Сердце на ладонях

      Путь троицы лежал через место, на котором их похитили. Ко всеобщей досаде, их вещей там не оказалось. Всем только оставалось надеяться, что какой-нибудь добрый человек отнесёт их в стол находок или попытается позвонить с лежавших внутри мобильных.       Дом Маккензи на Джефферсон-стрит стоял особняком. На добротном заднем дворе с буйной растительностью, располагались бассейн, несколько убранных на ночь шезлонгов и другая летняя утварь. В этом районе дома были выстроены низко (даже дом Адама и Нэйта, находившийся в двух улицах отсюда был пятиэтажкой), поэтому никакие здания не загораживали двухэтажное строение, в переднюю часть которого всегда светило восходящее солнце. Троица прошла через ворота. Только надоедливое стрекотание бодрствующих кузнечиков и цикад придавало этому безмолвному месту живости. Парадная дверь оказалась запертой, а на звонки никто не отвечал, поэтому компания обогнула здание и попыталась зайти через задний вход. Но и тот не поддался. Даже на грубую силу Нэйта, даже на уговоры Милены. Тогда Маккензи попросила Синклера подсадить её и, ойкая из-за саднящих ступней, зацепилась за карниз окна второго этажа, перешла по выступающей лепнине, потянула окно за раму и, с трудом, подтянулась.       – Ещё года три назад я делала это за четыре секунды, – в своё оправдание сказала она парням, – ну точно, ждите меня на своей утренней тренировке. Сейчас открою, – и исчезла в проёме окна.       Ойкая на каждом шагу, она на носочках спустилась вниз и открыла заднюю дверь:       – Добро пожаловать! Заходите, я хоть накормлю вас, – парни неуверенно переглянулись, не решаясь принять предложение. – Да ладно вам, наверняка у всех желудки пустые.       – О да, – мрачно заметил Адам, вспоминая свою последнюю «трапезу».       – И холодильник дома пустой, – как бы невзначай заметил Нэйт. Милена с радостью отступила от двери, сделав приглашающий жест рукой.       Дверь вела в небольшую кухню с круглым столиком персон на пять. Маккензи доковыляла до холодильника, открыла его и начала разглядывать содержимое, стоя на внешней стороне ступней.       – Давай лучше мы поможем, – предложил Адам, но получил мгновенный отказ.       – Вы гости, вот и садитесь за стол. Это вообще самое малое, что я могу сделать для вас за моё спасение и за то, что... доверились мне. Даже не знаю, как ещё вас благодарить.       – Лучшей благодарностью будет молчание, – ответил Адам, присаживаясь за стол к Нэйту.       – Но, скажем XBOX или Сонька, на которую мы уже давно копим, – тоже хороший подарок, – подхватил Синклер, на что получил строгий взгляд друга.       – Нэйт!       Милена засмеялась:       – Почему нет, отличная будет благодарность!       – Это лишнее, – отрезал Адам, продолжая укоризненно смотреть на Синклера, который только задорно пожал плечами.       – Итак, у нас есть два вида салата, акроме из рыбы, шоколадные оладьи, стейк...       – Да, Адам, не хочешь стейк? – Нэйт развернулся к другу, опёрся подбородком на руку, хитро поглядывая на него.       – Нет, не хочу, – мрачно ответил тот.       – Он на любителя, – сказала ушедшая в свои мысли Милена, доставая этот самый стейк, – слабой прожарки, так что с него даже кровь сочится.       Адам взглянул на этот кусок мяса и подскочил с места с испуганными глазами.       – А где?..       – Последняя дверь слева, – протараторила Маккензи, указав рукой на коридор.       Нисбет только успел выдать сдавленное «Извините», как скрылся за поворотом. Нэйт захихикал и перевёл взгляд на испугавшуюся Милену.       – Я забыла, что он не ест... но зачем же так бурно реагировать? Пироженку? – Милена раскрыла перед Синклером коробку со сладостями и откусила одно из них.       Парень меланхолично пожал плечами:       – Ну, а представь, ты засыпаешь, просыпаешься через какое-то время в другом месте и понимаешь, что только что ела человечину.       Милена резко прекратила жевать, вообразив такую картину, и с огромным трудом проглотила пироженку, сдерживаясь, чтобы не побежать следом за Адамом.       – Он поэтому вообще не ест мяса?       – Вроде того.       – И религия тут ни при чём?       Нэйт на это только усмехнулся.       Тут снова появился Нисбет, снова извинился, смущенно откашлялся и с тяжелым вздохом сел за стол, опустив на него голову.       – Я сварю тебе кашу и налью сладкого чая, – жалостливо пролепетала Милена, смотря на измученного, нетипично несобранного Адама.       – Если можно, – устало ответил парень.       Милена разогрела для Нэйта рыбу, заправила салаты, поставила чайник и заварила кашу. Поставив еду перед парнями, она с материнским удовольствием стала наблюдать, как они с аппетитом поедали этот очень поздний ужин. Маккензи переводила взгляд то на Нэйта, то на Адама. Она уже и не помнила, когда последний раз вот так сидела с приятелями, тем более мужского пола, за столом у себя дома. Впрочем, вспомнила! Никогда. Милена начала разглядывать Нисбета, пока тот не замечал её внимания, увлечённый долгожданной едой. Вместе с тем как она пыталась воссоздать тот пугающий образ монстра, представший перед ней парой часами ранее, её сердце начинало тревожно колотиться. Грань между реальностью и воображением будто бы стала перетираться, и каждая сторона начала переливать свою часть на другую. По прошествии времени эти сверхъестественные события всё меньше и меньше походили на правду, но Милена, несмотря на трепет и страх, прокручивала их в голове снова и снова. Только так она могла полностью прочувствовать, что мир ещё интереснее, чем ей казалось, ещё загадочнее, чем предполагают какие-нибудь учёные, а главное, дверь, ведущая ко всему этому – вот, прямо перед ней. Теперь Маккензи перевела своё внимание на Синклера.       – Нэйт, а ты тоже?..       – М? – парень совершенно не понял недосказанности Милены, все его мысли крутились вокруг этой замечательной дорадо.       – А об этом ещё кто-нибудь знает?       Тут уже до обоих дошло, о чём говорила девушка. Можно было и догадаться.       – Я же сказал не задавать вопросов, – устало выговорил Адам, понимая, что любопытную Милену это не остановит. И она не остановилась:       – Мне просто хочется разобраться, – невинно начала Маккензи, – ведь одногруппники не знают? Они вас не жалуют не поэтому? А вы не налаживаете никаких контактов с ними, потому что боитесь, что они могут узнать?       – Ты слишком любопытная! – засмеялся Нэйт. Но это Милену не смутило, только наоборот заставило вспомнить свой первый вопрос.       – У тебя тоже есть эта сила?       Уверенное «нет» Синклера утонуло в череде вопросов, догадок и предположений.       – Вы носите амулеты друг друга? Это из-за странного поведения Адама у реки? Они как-то влияют на вас. А это у вас с рождения или...       Парни прямо-таки не знали, как заткнуть распылившуюся Милену, и зависли над своими тарелками, постепенно осознавая, во что они ввязались, пообещав ей жизнь. Она вполне органично бы смотрелась там, вместе с растерзанной бандой – внутренности то у всех одинаковые... Тут резкий шум со стороны парадной двери привлёк всеобщее внимание. Быстрые коротенькие шаги приблизились к кухне. Ребятам предстала полненькая женщина с порозовевшими щеками, в очках, с кудрявыми тёмными волосами, забранными в пучок. Она громко охнула, схватившись за сердце, и бросилась к Милене:       – Господи всевышний! Мисс, Вы в порядке!       – Миссис Аттис! – Милена радостно распростёрла объятия, привстав со стула, но тут же приземлившись обратно.       – Мы думали Вас похитил этот бандит, на встречу с которым поехал мистер Маккензи! Он морочил нам голову столько часов, а всё, чтобы добраться до Вас!       – В целом, так всё и было.       Женщина ахнула и сильно-сильно стиснула Милену в объятиях:       – Ужас-то какой! Как так получилось? Вы точно в порядке? – она сжала девушку за плечи, обеспокоенно осматривая её.       – Немного поранила ноги, когда убегала... от бандитов, – ответила девушка.       Одолеваемая эмоциями, женщина вновь схватилась за сердце.       – Как же... как же?..       Милене, видимо, следовало объясниться, она указала рукой на притаившихся парней:       – Это Адам и Нэйт, мои одногруппники. Вызвались проводить меня до дома после кафе и из-за меня попали в эту передрягу. Но именно благодаря им я спаслась и вот сейчас нахожусь здесь вполне целая и невредимая.       Миссис Аттис наконец-то заметила парней. Они не ожидали внимания к своим персонам, поэтому спокойно себе жевали, но неожиданно их застали с набитыми ртами. Адам с трудом проглотил кашу, тихо прохрипев приветствие, Нэйт же, не способный дожевать рыбу, просто ограничился дружелюбным взмахом руки.       – О, Боже, мальчики, – она подбежала к каждому, и, пока расцеловывала Адама в щёки, Нэйт экстренно дожевывал еду, чтобы перестать быть похожим на хомяка.       – А это наша горничная, миссис Аттис, - представила её девушка.       – Значит, это ваши рюкзаки нашли рядом с сумочкой мисс Маккензи, – сообщила она.       – Так вы нашли их! –радостно воскликнула Милена за всех.       – Ой, что же мы тут стоим, я сейчас, нужно помочь Вашим ножкам и нужно позвонить Вашему отцу, конечно, нужно срочно ему сообщить, что Вы в порядке, он же с ума сходит, искать Вас по городу!       Миссис Аттис убежала в глубь дома, а Адам подскочил к Нэйту и за шкирку подтянул его к Милене:       – Так, нам нужна общая легенда, – тихо начал он, – значит, нас посадили в этот фургон, увезли к заводам, там... появились ещё какие-то личности и, пользуясь замешательством Дикого, мы сбежали.       – И у них был медведь! – воскликнул Нэйт, сложив руки как когтистые лапы. Заметив непонимание в глазах друзей, он продолжил, – ну или хотя бы тигр! – но непонимание только усилилось. – Ну как же! А как вы объясните распотрошенные тела? Пулей тело так не расчленишь.       – Так, а это уже не наши дела, мы убежали и ничего не видели, – Нэйт с Миленой уверенно кивнули. – И никаких глупостей! – скомандовал он, посмотрев на Синклера.       – Ну что? – парень только развёл руками.       Тут как раз появилась миссис Аттис, и троица, от испуга, нацепив глупые улыбки, сделала вид, что просто радостно обнималась, а никак не сговаривалась о сокрытии следов преступления.       – Я позвонила мистеру Маккензи, он уже в пути, не помнит себя от счастья. Пойдёмте, надо обработать Вам раны, а, может, лучше сразу в больницу?       – Нет-нет, ничего страшного, – Милена протестующе замахала руками, – если папа услышит, что я в больнице, его приступ хватит, – девушка поднялась со стула на носочки, а миссис Аттис подала ей руку.       – Я помогу, – вызвался Нэйт и, не дожидаясь согласия, подхватил девушку на руки, следуя за горничной. Маккензи обняла его за шею.       – Ты так много сегодня носил меня на руках, – тихо и смущенно произнесла Милена, заглядывая Синклеру в глаза. Это было совершенно непривычное чувство, но чертовски приятное. Симпатичный, высокий, храбрый парень аккуратно, но уверенно прижимал её к себе. Парни, оказывается, совершенно не такие, как девушки. Совершенно, – пусть у всех похожие ноги, руки, шея, голова. Но шея Нэйта была такой мощной, твёрдой, руки – сильными: им хотелось довериться, нельзя было поверить, что они могут отпустить.       – Ты не привыкай, – усмехнулся Нэйт. – Просто сегодня день такой.       «Отличный день», – подумалось Милене.       – Только ты это, – вдруг заметил Нэйт, – если продолжишь в том же духе съедать по полпачки пирожных за раз, я тебя больше не смогу носить.       Милена гневно воскликнула и несильно, но угрожающе ткнула его кулаком в подбородок.       – Ты явно не знаешь, как вести себя с девушками, – добродушно посетовала Маккензи.       Милена нанесла мазь на ноги и забинтовала их – на первое время. Но ей, конечно, не сиделось на месте. Ещё осталось столько вопросов, столько теорий, ей было просто необходимо вернуться к Нэйту и Адаму. Доковыляв со второго этажа на кухню у заднего выхода, она обнаружила только пустой стол.       – Мальчики ушли, – Милена даже вздрогнула от раздавшегося за спиной голоса миссис Аттис, – я предлагала им остаться, ночь на дворе, но они – ни в какую. Сказали, недалеко живут. Ох, надеюсь, они не нарвутся ни на какие неприятности.       – Они могут постоять за себя, – уверенно ответила девушка, – и за других тоже.       Тут парадная дверь с грохотом раскрылась, и внутрь влетел раскрасневшийся, с бешенными глазами мистер Маккензи.       – Милена!       – Папа! – девушка запрыгнула на подлетевшего к ней отца, обняв ногами.       – Я так волновался, чуть с ума не сошел, когда мне сказали, что ты в заложниках!       Тут Милене, конечно, пришлось поведать всю историю от начала до конца, правда в придуманном десятью минутами ранее варианте.       – Как хорошо, что вам удалось уйти до того, как эта вторая банда начала разборки, – выдохнул мистер Маккензи, – потому что там такое произошло, даже не знаю, кто мог такое сотворить.       