Избранные. Книга 3: Узумаки Наруто и Дары Магии

       7 января 1996 г. Англия – Шотландия, «Хогвартс-экспресс» Каникулы закончились, и вот уже часов восемь мы едем в хогвартском экспрессе в заснеженную Шотландию. В купе нас было пятеро: Драко, Луна, Гермиона, Рон и я. Невилл пользовался привилегиями сына сотрудника школы, Джинни на каникулах осталась в школе, так как их родители вроде как собирались в Румынию или типа того, Блейз почти сразу ушёл и где-то развлекал девчонок. Впрочем, после рождественского бала Забини развлекал преимущественно хаффлпаффок, и в частности Ханну Аббот. Ещё год-полтора назад она была, как говорят, «склонна к полноте». Такая девочка-пышечка с румяными щёчками. Впрочем, такую «склонность» имела добрая половина Хаффлпаффа, и её можно было объяснить банально близостью факультета к кухне. А добрые эльфы готовы накормить голодающих студентов в любой час дня и ночи. Всё это играло с «барсуками» злую шутку, у них многие на первый курс приходили маленькими и почти прозрачными, только уши у парней торчали, а потом многие полнели из-за бесконечных перекусов. Я вот тоже покушать люблю, так я и физически занимаюсь постоянно. В общем, Ханна Аббот в последние два с половиной года очень активно взялась за себя: не пропускала утренних зарядок, а ещё делала успехи в клубе самообороны, который Алиса вела. Из девчонок в самообороне особенно отличались Ханна, Джинни и Луна. От Лавгуд вообще никогда не ожидаешь подвоха, она всегда такая спокойная с налётом мечтательности, даже я не могу определить, когда она начнёт нападение и когда закончит, у неё совсем ничего во внутреннем состоянии не меняется, полный дзен. Я такого смог добиться только после того, как прошёл обучение пути Мудреца и встретился со своим «Тёмным Наруто», и то не всегда получалось оставаться безмятежно-спокойным, как это умела делать Лавгуд. Надо было видеть лицо Драко, когда его девушка легко уходила от различных заклятий и пущенных «снарядов», делая какие-то микро-шаги и не сбавляя общего темпа. В такие моменты казалось, что она танцует или двигается в воде, словно русалка. Этой своей «техникой» Луна мне сильно напоминала Хьюга Хинату. Время, когда мы были детьми, миссия с командой восемь по отлову какого-то жука. Особенное дзюцу Хинаты… Так что, когда я видел спарринги Луны, сердце невыносимо болезненно сжималось. Глупая девчонка, полная комплексов, противоречий и никому не нужной любви… Зачем?.. Хината, зачем ты это сделала?.. Очень надеюсь, что в будущем всё изменится. Пусть не для меня, но хотя бы для них… Для моих друзей — там, в другом мире. Я когда-то обещал, что схвачу и не отпущу свой мир, а вышло так, что я его уронил и сломал. Но, надеюсь, это поправимо: думать об ином раскладе нельзя. Я смогу. Обязательно! Я обещал им. Обещал себе. Пусть даже расплатой будет моя жизнь. Книгу вызова взять с собой в Хогвартс из Блэк-хауса я не смог. Ещё бы… Она даже из моей комнаты через несколько часов перемещалась обратно в библиотеку. Не зря там сделано несколько «читальных залов» и стулья со столами стоят в разных местах. Так что в оставшееся на каникулах время я внимательно прочёл все страницы, пользуясь особой техникой запоминания, про которую нам как-то рассказывали в Академии. Мозг от этого кипит знатно, я даже для экзаменов подобным не пытался пользоваться, потому что причин и желания дословно запоминать трёхсотстраничные талмуды не было. А вот тут прижало, так и скучные техники пригодились. В который раз позавидовал Саске с его шаринганом… Впрочем, я и сам схитрил и вдобавок к известному способу запоминания использовал магию иллюзий и зелье для улучшения памяти. Как всё-таки хорошо иметь в Учителях Мастера зельеварения! На Рождество Снейп-сенсей уже по обыкновению подарил мне комплект зелий, и для памяти среди десятка фиалов было чуть не половина: видимо, для успешной подготовки к СОВ. Ну… экзамены я и так сдам, а спасти друзей всего раз в жизни шанс предоставляется. Сам я наконец закончил своё исследование свитков длительного хранения и смог подарить сенсею формулу запечатывания магических и не очень магических растений и ингредиентов. Сенсей был доволен, он успел сделать несколько небольших «хозяйственных свитков», пока был в гостях в Блэк-хаусе. Сириус и в прошлый раз очень интересовался моими фуин, и в этот раз, когда