Тайны этого города

      Она нарочно касалась краев его куртки, будто она могла потеряться. Пришлось сжать всю волю в кулак чтобы завести машину, ведь кому хотелось трястись как Бетти, которая сидела на заднем сидении, сжав руку Вероники?       Джаг качает головой, зная, что боковым зрением она его видит. Он пытается успокоить ее, отмахивая ту безумную догадку, что появилась несколько минут назад. Но правда в том, что он сам в глубине души понимал, что это было правдой. Нога иногда подрагивала, но ему нужно оставаться сильным. По крайней мере внешне. Для нее. — Здесь поворот, — Купер поддалась вперед. — Да, — отмахнулась Шерил, глубоко дыша, — я знаю, знаю, — все были на взводе.       Никаких парковок напротив вершины не было. Ей пришлось оставить машину просто на дороге. Но она будет не Блоссом, если не попытается притормозить на обочине, чтобы хоть как-то сохранить деньги ее семьи, что вложены в этот кусок железа.       Было чертовски темно и ее внутренний голос хотел вырваться наружу чтобы сказать «Эй ребята, а почему бы нам не приехать утром? Да, есть возможность обнаружения еще одного трупа, но… подумаешь, одним больше другим меньше». Где-то там наверху, горит свет и Шерил понимает — они не одни. Они успели. Девушка хватает Джонса за локоть, боясь, что она потеряется. Лестница была настолько узкой, а вокруг так темно, что ей показалось будто ее заперли в помещении, от чего ее детская клаустрофобия, которую как ей казалось, она смогла похоронить, снова схватила своими невидимыми клешнями ее голову. Нужно просто дышать. — Все нормально? — она слышит его шепот, когда тот почти незаметно поворачивает голову, зная, что та прячется за его спиной. — Ага, — еще чуть-чуть и поднимутся.       Шерил чертыхалась про себя и материла остальных, за то, что не дали вызвать ей полицию. Что в такой ситуации могут сделать они — кучка детей? Особенно, когда они понимали, что убийца на восемьдесят процентов находится рядом. Поднявшись, ничего кроме работающего фонаря, они не увидели. — Ну и какого черта? — пробубнела Вероника. — Мы опоздали, — на лице Купер явно была заметна тревога. — Почему мы вообще здесь, человек убил Гранди, а мы вот так без ничего поперлись в это логово? — Шерил пыталась вставить свои пять копеек. — Мы не могли опоздать настолько, — сказала Лодж, игнорируя слова Блоссом. — Может нужно позвонить в полицию? — не сдавалась девушка. — Необходимо осмотреться, — Вероника взглянула на Бетти. Ну и отлично, ее слова проигнорировали и куда их это заведет? Шерил была уверена, что ничем хорошим это не закончится. — Не выключай телефон, — единственным кто слышал все ее слова был Джонс.       Посмотрев в его взволнованные глаза, она закивала головой. Им нужно как можно скорей сматываться с этого места. Найти этого проклятого Арчи и делать ноги. И какого черта, их, эту команду Скуби-Ду, вечно тянет к неприятностям? Хотя, из Дафны и Шегги, как оказалось, вышла отличная команда.       Вокруг было ни души. Лишь в дали виднелись старые домики — неразобравшиеся остатки некогда детского летнего лагеря. — Если кто-то из вас скажет, что мы должны пойти туда… — начала Шерил. — Да, там опасно, но Арчи… — Бетти закусывала губу. — Нас, конечно, могут убить, но почему бы и нет, да? — и как у этого чудика появлялось время для шуток. — Если нас там убьют, и я напоминаю — это было вашей идеей, — она смотрит на девушек, — я вас убью, — Шерил делает акцент на «я».       Парочка Ви и Би с пониманием смотрят на нее, будто извиняясь за то, что впутываются во все это. И лишь Джонс рядом усмехнулся всей комичности и невозможности того, о чем говорила Блоссом.       Чем ближе они подходили, тем отчетливей становился запах промокших и покрывшихся плесенью досок и гнилых коробок-домиков. Мрачности добавляли вороны, которые так и норовили полетать над ними. Словно в гребаном рассказе По. — Оказывается старушка из Гриндэйла была очень даже миленькой, по сравнению со всем этим, — Джонс шепчет ей, когда она крутит головой, пытаясь осмотреться. — Заткнись, — шипит она как разъяренная кошка. Они шли в неизвестность, которая могла убить, а он шутил. Некоторые вещи не меняются, даже перед лицом такой опасности. — Ладно, — он невольно закатывает глаза и смотрит вперед на Веронику и Бетти, которые пошли вперед, — я рядом, все будет хорошо.       