Две звезды. Судьба

Рокуро и Бэнио              - Ты… изменилась, - родной голос, как же она скучала по нему, сама себе не признаваясь в том, что после его отъезда, ей стало … пусто, одиноко…       - Ты тоже, - её тихий шепот, Бэнио не решается говорить громче, чтобы не нарушить возникшее между ними единение. Ей сейчас так хорошо, просто стоять, ощущая тепло его рук на талии, слышать ровный, спокойный стук сердца, отмеряющий время, что они вместе, счастье? Скорее всего оно и есть.       - Бэнио, - позвал он, приподнимая ее лицо, - ты…, - Рокуро замялся, не зная, как спросить, нет, как сказать.       - Ты не постеснялся перед всеми онмеджизаявить, что я предназначена тебе звездами, но боишься признаться в чувствах, когда мы вдвоем?       Рокуро смотрел на ее лукавую, чуть смущенную улыбку, и ругал себя за нерешительность. Сложно, очень сложно признаться первым, даже если понимаешь глубоко внутри, что чувства взаимны. Он не задумываясь кидался в бой с самыми опасными противниками, но вот произнести заветные слова так же легко не получалось, язык онемел и горло вдруг запершило. Однако ее слова напомнили ему, что и Бэнио характера не занимать, она всегда сражалась с ним на равных, даже тогда, когда их впервые испытывали и в бою, и на свидании, она была рядом, рука об руку, и также, как и он, волновалась ничуть не меньше.       - Я… дурак, - уткнулся лбом в ее макушку, смеясь над собой и своим не к месту проявившемся желанием, что невозможно было утаить в таком положении, - но твой дурак, который без тебя не может.       Бэнио и сама вдруг резко почувствовала, что он не просто близко, а прижимается всем телом, вдавливая ее в стену, и оттого следующий вдох стал резким, глубоким, а сердце ускорилось в момент.       - Дурак, - согласилась она и добавила, потянувшись первой к его губам, - любимый.       Рокуро ответил сразу, целуя сильно, страстно, но неумело, ведь кроме того поцелуя после битвы, у них нечего не было, а он честно ждал ее, не заглядываясь на других, хоть и предлагали, да и не до того ему было, он хотел стать сильным, чтоб вернуться к ней.       Губы были мягкими, влажными, языки сталкивались друг с другом, и голова кружилась. Рокуро казалось, что его кровь горит, вскипая, а Бэнио – парила, не видя стен, не чувствуя пола под ногами. Она первая отстранилась, делая судорожный вдох, перед глазами все плыло, и непривычно тянуло низ живота.       - Бэнио, я хочу…, - хриплый шепот отозвался дрожью по телу, - я могу…?       Мысли в голове у Рокуро путались, слова не хотели доносить правильный смысл того, что он хотел сказать, а ему надо было спросить, очень надо.       - Да, - она поняла его без слов, как всегда, поняла, как женщина, четко зная, что она желанна, так почему бы и нет, ведь она тоже его ждала, остальные меркли в сравнении с ним.       Рокуро застонал, открыто, ничуть не смущаясь и руки его дрожали, когда он стягивал с нее платье, разодрав пуговицы на плече, хорошее платье, легко снимается. Бэнио осталась в белье, обычном, хлопковом, ничего особенного, это потом она научиться играть и соблазнять с помощью кружева, но сейчас, глядя на то, как лихорадочно блестят глаза Рокуро, ей и этого с лихвой.       Смущение? Оно для тех, кто сомневается, а они дышали друг другом, не обращая ни на что внимания. Он хотел ее, она – его, что может быть проще? Естественней? Правильней?! Ничего.       Справившись с одеждой, Рокуро сделал шаг, вплотную подходя к девушке, стягивающей резинку с волос. И снова поцелуй, горячий, сладкий, туманящий рассудок. Наверное, надо добраться до футона в спальне, но сил нет, поэтому Рокуро, не прерывая поцелуя, лишь подсаживает девушку на тумбу, стоящую рядом, так целовать удобней, теперь они одного роста и не приходится наклоняться.       Бэнио дрожит, он слишком горячий, слишком близко, все … слишком. Но его поцелуи все, о чем она сейчас может думать. Его руки, гладящие спину, бедра, раздвигающие ноги – якорь, что держит ее, не давая потеряться в этом море, что бушует вокруг. Его губы, что целуют шею, а потом и грудь, и живот – все, что ей сейчас требуется.       Рокуро еле сдерживался, чтобы не сжать изо вех сил, не сделать больно, потому что ему было мало, мало ее стонов, сначала тихих и неуверенных, но с каждой минутой все более громких, ее тела, что он пробовал снова и снова, ее вздохов, коротких, неглубоких, потому что она горела страстью, как и он. И вскрик, который навсегда останется в его памяти, когда он втянул небольшой холмик груди в рот, шалея от собственной смелости.       Он сам терял рассудок, чувствуя ее руки на плечах, гладящие нежно, а потом все сильнее, ее поцелуи, которыми она осыпала его лицо, шею, плечи. Обоим не верилось в происходящее, что это взаправду, что они вместе, пусть и прошло два года разлуки. Тот, кто не терял, не понимает, какого это, остаться одному, и не понимает, какого это, когда снова вместе.       Рокуро знал, что в первый раз ей будет больно и старался как мог, чтобы загладить боль вторжения. Поэтому и опустился на колени, целуя плоский живот, а потом и лоно. Он сам не ведал, что творил, но инстинкты вели его, Бэнио вздрогнула, сжалась и осела, впервые познав блаженство.       Не давая ей прийти в себя, он вошел одним движением, дабы не мучить ее и сам застыл, пытаясь не двигаться, не сойти с ума, от того, как она ощущалась, от того какой горячей была и лишь ее стон, на этот раз совсем другой, остановил его. Бэнио было больно.       - Я больше не могу, - хриплый шепот, извиняющийся перед ней, и первый толчок, от чего он сам дрожит, и мышцы не хотят слушаться, а бедра уже снова двигаются, и он целует ее, стараясь отдать хоть частичку своего удовольствия.       Бэнио не знала, что так бывает, что это так прекрасно. Она была в эйфории, пока Рокуро не вошел, и лишь благодаря тому, что она не раз испытывала боль в сражениях, ей удалось сдержать крик и не оттолкнуть его. Но это правильно, такова природа. Сначала она получила свое удовольствие, теперь очередь Рокуро, она потерпит, ради него. Его движения неприятны, но смотреть на него, ощущать его силу, страсть, что он и сам на грани, пожалуй, все не так плохо, а, уж, когда он снова поцеловал ее, определенно, неплохо.       Рокуро сделал новый толчок, и почувствовал волну, окатывающую с ног до головы будто кипяток и не смог сдержать протяжного стона. Открыв глаза, увидел, что Бэнио смотрит на него, и улыбнулся, она в ответ, и он снова потянулся к ней за поцелуем.       Они справятся. Они вместе. Все остальное неважно.