Вкусы бывают разными...

Кажется, мы едем уже целую вечность. Всё тело затекло. Я попыталась хоть как-то размять ноги и руки, но чуть не вывалилась из седла. - Хей, ты чего? Устала? – спросил Кили, подъезжая ко мне с правой стороны. - Ага. Всё тело затекло, - нехотя призналась я и чихнула. Ну, чихнула и чихнула. А вот гномы так не думали. Кили, Нори и Фили с опаской на меня посмотрели, ещё бы, женщина в походе "хорошо", а простуженная женщина "ещё лучше". Глоин что-то прошептал Оину, а Бифур начал ругаться на кхуздуле. И это я-то считаю себя истеричкой. Я сглотнула слюну - вроде горло не болит, и потрогала лоб – температуры нет. Больше ни чихов, ни чего-нибудь подобного не было. По пути мы делали пару остановок, они были максимум по пять минут, но этого вполне хватало для того, чтобы размять затёкшие мышцы. Вот, наконец-то мы остановились на ночь. Солнце село уже довольно давно. Я только сейчас окончательно поняла, насколько устала, не смотря на то, что ехала верхом. Я была гораздо менее выносливой, чем даже тот же хоббит. Мышцы у меня были очень сильными, но только на ногах и спине, а этого явно мало. Боюсь представить, что будет, когда мы будем идти пешком. А остаться в Ривенделле мне теперь гордость не позволит. Ну, скажите мне, как это будет выглядеть? А? Сама в отряд взять умоляла, а потом… раз, и у эльфов остаться захотела. И погонят меня из отряда с криками: «Трусиха» и «Слабачка», да и до Имладриса ещё дожить надо. - Слушай, Маш, приготовишь ужин, а? – подошёл ко мне Кили. - Я же говорила, что не умею готовить. - Должно же это у девушек как-то… заложено быть? – робко спросил Ори. - Только не в этом случае, - хмыкнула я. - Слушай, не важно, как ты готовишь, но делаешь ты это всяко лучше, чем Бофур… - Эй, о чём вы там? – спросил Бофур уже стоя над костром, который развели Оин и Глоин. Я наблюдала за тем, что он делает. Тихонько, подойдя к повару, спросила: - Эм… Бофур, что ты готовишь? - Суп, - просто ответил весельчак. - А не кашу? – спросила я. - Неа, - отрицательно помотал головой гном, от чего уши его шапки смешно замотались в разные стороны. Я не смогла сдержать улыбку. - Что ты туда добавил? – как бы этот гном мне не нравился, на кону желудки тринадцать гномов, одного хоббита, одного человека и одного мага (если он вообще кушает, а не питается космической энергией). - Мясо, рис, картошку, укроп, - начал перечислять гном, загибая пальцы. – Да вроде всё… - так, вроде всё правильно, это сытно, но вид у всего этого очень густой. Я достала бурдюк с водой, налила её в суп и помешала. Повар, кажется, слегка обиженно наблюдал за моими действиями. - А посолил? – спросила я. - Нет, как раз собирался, - буркнул Бофур. - Ты чего обиделся, что ли? – спросил подскочивший сзади Фили. Да, догадаться было не трудно. Бурчащий Бофур это всё равно, что Торин который всё время улыбается. - А чего обижаться-то? Она наши желудки спасает, - сказал Кили, как и брат, выскочивший из неоткуда. Ну прям как чёртик из табакерки. Я пихнула его локтем в живот. Кили согнулся пополам и скорчился от боли. А суп, пока мы здесь разбирались, явно намеревался превратиться в кашу. Я поспешно сняла котелок, смекнув, что суп уже давно готов. Взяла кожаный мешочек и, посолив суп, отошла к своему пони. Меня очень обрадовало, что его уже расседлали (думаю, за это надо сказать спасибо Кили и Фили). А Бофур разливал суп по плошкам. Через десять минут все сидели и кушали. Я ела стоя, у меня не было абсолютно никакого желания садиться на сырую землю, а все камни были уже заняты (естественно складной табурет - это явно лишний груз). Первым стряпню похвалил Ори, а потом в сторону стряпни Бофура послышались комплименты. Даже Торин, казалось, был слегка удивлён перемене в кулинарных способностях повара. Я тоже расхваливала суп, ведь если подумать приготовил-то его Бофур. Посуду мыть послали меня. Я, наверное, выглядела очень смешно, неся котелок, шестнадцать плошек и столько же ложек одновременно (да, оказалось, что Гендальф питается вместе со всеми и никак не энергией космоса). А в это время гномы решили выпить эля. Рядом оказался ручей, о местоположении которого мне весьма любезно сообщил волшебник. К счастью, вода ещё не успела стать ледяной и всё ещё хранила тепло солнечных лучей. Я перемыла всю посуду, что сделать было очень трудно, учитывая то, что суп был жирным. Мыть приходилось руками, а посуда была деревянной. Примерно через полчаса я закончила. Когда я вернулась гномы слегка (а кто-то и не слегка) опохмелившись, спали громко храпя. Кили и Фили сидели у костра, видимо караулили, Торин сидел, прислонившись спиной к камню, кажется, слегка задремал, Гендальф курил трубку, а Бильбо ворочался, пытаясь заснуть. Я же, поставив котелок на землю и скинув туда всю посуду (благо, она была деревянной), подошла поближе к костру, постелила плащ и тут же уснула, несмотря на громкий храп Глоина и жёсткую землю. Разбудил меня грубый и недовольный голос, источник которого находился где-то неподалёку. Оглядев поляну, я убедилась, что всё было в порядке, ну, это, если конечно не брать в расчёт разозлённого и раздражённого Торина: - Думаете, ночные набеги орков это смешно? – Кили, что-то пробурчал себе под нос, предположительно оправдания. Торин ушёл на выступ. Мне вдруг вспомнилась та сцена. Неужели Балин сейчас расскажет историю Торина? Но всё же маленький недочёт есть, по сюжету это происходило в каменистой местности, а здесь ничего так, травка. - Не обращай внимания. У Торина много причин ненавидеть орков, - Фили и Кили посерьёзнели и посмотрели на дядю. В этот раз я сдержала слёзы, это было ужасно, наблюдать за тем, как твоему деду отрубают голову и за тем отец сходит с ума. Неудивительно, что он не улыбается. На последних словах, я встала вместе со всеми. Может он мне и не король, но он - предводитель. Торин действительно достоин быть правителем, честь иметь такого короля. Ни один гном более не спал, все стояли и смотрели на Торина, а когда он повернулся его глаза блестели, будто бы слезились. Но весь «момент» испортил Бильбо: - А Осквернитель? Что стало с ним? - Он зарылся обратно в ту нору, из которой выполз. Эта тварь уже давно подохла от своих ран, - от Торина вновь повеяло холодом. Он очнулся, стряхнул с себя наваждение и вновь стал твёрдым и рассудительным королём. Все вновь улеглись спать. Но почему-то я была уверена, что гномы ещё часа два и глаз не сомкнут...