Ничего не говоря, она перепрыгивает небольшую яму, и берет его под руку чтобы не отставать. Сжимает так крепко, что рука у него должно быть уже синяя. Ему хочется пошутить на тему, что он не может печатать всего лишь одной рукой и ей лучше не сжимать его так сильно. Тем более, что он не собирался никуда от нее убегать. И, пусть кто там не говорил, но Джагхед знал, когда ему стоит раскрывать свой рот, а когда нет. Поэтому, если Шерил нужна эта поддержка, он будет рядом. — Ребята, кажется мы что-то слышали, — к ним поворачивается Бетти, светя прямо им в лицо фонарем. — Думается, мне придется тоже лишь слышать, после того как ты ослепишь меня этим долбанным фонарем, — Шерил махала рукой, надеясь, что до Купер дойдет. — Извини, — блондинка опускает свет и Блоссом чувствует как глаза начинают гореть от резкого изменения. — Да ладно, что уж там, — тушь наверняка давно превратилась в черные круги под глазами, от того насколько быстро она терла свои глаза. Похожа, наверное, на Джонса. — Большинство этих построек имеют лишь пару стен — все давно разрушено, — начинает Бетти. — Но есть лишь один с четырьмя, — заканчивает за нее Джонс и тянет за собой Шерил, направляясь к старому домику.       Вся краска, которая, возможно раньше, была зеленой, сейчас была почти белой — давно потрескалась, и на земле в несколько слоев валялась вперемешку с деревом. От постройки воняло еще сильней от того, что оно гнило изнутри за счет наличия четырех стен-сторон. Ей настолько не хотелось заглядывать внутрь, что она нашла занятие поинтересней — смотреть как ярко-белые червяки перемещаются сквозь очередные прогрызенные дыры.       Благо эти детективы додумались выключить фонарики, хотя без света было сложно передвигаться по давно заброшенному месту. По тем темным силуэтам можно было понять, что внутри было две старых кровати с железными прутьями и разбитое зеркало, которое валялось по всему, такому же погнившему, полу. — Никого нет, — пробубнила себе под нос Шерил.       Их было трое в этой развалюхе — она, Вероника и Джаг. Бетти, будучи самой «смелой» из них пошла вперед на задний двор. Все, что видела троица — это застывшее тело Купер. Что за черт?       Блондинка пытается подозвать к себе, махая рукой, напоминая движениями работников спецназа, умеющих говорить жестами.       Джонс посомотрел на Шерил, будто приказывая оставаться на месте, а сам пошел к Бетти. Ей хотелось одернуть его, назвать идиотом. А потом свалить отсюда, не забыв вызвать полицию. — Вот придурок, — она позволила шепнуть себе, когда тот сделал несколько шагов вперед. Блоссом ничего не оставалось делать как подойти к Веронике, которая рвалась к Бетти, но все же боялась и за себя — на лице гримаса страха от неизвестность и непредсказуемости.       Вдвоем, они решились подойти немного — они стояли почти на пороге. В нескольких шагов от них стояло двое. Сомнений нет — Арчи и… а кто второй человек? Это он или она? Не смотря на невозможность ответить на этот вопрос, Шерил не сомневалась, кто этот второй и что он сделал. Ей оставалось просто молиться, чтобы этим человеком не оказался тот, о ком она думала.       Эндрюс стоит к ним спиной, отчасти заслоняя другого и они не могут видеть лицо. В темноте вообще сложно что-то заметить.       У Бетти в голове проносится безумная идея. Она думает, о том, что Арчи и есть тот, кого они ищут. На это указывало много вещей, в частности то, что он позвал их сюда.       Если бы Шерил могла читать мысли, то она бы рассмеялась ей в лицо и бросила колкое словечко за неспособность мыслить.       Джонс кажется стоит так далеко, ей не удастся увести его незаметно. Вокруг так тихо, что они просто застыли на месте. Их никто и не заметил.       Кто из них наступает на эту проклятую ветку — не известно. Но в тот же миг, раздается голос. — Что за черт? — голос знаком настолько, что в груди неприятно колит от того, что он права. — Арчи, — молчание нарушает Купер, подходя немного вперед, от чего Лодж размахивает руками. — А ну назад, — приказывает знакомый голос теперь всем.       Они и сами не замечают, как Эндрюс разворачивается к ним лицом и моментально оказывается на коленях. Лицо видно теперь отчетливей — на нем неподдельный страх. Такой страх часто описывают в книгах. Страх, который испытываешь, когда на порог дома приходит смерть и ты знаешь, что не в твоих силах что-то обратить.       