Прошлое возвращается.

Вика сходила с ума. Только так девушка могла объяснить свои сны и какие-то вспышки образов, которые каждый раз выводили ее из нормального состояния. Она не могла больше различать, где шутки ее подсознания, а где реальные картины из прошлого. Она не понимала своей жизни. Не понимала, где ложь и, где правда. И главное, не могла понять хочет ли она знать эту правду. Она нарезала круги по комнате и пыталась вспомнить хоть что-то из ее прошлой жизни. Она цеплялась за картинки из сна и пыталась разгадать в них скрытый смысл. Каждый раз прокручивая в голове тот или иной образ или слово из сна, она натыкалась на стену. Казалось, что эту стенку, что блокировала ее память, можно было потрогать руками. Она была как будто также реальна как и скромная мебель ее комнаты. Ничего не получалось. Память ее подводила. Ее прошлое как будто стерли ластиком, оставив только едва различимые контуры. Но по этим контурам нельзя было прочитать хоть слова из того, что было в ее жизни до Леши и всего этого ненавистного подземелья. Она не помнила солнечного света, не помнила звезд, не видела желтых листьев и совсем не помнила, как умела радоваться первому снегу. Она не помнила себя прошлую, но знала, что ее настоящее – это не она. Умело слепленная послушная копия, не более. Моментально кончились силы. Как будто кто-то невидимый высосал у нее все желание жить дальше. Провели огромный туннель, а в конце почему-то забыли включить свет. И теперь Вика не знала, куда ей идти и, где найти этот свет, который поможет выбраться из этой тьмы. Она всегда думала, что дочка – это самое важное в ее жизни, что это единственный человек ради которого Вика не задумываясь отдаст свою жизнь. Но почему-то сейчас подсознание упорно говорило о том, что в ее прошлой жизни был другой человек. Человек, который делал больно, но она упорно продолжала жить ради него. Кто этот человек? И почему при одной только мысли о нем так больно щемит в груди? Присев за стол, Вика уронила голову на сложенные руки. Она отчаялась. Она потерялась. Именно сейчас, когда ей нужны были силы продолжать бороться, она сдалась. Ей не хватает запала, ей не хватает стимула и решимости пойти против течения, которое было слишком сильным для одной хрупкой девушки. Она понимала, что попытка выбраться отсюда может стоить ей жизни дочери. Ведь Леша прекрасно понимал, что самое главное для Вики – это дочка. *** Даша не могла уснуть. Им перестали колоть успокоительное, и теперь она очень плохо спала. В ночь после визита Вики и Леши, она вообще не сомкнула глаз. Она хотела поговорить с ребятами по поводу Вики, но по лицу Макса поняла, что лучше пока не заводить эту тему. Ее друг еще не успел отойти от смерти возлюбленной. Хотя, о каких чувствах может идти речь, если в последние несколько лет они только и делали, что пытались спасти свои жизни? С ужасом вспоминая эти годы, Даша в какой-то степени была даже рада оказаться в этом подземелья. Теперь им не надо было думать о том, где найти независимую лабораторию и деньги для изготовления вакцины. Конечно тот факт, что теперь их жизни зависят от веления Леши ее не радовал, но она была счастлива, наконец, немного отдохнуть от вечной гонки за жизнью. Еще ей вспомнился визит Вики. Она не могла поверить, что перед ней стоит ее любимая подруга, которую она уже отчаялась увидеть вновь. Только вот потерянный взгляд, непонимание написанное на лице, истинный испуг – это была не Вика Кузнецова. Или Вика, но совершенно другая. Что могло так изменить ее подругу детства? Большое горе, неразделенная любовь или какие-то другие обстоятельства, о которых и подумать-то страшно? -Ты даже сейчас пытаешься найти ей оправдание, - с укоризной сказал Андрей. Даша повернула голову в его сторону. Андрей долго и очень внимательно разглядывал свою любимую и смог с точностью определить, чем сейчас заняты мысли Даши. -Андрей, ты должен меня понять, - Даша села на койке, - Я не могу просто так взять и поверить, что Вика предатель. Не могу! Андрей встал со своей койки и подошел к Даше. Он возвышался над ней, как тень всех грехов, которые они успели совершить за свою нелегкую короткую жизнь. Им всего 20, а у них за плечами столько, сколько не у каждого семидесятилетнего. -Тогда объясни мне, какого черта она здесь делает? – она впервые видела его таким злым, - Ее не было рядом и ты не можешь сказать, кто теперь такая Вика. -Андрей, но она была моей