Второе дыхание

Паутина — секрет паутинных желёз, который вскоре после выделения застывает в форме нитей. По химической природе белок, близкий по составу к шёлку насекомых. Паутина существует, по меньшей мере, сто миллионов лет, применяется для создания ловчих сетей, в шёлковые нити которых попадают насекомые, обеспечивая пауку пропитание. Однако, не все пауки плетут сети, чтобы ловить добычу, но чтобы создать себе маскировку.

***

В этом году было жаркое лето, всё высохло, и ночи были очень душные. Потому Наруто наслаждалась свежим бризом, охлаждающим её лицо, пока шла по широкому полю к северу от деревни Кароничи. Спустя две недели с её изгнания из деревни Сенджу Наруто начала снова привыкать жить сама по себе. Зной мешал, но хотя бы она не мёрзла, это станет проблемой только через несколько месяцев. От деревни Сенджу она следовала за речкой, у которой она, Хаширама и Мадара когда-то играли. Наруто хотелось добраться до туда и предаться воспоминаниям о её былой красоте, увидеть, что с ней сейчас. Но обнаружила её развороченной. Тонкий ручей всё ещё тёк через поляну, но река потеряла форму, и здесь, очевидно, произошло какое-то сражение. Этот вид опечалил и расстроил Наруто, это было их местом. Или, по крайней мере, Хаширамы и Мадары. Она надеялась изредка находить здесь какое-то утешение. Но выкорчеванные и сгоревшие деревья, потерявшая русло река и новые кратеры на лесной поляне стали одной из самых угнетающих вещей, которые Наруто видела после своего возвращения в страну Огня. Сегодня она бесцельно бродила, ища следы Чёрного Зецу в случайных местах. Она помнила о предупреждении Хагоромо, что ублюдок где-то в стране Огня и ощущает её. Может, она “надоела” ему из-за сходств между ней и Хаширамой. Кто знает? Наруто главное убить негодяя. Вдалеке Наруто увидела группу шиноби, бегущую к ней. Они двигались через поле, и из-за их скорости она была уверена, что они не могут не быть ниндзя. Ни один обычный человек не мог так бегать. Они направлялись прямо к ней, скорее всего, выяснить, кто вторгся. Наруто не знала, кому принадлежат эти земли и принадлежат ли вообще, но у неё были подозрения. Которые подтвердились, когда она завидела клановые гербы на их коричневой броне и узнала мужчину в середине группы. –Сарутоби Саске!–воскликнула Наруто и помахала ему, когда они подошли достаточно близко, чтоб услышать. Вся группа ускорилась, когда Сарутоби помахал в ответ, в конце концов, затормозив перед ней, и он выступил вперёд и пожал руку, широко улыбнувшись. –Намиказе Наруто. Так рад нашей новой встрече, как поживаешь? Почему ты вернулась аж сюда? Я думал, ты останешься у Сенджу,–произнёс он и просигналил остальным убрать оружие, указывающее на неё. Наруто почесала затылок и неуверенно взглянула на Сарутоби Саске, он был так похож на молодого Сандайме, что она с трудом их различала. –Эмм… Меня изгнали… Я типа помогла Учиха с их барьером,–нервно сказала она, Наруто понятия не имела, насколько близки оба клана, только что у них вроде какой-то альянс. Сарутоби Саске удивился её словам и насторожился, явно не слышал об этом раньше. –С какой стати тебе такое делать?–спросил он, некоторые из ниндзя с подозрением уставились на неё. Наруто не знала, как объяснить, поэтому рассказала то же, что и Сенджу. Сарутоби, конечно, было сложнее понять, он и знать не знал об их близкой дружбе, но, кажется, не разозлился, как кое-кто другой. Когда она закончила, он задумчиво вглядывался в её лицо. –Я признателен, что ты поведала мне это, Наруто. Может, мы и не воюем с Учиха, но у нас есть общие дела с Сенджу, и хорошо знать новости с их стороны. Должно быть, ты – их очень хороший друг, раз они тебя отпустили. Лет десять назад был один шиноби, к тому же из их клана, да помог Учиха. Сенджу Сома казнил его за измену,–рассказал Саске, взглянув на женщину рядом с ним, которая кивнула ему. Она была черноволосая и загорелая, в отличии от большинства действия