Арчи корчит лицо, когда чувствует как к голове прикоснулось что-то твердое и холодное. Он и сам не знает правильно ли он сделал, что позвал их. — Еще один шаг — и его мозги станут кормом для ворон, — голос дрожал. По всем этим интонациям понятно, что человек отчаялся.       Бетти было тяжело смотреть. Она почему-то думала, что если будет тихо себя вести, то сможет убедить опустить пистолет. — Бетти, я не гребанная кобра, — голос постоянно срывался, — хватит меня гипнотизировать, — виновник абсолютно всего, что происходило в этом городе последний месяц, вытирал пот со лба. — Опусти пистолет, ты ведь не хочешь навредить никому из нас, — Купер поднимает руки, будто показывая, что у нее ничего нет.       Позади стоит Джонс, не отрывая зрительный контакт с Эндрюсам. Да какого хрена, они дулись на друг дурга из-за какой-то отмененной поездки. Теперь его друг в одном шаге от смерти, а он ничего.просто ни — че — го не может сделать.       Арчи видит взволнованный взгляд своего друга… нет брата и понимает, что все что он хочет после того, как выберется отсюда — попросить прощение. Как его угораздило? Это ведь он виноват во всем. — Не хочу, — соглашается убийца, — но наврежу.       Если Шерил с Джагхедом догадались час назад, то Бетти и Веронике не было смысла объяснять что за человек направлял пистолет к голове Арчи. Что он сделал и в чем был виновен. — Пожалуйста, опусти пистолет. Все будет хорошо, — продолжала блондинка. — Нет, — Арчи чувствовал как дуло прижалось сильнее, — нужно покончить со всем этим. Это он виноват, — глаза опустились на рыжую голову Эндрюса, — если бы не он — ничего не было бы и Гранди была бы жива, черт.       Только Эндрюс понимал, что все это правда. Не начни он эту странную игру со своей учительницей — ничего бы не случилось. Он бы пошел на танцы с какой-нибудь девушкой и все были живы и здоровы. Но он так не поступил, за что и поквитается. Но не велика ли цена? — Ты не представляешь через что мне пришлось пройти этот месяц, — кричал убийца, — всем вам не известно! — Верно, — хрипло отозвалась Вероника, — мы не знаем. Но ты можешь нам рассказать. Неужели ты думаешь, что мы не поймем? — Конечно нет. Ничего из этого не должно было произойти. Гранди всего лишь должна была убраться из города и перестать отравлять жизнь другим, — по щеке прокатилась слеза. — Прошу, — Бетти повысила голос. — Нет!       Накаленность повышалась и каждый шум мог привести к ужасным последствиям. Каждый думал о том, как остановить происходящее. И только Джагхед не шевелился и не переставал смотреть на Арчи. Он будто прощался с ним. И рыжий это понял. Он видел, что его друг не держит на него зла, что он прощен, что его принимают. Эндрюсу ужасно хочется вырваться из этой хватки, но пока у него есть лишь обеспокоенный взгляд Джонса и, кажется, этого достаточно.       Арчи улыбается уголками губ и медленно моргает, давая понять, что все хорошо. Этим взглядом он пытается сказать ему «Здесь нет никого, кому бы я доверил все, что у меня есть, кроме тебя. И вообще прости за то, что я такой придурок. Вы с Шерил неплохая пара». Брови Джагхеда поднимаются вверх. «А ты думаешь я настолько тупой? Я ведь вижу все. Вообще-то я рад за тебя, но прошу, не оставляй Бетти и Веронику одних. Им нужна поддержка» Джонс готов пустить эту предательскую слезу из-за всего происходящего. Они бы могли сейчас набивать живот чипсами и играть в видеоигры, а не прощатся как будто они в гребанной драме. «Ну ты чего? Ах да, отцу скажи, что я люблю его. Это обязательно Джонс, хорошо?» Джагхед активно кивает головой, не заботясь, как это выглядит со стороны. «Ну вот и все в принципе. Я хотел только лучшего для всех нас. Но видимо не судьба» Лицо Эндрюса озаряет грустная улыбка. Такая, которая появляется, когда понимаешь, что упустил выгоду. — Так, не подходите, — раздается голос над головой Арчи, напоминая то, что пока он еще жив.       Напротив стоит Джагхед, который думает, что это так глупо и смешно одновременно. Все это страшный сон. Они проснутся и все будет хорошо. Никто, блин, не умрет.       Бетти не отрывает взгляда от убийцы и подходит ближе. Медленно-медленно. Но что потом? Она отберет пистолет? Но как?       