испытания клубники и магических растений завершились, тоже был в восторге. Сказал, что пытался использовать рунную вязь для чего-то подобного, но получилось не совсем то, что он хотел, хотя в артефакторике закрепление пространственных чар как раз выполняется рунами. Увидев, как сенсей делает свитки и то, что они подобны, крёстный посоветовал не каждый раз всё вручную делать, когда можно ошибиться и не тот символ написать, а изготовить вроде большой магической печати, причём печать изготавливается не как обычный инкан — зеркально, а по своей технологии… Это больше даже на большой специальный трафарет походило, когда в сделанные особым образом символы заливаются чернила и используется магия. Сириус в процессе нашей «уборки» нашёл похожую, но относительно небольшую магическую печать из вязи в шесть рун и герба Блэков. Её он и показал нам в качестве примера. Оказалось, что большинство книг библиотеки Блэков с помощью такой печати зачарованы на возврат и невозможность вынести их из дома. Особенно самые старые. Хорошо ещё, что как раз этот разговор был накануне того, как я вернулся в комнату и не нашёл там свой «демонический гримуар», который, как оказалось, был под особым контролем и самостоятельно «отрастил ноги» и переместился в библиотеку. Не заговори мы про эту магическую печать и не узнай я подробностей, точно поседел бы или искал до конца каникул, куда книга делась. Леди Вальбурга всё хотела, чтобы я «повлиял» на её сына, и у нас с крёстным пару дней назад состоялся несколько странный разговор. Утром пятого числа, когда гости ещё не вышли из комнат к завтраку, а я — шёл из библиотеки, чтобы сделать вид, будто спал, мне встретился Сириус, который изучал гобелен, прям в той же позе его застал, как накануне Тонкс. Так что было засчитано за Знак. Я поздоровался и спросил о том, чего он не спит. Узнал, что крёстный, оказывается, тоже решил по утрам делать зарядку, но пока раскачивался и ждал Барти, который его на это и подбил. Так что, пока не объявился младший Крауч, я перешёл к делу: — Сириус, слушай, а прикольно же встречаться с метаморфом? — Что? — резко повернулся и вытаращился он на меня, прервав зевок на полпути, из-за чего забавно клацнул зубами, как пёс. — Ну… Тонкс, то есть Нимфадора, она своего имени не очень любит… Она метаморф, может превращаться в того, кого хочет, — объяснил я. — Я разве ещё не говорил? — Метаморф? — ещё раз переспросил Сириус. — А разве они?.. Я не заметил ничего такого… — Так она особенная, — попытался сделать я голос, как у Малфоя, когда он меня на спарринг с полной выкладкой уговаривает, — особенная девушка и метаморф. Вот я и говорю, прикольно — она может стать любой, независимо от вкусов. В этом смысле, это как в одной жене сразу несколько. Целый гарем в одном человеке. Сегодня худенькая блондинка, завтра — полненькая брюнетка, ну ты понимаешь… — Да… мы как-то с тобой ещё на эти темы не говорили, ты уже стал совсем взрослым, парень, — кашлянул Сириус, потерев затылок точь-в-точь как Джирайя, когда тот смущался и выпрашивал у меня сделать эротическое дзюцу, «для вдохновения». — Значит, тебе нравится Тонкс? А она не старовата для тебя? Парни, бывает, влюбляются в учительниц… — Что? — настала моя очередь глупо вытаращиваться. — Я-то тут при чём? У меня уже есть девушка, я о тебе вообще-то. — О… — округлил рот Сириус. — Или у тебя кто-то есть? — перешёл в наступление я, так как леди Вальбурга сто пудов потребовала бы если не результаты, то информацию. — Нет, — как-то чуть испуганно ответил Сириус. — Ты что, когда мне? Я из мастерской не выхожу почти, и наш уговор… Не хотелось бы терять магию, знаешь ли. А наверстать я всегда успею… Наш неловкий разговор прервало появление Барти, и Сириус поспешил с ним смыться, очень активно желая поскорей позаниматься на свежем воздухе, во внутреннем дворике. Эльфэук создавал там свой микроклимат, и там было вполне сносно даже без магического покрытия, как у нас в школе. И воздух намного приятней и свежей, чем в Лондоне. Впрочем, мне показалось, что оставшиеся дни каникул, пока у нас были гости, крёстный присматривался к Тонкс. Может, действительно что-то из этого выйдет. В последний день я видел, как Сириус и Тонкс были одни во внутреннем дворике, и он что-то ей то ли показывал, то ли рассказывал. Она смеялась и пару раз сменила личину.

