Симуляция смерти

Чжунмен скользил пальцами по клавишам, отвечая на письмо начальнику научного отдела, когда Ифань, негромко постучавшись для приличия, вошел в его кабинет. Ким метнул взгляд на часы в углу экрана: 21.36. Когда его супруг успел вернуться? У него же вроде были дела вечером? Он и сам не заметил, как последний вопрос задал вслух. - Все прошло быстро. Я появился на вечеринке, сделал несколько фото и покрутился среди гостей достаточно, чтобы узнать все сплетни, что мне были интересны. Чжунмен тихо рассмеялся: - Из тебя бы вышел превосходный шпион. Только в кожаных штанах было бы неудобно убегать от преследования. - Как видишь – их я больше не ношу, - омега поднял взгляд на У и чуть прищурился, улыбаясь. Его супруг был одет в джинсы и рубашку, наверняка баснословно стоящие, но с виду вполне комфортные. - Должен признать, что это даже к лучшему. В простой одежде ты куда привлекательнее, чем в своих безумных костюмах. - Сам мистер Холодность только что сделал мне комплимент? – рассмеялся У, заставив Кима закатить глаза. Альфа опустил на рабочий стол супруга небольшой поднос, на котором были кружка кофе и сладости. – Я подумал, что тебе не помешало бы взбодриться. - Не могу не согласиться с тобой. Работы – непочатый край. - С тех пор, как Хань уехал, ты из кабинета почти не вылезаешь. Все в порядке? - Да, просто хочу освободить заранее немного времени, чтобы по его возвращении побольше побыть вместе. К тому же со дня на день может начаться течка, - он слегка поджал губы, - что означает примерно неделю в одиночестве, а ты знаешь, что я это ненавижу. - Тебе… тебе необязательно проводить ее одному. Я… Я могу выпить твои новейшие блокаторы для альф. - Они не дают стопроцентного результата, - покачал головой Ким. – Я не хочу, чтобы тебе было больно, я ведь как никто знаю, какие реакции происходят в твоем организме при появлении на горизонте течной омеги. А если учесть, что мы… Что у нас… Если учесть нашу непростую ситуацию, все может осложниться еще больше. - Ты мне не доверяешь? Чжунмен помедлил с ответом, обхватил ладонями кружку, а затем ответил негромко: - Себе не доверяю. - Эй, - Ифань обошел стол и присел на его край перед омегой, внимательно глядя на него. – Есть что-то, о чем я не знаю? - В последние пару лет течки особенно болезненны, - слова давались Киму очень непросто. Он откинулся на спинку кресла, повернул голову к супругу и тяжело вздохнул: - Я даже несколько раз думал воспользоваться… Профессиональной помощью. У нахмурился, не сразу поняв, что это означает, но когда осознал – его горло сковал рык: - Значит, лучше трахаться с кем-то за деньги, чем… Чем… - Чем что? – Боги, он всегда ходил по тончайшей грани, когда злил Ифаня. Бывало такое редко, но, как говорится, крайне «метко». - Чем подпустить меня к себе! - Эй, мы друзья. Скоро разведемся… Тебе не кажется, что это… Было бы странно? - Странно?! Странно – это когда я трахаю каких-то левых омег, а ты страдаешь от болей в течку, в то время как мы могли бы вполне мирно решать эти проблемы только вдвоем. Но, черт возьми, я не могу пойти против твоего желания! Потому что я… Уважаю тебя… - прорычал он сквозь сжатые зубы. – А еще знаешь, что такое «странно»? – он наклонился ближе к омеге, и тот невольно втянул носом воздух, пропитанный альфа-феромонами. – Странно, это то, что ты за двадцать лет не заметил, что мои любовники одного с тобой типажа. Чжунмен вздрогнул, расширившимися глазами глядя на супруга. Что?.. Неужели он… И впрямь проглядел это?.. Если задуматься, пусть те мальчишки и были моделями, актерами, айдолами, а то и вовсе вышли «из народа», они были не слишком высокими, худощавыми, темноволосыми, некоторые даже имели сходные с Меном черты лица. Изображения тех, кого когда-то трахал Ифань, словно встали перед глазами