Сенджу её не впечатлили. –Да, ужасный для них поступок, но необходимый, учитывая положение клана. На войне нужно быть готовым предпринимать решения необходимые для большего блага. Полагаю, Сенджу Хаширама мягче Сенджу Сомы,–она сложила руки и опёрлась на правую ногу. Наруто не знала считать ли последнюю ремарку оскорблением или нет. Она посмотрела на Саске, который считал её слова далёкими от комплимента, и поспешно повернулся обратно к блондинке. –Знаешь что, Наруто? Моя жена сейчас дома, с Хирузеном. По-моему, она передумала идти к подруге. Хочешь увидеться с ними? Моя жена довольно привязалась к тебе и будет счастлива вновь встретиться с тобой. Некоторые беспокойно зашевелились после его слов. –Саске-сан, разумно ли это? Она только что призналась в предательстве Сенджу, когда находилась у них,–пробормотала женщина и искоса посмотрела на Наруто. Саске покачал головой и успокаивающе улыбнулся. Так же, как Сандайме, когда говорил что-то там про корни их деревни. –А ещё Наруто спасла мою жену, бросив свою миссию в стране Воды, у неё развито чувство плохого и хорошего. Я не приглашаю её остаться у нас, просто визит. Я обязан жизнью сына перед ней. Её поступки даже звучат характерно ей, принимая во внимание услышанное о ней от моей жены. Хаширама не казнил её, хоть она и предала их, это многое говорит об их взглядах на неё, считают ли они её действительно опасной. Если бы они считали её угрозой, то сами бы избавились от неё,–он спокойно объяснил женщине, которая, фыркнув, отвернулась. –Так что скажешь? Хирузен уже подрос, знаешь ли. Не могу поверить, что он может так меняться день ото дня,–заявил он и показал руками, насколько он стал больше. Наруто улыбнулась и охотно кивнула. Чудесно было бы снова увидеть Сандайме малыша.

***

Мадара отставал на несколько шагов от младшего брата и Катсу. Во время охоты они подобрались небезопасно близко к деревне Кароничи. Пока у них было едва достаточно провизии, и этот год был плохим для торговли. Мадара следил за тем, чтобы в течение года каждый отправлялся на охоту пополнить запасы того, чего они не могли добыть в гражданских деревнях. Обычно они обходили Кароничи из-за их отношений с Сенджу, туда всегда было опасно соваться, на их людей нападали исподтишка и убивали. Солдаты Сенджу патрулировали эту деревню за пайки и монополию в торговых делах деревни. –Братец, думаю, нам надо бы отдалиться от деревни, мы испытываем удачу с этими Сенджу поблизости, да и ловить тут особо нечего. Я отказываюсь тратить своё время на убийство кроликов, когда мы можем найти добычу побольше,–сказал Изуна, глянув на него из-за плеча. –Согласен… Но нам тогда надо найти хорошее место и выждать её,–пробурчал Мадара и посмотрел в сторону их деревни. Они отсутствовали уже день, и Мадаре не терпелось вернуться обратно. Печать Наруто отлично держалась до сих пор, но он не хотел оставлять своих людей на произвол судьбы. В эти времена нельзя слишком расслабляться. Они собирались повернуть налево, подальше от Кароничи, когда почувствовали это. Огромное количество чакры. –Что это было?–спросил Катсу, глянув в направлении гражданской деревни. Мадара обошёл их, чакра начала исчезать. Будучи довольно-таки приличным сенсором, Мадара был в состоянии ощутить её интенсивность, и в Кароничи определённо происходило что-то напряжённое. –Что- –начал было Катсу, но огромный взрыв, разразившийся на той территории, прервал его. Что бы ни случилось в деревне, оно произвело гул до самого их местоположения в милях от неё. –Что за чертовщина?–прошептал Изуна, все инстинктивно притаились. Бережёного Бог бережёт, как всегда говорил отец. Послышался ещё один взрыв, за которым последовал грохот оглушительной громкости. Сотни различных вариантов проносились в голове Мадары, но он всё равно не находил очевидного объяснения этим звукам. Кто мог оставить такие разрушения? Ведь судя по звукам, это было тотальным разрушением деревни Кароничи.