подругой! – как-то печально попыталась возразить Даша. Андрей взбешенно всплеснул руками, - Она не была рядом с тобой, когда Рома умирал у тебя на руках! Ее не было рядом, когда ты сама захлебывалась кровью и думала, что живешь последний день! Где она была все это время? Пряталась в этом чудесном подземелье, в пристанище нацистов? -Заткнитесь вы оба! – неожиданный рык Макса заставил Дашу подпрыгнуть от испуга, - Вы, черт вас дери, долго собираетесь обсуждать Кузнецову? Вы реально ополоумели или не понимаете что она предательница? Или ваши уши заложили и вы не слышали, как этот херов внучок херовой бабушки говорил о том, что она его правая рука? Договорив свою злобную, пропитанную ненавистью, тираду, Макс отвернулся от друзей и с головой накрылся одеялом. Он не хотел слышать их ответов. Невнятных оправданий Даши и слов-согласия от Андрея. Он хотел уснуть и проснуться в другом месте – в том мире, где его любимые люди не умирают, а сам он не харкает кровью каждые сутки. Его можно было понять. Лиза была последним напоминанием о том, что такое простая жизнь. Даша и Андрей переглянулись. Им всем было тяжело, но почему-то только одна Даша не теряла веры в лучшее в людях. *** Дверь бесшумно открылась и в ее комнате появился Леша. Вика бы не встала бы ему на встречу и даже бы не обратила на него внимания, если бы не тот факт, что на его руках была ее дочь. Даша была непривычно бела, хотя ее щечки всегда покрывал симпатичный румянец. Вика вспорхнула с кровати и в считанные секунды оказалась рядом с Лешей, забирая свою дочь. Даша на ее руках немного поморщилась, - Мамочка… - еле слышно прошептала Дашенька. -Тихо, тихо, малыш, - ласково прошептала Вика, - Я рядом. Перехватив дочку удобнее, Вика стала ее легко покачивать, чтобы та быстрее уснула. Сон лечит, но что-то подсказывало Вике, что дочка не просто простужена. Напевая тихие мотивы детских колыбельных, Вика не обращала внимания на Лешу, который стоял в дверях комнаты. Она думала только о том, что происходит с ее дочерью. Почему ее малышка, которая всегда пылала искренней жаждой жизни, вдруг стала похожа на затухающий огонек? И почему вид Леши с ребенком на руках был настолько виноватым? Дашенька уснула, но лоб девочки был настолько горячим, что Вика понимала – безмятежный сон дочери не продлится долго. Уложив ее на кровать и прикрыв одеялом, Вика обернулась к двери и вопросительно посмотрела на Лешу. -Что? – нервно спросил он. Вика медленно шла в его сторону. Она сжимала кулаки и яростно щурила глаза. -Какого черта? – яростный шепот Вики был похож на шипение змеи, которой всадили гарпун в хвост, -Что с моей дочерью? Леша пошел ей на встречу, - Я не знаю, что с ней. Инъекции были полностью безопасны – никаких последствий не должно было быть. Они стояли всего в полуметре друг от друга. Напряжение и ярость можно было потрогать руками. -Никаких последствий? – Вика кивнула в сторону дочки, - А что по твоему это? Это не последствия? -Я не знаю, что это. Никто не знает. Вике не надо было себя сдерживать. Она поклялась себе, что не будет делать никаких шагов вопреки, если ее дочь будет в безопасности. Леша первый перешел черту дозволенного – он заразил чем-то ее дочь. Теперь ее руки развязаны. Ей больше нечем жертвовать. Собрав в себе всю боль, которую испытывало ее материнское сердце, собрав всю злость, что накопилась в ее душе за все три года, Вика не сдерживаясь ударила Лешу по лицу. Это не была банальная женская пощечина. Это был четкий сильный удар, к которому ни ладонь Вики, ни Лешино лицо не были готовы. Одновременное «Черт» служило тому подтверждением. Прижав ладонь к лицу, Леша улыбнулся. Злобной улыбкой. -Я понимаю тебя. Никому, кроме дочери, ненужная девушка без воспоминаний, которая в 20 лет перенесла столько всего, что в пору лезть в петлю. -20 лет? – перебила его Вика, - Ты говорил, что мне больше. Что еще в моей биографии ложь? – яростно зашептала Вика, - Мои родители действительно погибли в автокатастрофе? Я действительно была избита во дворе собственного дома до полусмерти после чего потеряла память? Кто я, твою мать? Леша засмеялся, - Вы все живете прошлым. Вы пытаетесь найти его, восстановить и не терять с ним связи. Вы искренне верить, что без прошлого нет настоящего. А чем тебе не настоящее то, что происходит сейчас? – он обвел рукой комнату, - Кто ты? Никто. Твои родители похоронили тебя несколько лет назад. Во всех базах данных всего мира