Кима, и он судорожно вздохнул: - Черт возьми!.. - Вот это странно, Чжунмен. Это просто гребанный цирк – искать кого-то, кто похож на тебя, чтобы дарить ему ласку, а затем, когда он заснет, прижимать к себе и говорить о том, что хотел бы сказать одному лишь тебе. - Ифань, - пробормотал Ким, чувствуя, как стремительно алеют щеки и шея. – Мы… Мы же говорили о том, что если ты притронешься ко мне – я немедленно подам на развод! - Ты и подал. А значит, что мне ничто не мешает сделать это, - У резко толкнулся вперед, обхватывая ладонями лицо Чжунмена и приникая к его губам своими. В сознание омеги ворвался целый сноп ярких, острых ощущений, которые ударили по нервам столь резко, что Чжунмен приоткрыл рот, выстанывая. Этим и воспользовался У, сплетая их языки, зарываясь в темные волосы сильными пальцами и целуя напористо и влажно, самоуверенно, как бы мог альфа. Но при этом… В том, как он держал Кима, как дрожали его пальцы, было столько нежности и контролируемого огня, что Чжунмен ощутил, что нестерпимо хочет ответить на поцелуй. Но не успел – Ифань отстранился, сорвав с губ омеги негромкий разочарованный вздох. В последний раз Чжунмена целовали так давно, что он и забыл, насколько это ощущение чарующе приятно, и теперь губы горели и жаждали нового поцелуя, вот только альфа лишь хитро улыбался и делал вид, что это была единовременная «акция» и продолжение его больше не интересует. Позабыв свою усталость от возмущения, Чжунмен вскочил со стула, опрометчиво встав между длинными ногами сидящего на столе альфы, и толкнул его в грудь: - Да как ты посмел! Я думал… Я думал, ты уважаешь мое решение! - Наш договор был аннулирован после того, как мы поставили подписи на документах о разводе. Теперь я могу открыто сказать тебе, что люблю, - кажется, идти напролом У считал лучшей стратегией. Чжунмен смущенно отвел глаза, потирая шею, но альфа тут же обхватил его ногами и резко притянул к себе ближе, заставив посмотреть на себя. – Теперь нас ничто не держит. Брак, который ты так ненавидел, почти в прошлом. Наш сын уже взрослый и скоро создаст свою семью. А мы не молодеем – представляешь, я нашел у себя седые волосы! Ким тихо рассмеялся, качая головой: - Ну да, виски уже белеть начали. - Вот, а я о чем! Хэй, Мен-а, - слегка наклонил голову к плечу мужчина. – Люди, что сломали твою жизнь, как бы это грубо ни звучало, мертвы. Я за двадцать лет ни разу не нарушил свое обещание и не попытался использовать тебя, потому, возможно, ты можешь довериться мне? - Как ты и сказал, этот брак скоро останется позади. Неужели ты не хочешь свободы? Не хочешь найти того, кто разделит твою любовь? - Моей любви всегда хватит на двоих, - негромко ответил У, впервые ощущая себя настолько уязвимым. – Ты можешь не любить меня. - Это неправильно, - Ким поджал губы. – Ты – замечательный человек, и я не хочу, чтобы ты страдал. Я же говорил, что по-своему… Даже люблю тебя. Ты – моя семья и я тебе доверяю, но… Но стоит ли нам пробовать что-то большее, чем то, что мы имеем сейчас? Ты все равно останешься моим близким другом, а развитие… Может все усложнить. Вдруг это разрушит нас? Разрушит то, что у нас есть? - Я позволю тебе сделать меня подопытным кроликом в своей лаборатории, если такое произойдет, - без улыбки ответил У. – Ким Чжунмен. Ты – сокровище, и я не собираюсь от тебя отказываться. Если только ты… не хотел бы уйти к другому мужчине. У тебя… Возможно, кто-то есть? Ким задумался на несколько мгновений: - Я… Я пару раз был на свиданиях, но это больше напоминало деловые обеды. Ко мне никто не прикасался за эти двадцать лет, ни разу. Даже я сам… Это делаю нечасто. Полагаюсь на лекарства и отвлекаю себя работой. Ифань тут же поднял руку, мягко положил ее на шею омеги, слегка поглаживая кожу большим пальцем, и с восторгом ощутил дрожь, которой