* * *

Мы въехали в предгорья, это ощущалось по уклону и тому, как зачухал наш экспресс. Давно стало темно, да и свет в купе не давал ничего разглядеть за окном при всём желании. Я делал вид, что сплю, мысленно снова и снова просматривал в памяти иллюзорную копию своего гримуара, пытаясь определить, каким же именно вызовом воспользовался Гарри. Определить это с ходу у меня не вышло: под подобный вызов подходило более десятка ритуалов. Их я запомнил особенно тщательно, впрочем, отбрасывать и то, что это было какое-то стечение обстоятельств и неправильно сработал совсем другой ритуал, тоже не стоило. Меня также смущал тот факт, что почти все «подходящие» ритуалы были в начале и конце книги, а я помнил, что Гарри показывал мне этот фолиант раскрытый примерно на середине. В такой расклад могли вмешаться банальное везение, неопытность и даже неграмотность Гарри. Так что всё стоило тщательно обдумать и посоветоваться с Алисой. Говорить о своей задумке кому-то из этого мира, даже Снейпу-сенсею… Боюсь, что меня не поймут, а то и помешают, уже хорошо, что книга нашлась, ритуальный зал открыт, а Сириуса точно не отпустят до осени. Впрочем, сегодня утром крёстный дал мне один артефакт — небольшое зеркальце, которое он обозвал «сквозным». Вроде как на прощание. Сказал, что нашёл его, пока прибирался в доме, и не хотел дарить как подарок на Рождество, типа это «просто так». По такому зеркалу можно было общаться как по рации, только расстояние не имело значения. По крайней мере, до Франции, со слов Сириуса, можно было достать. Сквозное зеркальце было маленьким, так что вмещался всего один глаз или кусок носа можно было разглядеть, если его чуть отворачивать от себя. Как мы быстро успели проверить связь, слышно было только если говорить достаточно близко, а если оставить зеркальце, целенаправленно поставив или спрятав, то подсмотреть как в замочную скважину не получалось — всё, что было от зачарованного стекла дальше половины ярда, расплывалось. Сириус сказал, что это придумка его предка, который тоже был артефактором, его тоже звали Сириус, только второй. А мой крёстный — уже третий Сириус в роду Блэков. Как рассказал крёстный, когда-то тот Сириус сделал зеркала всем Блэкам: семья была большой. Нужно было сказать имя, с кем хочешь поговорить, и зеркало того человека слегка вибрировало. Но если зеркало повредить — разбить, поцарапать или отколоть кусок — его магические свойства исчезали, либо, в лучшем случае, если скол не повреждал руны, становились неполными. Со слов Сириуса, чаще всего оставалось изображение, а звук пропадал, либо тебя слышали, но не видели или не работал вызов. В конце концов, через несколько десятков лет, в семье осталось всего три целых артефакта. Одно из зеркал Сириус забрал в Хогвартс, леди Вальбурга разрешила его взять, чтобы с ним общаться. Она не знала, что Сириус позже прихватит её зеркало, чтобы отдать Джеймсу Поттеру и переговариваться с ним. В семье посчитали, что артефакт потерялся. Тем более, что когда Сириус и отец Гарри были курсе на четвёртом-пятом, то случайно разбили одно из своих зеркал. Последнее зеркало Сириус на этих каникулах нашёл в комнате своего брата. Мы даже поговорили с крёстным о том, что ему следует отыскать записи второго Сириуса и сделать что-то подобное, так как штука удобная, типа как переносной личный телефон, который совсем недавно появился у дяди Вернона. Я даже нарисовал Сириусу, как он выглядит, и сказал, что вместо экрана можно было бы использовать это зеркало, чтобы оно было менее хрупким и удобней держать в руке. Да ещё и конспирация под маггловское. Крёстный