***

Хаширама посмотрел на Итаму, который куксился в углу. Его младший брат пребывал в плохом расположении духа с самого изгнания Наруто из деревни, а теперь и его любимый сюрикен сломался во время практики. По крайней мере, это было его отговоркой, когда Тобирама спросил, почему он ведёт себя как пятилетний нытик. Хаширама выслушивал его болтовню эти последние две недели и даже с чем-то соглашался. Итама был зол на Хашираму за то, что тот позволил ей уйти. Более того, не дав Итаме хотя бы сказать “пока”, потому что он занимался стихийными тренировками, когда произошла вся история. Он не прекращал споры, что Наруто повела себя, как и всегда. Спасала людей. И нечего было быть такими приветливыми, а потом отвернуться от неё, когда она сделала именно то, за что её так любили. Разве она не спасла Итаму, исходя из того же принципа? Без предрассудков, она действовала так, чтобы выжило большинство людей, в той ситуации для этого нужно было атаковать Учиха. В этом случае, защитить Учиха. Он не видел тут великого предательства, ведь её поступки они могли предсказать с самого начала. Когда это Наруто сидела сложа руки и смотрела, как убивают людей? Хаширама громко вздохнул, вспомнив слова младшего брата, и Мито с интересом подняла на него глаза. Он, отводя от неё взгляд, крутил кунай, который уже час вращал вокруг пальца. Он почему-то чувствовал себя некомфортно рядом с Мито. Не в плохом смысле, совсем не плохом, но ему было не по себе, когда он встречался с её взглядом, как-то волнительно. Он виделся пару раз с Мито в детстве. Последний – несколько лет назад, до того, как он познакомился с Мадарой и Наруто, это был визит с отцом в Узу. Хаширама не мог точно вспомнить, зачем они отправились туда или почему его взяли с собой, всё-таки отец быстрее добрался и вернулся бы без него. Но он помнил, как играл с ней, её братьями и сёстрами. Так как Мито была единственная без близнеца, в играх ей приходилось вставать в пару с Хаширамой. Он и Мито были хорошей командой, выигрывали каждый матч против близнецов. Он уже запамятовал название и правила игры, но это было что-то вроде игр в ниндзя. Которые в один день резко прекратились, когда одна из младших сестёр неожиданно активировала свои цепи чакры и ударила в голову старшего брата, который в тот момент её ловил. Он попал в больницу на день с сильным сотрясением. Тогда же он познакомился с мастером Ясу, он был совершенно другим человеком по сравнению с тем, как он вёл себя несколько недель назад. Он был довольно обаятельным и заботливым. Души не чаял в детях, помог им, когда Мито рванула к нему за помощью после того, как у её брата потекла кровь. Когда Хаширама встретил мастера Ясу в Узу на этот раз, он едва узнал его, он на вид постарел лет на двадцать, а не десять, стал таким ворчливым, что Хашираме пришлось несколько минут разглядывать его, прежде чем он удостоверился, что это тот же мужчина. –Мне кажется, мы должны проведать Наруто,–вдруг сказала Мито, прервав ход мыслей Хаширамы. Куро одарил её скептичным взглядом, Итама же был всей душой согласен. Хашираму одолевали сомнения, с одной стороны, он понимал, почему они хотели её возвращения, Хаширама тоже хотел. Но с другой, она нарушила закон. У Тобирамы были весомые причины выпроводить её, учитывая, как сложно углядеть за ней. Хаширама и на миг не поверил бы, что Наруто намеренно навредила бы кому-либо из них, но её действия имели последствия. Теперь Учиха будут отдохнувшими, они будут более собраны во время битв, и значит, будут убивать его собственных ниндзя. Этого он не мог допустить, он будет бороться не на жизнь, а на смерть ради защиты каждого в его деревне. Для Хаширамы они все семья. С другой стороны, может быть, они перестанут быть такими сварливыми, и согласятся на союз… Остаётся только надеяться. –Ты просто собираешься сидеть здесь, уставившись в воздух, или ответишь мне, Хаширама?