отозвалось тело Кима. - Не… Надо. - Тогда давай заключим новый контракт. Краткосрочный. - И каковы… - Ким облизал губы, когда ласка пальцев переместилась на кадык и ключицы. – Каковы будут его условия? - У меня есть несколько дней до того, как у тебя наступит течка. За это время я постараюсь показать тебе, что смогу стать альфой, который заслуживает тебя. И ты решишь, так ли это. Если да… Я останусь в доме во время этого периода. Это необязательно значит, что мы будем спать – я готов пить любые блокаторы. Я буду помогать тебе облегчать боль и говорить с тобой. Если же ты испугаешься или я по-прежнему не буду выглядеть благонадежным – я тут же перееду в гостиницу и буду ждать, когда ты разрешишь вернуться. - Это… Это… - дыхание мужчины сорвалось, когда сильные пальцы коснулись кожи за ухом. – Это… Имеет смысл… - Не отталкивай меня, - У тут же убрал свои руки и отпустил омегу из «плена», отчего тот невольно ухватился за край стола, чтобы удержаться на ногах. – И не бойся. Я никогда не причиню тебе боли, потому что это убьет меня. - Я… Боги, я сам не верю, что скажу это… - сглотнул Ким, качая головой. Поступок казался дерзким, безумным и совершенно нелогичным, ведь они готовились к тому, чтобы перестать быть официальной парой. Но с другой стороны, давление, что он ощущал все эти годы, отпустило его так резко, что дрожали колени. Теперь… Неужели теперь, спустя столько лет, он все же был готов осмелиться на то, чтобы дать Ифаню второй шанс? Хань действительно вырос, брак, который был так ненавистен, остался позади, а те, кто искалечили его сердце, гнили в земле. А Ифань смотрел так уязвимо, слегка улыбался, и Ким понимал, что даже если из этой затеи ничего не выйдет, своего друга он точно никогда не потеряет. В конце концов, их связывало двадцать лет, о которых не так-то просто забыть. – Но я… Я согласен попробовать. Надеюсь, ты не заставишь меня пожалеть. Ифань скользнул по губам языком и прищурился. Чжунмен понял: его готовы заставить испытать совершенно противоположные чувства. - Кстати, я отвлек тебя, когда ты над чем-то очень увлеченно работал, - во избежание проблем, У отошел от стола и сел на кресло, закинув ногу на ногу. Мен тоже сел, потирая переносицу. Щеки все еще горели и сознание было явно не в состоянии осмыслить вопрос достаточно быстро. - Глава научного отдела занимается весьма интересной разработкой, которая в будущем могла бы принести нам еще большую славу и известность. Ну, а говоря для тебя – немало денег. - Поясни, - глаза финансиста тут же алчно загорелись. - Как ты знаешь, вполне возможно предсказать, кто родится у той или иной пары. У альфы и омеги дети в подавляющем числе случаев имеют тоже сильную половую категорию. У беты и беты и ребенок, вероятнее всего, выйдет бетой. У беты и альфы – соответственно, бетой или альфой. У беты и омеги – бетой или омегой. Конечно, бывают и исключения, мы с тобой как минимум несколько в нашем окружении знаем, но такие случаи для статистики практически несущественны. Мы работаем над тем, чтобы… Как попроще сказать… Мы хотим «усилить» возможности пары. Чтобы расширить круг возможных половых категорий для детей. То есть, например, если бета и альфа хотят омегу… - Ты решил делать детей на заказ? Я всегда подозревал у тебя комплекс Бога, но не настолько же. - Не опошляй, - фыркнул Ким. – Но, как мне кажется, расширить человеческие возможности… - Подобное было идеей еще Гитлера, а также многих других лидеров. Работа с человеческим геномом и тому подобным… Может быть опасна. Что, если этим заинтересуются военные? - Мои связи позволят решить эту проблему, - когда Чжунмен включал «властный» режим, Ифань не мог удержать своего восхищения. – Я же не планирую создавать сверхлюдей и тому подобное. Просто было бы здорово, чтобы пары не были