загорелся этой идеей, и перед тем, как отправиться на вокзал, мы с ним быстро заглянули к дяде на работу в «Граннингс», чтобы посмотреть на телефон и спросить, где такие продаются. В общем, я еле успел на экспресс, но маггловский телефон Nokia мы Сириусу купили. Хорошо, что эльфы такие шустрые, у меня всё было собрано, а миссис Нарцисса росла в том доме и всё организовала для ребят. В любом случае, постоянная связь с крёстным это всё равно круто. Если он сможет сделать подобные артефакты ещё, хотя бы для брата, Снейпа-сенсея, Драко, Невилла, Алисы и Гермионы… Нет, всё же умирать мне категорически нельзя… Иначе Сириус станет сквибом. Я же, получится, не буду в школе учиться. Значит, надо постараться сделать так, чтобы с вызовом всё получилось и я не умер в процессе от напряга. Но я вроде должен быть сильней Гарри… — Гарри, ты спишь? — спросил Драко, пихнув меня в бедро. — Мы уже скоро приедем, а ты весь день дрыхнешь… — Гарри вчера всю ночь был в библиотеке, — шикнула Гермиона. — Я видела… Пришлось срочно «просыпаться», чтобы друзья не сболтнули при Роне лишнего. Всё же я попросил их не особо распространяться про то, что они были в Блэк-хаусе. И так как сам я «сразу уснул», друзья тоже почти всю дорогу молчали, Драко и Лавгуд иногда перешёптывались. А Гермиона и Рон, которые сидели напротив нас, читали. Если судить по иногда мечтательному виду Уизли, каникулы с Флёр Делакур у него вполне себе задались. Тем более, что этот взгляд превосходства и некого знания, который он изредка бросал на нас, ни с чем не спутать: у них явно был интим. Да и магические потоки Рона слегка изменились. Может, это типа партнёрства с вейлой, не знаю. Надо поинтересоваться у Алисы или Сириуса по зеркалу спросить. Крёстный тоже, как оказалось, развивал в себе способность ощущать магию. А мы с Алисой сразу владели этим свойством, скорее всего, из-за своих ментальных тел, которые привыкли чувствовать чакру и «перестроились» на магию. В Блэк-хаусе Гермиона честно старалась проводить больше времени с Дадли, но всё же больше всего ей нравилось в библиотеке, о которой она проговорилась. Впрочем, Дадли тоже образовывался и они вроде неплохо проводили время вместе. У Луны и Драко тоже находилось, чем занять себя вдвоём, так что и у меня была возможность спокойно зазубрить мой гримуар. Плюс ночи. — Так ты виделась с Гарри на каникулах? — среагировал на оговорку Рон. — Мы просто успели перекинуться парой слов, — перебил Гермиону, которая хотела что-то сказать, Малфой. — Гарри гостил у крёстного, а там книг на библиотеку. — А, ясно, — кивнул Уизли. — О, Гарри всё же проснулся! — Ага, — я демонстративно зевнул. — Я вчера всю ночь готовился к СОВ. Не люблю читать в экспрессе, меня мутит из-за этого потом. — Это из-за качки. Надо конфетку рассасывать, — сказала Гермиона. — Я тоже увлеклась одной книгой по зельеварению, там информация, которая на СОВ очень пригодится. Помнишь, с какими напутствиями нас провожали на каникулы? «Учиться, учиться и всё повторять». — Ой… Лучше не надо, — фыркнул Рон. — Дай насладиться последними часами каникул. — А что, мы разве ещё не подъезжаем? — сонно протянул я. — Подъезжаем… — ответил Рон. — Но ещё будет пир… Я надеюсь. — Да, я тоже проголодался, — перевёл я тему в безопасное русло, и остаток поездки мы проболтали о еде. Кстати, оказалось, что Рон читал кулинарную книгу французских блюд. Он рассказывал нам, что как называется и из чего это готовят. Проболтался, что летом собирается в небольшое путешествие во Францию и не хочет случайно съесть каких-нибудь лягушачьих лапок или улиток по незнанию.

