A Case for Domestic Propinquity

Он потерялся во времени. Сколько его прошло? Двадцать минут? Больше? Казалось, что ни одному из них никогда не будет достаточно, они просто потеряли себя в том, что так долго было похоронено в каждом из них. Наконец-то, после, казалось бы, прошедшей целой вечности, Джон немного отстранился, все еще держа лицо Шерлока в руках и с нежностью глядя на него. — Вау, — с улыбкой шепнул он, и, видя его улыбку, Шерлоку хотелось целовать Джона снова и снова. — Джон… — Это единственное, что он мог сказать в этот момент. Он снова потянулся к губам Джона и нерешительно поцеловал его, а Джон, восхитительный Джон, с радостью ответил глубоким поцелуем, его пальцы запутались в непослушных кудрях на затылке Шерлока, и Шерлок полностью отдался моменту, упиваясь своими чувствами. Он и подумать не мог, что способен любить кого-то настолько сильно, как Джона! Вот уже долгое время он подозревал это, но в полной мере осознал только сейчас. Поцелуи все продолжались и продолжались, пока Рози не начала шевелиться, издавая слабые звуки сквозь сон, и Джон мягко отстранился. — У тебя, наверное, ужасно устала рука, — пробормотал он, глядя на дочь. — Я в порядке. Если честно, я не в состоянии сейчас особо обращать на это внимание, — признался Шерлок, чем вызвал у Джона улыбку. — Я только отнесу её наверх в спальню и сразу же вернусь, — предложил тот. — Никуда не уходи, я сейчас, — он наклонился и еще раз быстро поцеловал Шерлока. — Хорошо, — согласился Шерлок, чувствуя, как в его животе порхают бабочки, и представляя, как Джон вернется, и годовалый ребенок больше не будет лежать между ними и сковывать их движения. Он подумал о том, что Джон пошел укладывать Рози спать, и его тело пробрала дрожь: это значит, что Джон собирался здесь остаться на всю ночь. К тому же, в этот раз, явно не на диване в гостиной. Шерлок встал, размял затекшие конечности, после долгого времени, проведенного в неудобной позе, и, внезапно, занервничал. Может быть, не совсем занервничал, но ожидание заставило его чувствовать себя неуверенно. Если Джон будет настаивать… Тогда будет очень важно сделать все правильно. А его знания весьма скудны в этом вопросе, чтобы себя полностью подготовить и удовлетворить любое желание Джона. Физически он отвечал на прикосновения Джона, и это было очевидно. Его тело знало, чего он хочет, а разум сомневался — будет ли этого достаточно? О своих желаниях Шерлок будет думать в последнюю очередь, главное сегодня — желания Джона, чтобы ни в коем случае не спугнуть его случайный порыв. И, тем не менее, он чувствовал, что уже тоскует по его губам, по его головокружительной близости. Сердце Шерлока билось очень быстро. Раздираемый сомнениями и неуверенностью, он нарезал круги по гостиной, пока не услышал шаги Джона на лестнице и застыл напротив двери, когда Джон показался в дверном проеме. Шерлок решительно не знал, что ему делать, что хочет сделать Джон, или же что он ожидает он него. Джон же казался абсолютно спокойным.  — Она так сладко спит, что не издает ни звука, — улыбнулся он, сокращая расстояние между ними и уверенно положил руки Шерлоку на бедра. — Итак, на чем мы там остановились? Его взгляд сразу же скользнул к губам Шерлока, и тот инстинктивно склонил голову, даже не задумываясь о том, что он делает, не в состоянии подобрать слова, чтобы что-то ответить. Он только знал, что поцелуй с Джоном — это лучшее, что было в его жизни, и Шерлок совершенно не мог противиться желанию, чувствуя, как с каждой минутой ему нужно больше, бесконечно больше. Больше поцелуев, больше прикосновений, больше Джона. Шерлок обхватил Джона за плечи и, желая притянуть его еще ближе, хаотично провел руками от плеч до копчика и обратно, желая ощутить как можно больше теплого крепкого тела. Джон отвечал тем же, только