ограничены в возможности иметь ребенка того или иного пола. - Ладно, если шутки отбросить, то это действительно звучит как нечто вполне… Жизнеспособное, - задумался У. – Вот только к разрешению споров с комиссией по этике все равно придется готовиться. Если ты серьезно возьмешься за это дело, я попрошу наших юристов изучить все возможные преграды и выстроить стратегию. На тебе, как всегда, останется научная часть. - Ты – огромная поддержка для меня, знаешь? Я без тебя, как без рук, Ифань. Потому я надеюсь, что ты… Ты останешься рядом, что бы ни… - Естественно, останусь. Моя задача – защищать тебя от угроз, и, благо, с этим я вроде неплохо справляюсь. - Более чем неплохо, - улыбнулся Ким, а потом ответил по-китайски, сам не понимая, отчего. – Ты – моя каменная стена. Взгляд У изменился. Глаза стали темными, но теплыми, даже горячими. Он слегка кивнул, улыбаясь уголками губ, и ответил: - Понятное дело, что исследования займут не один год, но патент оформить будет логично уже сейчас. Лучше потом его продлим. Время – деньги. А это уже моя стезя. Работай и положись на меня. Ким кивнул, провожая взглядом супруга, выходящего из комнаты, и невольно чувствуя жар, охвативший щеки, когда он подумал о том, какая у Ифаня широкая спина. - И-и-и… Я снова выиграл! – радостно засмеялся Исин, скидывая карты и наклоняясь над столом, чтобы отвесить Бэкхену щелбан. Тот тяжело вздохнул: - Я знаю, что ты мухлюешь, но никак не могу подловить. - Не пойман – не вор, - улыбнулся альфа, пожимая плечами. – А ты сегодня моешь посуду. Когда вернешься, естественно. Свидание… Я тысячу лет на них не был. - А папа? Он разве тебя не водил? – удивился Бен. - Тао? Да мы как-то не говорили об этом, я не хочу мешать его работе, у меня и с моей-то загруз неслабый. Так что я понимаю, что иногда лучший отдых – просто поваляться на диване и выспаться. - Но вы же пара, и должны делать всякие вещи… Ну… Парные… - Это так непристойно звучит из твоих уст, дитя, - прыснул Чжан, а потом, перегнувшись, потрепал Бена по волосам. – Возможно, когда-нибудь, мы и погуляем. Но пока я не хочу, чтобы твоему отцу было со мной некомфортно. Хочу, чтобы он был счастлив. - Ты такой… Странный. Но мне нравится. Обычно его пассии – это стервозные и капризные омеги, все, как один. Постоянно требовали к себе внимания и не понимали, что отца могут выдернуть в «Soul» в любой час дня и ночи. Мало кто способен выдержать такое… - …кроме того, кто точно такой же, - кивнул Чжан, слегка вздыхая. – Поверь, я ничуть не лучше. Те, с кем встречался я, ну, пожалуй, кроме пары коллег, бросали меня примерно по тем же причинам, что и твоего отца. Но ворошить прошлое – это долго, а тебя уже твой мальчик заждался небось, беги собираться. - Хорошо, - улыбнулся Бен и пошел было к себе, как вдруг в дверях гостиной замер и, не поворачиваясь, негромко добавил: - Я хотел бы, чтобы у вас все получилось. Давно такого не чувствовал. Исин лишь улыбнулся, потирая переносицу. Когда Бен убежал, он прошел на кухню, чтобы проверить запекающийся в духовке ужин, и не сразу сообразил, что кто-то пришел, а потому едва не свалился с инфарктом от хриплого: - Ты что здесь делаешь? Чжан резко развернулся, глядя на уставшего Цзытао, который с удивлением смотрел на своего гостя и прикидывал, не взломал ли тот его квартиру и стоит ли ждать подобного в дальнейшем. Детектив со смехом поднял руки: - Не переживай, я не лезу на твою территорию, нет. Просто у вас на кухне прорвало трубу. Не сильно, но Бэкхен испугался и, не дозвонившись до тебя, набрал мне. - И ты вызвал мастера? - Нет, - настал черед мужчины удивляться. – Я сам починил. Особо ничего сложного, а детали нашел в магазине неподалеку. Бэкхен убежал на свидание, а я решил дождаться тебя и проконтролировать, не пойдет ли вода вновь. Ужин заодно