Милене оставалось только изобразить дурочку:       – Да? И что же там такое было?       – Даже не собираюсь говорить, тебе о таком даже слушать нельзя, не будем об этом.       Оказаться в такой ситуации было ужасно, в тот момент Милена чувствовала, что сердце вот-вот могло разорваться от страха. Но теперь, особенно после слов отца, она почувствовала себя независимой вольной птицей – папочка и не подозревал, что дочурка не только была гораздо больше осведомлена о произошедшем, но и являлась во всём этом самой непосредственной участницей.       Субботний денёк выдался очень солнечным, но не жарким. На улицы высыпали семьи с маленькими детьми, влюблённые парочки и старики, решившие понежиться на лёгком ветерке. Время уже подходило к трём. Из полуоткрытого окна до пятого этажа доносились частые возгласы и весёлые выкрики, чуть реже – звуки проезжавших мопедов или машин. Но громче и, главное, чаще всего звучал надоевший лозунг «Альтер-пицца, откройте своё альтер-эго-любителя пиццы». Удивительно, как можно было произносить эту фразу так часто, но каждый раз с одним и тем же задором. Как будто этому рыжему веснушчатому промоутеру платили не какие-то там гроши за час, а полмиллиона за каждое повторение слогана.       В дверь небольшой квартирки требовательно позвонили. Никто не ответил, поэтому звонок повторился. И ещё раз. И ещё. Одно проснувшееся тело полусонно пробормотало: «Нэйт, открой дверь». Ответа тоже не последовало. Адам продрал глаза и взглянул на кровать в противоположной части комнаты. Синклер лежал на ней свернувшись калачиком, лицом к стене. Поняв, что тот не сдвинется с места, хотя времени было уже полтретьего дня, Адам бросил в него свою подушку. Нэйт только чуть вздрогнул от неожиданности, но потом забрал трофей себе, крепко сжав в объятиях. Нисбет поднялся и прошлёпал к двери. За ней стоял нетерпеливый мужчина в зелёной форме с большим пакетом.       – Синклер, Нэйт?       – Это он, – Адам указал большим пальцем за свою спину, на кровать Нэйта, которую как раз было видно из узкого коридорчика, заменявшего прихожую.       – Тогда... Нисбет, Адам?       – Это я.       – Получите-распишитесь, пожалуйста, – и, как выяснилось, курьер, протянул ему планшет с ручкой.       – Я ничего не заказывал, Нэйт, ты?.. – Синклер, заинтересовавшись, наконец поднялся на кровати и отрицательно помотал головой. – Мы ничего не заказывали, – сделал вывод Адам.       – Заказ оплачен, нужно только подтверждение любого человека из списка, – настоял курьер, и Нисбет послушно поставил свою подпись.       Мужчина передвинул пакет внутрь квартиры, попрощался и ушёл. Тут Нэйт не выдержал и резво приблизился к посылке. Парни переглянулись, и Синклер с большим интересом начал её раскрывать.       – О, боже! Ты посмотри! – глаза Нэйта засияли, словно у ребёнка, открывающего рождественский подарок. Из пакета показался край коробки от игровой приставки.       – Да ладно, – не поверил Адам, – это же от Милены? Зачем ты ей про это сказал?       – Зато теперь отложенные на приставку деньги можно пустить на что-нибудь другое! – радостно сообщил парень, доставая коробку из упаковки. Вместе с ней из пакета вылетела открытка, которую Адам сразу поднял.       – «Не могу выразить всей благодарности за своё спасение, а папа – тем более. Позвоните, как получите посылку, мой телефон [...]. Кстати, меня совсем не хотят выпускать из дома, но, надеюсь, встретимся на учёбе. P.S. Адам, не скромничай и прими подарок, я видела, что ты пожертвовал в эту ночь много физических и, особенно, моральных сил. М.М.».       Нэйт усмехнулся и попытался изобразить тонкий голосок:       – Адам, не скромничай, Адам, ты такой милый, Адам, возьми у меня номер телефончика.       Нисбет шутливо пнул друга.       – Это ты её полночи лапал.       Нэйт широко улыбнулся.       – Фу, Адам-извращенец, я всего лишь помогал ей добраться до дома, а потом до комнаты.       – Конечно, – неубедительно подтвердил он. – И всё равно, надо ей позвонить и сказать, что это...       – Адам, не скромничай! – повторил Нэйт. – К тому же, это любовь с первого взгляда, я с ней больше не расстанусь, – сладким голосом добавил он, обняв уже ставшую родной приставку.       Нисбет сложил руки на груди, попытавшись быть строгим, но в итоге на его лице появилась улыбка.       – Ага, доброе утро.