его движения были более уверенными и слаженными, а влажное скольжение языка во рту Шерлока буквально сводило с ума. Это было настолько хорошо, что Шерлок ощутил слабость в коленях. Сейчас он даже вспомнить не мог о своих сомнениях, и между ними не было ничего, кроме тепла, которое разгоралось все больше и больше. Джон, обнимавший обеими руками Шерлока за плечи, освободил одну руку и снова прикоснулся к его щеке, большим пальцем лаская шею. Это было просто феноменально — читать ответные чувства на лице Джона, видеть его жажду. Возбужденный член Шерлока настойчиво давал о себе знать, откликаясь на теплоту тела Джона. Джон наверняка тоже чувствовал, насколько Шерлок возбужден. Он слегка поменял положение, и Шерлок понял, что Джон возбужден не меньше. Их члены соприкоснулись друг с другом сквозь слои одежды, и по его спине пробежала дрожь. Джон отстранился первым, они оба тяжело дышали. Сердце Шерлока буквально выскакивало из груди. Джон уже обеими руками ласково обхватил лицо Шерлока, и его глаза, горящие от возбуждения, встретились с глазами Шерлока. — Могу я остаться снова? — спросил он немного уклончиво. — Это будет нормально? Шерлок попытался проанализировать этот вопрос охваченным желанием мозгом. Хотя все действия Джона вели к вполне однозначным выводам, он, все же, решил подтвердить свою теорию. — Ты же не имеешь ввиду на диване, правда? — в итоге осторожно уточнил он. Джон улыбнулся, не отрывая взгляд от губ Шерлока, а потом вновь посмотрел ему в глаза. — Должен признать, что я предпочел бы твою спальню, — сказал он с восхитительной откровенностью. — Но только, если ты… — Пожалуйста, — перебил его Шерлок. — Он снова нашел губы Джона и поцеловал его с еще большим чувством, чем до этого. — Пожалуйста, — кажется, остальные слова застряли у него в горле. — Останься со мной, — и Джон снова впился в его губы, еще более настойчиво, еще более жадно. — Я не знаю кто я, но я знаю, чего я хочу. Я хочу тебя, — почти простонал Шерлок ему в рот. Джон с силой выдохнул и прижал Шерлока крепче к себе. — Ты уверен? — балансируя на краю, он все еще опасался, что что-то понял неправильно. — Да, я очень сильно тебя хочу. — Шерлок постарался сделать свой ответ максимально уверенным. Это было довольно просто, и, похоже, последние сомнения Джона развеялись. Он ничего не сказал, но, прижав Шерлока к стене, положил свои руки ему на бедра и прижался своим твердым членом к члену Шерлока. Следующий поцелуй был беспорядочный и влажный, еще более жаждущий, и пульс Шерлока ускорился в два раза. То, как они добрались из гостиной в спальню, осталось словно в тумане, следующее, что успел заметить Шерлок — маленькие и сильные руки Джона, срывающие с него одежду. И тогда он проделал то же самое с одеждой Джона, а потом они полностью обнаженные, оказались в руках друг друга. Тактильный контакт ошеломил. К Шерлоку вернулась мысль о том, что это самые сильные чувства за всю его жизнь. Сильнее смерти, острее наркотического прихода, слаще самого запутанного преступления. Его кожа пела от удовольствия, от каждого прикосновения Джона в любом месте. Он не мог сдерживать желание своего тела, нервная система не справлялась, грудь вздымалась до предела. Его член был очень сильно возбужден, а в голову внезапно пришла дурацкая аналогия с перезрелым фруктом, готовым вот-вот треснуть, и ему стало от этого стыдно. Каждая часть тела Шерлока хотела Джона, желание только увеличивалось и бушевало в крови, сдерживаемое почти сорок лет. Шерлок беспомощно застонал и прижался к бедрам Джона в беззастенчивой, полностью разоблачающей его, потребности. Руки Джона ласково охватили его член, сжали и плавно скользнули вверх и вниз, создавая такое необходимое сейчас трение. — О, Боже мой, ты прекрасен, — шепнул он, его голос был хриплый от возбуждения, и