Асгардский цветок. Видеть сердцем

Тор скучал уже второй день. Ингрид с матерью уехали в соседний городок навестить бабушку Ингрид. Собирались погостить там дня три. Тор решил дождаться их и снова попытаться попасть в Асгард. К порталу Тор ходил почти каждый день. Это уже вошло в привычку. Но сейчас он пообещал женщинам присмотреть за домом и поэтому на три дня отложил свой очередной поход в горы. Сегодня Тор решил лечь спать пораньше, да и нечем было заняться вечером. Особых развлечений в деревеньке не было. Ингрид звала его с собой, но Тор, оправдываясь тем, что хочет отдохнуть перед дальней дорогой, отказался. Ему было не до путешествий, не до развлечений, но рассказать об этом он никому не мог. Тору нравилось в Мидгарде, он искренне полюбил людей. С мидгардцами было проще и интересней общаться, они не походили на напыщенных асов или хитрых и жадных цвергов. В чем-то люди были мелочны, имели свои слабости, но в целом, весьма добры и приветливы. А Тор любил простоту в общении и вообще в жизни. Ненавидел витиеватые речи, интриги и лицемерие. Почему-то вспомнился брат. «Что этот гаденыш о себе возомнил? Как он смел так поступить со мной? Неужели он абсолютно ничего не чувствует? Неужели в нем не осталось ни капли доброты и способности сопереживать?» — одни вопросы, ответов не было. * * * На зубах что-то захрустело. В рот набился песок. Совсем рядом был слышен плеск воды. Локи приоткрыл один глаз. Он лежал на песке, совсем рядом играли волны, накатывая друг на друга. Принц попробовал пошевелиться. Все тело ныло от удара о землю, ведь падение было неожиданным, а поэтому он не успел сконцентрироваться, как того требовал процесс перемещения между мирами. Локи начал понимать, что находится в Мидгарде. Во всяком случае, мир был похож на Мидгард. Здесь тоже была ночь, и в небе светила луна. Море было спокойным, на волнах слегка покачивалась лунная дорожка. Кряхтя и постанывая, Локи кое-как поднялся на ноги. Это было в разы труднее из-за скованных рук. Вдали, в лунном свете серебрились вершины гор, показавшиеся принцу знакомыми. Возле деревни, где жил Тор, были такие же. И там был портал Радужного моста. Неужели Тор где-то рядом? Локи решил взвесить все за и против. Хеймдалль рано или поздно найдет его и доложит Всеотцу. Где Хеймдалль будет искать его в последнюю очередь? Конечно же, возле Тора. Страж моста видел, как юный король прибыл в Асгард с молотом, а значит, понимал, что вряд ли братья остались друзьями. Тут Локи всерьез задумался, а действительно, остались ли они друзьями? Ответ был очевиден — они никогда ими не были. К Тору за помощью идти не хотелось. Смешно рассчитывать на дружелюбие брата после похищения Мьёльнира, но вполне можно рассчитывать на его наивность и глупость. Примерно такие мысли гуляли в голове опального принца, пока он, слегка прихрамывая, шел вдоль берега в сторону горных вершин. А еще принц очень волновался о Фенрире. Как он там? Ведь его могут убить. Только бы сидел пока тихо в покоях. Ведь там оставалось немного еды. Фенрир очень смышленый, он не даст себя в обиду. И все равно тревога за друга не оставляла принца. Локи пытался дергать руками в разные стороны, натягивая звенья между обручами. Вдруг здесь, в этом мире, цвержий металл рассыплется в труху? Мысль, конечно, наивная, но чудеса тоже случаются. Локи шел и оглядывался в поисках более-менее подходящего предмета, который помог бы избавиться от оков. Тогда не пришлось бы идти на поклон к Тору. Взгляд наткнулся на несколько, лежащих возле моря, валунов. Осмотрев камни, Локи нашел камень с наиболее острым углом. Пожалуй, можно попробовать. Примерно через пару часов напрасных трудов Локи сдался. Он пытался распилить, разбить, хоть как-то разорвать проклятый металл. Все было бесполезно, только нещадно болели стертые почти до мяса ладони, по которым в несколько ручейков текла кровь. Обессилев, Локи присел на один из валунов. Нужно идти, времени остается все меньше. Тор может помочь снять проклятые оковы. И вот тут Локи впервые пожалел о своей выходке с Мьёльниром. Сейчас волшебный молот пригодился бы ему больше в этом мире, чем в Асгарде. Да и Тор не был бы обижен. Как ни странно, но сейчас у Локи вся надежда была на одного из своих главных врагов, к коим он причислял Тора. * * * Сон только коснулся глаз, как в дверь громко и настойчиво постучали. Это можно было назвать даже не стуком, а грохотом. Сердце Тора спросонья заполошно забилось. Кто это мог быть? Явно пришли не друзья, и не соседи. Тор зажег свечу и, держа ее в левой руке, в правой зажал рукоять своего кинжала. В дверь опять с силой ударили. Тор резко открыл и обмер: на пороге стоял его брат. — Локи? — Здравствуй, Тор, — улыбнулся Локи. Улыбка получилась жутковатой, ведь губы он тоже исцарапал, пока орудовал ключами. — Что с твоими губами? Они в крови, — только и смог вымолвить Тор первое, что пришло в голову. — Я не целоваться к тебе пришел, — Локи отодвинув плечом удивленного брата, подался вглубь дома. — Где женщины? Их нет… Тор, ты их съел, что ли? Тор пришел в себя