Ее план похоже удается, и ей разрешают делать эти неуверенный шаги вперед. Ей стоит лишь догадываться что происходит сзади и то, как выпрыгивает сердце Вероники. Немного шагов вперед. Всего немного. Подойдет ближе — и протянет руку. Заберет пистолет. Бетти дышит медленно. Вдох — выдох. В небе кружатся вороны, словно стервятники, наблюдающие за шоу, под названием казнь. Каждый их них медленно и тяжело дышит. Видимо птицам надоело наблюдать за всем этим, поэтому одна из них мчится вниз и с грохотом царапает ржавую крышу, от чего вздрагивают все. От чего, спускается курок.       Голова Эндрюса касается земли. На лице нет ни намека на злобу. Лишь легкое разочарование от того, что случилось именно так. — Нет! — кричит Бетти и убийца одновременно. — Боже, Арчи, — Вероника уже не боится, она подходит ближе.       Купер стоит не двигаясь, не веря, что сейчас произошло. Точно так же как и минутами раньше, Джонс стоит и смотрит на Арчи. На лице никаких эмоций. — Что же я…о боже...нет, — человек откидывает пистолет и опускается к начавшему остывать телу Эндрюсса, — Арчи, вставай, ну же, — его плечо трясут, но у него в голосе дырка от выстрела. Ты можешь не дышать и быть живым. Но когда мозг мертв — мертв и ты. Картина ужасная. Это так выглядим все мы внутри? Бетти собирается подойти к телу. Она не знает, что будет делать, но собирается подойти. — Нет, Бетти стой! — голос заставляет ее повременить с планами. — Нет, — шепчет блондинка. По щекам катятся слезы. — Это не входило в план…нет, — кричит убийца вот уже второго человека, — не подходите к нам. Купер делает еще шаг. — ГОВОРЮ НЕ ПОДХОДИТЕ! — рука нащупывает пистолет рядом с коленом и прикладывает к виску. — Нет, прошу, убери пистолет, — повышает голос Вероника. — Это не то, что должно произойти. Глупо, да? — лицо озаряет горькая улыбка, а указательный палец спускает курок. Как хорошо, что пуль две и то, что пистолетом умеют пользоваться, правда?       На Эндрюса падает тело. Он бы может и возмутился от тяжести, но он был мертв. Эта странная справедливость «око за око» свершилась в считанные секунды.       Всего лишь несколько секунд никто ничего не говорил. Тишина. И вдруг на этой забытой человечеством вершине раздается пронзительный крик Бетти Купер. Крик, который мог убить. Крик ребенка, потерявшего мать в катастрофе. Крик последнего человека на Земле, отчаявшегося найти других.       Вероника бросается к Купер и притягивая ее к себе. Лодж верит в то, что уткнись Купер в ее плечо или грудь, это заглушит крик. Это заглушит боль.       Блоссом не знала что делать и как поступить. Не знала, что сказать. Она всего лишь видела тело Джонса, которое прибывало в статике. Он не сводил глаза с друга и даже не заметил, что произошло потом, после его смерти.       Шерил преодолевает расстояние между ними и резко поворачивает его на себя, и потом берет лицо в свои руки. — Отвернись, пожалуйста отвернись, — его лицо бледное, оно ничего не выражает и он даже не понял кто его схватил, кто к нему обращается.       Глаза уткнулись в ее шею, но она знает, что он видит всего лишь одну картинку — мертвый Арчи. — Прошу тебя, Джагги, посмотри на меня, — она гладит его по щекам, боясь приводить его в чувства пощечинами, — будь со мной, прошу. Посмотри на меня, ну же.       Глаза начинают двигаться, но не выражают абсолютно ничего. Его будто опустошили и теперь не найдется ничего, чтобы унять эту боль.       Шерил притягивает его к себе, пытаясь защитить его от всего этого мира. Руки судорожно вытаскивают телефон и поглаживая его по шее, она набирает номер полиции.       Руки Джонса висят по бокам, он не понимает, что вообще происходит. Просто чувствует, что кто-то проводит рукой по его шее. — Пожалуйста, будь со мной, — голос тихий и спокойный будто колыбельная.       Ей самой не хватает сил адекватно воспринимать происходящее. Она просто знает, что должна быть сильной, обязана. Ради девочек, которые рыдали рядом, ради него.       Полиция приезжает очень быстро. Ей не приходится рассказывать о происходящем, она лишь кивает им куда-то вдаль, где лежат тела.       Молодой полицейский вздрагивает от увиденного и понимает, что сам не справится. — Эй, мистер Келлер тут это… — он указывает пальцем на тела, прикрывая нос платком.       Неспеша к месту подходит офицер полиции. Откашливаясь, он узнает в рыжем парнишке Арчибальда Эндрюса — сына своего школьного друга. Когда верхнее тело переворачивают, сердце издает глухой стук. Он узнает своего сына.