумительный вид на окрестности. - И почему столько эмоций по такому вполне банальному поводу? – продолжил удивляться Штольман. - Потому что вышка находится в стороне основных дорог, - пояснила Анна. - Дорога туда идет через почти пустошь. Дорога плохая. Извозчики туда ездить не любят. В общем, чтобы там побывать, это приключение на целый день. Меня родители все детство обещали туда свозить, но так и не получилось. Дядя, а как вы мальчишками вообще туда добрались? - О, это отдельная история, - интригующе сказал Миронов. – Как-нибудь потом расскажу. - Ладно, тему вышки пока отложим. Возвращаемся к остальному. Петр Иванович, вам прямо сейчас придется вспомнить и рассказать нам все мельчайшие детали, связанные с вашим участием в клубе «Гефест».