–раздражённо спросила Мито. Звук его имени привлёк внимание Хаширамы. –Что? Извини, я задумался, что ты сказала, Мито?–смутился он. Девушка закатила глаза и повторила свои слова: ”Я сказала, что уйду искать её завтра”. Она хладнокровно сверлила взглядом своих карих глаз Хашираму. У неё такие тёмные глаза… Как тёмная кора дерева… Немного коричневого оттенка… Они так отличались от глаз Наруто. Странно, как они двое хорошо ладили, будучи невероятно разными. Одна – голос разума, другая – голос сердца. Его до сих пор поражало их родство, хоть и далёкое, в них не было ничего похожего. Но он слышал, фуинджутсу легко давалось Наруто, и это как раз то, чем гордились Узумаки. Хаширама часто думал о Мито и Наруто, как о диаметральных противоположностях. Вроде как он и Мадара, но не до крайностей. Две девчонки даже соглашались в чём-то время от времени. Нечто почти воображаемое с ним и Учиха. –Ну?–рассердилась она, он уже во второй раз забыл ответить. Хаширама почувствовал, как у него краснеют уши, и наконец взял себя в руки. –Нет,–в унисон сказали Хаширама и Куро. –Ты нарушишь правила, сестра. Дедушка ясно сказал- –начал Куро, но Мито пропускала его слова мимо ушей и усмехнулась, показывая, что думает о его аргументации. –Наруто прекрасно может позаботиться о себе. И у неё больше всего шансов убедить Мадару принять альянс. Думаю, статус изгнанницы даже сыграет нам на руку, ведь Мадара будет больше ей доверять, раз мы не можем с ней также свободно общаться,–выговорился Хаширама, ему были противны слова, которые он произносил. Звучал, как манипулятор. Мито неодобрительно посмотрела на него. –На руку? А как же она? Наруто тяжело быть одной, Хаширама, она была настолько тихой, когда пришла в Узу, насколько эта девчонка вообще может. Ты можешь представить, как она меняется среди людей? Вот я – да. Она слишком быстро привязывается к ним, потому что боится быть одной, ко всем. Её самый большой страх – одиночество, Хаширама. И мне не нравится, что она общается с тем мужчиной, они – проклятый клан. Ничего хорошего не выйдет из связи с Учиха,–она сложила руки и мрачно глянула на Куро, предупреждая его не пытаться перечить ей. Хаширама заёрзал на месте, размышляя над её словами. Одиночество… Наруто провела столько времени своей жизни в уединении, неудивительно, что ей не хочется больше быть одной. Она быстро адаптировалась к нему и Мадаре, когда они были детьми. Может, она так отчаялась найти друзей, что объявила их своими близкими после всего двух встреч… Это наверно ещё и объясняет, почему она так яро мечтала о Конохе, иногда даже больше, чем Хаширама. Смотря в глаза Мито, он ощущал, как его изъедает изнутри вина. Может, они не такие небесно-голубые, как у Наруто, но они были довольно милые, по-своему, спокойные… Как тайная поляна в лесу. –Я сочувствую Наруто, правда сочувствую. Никто больше меня не желает, чтобы всё сложилось по-другому. Как только мы разрешим проблемы с Учиха, моим приоритетом будет наладить с ней отношения. Но пока мы ничего не можем сделать, я должен ставить деревню перед ней, и ты тоже должна, Мито. Если мы попытаемся связаться с ней сейчас, будет только хуже. Мадара может выяснить, что она знает тебя, и поймёт, откуда на самом деле взялась защита. Тогда и Узу втянется в этот бардак. Прямо сейчас Наруто защищает всех нас, взяв на себя вину, и она сделала это по собственной воле. Потому что хочет остановить войну, не дать близким ей людям страдать. Пожалуйста, Мито, доверься Наруто. Доверься мне. Мы всё исправим, нужно только время.

