ёжики на лето

Вопреки ожиданиям зрителя и здравому смыслу, Замай завёл перископ около шести утра: он выглядел свежо и явно был в приподнятом настроении. — Лайки, друзья, мне нужны ваши лайки, иначе я не скажу, на какую антихайп-тусу я прямо сейчас, прямо сейчас возьму вас с собой, – с гангстерским надрывом в голосе сказал он. Двое несчастных школьников, которых матери поднимали спозаранку, принялись судорожно тыкать на экраны своих смартфонов. — Сейчас мы дождемся Славу КПСС, друзья, и на хайптрейне… мы поедем на хайптрейне, друзья, но только когда у нас будет достаточно лайков, достаточно топлива. Трансляция, наполненная бессмысленными ответами на бессмысленные вопросы и обращениями к «друзьям» с просьбой накидывать лайки, длилась больше получаса, но ни одна антихайповая тайна не раскрывалась. Впрочем, не появлялся и Слава КПСС. «@pes2002: замай где слава??» – школьник, который, очевидно, уже стоял с рюкзаком у порога, продублировал этот вопрос в двенадцатый раз. — Слава… друзья, Слава не придет, пока мы не заправим хайптрейн лайками, – Замай обнажил прекрасные зубы, а затем посерьёзнел, – на самом деле, я и сам хотел бы знать, где Слава, надо ему позвонить. Но в этот момент в чате объявился Слава собственной персоной: «@gnojnyj2: я только проснулся». Лицо Замая вытянулось. — Ну ёб твою мать, Слава! – от гангстерского надрыва не осталось и следа. «@gnojnyj2: нарываешься на биф, за мать ответишь)», – с этими словами Слава, так и не внеся ясность в ситуацию, вновь ушел в офлайн. — Короче, друзья, – собравшись с мыслями, сказал Замай после некоторой паузы, – если мы не опоздаем на автобус, – а мы, видимо, опоздаем, – то наш хайптрейн отправится к Букеру, к Феде Букеру на загородную трэп-хату. Бабушка Феди нас соблазнила, да, соблазнила блинами, антихайповыми блинами, друзья, и все мы поедем в Мичуринское их дегустировать, вот так вот. Трансляция будет, скорее всего… ставьте лайки, да, не забывайте ставить лайки, всем респект.

***

«Трансляция завершена. Когда: Только что», – сообщил перископ немногочисленным зрителям, среди которых был и Гена Фарафонов. — Слав, бля, Слав! – он ткнул локтем успевшего вновь задремать Карелина. – Ты чо не сказал, что блины будут?! — Блинов не будет, это гнусная ложь, – откликнулся Слава. Гена слегка склонил голову и озадаченно посмотрел на его спину. — Ну поехали, может, а? — Завтра, Гена, всё завтра, – Слава накрыл голову подушкой и на вопросы больше не отвечал. «Завтра блинов может и не быть», – после недолгих раздумий заключил Гена. Такая мысль, в отличие от иллюзорных пока ещё блинов, пришлась ему не по вкусу. Тогда Фарафонов решил взять всё в свои руки, и начал с трусов. Наскоро одевшись и расчесав пятернёй седую челку, он обратился к гуглу с просьбой отыскать в Питере недорогое такси. Позвонил; назначили машину. Гена уговорил пяток андеграундных глазированных сырков, чтобы скрасить ожидание, и уселся на кухонный стул. Такси возвестило о своем прибытии лаконичной смской, и Гена, по пути захватив ещё парочку сырков в дорожку, уже направился было к выходу, когда вдруг вспомнил, что дверь в квартире Славы не захлопывается. — Закрой за мной дверь – я ухожу, – бросил Гена, небрежно приподняв подушку за уголок. — Куда? — К Букеру. После такого заявления Слава даже открыл глаза: — Всё было настолько хуёво? Фарафонов нахмурился: ишь ты, он собирается один во тьму парадной, а Слава шутки шутит. — До свидания, – сказал он, однако с места не сдвинулся. — До свидания, – ответил Слава. Прощание затягивалось. Звонок таксиста прервал молчание: время бесплатного ожидания подходило к концу, и он посоветовал поторопиться. — Да и хуй с тобой, – Гена отпустил подушку и покинул комнату. Отыскать «зеленый ВАЗ 2110, номер е112же» оказалось сложнее, чем предполагалось: после недели грязных дождей все машины, в особенности произведённые стараниями отечественного автопрома, были одинакового цвета. Но только в одном из автомобилей в это время сидел хитрый-прехитрый кавказец и поверх руля наблюдал за отчаянными метаниями пухлого паренька. Когда время бесплатного ожидания истекло, он удовлетворённо хмыкнул и, наконец, посигналил. — Автовокзал? – спросил он, когда запыхавшийся румяный пассажир втиснулся на переднее сидение. — Ага. Жигуль тронулся с места, но далеко не уехал: характерный звук удара тела о капот слился с клаксоном и громким армянским ругательством. Гена, имевший хорошую привычку пристёгиваться сразу, после резкого торможения отделался легким испугом. — Здрасьте! – сбитый пешеход Вячеслав как ни в чем не бывало влез в салон. – На автовокзал, будьте добры. — Ты что, ебанутый?! – заорал водитель. — Нет, он коммунист, – пробурчал Гена. Таксист матерился на родном и не родном всю дорогу, но, получив по прибытии хорошие чаевые, улыбнулся во все 19 зубов и пожелал счастливого пути, крепкого здоровья и успехов в личной жизни. Пока Гена любезничал с водилой, Слава заприметил в толпе знакомый свитшот с розами и уверенно отправился в его сторону. Когда Гена повернулся и не обнаружил подле себя Карелина, ему оставалось только вздохнуть и печально проследовать к кассам. — Помним гетто, ёжики на лето-лето… – Славина ладонь легла на плечо изучавшего расписание Замая. — Ёбаный в рот! – от неожиданности Андрей отшатнулся. – Ёжик, блядь, вот он ты кто такой. — Это я, да, – Карелин улыбнулся той-самой-улыбкой-которую-так-любят-описывать-в-фанфиках, – а ты билеты купил или чо там надо? — Себе купил, а тебя я вообще уже не чаял увидеть. Но ещё больше, судя по выражению лица, Андрей не чаял увидеть Гену Фарафонова, который приближался к ним с билетами в руках. — О! – только и смог сказать Андрей. — Доброе утро, – поздоровался внезапный Гена, и они обнялись так, как полагается обниматься настоящим оуджи, – Мичуринское же? — Же, – подтвердил Слава. – Пошли пирожков купим? — На вокзале покупать – ты чо, совсем парашник? – впервые за утро Гена смог продемонстрировать свой невероятный скилл юмориста, у которого КВН неспроста ворует шутки. На Славином лице снова появилась та самая улыбка, а вот Замай, к сожалению, фарафоновский звёздный миг прослушал: он был сосредоточен на голосе, сообщавшем номер платформы, откуда отчаливал автобус до Мичуринского. — Всё, пацаны, пошли, – он указал на выход к посадочным площадкам. – Кстати, кто знает, там интернеты ловят? Перископ заведётся?..