Наперекор Судьбе

Ночь. Неполная луна освещает спящий город. Редкие фонари горят тем светом, который еще дает надежду на восход солнца даже в самое мрачное время. На улицах ни души. Все люди давно спрятались в своих норках, боясь высунуть носа. Все знают, что давно прошло время ночной жизни, осталась только радость светлого дня. Даже на машинах никто не смеет перемещаться. На стене дома мелькнул силуэт девушки. Она осторожно шагала по пустому проспекту. Страх сковал ее сердце. Она опасалась, что на ее пути окажется нечто ужасное. Среди населения давно прошел слух, что правительство ограждает их не от террористов, а от некой потусторонней силы. И слухи эти были страшней с каждой новой байкой, большая часть которых появилась с установкой комендантского часа. Людей находили разорванными в клочья, в луже собственной крови или, еще хуже, живыми, способными рассказать весь этот ужас, не упуская ни единой подробности, но такие люди были нежильцы, будто они живы только для того, чтобы пристращать людей. Девушка судорожно оглядывалась, опасаясь встретить нечисть, но постепенно осознала, что тот испуг, что она ощущала, находясь дома, был гораздо сильнее, чем сейчас. Каждый шаг становился уверенней, а она более не осматривалась, окончательно убедив себя, что все эти россказни — один большой вымысел, единственной целью которого было испугать всех настолько, чтобы никто не показался на улицах. Позади нее моргнули фары автомобиля. Она вновь обрела потерянную трусость, но обернулась. Под холодным светом автомобильных фар водителю удалось ее рассмотреть. Стройная, чуть выше среднего роста, на первый взгляд, ей лет двадцать. На ногах темные кеды, выше выгоревшие, потертые джинсы, на плечи накинута очевидно большая ей куртка, из-под которой проглядывала серая толстовка. Овальное лицо обрамляли каштановые волосы средней длины, которые, как ни старалась хозяйка, ниже не росли не росли. В зеленых глазах горел испуг и появлялась маленькая искорка желания сбежать. Сердце было готово выпрыгнуть из её грудной клетки. Это чувство мешало ровно дышать. Она тоже попыталась его разглядеть, но, кроме ежика, предположительно, светлых волос, высокого роста и нехилого телосложения, ничего распознать не удалось. По характерному отблеску она разгадала кожаную куртку. Но внимание привлекло несколько другое. Чуть ниже, параллельно ноге, куда потянулась его рука, расположился длинный, отливающий холодной сталью, клинок. Еще мгновение и мужчина видит только стремительно удаляющуюся спину. — Стой! — крикнул он и рванул за ней. Если бы она была не человеком, то он это понял бы сразу. Но нет, такие — явно не могут быть нечистыми. И очень похоже, что ей нужна помощь. Иначе, чего ради она вышла из дома, когда давно пробил комендантский час? Она бежала, стараясь увеличить расстояние между ними. И, чувствуя, что она уже далеко от него, ощутила, как ее придавливает к еще теплому асфальту дороги мужским телом. — Кто ты такая? — услышала она его мягкий баритон, сдобренный теплой и любопытной улыбкой. — Хочу тот же вопрос задать вам! Слезьте с меня! — она наугад пихнула локтем. — Полегче, крошка. Что ты здесь делаешь? — он поднялся на ноги и протянул ей руку. — Опять же, к вам тот же вопрос, — она игнорировала его жест и встала сама. Она, неожиданно для себя, нагло смотрела на мужчину. Растрепавшиеся волосы лезли в лицо, что ее и так раздражало, но теперь прибавилась выходка этого незнакомца, едва сдерживающегося, чтобы не засмеяться, глядя на нее как на маленького бойкого воробушка. — Ты мне на каждый вопрос так отвечать собираешься? — усмехнулся он, поправляя ножны на боку. — Почему нет? — Ладно… Давай так: ты скажешь, где ты живешь, я тебя подвезу, и больше не встретимся? На его лице больше не было даже тени улыбки. Это был серьезный мужчина, готовый отвечать за все, что только попадет под его крыло, и сейчас он стал ощущать пока еще слабую ответственность за это юное создание. — Как-нибудь сама доберусь, благодарю. Девушка оглянулась на пустые улицы, которые казались ей более безопасными, чем этот незнакомец. Но что ей оставалось делать? Она не могла оставаться на улице в такое время суток, да и у нее не было никакого желания рисковать своей жизнью. Рука незнакомца схватила ее запястье, она увидела, как нахмурился мужчина. — Не глупи. Ты сама знаешь, что тебе тут нельзя находиться, поэтому поехали. Так что? Ты со мной или утром мне искать твое истекающее кровью тело где-то на площади? — До этого момента оно не истекало… — она испуганно отшатнулась назад, но мужчина все еще держал ее за руку. — Ты сама знаешь, что до рассвета еще далеко. В эту секунду у него был очень тяжелый взгляд. Так или иначе, нельзя ее оставлять здесь одну, но заставить ее прислушаться к разуму он тоже не может. Сейчас не до шуток и угроза ближе, чем может показаться. В его темных, почти черных глазах не было никакого проблеска, как будто они только поглощали свет, и совсем ничего не отражалось. — Вы мне угрожаете? — Что? — он опешил, — О чем ты вообще думаешь? Ты правда считаешь, что кто-то бы установил комендантский час просто так? Если ты такая упрямая, оставайся тут. Какая мне вообще разница, подумаешь, утром будет на одно мертвое девичье тельце больше… Мужчина направился в сторону своего автомобиля, не оборачиваясь на девушку. Она мгновение постояла в раздумье, но рванула за ним. Он услышал ее почти бесшумные шаги, ухмыльнулся, но продолжил путь. — Подождите! — воскликнула она, — Я думаю, вы правы.