приготовил. Сейчас уйду, не переживай. - Я… - сдавленно пробормотал Тао, пытаясь переварить услышанное. Он заметил, что в квартире действительно пахнет сыростью, но не слишком. Исин стоял у плиты в полурасстегнутой рубашке с закатанными рукавами, предстоящий ужин пах так, что крутило живот, но больше всего альфу впечатлило то, что Чжан ничего не требовал за свою помощь – словно для него это было естественно. – Ты всем так помогаешь? - Нет, конечно, - тихо рассмеялся детектив. – Я, возможно, и неплохой человек, но не настолько. Но ты же мой мужчина, как я мог оставить в беде твоего сына? Мы отлично провели время, поиграли в карты, поговорили. Он помог мне с готовкой. - Чжан Исин, ты, вероятно, не с этой планеты, - альфа приблизился к своему гостю вплотную, не в силах словами выразить то, что творилось в душе. - Очень глупый подкат, наверное, еще из прошлого века, - прыснул Чжан. – Вижу, что ты хочешь отдохнуть, так что не буду мешать тебе. Прими душ, тебя будет ждать ужин. А я пойду, чтобы ты смог… - Исин не договорил, потому что Тао прижался губами к его губам, резко притягивая к себе за талию. Поцелуй вышел быстрым и смазанным, но Исин невольно вцепился в плечи Хуана, чтобы не упасть от подкосившихся колен. – Что на тебя нашло? - Ты приходишь в мой дом спасать мое дитя, помогаешь ему успокоиться перед важной для него встречей, готовишь еду, а теперь думаешь, что я просто так отпущу тебя? - рыкнул Цзытао, и Чжан закусил губу, чувствуя, как горит кожа даже сквозь одежду там, где его касались руки альфы. - В этом нет ничего странного, Тао, - он и сам не заметил, как перешел на китайский, словно так было проще. – Ты мне дорог и я… не мог поступить иначе… Ох, Дьявол!.. – простонал детектив, когда Хуан толкнул его, заставляя упереться поясницей в столешницу. У Цзытао были темные, внимательные глаза, но такого изучающего, нежного взгляда Исин не ощущал на себе никогда. - Ты назвал меня своим мужчиной. - Но ведь так и есть, - Цзытао, кажется, захмелел, потому как он никогда не думал, что возбуждение будет сплетаться в животе в узел от ощущения сильных рук, оглаживающих и слегка разминающих его плечи. Человек рядом с ним мог бы бороться с ним на равных. Он был альфой. Все, что между ними творилось, было неправильным. Но от этого сердце просто сходило с ума. – Ты – мой мужчина. По-моему, - Исин медленно провел носом по щеке Тао, - звучит очень неплохо. Вероятно, это сорвало клапаны, иначе Цзытао то потемнение в глазах не мог бы объяснить. Ему до дрожи во всем теле захотелось поцеловать Исина вновь, и тот сам потянулся к нему, раскрываясь, доверяя и вышептывая что-то в самые губы, которые альфа тут же смял своими. Поцелуй вышел не таким трепетным или страстным, как те, что у них уже были – этот был разрушительной лавиной, от которой губы – в кровь, языки сплетаются чуть ли не до боли, сталкиваются зубы, пальцы сжимают волосы, возбуждение хлещет по венам. - Сегодня… Бэкхена не будет куда дольше, - кажется даже молитва, сказанная этим заласканным ртом, звучала бы порочно. Цзытао все же потребовалось время на то, чтобы собрать мысли в кучу: - Ты… Ты хочешь… - Меня не надо водить на положенные пять свиданий. Хотя, будем честны, мне иногда хотелось бы выходить «в свет» как пара. - Боги, ты мог бы сказать об этом раньше. Я же только с радостью..! - И еще кое-что. Я не согласен быть снизу все время, Цзытао, я ведь тоже альфа. Но сегодня… Знаешь, - он наклонился к уху мужчины, немного смущаясь того, что хотел сказать. – Я думаю, что больше осведомлен о технической стороне вопроса. Изучал материалы... Попробуем? - Ты, вероятно, шутишь, если думаешь, что я скажу «нет», - осипшим голосом ответил Цзытао, и Исин ухмыльнулся: - Утка приготовится через сорок пять минут. Бегом в душ. Чем ты быстрее… Тем больше времени