***

–Прости, Наруто! Я не знала, что так получится. Ты – спасительница, честное слово. Я не могу взять с собой Хирузена, у малыша Кио ветрянка, и я не хочу, чтоб он заразился. Он такой маленький, сама знаешь, он родился недоношенным, не могу допустить, чтоб он заболел. Я опять в долгу перед тобой. Подгузники под столиком, а полотенца в ванной. Чувствуй себя как дома, дорогая. Я вернусь через пару часов, максимум четыре, клянусь, мне надо быть там, пока соседка не придёт домой со смены. Огромное спасибо, Наруто, я не знаю, что бы я делала, не будь тебя рядом,–Рен так быстро бормотала, что Наруто с трудом воспринимала услышанное. У неё была небольшая паника из-за обретённой возможности побыть впервые нянькой. Как генин, она никогда не получала подобных миссий, наверняка потому что никто не хотел “демона” рядом с их детьми. Наруто не поняла, как это произошло. Рен была вынуждена сидеть с чужим ребёнком через улицу, так как обоих родителей соседского пятилетки вызвали на срочную миссию. Что-то с деревней Кароничи, проверить всё ли в порядке. Тогда и попросили Сарутоби Саске тоже пойти, и прежде чем она опомнилась, она сидит день с маленьким Хирузеном, пока какая-то девчонка не появится и сменит Рен у соседей, и она сможет вернуться к своему сыну. В итоге, Наруто следит за ребёнком, которого она до сих пор старалась не называть Джиджи. Будучи неугомонным человеком, Наруто не привыкла подолгу сидеть спокойно. Несколько раз её подбивало желание крича выбежать, но пока она успешно сдерживала импульсы. В долгосрочной перспективе ничего хорошего не выйдет из решения бросить младенца на собственное попечение. Она взглянула на дитя на её коленках, гадая, как ей развлечь такую штуку. –Знаешь, Джиджи, мне доподлинно известно, что ты станешь очень хорошим шиноби,–Наруто ободряюще улыбнулась малышу. Хирузен с любопытством посмотрел на неё, показав беззубую улыбку. Он был в каком-то смысле прелестным. –Ага, тебя будут звать Богом шиноби, прикинь. Ты впрямь был великим человеком. Всегда заботился обо мне, когда я была твоего возраста,–сказала она, погладив его по голове. Широко распахнув глаза, малыш уставился на неё и разинул рот. Он проголодался? Но потом он начал безудержно махать руками, как будто пытался грести. Сие действо он закончил радостным визгом. Наверно, не проголодался… Наруто и понятия не имела, как разговаривать с младенцем, и что она могла сделать, если бы он проголодался? Рен была по соседству и строго приказала не упускать малыша из виду и не приводить его. –У меня тут реальные проблемы, Джиджи. Я не могу заставить своих друзей сотрудничать,–начала она, решив излить душу старому наставнику, раз у неё появилась такая возможность. –Хаширама славный, добрый, всегда помогает, но я думаю, у него всё помешалось в голове. Поэтому я должна помочь ему пробиться к Мадаре, даттебайо. Это мой другой друг, он недавно стал выше меня, что очень мне не нравится, и волосы у него непослушнее даже моих. Он немного запутался, и мне кажется, он в какой-то момент сильно приложился головой, потому что вдруг вздумал, что любит меня. Я это конечно считаю абсурдным. Внутренне я типа… на двадцать лет старше. А физически он… не знаю, у меня всегда было плохо с математикой, но он на десятилетия старше, чем я. Знаю, наверно, это звучит запутанно, Джиджи, но взаправду всё и есть запутанно,–бессвязно болтала она, ей было приятно иметь такого внимательного и энергичного слушателя. Также утешало, что он ни слова сказанного не понимал. –Они воюют друг с другом, а я пытаюсь помочь им договориться. Но Мадара меня не слушает. Он такоооой упёртый, даттебайо. Знаешь, я чувствую себя Сакурой в этой ситуации. Как команда семь, когда Саске-теме и я сражались, и она пыталась помирить нас… Мда, я её больше зауважала за то, что она не срывалась чаще. Мне иногда хочется бить Мадару головой о кирпичную стенку, пока он не поймёт,– объясняла она и щекотала его бока, а он смеялся и махал ручками. Мальчик, кажется, наслаждался её бормотанием и ворочался из стороны в сторону, смотря на Наруто. –Как ты думаешь, Джиджи? Что бы ты сделал в такой ситуации? Ну, знаешь, если бы опять был на полтора метра выше и весь морщинистый? Какой-нибудь совет для меня?–спросила Наруто, и Хирузен залепетал на своём загадочном детском языке. –Не думаю, что стоит так поступать, Джиджи. Я не хочу сражаться ни с одним из них, я не только уверена, что они сильные, но я не считаю, что насилие – ключ к этой проблеме. Она старалась представлять, что его детские речи на самом деле были серьёзными ответами, которые ей давал добрый Сандайме. Малыш опять рассмеялся. –Ты абсолютно прав, Джиджи. Когда-нибудь они вновь станут гражданами Конохи, поэтому я должна воспринимать их как семью, а значит защищать их, даттебайо. Хороший ответ,–она улыбнулась Хирузену в тридцать два зуба. Видимо, это напугало мальчика, так как в следующую секунду он начал выть и плакать, а Наруто отчаянно пыталась его успокоить.