сердце Шерлока переполнилось всплесками эмоций. — Ты прекрасен, — эхом отозвался он, и это была правда. Кожа Джона казалась золотой в свете одинокой лампы, стоящей на ночном столике. Шерлок немного наклонился, чтобы дотянуться ртом до шеи Джона, до шрама на его плече, и провел по нему языком, в то время как его большой палец дотронулся до сосков. Он мог услышать воздух в легких Джона, который с трудом проходил сквозь ткани, как будто он задыхался, и это было невероятно, как и руки Джона в волосах Шерлока. Он больше не нервничал, хотя его опасения никуда не делись. Шерлок чувствовал, что это все естественно. Ощущения почти знакомые, как-будто бы он всегда знал, что будет чувствовать что-то подобное. Шерлок поцеловал грудь Джона, потом снова шею и подбородок, а потом вернулся к губам, перехватывая хриплый выдох. Джон сильнее обхватил рукой его член, и в этот же момент Шерлок неосознанно прервал поцелуй, потому что ему внезапно стало не хватать воздуха. Они сильно прижались к друг другу, чувствуя, что задыхаются. Инстинктивно, Шерлок положил руку на член Джона. В его ладони он стал еще тверже, и, ощутив это, Шерлок снова застонал. Они сейчас вместе, трогают друг друга в самых интимных местах, и это ощущается полностью правильным и естественным. — Шерлок, — Джон благоговейно выдохнул его имя и бережно подтолкнул Шерлока к кровати. Шерлок расслабленно упал на спину, лицо Джона оказалось над ним, и он разрывался между желанием снова поцеловать его и желанием все-таки спросить, насколько далеко они собираются зайти. Однако Джон не дал ему и наносекунды на принятие решения и, внезапно, Шерлок почувствовал, как его член охватывает тепло губ Джона. Хриплый крик вырвался из его горла, его тело задрожало, а пальцы скомкали простыню. — Джон! — это единственное, что он мог выдохнуть в этот момент, это имя — единственный якорь, который держал его сознание, и еще Шерлок был очень близок к гипервентиляции. Он никогда не представлял ощущения, подобные этим, каждое нервное окончание в его теле купалось в чистом удовольствии. Каждый вздох — что-то между стоном и всхлипыванием, очень непристойный звук, но абсолютно не подлежащий контролю. Губы Джона обхватили самую интимную часть его тела, усердно работая над его плотью, и удовольствие прошивало его кожу сотнями иголок, настолько сильно, что он едва мог дышать, углекислый газ переполнял его легкие. Шерлок ощутил, как где-то внутри него начинает закручиваться стремительная воронка удовольствия, но он не желал заканчивать свой первый раз вот так. Паника захлестнула помутившееся сознание. — Джон! Остановись! — задыхаясь, Шерлок легко потянул Джона за волосы, слабо выкручиваясь всем телом из его жарких объятий. Джон, сидящий межу его длинных ног, поднял на него недоуменный взгляд, его губы были влажные и красные, — Что случилось? — с тревогой спросил он. Шерлок знал, что его голос звучит слегка измученно. — Я не знаю, я… — остановиться сейчас было мучительно, но почему-то очень важно. — О, ты не хочешь кончать так быстро? — Джон сразу же все понял, он выпрямился и с нежностью обласкал взглядом Шерлока, такого теплого и совершенного. Откинув влажные кудри со лба любовника, он ласково ему улыбнулся. — Конечно, я понимаю, — он потянулся к губам Шерлока с мягким, успокаивающим поцелуем. Тело Шерлока горело от лихорадочной потребности, он все еще был на грани. Его руки легли на бедра Джона притягивая его ближе к себе, лихорадочно сжимая влажную от выступившей испарины плоть. — Я не хочу один. Я хочу с тобой, вместе, — горячечно зашептал он между поцелуями. — Ты мне нужен. Я хочу… — Да, — Джон снова все понял без слов и был полностью согласен. Его голос, низкий, горячий и неимоверно чувственный, проникал Шерлоку прямо в сердце. Он начал двигаться напротив Шерлока, их текущие