и зажег уже несколько свечей в подсвечнике, стоявшем в коридорчике. Он только сейчас заметил, что руки брата тоже были в крови и скованы сзади какими-то чуднЫми кандалами. Локи по хозяйски обошел дом, подозрительно осмотрел каждый угол. — Никого, — то ли Тору, то ли самому себе хрипло сказал Локи. Ни дать ни взять беглый мидгардский преступник. Тор таких видел. — Тор, ты должен мне помочь, — заявил Локи, повернувшись к брату. Громовержца охватила ярость. Ему и во сне не снилась такая наглость. — Я… Должен… Тебе помочь… Тор уже полностью придя в себя, начал надвигаться на Локи. — А что еще я тебе должен? Может, отдать мои доспехи и этот кинжал или подставить зад? — в руке Тора блеснуло лезвие. — Тебе не кажется, братец, что ты слишком много требуешь от своего глупого старшего брата? Тор подошел к нему вплотную. Держа в одной руке кинжал, второй Громовержец схватил Локи за горло и прижал к стене. — Сначала ты мне ответишь на все мои вопросы. Где Мьёльнир? Локи молчал. Тор сильнее сдавил горло брата. — Я повторяю свой вопрос: где мой молот? Локи стало трудно дышать, и он прохрипел: — Тор отпусти, я тебе все объясню. Но у меня очень мало времени, — Локи закрутился змеей и попытался вывернуться из «жарких» объятий Тора. Старший принц отпустил горло Локи и, удерживая его за плечо, поднес к горлу кинжал. — Не дергайся. Говори прямо сейчас. Тор понимал, что по-другому с братом нельзя. Он опять обведет его вокруг пальца и оставит в дураках. Тор больше не верил Локи. Он даже начал сомневаться, действительно ли у того скованы руки. Вдруг задумал очередную гадость, чтобы унизить брата. Навел морок. Тор знал, что виноват перед ним, но ведь он искренне раскаялся и просил прощения не один раз и готов был уступить ему во всем. А Локи просто посмеялся над ним. Но, несмотря на это, Тор понимал, что по-прежнему любит этого змееныша и хочет его как никогда никого не хотел. Сейчас громовержец больше всего боялся самого себя. Он опять даст слабину, и Локи воспользуется этим и опять унизит его и посмеется. Этого нельзя допустить. — Отвечай! — Мьёльнир в моих покоях, в Асгарде. С ним все в порядке. Пожалуйста, Тор, помоги мне, — Локи смотрел на него с таким отчаянием, во взгляде было столько мольбы, что сердце громовержца дрогнуло. Он отпустил брата и спросил: — А что твоя магия тебе не помогает? Как я могу тебе верить, Локи? Скажи, ты опять что-то задумал? Если это так, то не жди от меня пощады. Я придушу тебя. Ты понял? — У меня нет больше магии. Я не могу ее использовать, — тихо прошептал Локи и опустил голову. Темные пряди упали на лицо. Тор взял его за подбородок и, поправив волосы, пристально посмотрел в глаза брату. — Я попытаюсь тебе поверить и, может быть, даже помогу, если ты мне расскажешь всю правду. Всю правду, Локи. Локи чуть заметно кивнул. * * * Они сидели в маленькой кухоньке друг напротив друга. На столе стоял подсвечник, в котором горели свечи. Тор поставил на стол тарелки с незатейливой мидгардской едой, к которой сам уже привык, и кувшин сладкого домашнего вина. Локи смотрел на угощение с жадностью, но гордость не позволяла попросить брата его покормить. А сам он не мог. Разве что, совсем потеряв достоинство, есть из миски без помощи рук, измазавшись и доставив тем самым радость своему братцу. Он потерпит. — Я покормлю тебя, когда ты мне все расскажешь, — Тор видел жадный взгляд брата. — Я не хочу есть, — огрызнулся Локи. — Как скажешь, — Тор наполнил кубок вином и отпил пару глотков. Локи с презрением посмотрел на брата. — Зачем я буду тебе что-то рассказывать, если ты сейчас, как обычно, захмелеешь и ничего завтра не вспомнишь? — Ты за меня не беспокойся, давай говори. Как бы грубо сейчас не обращался с ним Тор, глаза, как всегда, выдавали его. Локи видел, что Громовержец просто-таки ощупывает взглядом его тело с головы до ног. И во взгляде было столько желания, что Локи стало не по себе. Но младший принц не выказал страха, он непринужденно закинул ногу на ногу и снисходительно посмотрел на брата. Как король на подданного, не иначе. А Тор, то и дело сурово сдвигая брови, пытался казаться серьезным и равнодушным. Но вид такого беспомощного, но гордо задирающего нос брата, со скованными сзади руками просто сводил с ума. Сейчас он не обладал ни магией, ни силой. С ним можно было делать все, что угодно. Удовлетворить все свои желания, претворить в жизнь все свои бесконечные сны, в которых Тор грезил Локи. Хотелось наброситься на него прямо здесь, прямо сейчас. Тор помнил насилие, которое совершил над братом. И сейчас ему было стыдно за свои сумасшедшие мысли и желания. Но почему-то было ощущение, что тот поступок Тор совершил в какой-то другой жизни, с другим Локи. Этот Локи был не таким. Как будто его брата подменили. И самое ужасное было в том, что этого Локи Тор хотел так страстно, что у него начинали дрожать руки, когда он смотрел в зеленые злые и насмешливые глаза брата, как будто смотрел в глаза змеи. Но сейчас для Тора важнее всего было разобраться в том, что происходило и сейчас происходит в Асгарде.