***

Разрушения, настигшие деревню, вгоняли в депрессию. Катсу и Мадара стояли в центре того, что было Кароничи, когда наступила ночь. Не найти целого дома. Мадара брёл по руинам и переступил через труп Сенджу. Скорее всего, один из шиноби Хаширамы, размещённых здесь, чтобы не допустить торговли Кароничи с Учиха, которым он и являлся. Изуна впереди искал ценности. Печальная истина – когда пала деревня, первый прибывший получал свободу царствовать. Кажется, кто-то уже побывал здесь, скорее всего, выжившие. Судя по всему, кому-то удалось пережить разрушения, то тут, то там он видел ковыляющих гражданских. Ошалевших, иногда с ожогами. Они ничего не могли сделать для них, и своих проблем хватало. Тем более Кароничи ни разу ничего не сделала для Учиха, они были союзниками Сенджу, и Мадара не терпел им подобных. Наруто – единственное исключение. Катсу осматривал бывшую в прошлом скотобойню, Мадара пошёл дальше. Может, они найдут одеяла, их не бывает достаточно зимой. Мадара – не хладнокровный человек, но в таких ситуациях лучше думать рационально. О том, что принесёт пользу его людям. Но, доставая полусгоревшее одеяло из-под обломков, он чувствовал в воздухе запах горелой плоти, дым и пыль ещё не улеглись. Он похолодел при мысли о судьбе тех, кому не повезло спастись. Напоминало версию ада. –Ужасающе, не правда ли? Голос появился из ниоткуда и сильно ошарашил Мадару, он чуть не подпрыгнул от удивления, но вместо этого крутанулся на месте и вглядывался в затемнённую часть дома, бывшую позади него. –Кто там?–спросил он приказным тоном. –Ужасающе, что может сделать недостаток власти…–произнёс хриплый мрачный голос, игнорируя его вопрос. –Я сказал, кто ты?–повторил Мадара, схватившись за каму. Он знал, Изуна и Катсу сейчас его не услышат, но надеялся, что этот человек – просто выживший попрошайка, пытающийся так поэтически у него что-то вымолить. Вдруг в темноте засветились два жёлтых глаза. Хотя больше ничего в тенях Мадара заметить не мог, должно быть человек покрыт сажей, раз сам Учиха не может его нормально разглядеть. –Это не стоит внимания… Я лишь наблюдатель, Учиха-сан. Я не представляю опасности… Я пришёл на переполох, вызванный этим ужасным зверем… Я пытался спасти кого-нибудь, но не справился…–выдавил он этим мерзким голосом. Мадара напрягся на слове “зверь”. “Животное натворило всё это? Что за животное может устроить такую разруху?” –Ты ранен?–спросил Мадара, подумав, что, возможно, из-за травм он так отвратительно звучит. Наверно, надышался сажи. На секунду человек взял паузу, но потом снова скрипуче заговорил. –Только душевно… Этот Йонби – такое страшное, злобное создание. Просто кусочек пазла, который не может думать и контролировать себя. Жёлтые глаза стали выше. Словно сидящий в темноте человек поднялся. “Йонби? Один из хвостатых зверей? Оно наделало всё это? Неудивительно, что тут было столько огня. И это объясняет чёрную твёрдую субстанцию повсюду, Йонби же управляет лавой”,–думал Мадара и потом принял во внимание ещё кое-что, упомянутое им. Поражённый его словами Мадара вздрогнул. –Кусочек?–спросил он и шагнул ближе. –Конечно… Изначально существовал десятихвостый… Управляемый и используемый на благо мира…–тихо сказал человек, по спине Мадары пошли мурашки. Десятихвостый… Он не слышал, чтоб кто-то ещё знал о нём, кроме Наруто, Хаширамы и его самого. Откуда случайному гражданскому это известно? Этот… Этот человек... А человек ли? Не может быть… Как там его звали? Зевс? –Кто ты?