члены соприкасались и терлись друг о друга в такт выгибающимся бедрам, от чего оба получали запредельное удовольствие. — Ах! — Шерлок отодвинулся назад, к спинке кровати и обхватил одной ногой Джона за поясницу в отчаянной попытке найти более удобное положение. — Джон, пожалуйста, пожалуйста… Джон глухо зарычал, его била крупная дрожь, он буквально задыхался, их лица разделяли всего несколько миллиметров, но они сейчас дышали слишком тяжело, чтобы можно было целоваться. Джон не отводил взгляд от лица Шерлока, в его взгляде проскользнуло сомнение, даже отчаянье, а потом он решительно обхватил оба члена вместе и начал делать резкие ласкающие движения вдоль обоих стволов. Шерлок потерял контроль, его бедра резко подались вперед, и он закричал от оргазма, который резко выкрутил его тело, каждую его мышцу, слепящее удовольствие волнами расходилось по телу, словно радиация, густые струи спермы вырывались наружу. Он был полностью во власти оргазма, который заставляет его тело биться на скомканных и пропитанных их потом простынях, выгибаться дугой от невозможности пережить самый сильный всплеск удовольствия в его жизни. Он захрипел и смутно осознал, что Джон напротив него изнемогает от желания, повторяя и повторяя его имя, продолжая толкаться, вот-вот собираясь кончить. Не помня себя, Шерлок обхватил его за задницу, подсознательно не желая отпускать. Уголки его глаз были мокрые, когда спазм в конце-концов отпустил его, но Шерлок все также продолжал дрожать. Его пальцы ослабли, но он все равно легонько водил ими по дрожащей спине Джона снова и снова. Шерлок никогда не чувствовал себя ближе к кому бы то ни было в своей жизни и уж точно никогда не ощущал ничего похожего на то, что сейчас произошло. Он не мог перестать трогать Джона, ласкать его со всеми чувствами, которые он так долго и с таким трудом скрывал все эти годы. Это невероятно, что он мог это делать сейчас, что он мог чувствовать обмякший член Джона рядом с его собственным. Это было настолько интимно, что от этого чувства чуть ли не останавливалось сердце, и Шерлоку это ужасно нравилось. Он не мог пока говорить, только тяжело дышал Джону в волосы, и чувствовал такую сильную любовь к нему, что, казалось, она может расколоть его тело на двое. Джон все так же сильно прижимал его к себе, его руки были у Шерлока под спиной, а губы покрывали влажными поцелуями его шею. В конце-концов, ему удалось взять себя в руки, и он заглянул в глаза Шерлоку с такой нежностью и теплом, что у Шерлока начало болеть в груди. — Ты просто невероятный, — прошептал он, и его голос звучал хрипло и благоговейно. — То, что было, просто не возможно описать словами! Господи… — Джон… — Шерлок потянулся к нему, и Джон ответил, они целовались медленно и глубоко, и это было просто невероятно. Потребности двигаться больше не было, но влечение от этого не стало меньше. Он мог чувствовать, как сердце Джона бьется напротив его собственного. Ему столько всего хотелось сказать, но слова никак не желали соединяться в связные предложения. — Я люблю тебя, — вдруг сказал Джон, поглаживая его лицо, от чего у Шерлока перехватило дыхание. — Я должен был сказать тебе это много лет назад. Это всегда было правдой, ты знаешь. Я просто не мог этого сделать, я похоронил это глубоко в себе. Я пробовал говорить себе, что я ошибаюсь, но я всегда любил тебя. Шерлоку стало трудно дышать. — Это правда? — переспросил он. Все стены и преграды вдруг начали рушиться, и его душа теперь оказалась полностью обнажена перед Джоном. Джон медленно кивнул. — Это всегда было правдой. — Еще до Мэри? —  уточнил Шерлок, и Джон снова кивнул. — Еще с тех пор, как мы жили вместе. Еще до того, как ты ушел. Я не всегда мог признаться в этом самому себе, но я всегда это знал. Где-то в глубине души, я всегда это знал. — Джон