Кузнецова Виктория – погибшая в уличной потасовке наркоманка, которая страдала сильной шизофренией и ее записи в дневниках, обнаруженных на личном компьютере прямое доказательство. Бедная девочка в 16 лет писала об убийствах, вирусе и фашистах, которые затаились в подземелье и готовят удар. Ты падаль этого мира, похороненная в закрытом гробу. -Какая же ты тварь, - обессиленно прошептала Вика. -Слабые должны умирать. Ты была слабой. Ты умерла. Сейчас ты сильнее и твоя новая жизнь – это единственное, что есть у тебя, - он схватил ее за руку и притянул ее к себе, - Забудь о своем прошлом, - он прошептал ей это в ухо тихим, едва слышимым шепотом. Вика оттолкнула его от себя и отошла на пару метров. Она смотрела на него и как будто видела в первые. Его истинное лицо, которое она только сейчас смогла увидеть, ужаснуло ее. Каким же надо быть великолепным актером, чтобы так долго прятать истинное лицо? -Я предлагаю тебе начать работу с дочкой, - с ехидцей сказал Леша, - Что-то подсказывает мне, что у тебя осталось не так много времени. *** Вика обессиленно спустилась по стене вниз и прижала руку ко рту. Она пыталась не заорать в голос, чтобы не разбудить дочку, которая наконец смогла уснуть. Сильная слабость дочки и мучительный кашель пугали Вику, приводили в ужас. Она не знала, что с этим делать. Ни одно лекарство, имеющееся в ее распоряжении не помогало. Кашель не стихал, только усиливался. Подключение дочери к аппарату сканирования – решение, которое далось Вике с огромным трудом. Она не хотела даже и думать о том, что за вирус в крови ее дочери. Это было последней чертой – ее незнание, потом останется только глупое ожидание конца. А вместе с сердцем дочери, остановится и сердце Вики. Ее жизнь кончится. Ярость, охватившая Вику, когда она увидела на экране код ошибки – 1481. Это не может быть правдой! Это какой-то сон и Вике просто надо было проснуться. О том, что это никакой не сон упорно твердили цифры 1481, которые появлялись на экране. Как ее дочь могла заразиться этим вирусом? Она не была в контакте с зараженными – это точно. Неожиданная догадка просто порвала Викино сердце в клочья. Вика упрямо качала головой. Этого просто не могло быть. Не мог он так опуститься. Не мог. Хотя, почему она продолжает настолько упорно верить в лучшее после всего того, что случилось с ней? -Я думаю ты догадалась, что происходит, - механический голос в громкоговорителе напугал Вику. -Ошибка 1481? – Вика поднялась с пола, - Вирус тех ребят? Раскатистый смех наполнил помещение. Вика посмотрела на дочь – главное, чтобы девочка не проснулась. -Я подумал, что тебе нужен дополнительный стимул в работе, - веселый тон Лешиного голоса вызвал у Вики рвотный позыв, - Ты будешь работать в два раза быстрее, если у тебя будет личный мотив. Считай, что Даша – это твой личный мотив. -Мой личный мотив? Неужели, Даша совершенно ничего для тебя не значит? Снова смех, - Мы уже разговаривали с тобой на эту тему. Голос отключился. Вика посмотрела на свою дочь и осознала, что шансов на спасение практически нет. *** Она шла по коридору. Двери из темного дерева, богатый интерьер, картины на стенах. Она не знала, где она находиться, но точно знала, что ей необходимо здесь быть. Она не может покинуть эту территорию, кто-то не дает ей выбраться. На ней обычная повседневная одежда, но почему-то ей кажется, что она должна быть одета в форму. Как всегда, синий свитер и юбка. Белая футболка и короткие шорты почему-то казались ей неуместными здесь. Неожиданно Вика почувствовала слабость. Ухватившись за косяк ближайшей двери, она попыталась прийти в себя. Сильный кашель заставил ее сложиться пополам в попытке откашляться. Несколько минут непрерывного лающего кашля и она видит небольшие красные точки на своей белой футболке. Испугавшись она поднесла руку ко рту. Кровь. Ее пальцы были в багровых пятнах. *** Проснувшись Вика посмотрела на свою руку и только потом поняла, что все это был сон. Она снова находилась в подземелье, рядом с ней была ее дочь, зараженная смертельным вирусом. Но только сейчас, после этого сна, Вика поняла, каким образом вирус мог попасть к ее дочери. Встав с кровати, Вика налила себе стакан воды. Холодное стекло немного взбодрило. Она была поглощена своим сном. Теперь она практически на сто процентов уверена в том, что когда-то она тоже была заражена этим вирусом. Осталось разгадать тайну вакцины и сделать это надо в кратчайшие сроки.