–прорычал он, стянувшись, как пружина и указывая камой в темноту.–Назовись, существо!–потребовал Мадара, на его лбу собрался пот. Сказанные Наруто много лет назад слова вспомнились отчётливее, чем когда-либо. –Существо? Почему ты меня так называешь? Ты каким-то образом слышал обо мне? Не удивлюсь, если это та зловредная девчонка заморочила тебе голову своим враньём. Не так ли? По-моему, её зовут Намиказе Наруто… Услышав эти слова, Мадара стиснул зубы, он вспомнил имя, Чёрный Зецу. Существо, преследующее потомков сыновей Хагоромо, приносящее беды. Добивался того, чтобы между ними никогда не было покоя. –Заткнись. Я знаю, что ты такое, она всё мне рассказала о тебе,–прошипел он и шагнул вперёд. Он гадал, почему был так напуган. В чёрном болване не ощущалось силы, не было давящей мощи или намерения убить. Может быть, из-за осознания, что все слова Наруто были правдой, а значит, оно было древним и очень увёртливым. И оно пришло за ним. Следовательно… Индра… его реинкарнация... –Намиказе многое тебе наплела, я уверен. Но прежде чем сделаешь что-то, о чём будешь позже сожалеть, выслушаешь меня? Ты слышал только версию событий той аномалии,–сказало чёрное существо, и глаза приблизились. –Сомневаюсь, что это изменит моё мнение. И с твоей стороны довольно саркастично называть Наруто аномалией. Я убью тебя собственноручно для неё,–рявкнул в ответ Мадара. –Она не должна существовать…–поспешил сказать Зецу, видя, что Мадара собирался претворить в жизнь свои слова. Что-то вспомнилось Мадаре на задворках сознания. Наруто говорила это точь-в-точь две недели назад. “Я никому не подойду, меня не должно быть здесь, не должна существовать” и потом опомнилась, не дав себе продолжить. Как будто сказала слишком много. Тогда Мадара был больше сфокусирован на ситуации в целом. Всё-таки ему отказала девушка, которую он любил. –Я следил за ней годами, как она – за мной. Всё, что она говорила о себе и своём происхождении, – неправда. Намиказе Наруто никогда не была постоянным жителем деревни Итаника, к примеру, она просто оказалась там в день, когда ваш клан разрушил её. С чего тебе верить, что её остальные россказни правдивы, Мадара? Рука Мадары слегка дёрнулась после слов Зецу. Тень воспользовалась возможностью продолжить. –Она не должна быть здесь, она – лгунья и предательница. Намиказе Наруто – существо, не принадлежащее этому миру. Тебя никогда не интересовало, как она стала такой могущественной? Хоть её никто не учил до вашей встречи? Люди, как ты, обрели силу через наставления и учёбу искусствам шиноби, ты не находишь волшебным, что бездомная девочка без деревни, друзей или семьи стала такой сильной?–спросил он, подойдя на шаг. Мадара, стиснув зубы, начал отходить от него, прожигая взглядом призрака. Он не хотел позволять этому мерзкому существу играть с его разумом. Он знал Наруто, знал, что она хорошая. Самый замечательный человек, которого он встречал. Этому жалкому подобию человека не удастся таким способом надавить на него. И всё же… Всё же сказанное им нередко волновало его. Он не понимал, как она стала такой сильной. Не встретив должного ответа, контраргумента, Зецу опять принялся говорить. Но благоразумно не подошёл ближе к Учиха. –Мои силы чрезвычайно уступают ей. У меня нет ни единого шанса против чего-то подобного. Но что я умею делать, так это ощущать. Вы бы назвали меня сенсором и преследователем. Но в отличие от