снова прикоснулся губами к губам Шерлока. — Но, несмотря на все плохое, через что нам пришлось пройти, мы снова вместе. Восстанавливаем наш дом вместе. Я очень хочу всего этого — жизни вместе, если ты меня примешь обратно. — Не будь идиотом, — проворчал Шерлок, слегка улыбаясь. — Я очень боялся спугнуть тебя своим отчаянным желанием вернуть вас обратно. — Я очень хочу переехать, — голос Джона звучал искренно и серьезно. — Я хотел переехать с той самой поры, как мы начали ремонт. Просто у меня теперь есть Рози, и поэтому нужно все обдумать. А в чем проблема? — не понял Шерлок. — Мы можем переделать твою старую комнату для нее. Вместо ответа Джон пододвинулся к нему, выявляя липкий беспорядок, который они устроили. — Я принесу губку, — сказал он и пошел в ванну. Глядя ему в след, Шерлок заволновался. В чем проблема? Джон же практически уже живет здесь. — Это что-то, что касается Мэри? — спросил он натянуто, когда Джон вернулся. Разговаривать о Мэри было сложно, особенно сейчас, когда Шерлок был голый и очень уязвимый. — Какие-то эмоциональные аспекты, связанные с квартирой? Джон улыбнулся и покачал головой. — Ни в коем случае, не будь смешным! — Он наклонился и поцеловал Шерлока, а потом присел с боку от него, принимаясь вытирать его грудь и живот. — Это не имеет ничего общего с тем, что ты только что сказал. Я просто сейчас хочу быть уверен, что я не делаю только то, чего хочу я. Я должен быть уверен, что это будет лучше для Рози тоже. Кроме того, то, что ты присматриваешь за ней сейчас, это одно, а вот ребенок в доме постоянно — совсем другое, понимаешь? Жить со мной вместе и вместе с нами обоими — это не одно и то же. Ты уверен, что ты хочешь подписаться на то, чтобы помогать мне её воспитывать? Вот, что я имел в виду. Это больше, чем просто вопрос могу ли я переехать, чтобы жить с тобой, как в старые времена. Теперь у меня есть Рози, и это все меняет. Шерлок задержал дыхание, когда Джон аккуратно провел губкой между его ног. — Вы оба практически живете здесь, — сказал он, чувствуя руку Джона через губку больше, чем думая о том, что он сказал, — И ты знаешь, что я люблю Рози. Джон улыбнулся. — Я знаю, Шерлок. Давай просто не будем торопиться нажимать на курок. Я просто думаю, что нам нужно подумать об этом немного больше. Я не имею ввиду сейчас, мы не должны это решать немедленно. Надеюсь, у нас еще будет время. Давай сейчас лучше сосредоточимся на нас? Шерлок забрал у него губку и принялся делать все то же, что только что делал Джон. — Хорошо, — кивнул он. — Но не нужно переживать о Рози. Как я уже говорил, что бы ты ни решил, все будет хорошо. Вы нужны и важны для меня. И я хочу тебя. Я хочу тебя все время, — проговорил он низким голосом, целуя Джона в лоб, в нос, что заставило его засмеяться, а потом снова стать предельно серьезным. — Я хочу, чтоб ты был здесь, со мной. Я хочу тебя рядом, когда я ем. Я хочу тебя, когда я что-то чиню. Я хочу тебя, когда рабочие устанавливают трубы. Я хочу, чтобы ты пил чай со мной, — продолжил Шерлок. Он опускался все ниже и ниже, целуя грудь Джона, и каждым поцелуем запечатывал свои слова. — Я хочу, чтобы ты готовил со мной. Я хочу, чтобы ты работал со мной, — Джон начал дышать чаще, его пальцы погрузились в волосы Шерлока. — Я хочу тебя видеть весь день и каждый день. Я хочу тебя ночью, здесь, в моей кровати. — Шерлок… Он аккуратно провел губкой по члену Джона, специально возбуждая, и это сработало. Затем Шерлок отбросил губку и принялся ласкать член руками. — Впечатляющий поворот событий, — лукаво шепнул он, а его губы снова были на груди Джона. Джон ухмыльнулся. — Учитывая обстоятельства, я нахожу это вполне понятным. Шерлок улыбнулся, глядя на него снизу вверх. — Это была определенно не критика. Ты снова становишься твердым. — Шерлок положил голову на