* * *

Пир у нас, конечно, состоялся, да ещё и с «нововведениями» от директора Скамандера. Нам объявили, что для дружбы факультетов все праздничные мероприятия будут не за обычными четырьмя факультетскими столами, а за отдельными столиками на шестнадцать человек. За каждым таким столом должны сидеть представители минимум трёх факультетов. Хотя бы по одному человеку. Иначе стол не будет обслуживаться эльфами. В принципе, никто против не был, а очень даже «за». По одному-то человеку всегда бы нашлось. А ближе к старшим курсам всё равно были парочки — часто представители разных факультетов. Мы устроились почти на том же месте, то есть у стены. И с нами сели Блейз, Ханна Аббот и Сьюзен Боунс. Кстати, после того, как мы с ней вместе были на балу, ко мне подходил Терри Бут и спрашивал, насколько у меня с Боунс всё серьёзно. В общем, такие страсти. Так что Терри я тоже позвал к нам, и он занял место рядом со Сьюзен. Ещё к нам присоединились Невилл с Лавандой, к Драко подсели Грег и Винс, а на последние три места подошли Колин Криви, Джинни и Рольф Скамандер. Причём Рольфа я позвал сам, а он вроде как пригласил Уизли. С декабря, ещё перед балом, Скамандер-младший, как я и обещал, присоединился к нашей компании и обхаживал Джинни. Впрочем, молодой Скамандер, насколько я краем уха успел послушать, не был слишком навязчив, рассказывал интересные истории про разные приключения, как своего деда и своего отца, так и про экспедиции, в которых он сам успевал побывать. Джинни с рождественского бала вроде довольно благосклонно принимала его ухаживания, но тут точно не разберёшь, может, хотела, чтобы я ревновал или ещё что, мало ли что там девчонкам в голову приходит, что мелким, что уже совсем взрослым. — Ну, давай, Сью, скажи, — начала подначивать Ханна свою подругу. — Да, Сьюзен, скажи, это важная новость, — кивнул ей Блейз, бросив на нас с Драко предупреждающий взгляд и стрельнув глазами в Невилла. — Моя тётя работает в Министерстве Магии, она судья… — негромко пояснила Сьюзен, слегка смущаясь общего внимания. — Я гостила у неё в последние дни каникул. Правда, она почти всё время была на заседаниях, но мы… впрочем, это не важно. А важно то, что она сказала, что министр Фадж и комиссия Визенгамота приняли решение амнистировать десятерых заключённых Азкабана. Оказалось, что там были судебные ошибки и отсутствовали доказательства… Моя тётя была против, но там общее голосование было… — Это точно? В газетах ничего не писали… — удивился Драко. — Да, пока это держится в секрете, — кивнула Сьюзен. — Решение было принято только вчера поздно вечером, я слышала, как тётя ругалась… Вроде бы ещё бумаги будут подписывать. И их ещё должны проверить в Мунго и… всё обставить с выгодой для Министерства, так что новость появится в газетах на следующей неделе, наверное, в понедельник или вторник. Блейз сказал, чтобы я это рассказала, чтобы все были готовы… Извините, если что-то не так. — Всё нормально, Сьюзен, — кивнул ей я. — Ты молодец, что всё рассказала… Невилл замер, сжимая нож и вилку, но через секунду обвёл нас взглядом, кивнул и принялся за еду.