Затонские тайны

Спустя еще час Штольман, обозревая исписанные листки блокнота, сказал: - Для начала, думаю, достаточно. Есть с чем начать работать. Спасибо, Петр Иванович. Но подозреваю, что ваша помощь еще может потребоваться. - С чего начнем? - азартно спросила Анна. - Вы, дорогая моя, начнете с визита к модистке, - улыбнувшись, ответил ей Яков. - Сейчас уже половина четвертого. А насколько я помню вчерашний разговор за ужином, на четыре вам назначена очередная примерка свадебного платья. - Совсем забыла, - расстроенно ответила Анна. – А может перенести примерку? - Ну уж нет, этого нам с вами Мария Тимофеевна точно не простит, и будет права, надо заметить. Так что, предлагаю расходиться. Вас ждет примерка, Павла Евграфовича – дела предприятия, а Петру Ивановичу не помешает пара рюмок наливки, чтобы справиться со всеми сегодняшними потрясениями. - А вы? - А я отправлюсь в полицию и как командированный в город чиновник по особым поручениям затребую, наконец, у Николая Васильевича содействия затонской полиции. - Но мы же сегодня еще увидимся? - Не знаю, дорогая, в зависимости от того, как пойдут дела. - Но вы нас все-таки держите в курсе дела. Хорошо? - Разумеется, - и, поцеловав Анну в щеку, Штольман покинул особняк Игнатова. Надежды Анны сбылись. Уже довольно поздно вечером Штольман пришел к Мироновым, однако по одному застывшему выражению его лица она поняла, что что-то случилось. Что-то плохое. Что-то очень плохое. - Яков Платонович, что произошло, - Петр Миронов также сразу понял, что дело неладно. - Нам надо поговорить, - отрывисто сказал Штольман. - Яков Платонович, да говорите, что случилось, - уже сама не своя произнесла Анна. - Эти полдня с помощью полученных в помощь от Трегубова полицейских я обследовал места, указанные Петром Ивановичем. Одним из них, как вы помните, была старая, заброшенная часть городского кладбища. Там среди прочего есть высохший старый колодец. При его обследовании в нем было обнаружено семь тел, вернее то, что от них осталось. Первое тело, находившееся в самом низу, было одето в форму гимназиста. - Господи, - побелевшая Анна обессиленно опустилась на стул. - Насколько можно судить на данный момент, первое тело было сброшено лет двадцать пять назад, а последнее – около пятнадцати лет назад. - Да что же это? – в полном шоке с трудом проговорил Миронов. - Это, Петр Иванович, значит, что придуманная вами юношеская забава у ваших последователей выродилась в кровавый культ.