бедра Джона, завороженно наблюдая за его членом, периодически дотрагиваясь до него и, с восхищением, изучая. — Я никогда не думал, что это когда-нибудь случится, — сказал он растягивая слова и не поднимая взгляда. — Но ты же хотел этого? — голос Джона звучал слегка напряженно. — Всегда, — тут же откликнулся Шерлок и наклонился вниз, чтобы пробежаться губами по стволу сверху вниз. Он отдал предпочтение ласкам яичек Джона, время от времени с восхищением целуя его член. Он теперь был полностью возбужденный, толстый и покрасневший. Шерлок повернул голову, скользнув языком по крайне плоти Джона, и тот невольно застонал от невыносимого наслаждения. Шерлоку это нравилось. Он думал об этом в своих самых потаенных фантазиях, представлял, что ему это непременно понравится. У Джона идеальный член, полных двадцать сантиметров, к тому же, толстый. Головка имеет просто идеальную форму, и Шерлок думал о том, что все просто восхитительно. — У тебя идеальный член, — пробормотал он и немного неуверенно взял его в рот, наслаждаясь чувством головки на языке. Джон застонал снова, громче прежнего. — О Боже, Шерлок. Ты неестественно хорош в этом, Господи, это так круто! Ободренный этими словами, Шерлок продолжил экспериментировать, используя все возможные варианты: язык, губы, стенки щек и руки. Он устроился поудобнее и скользил вверх и вниз по всей длине члена Джона, посасывая и облизывая его, наблюдая каждую минуту за вкусом жидкости, которая постоянно выделялась на головке члена. Может ли он вообще называть его членом? Возможно. Он явно не знаком с другими народными названиями. Джон легонько ритмично толкался навстречу и громко стонал. Шерлок заметил, что когда оргазм стал ближе, и скорость стала больше, Джон начал тяжело дышать. Тогда он взял его член в кулак и быстро задвигал по всей длине, продолжая усиленно сосать головку, перебирая языком все складочки, и это окончательно выбросило Джона за грань. Он начал задыхаться, и без предупреждения рот Шерлока наполняется солоноватой спермой. Джон застонал особенно громко и отчаянно, его член дергался, выплескивая все новые порции спермы. Член Шерлока тоже был болезненно тверд. Едва отдышавшись, Джон тут же туго обхватил член Шерлока своим ласковым ртом, от чего он стал таким твердым, что Джон почувствовал спазмы, когда начал водить по нему рукой. — О Боже, ты такой твердый! — прошептал он, отстраняясь и ловя губы Шерлока своими. — В этот раз ты хочешь кончить мне в рот? — Нет, твоей руки будет достаточно. — Это все, что смог выговорить Шерлок. Джон делал это настолько превосходно, что, казалось, под ним дрожит земля. Он умело ласкал секунд тридцать, а потом, внезапно, Шерлоку стало слишком мало воздуха в легких, и его бедра начали сильно толкаться в кулак Джона. Член дернулся, заливая все теплой жидкостью. Он слышал звуки, которые издавал — низкие и животные. Его пальцы впились в бедра Джона, а потом он откинулся на кровать, весь мокрый и задыхающийся. Джон целовал его лицо до тех пор, пока он не оказался в состоянии ответить на поцелуй. А затем Джон залился смехом, которого Шерлок уже не слышал очень давно. — Что? — выдохнул он. — Столько всего нужно будет убрать, — довольно проговорил Джон. Он продемонстрировал Шерлоку ладонь, с которой сквозь пальцы стекала сперма. — Я пойду вымою руку. Точнее, было бы неплохо вымыть обе руки. Шерлок был слишком пересыщен эмоциями, чтобы обратить на это внимание. — Хорошо, — он закрыл глаза прежде, чем Джон встал с кровати. А когда он вернулся пару минут спустя, Шерлок уже дремал.  — Подвинься, пожалуйста, — Джон аккуратно вытащил из-под него одеяло и лег рядом, обняв руками и ногами, устраивая голову на одну с Шерлоком подушку. Шерлок мгновенье или два ощущал приятное тепло и нежность от прикосновений Джона, а потом крепко заснул.