останется на меня. Стоит ли говорить, что так быстро Тао не приводил себя в порядок даже в армии? Он не нашел Исина на кухне, но его внимание привлек негромкий стон из его собственной спальни. Цзытао вошел туда и едва ли не рухнул тут же, а низ живота скрутило до боли: боги, как же он горел. Лежащий на его постели альфа имел сильное тело, помеченное в нескольких местах шрамами, а еще он, не желая тратить время, готовил себя смазанными пальцами, и это… Это зрелище разрывной пулей врезалось в мозг Тао, уничтожая его. - Я… Начал без тебя, извини, - хрипло рассмеялся Исин. – Сорок минут. Иди ко мне. Хочу, чтобы ты заставил меня кончить прежде, чем мы сожжем свой ужин. Тао тут же сбросил полотенце с бедер, шагая к кровати и нависая над своим партнером. Он волновался из-за отсутствия опыта с альфами, но, кажется, детектив был и впрямь осведомлен достаточно для того, чтобы их первый раз не вышел комом. Поцелуи были жадными, перемежались с укусами, и если Тао думал, что границы максимального возбуждения он достиг, увидев Исина обнаженным на своих простынях, то он ошибся: момент, когда Чжан развел свои ноги, обхватил напряженный член другого альфы и направил в себя, предварительно дополнительно смазав, едва ли не заставил Цзытао спустить, как подростка. - Черт, как же туго… - проскулил Чжан, прогибаясь в пояснице от боли, и Тао уткнулся носом ему в шею, стараясь двигаться медленно, осторожно, хотя и хотелось сорваться в бешеный темп, оставить по всему телу любовника свои метки, а еще лучше, повязать его. Словно прочтя мысли Хуана, Исин через силу рассмеялся: - Так, в первый раз давай без узла. Ты и так довольно… внушительный. Ох, черт… Вошел. Никогда не думал, что скажу так… - Ты такой болтливый, - тихо рассмеялся Тао, тяжело дыша и двигаясь пока аккуратно, неглубокими толчками. Детектив под ним шипел, цеплялся за простыню пальцами, и был таким невероятно узким, что у Тао темнело в глазах. - Когда над нами не будет довлеть сгоревшая утка, сможешь заткнуть мне рот, а пока – двигайся, я хочу кончить. - Неужели? – ухмыльнулся альфа, заставляя Чжана приподнять бедра и обхватить себя ногами. Он сочетал свои толчки, быстро ставшие глубокими и резкими, с движениями пальцев по члену детектива, и того боль начала отпускать – вздохи и тихие стоны, срывавшиеся с его губ, говорили больше о том, что Тао делает все правильно. Самое волнительное было пройдено – далее Тао мог действовать куда решительнее. Он, не щадя Исина, оставлял на нем свои метки, целовал его искусанный, зацелованный рот, а еще оказался еще более болтливым, потому как с губ то и дело срывались слова о том, как ему хорошо. - Вот, вот, да… Черт, нашел… - простонал Исин, выгибаясь почти до хруста. Рука Тао стала двигаться по члену альфы куда легче из-за секрета, что стал выделяться из уретры при попадании по простате, и мужчина не сдержал самодовольного шепота: - Кажется, я все же заставил потечь даже тебя. Глаза Исина были помутневшими, безумными, он сам насаживался на член любовника, желая вновь ощутить разряды тока по всему телу, и Тао не мог ему в этом отказать. Совсем скоро ритм сорвался на бешеный, от стонов были сорваны голоса, но лишь когда Чжан рухнул в свой оргазм, коротко вскрикивая и взрезая кожу на плечах любовника ногтями, Тао позволил и себе забыться, рыча и сжимая пальцами бедра Исина. Чувствуя, как уплотняется узел, он был вынужден покинуть дрожащее от удовольствия тело, и осторожно лечь сверху, когда любовник потянул его на себя: - Не развалюсь, ты не такой уж и тяжелый. - У нас еще… Три минуты. - Полежим так. Выключать плиту придется тебе – отмывать пол на кухне от спермы, что из меня течет, я не намерен. - В следующий раз использую презерватив. - Размечтался, - с улыбкой протянул Чжан, тихо посмеиваясь. А утка все же вышла отличной.