людей я ощущаю не чакру, я ощущаю души,–объяснял он своим хриплым раздражающим голосом. –Логично. По словам Наруто, ты преследуешь реинкарнации Индры и Ашуры в их потомках уже долгие времена. Видимо, так ты их находил,–прорычал Мадара, понимая недосказанности, причину, по которой Зецу говорил с ним и только с ним. –Да… Также я могу сливаться с чем угодно. Я прохожу сквозь воду, землю и огонь. Всё, что мне нужно, – так это немного тени. Если бы его рот было видно, Мадара уверен, он бы улыбался. –Поэтому я и могу утверждать, что Наруто не должна существовать. Её душа… Она аномальна. Мадара зашипел на эти слова. В бешенстве с Зецу, который ожидал, что он поведётся на такое дерьмо. В Наруто нет ничего неправильного. Она – сам грёбаный свет. –Тринадцать лет назад, когда Наруто было предположительно шесть лет, она просто очутилась в мире. Откуда она пришла, мне неизвестно, но я почувствовал её создание. Мне только известно, что мир стал несбалансированным, до сих пор остаётся, Мадара. Она извращает порядок,–скорбно сказал Чёрный Зецу. Было сложно различать его эмоции, его голос был чертовски грубым. –Заткнись… Наруто всеми силами пытается защищать людей, что, чёрт возьми, она могла сделать, чтоб извратить порядок? Ты лжёшь,–гаркнул он, но не атаковал. Разрывался между яростью и любопытством. –Она – защитница биджу… Оглянись вокруг, Мадара, заслуживают ли они защиты? Несколько лет назад она была в стране Воды и спасла Санби от запечатывания. Спасла, чтоб в другой день он убивал и рушил этот мир. Я думаю, в чём-то она не соврала. Лучший обман всегда основан на правде. Когда они разорваны, их почти нельзя контролировать. Они глупы, чувствуют себя лишь частью целого. Не осознают своих поступков, не чувствуют раскаяния. Если удастся запечатать это, то оно перестанет быть проблемой, но лучше всего вновь воссоединить их. Во что-то контролируемое, подчиняющееся одному лидеру, у которого будет над ним власть, истинному джинчурики. –Джинчурики?–вопреки себе переспросил Мадара, он понятия не имел, что это такое. –Человеческая жертва. Тот, кто может контролировать монстра и быть его тюрьмой, так, по крайней мере, их назвал клан Узумаки,–сказал Чёрный Зецу, сменив своё положение, и Мадаре показалось, что он может различить контраст между темнотой и гуманоидной чёрной формой. –Конечно позже они становятся нестабильными. Монстры оказывают на них влияние, сводят их с ума, как я слышал. Печать обычно имеет недостатки и её не хватает на всю жизнь человека. Никогда не знаешь, что столкнёт джинчурики в пропасть, и тогда вырвется монстр. Честно говоря, только Учиха со своими могущественными глазами могут по-настоящему сдерживать их,–разглагольствовал Чёрный Зецу, не отрывая жёлтых глаз от Учиха. –За… Замолчи! Это брехня, чёрт побери, зачем ты мне это рассказываешь? Я не помогу тебе собрать девять биджу и создать десятихвостого. Я не помогу тебе вызволить твою ёбаную мамашу! Ты сам только что сказал, лучший обман основан на правде. Наруто ничего не совершила, чтобы вызвать у меня недоверие, ты же, напротив, самое скользкое существо, которое я видел. Так почему я, блять, должен верить хотя бы одному твоему слову? Ты даже не человек, мне сию секунду следует убить тебя. Мадаре наконец удалось избавиться от странного непреодолимого ощущения, в котором он находился, пока слушал. –Тогда, полагаю, мне пора идти, но я скажу ещё кое-что перед уходом. Кьюби пропал уже более шести лет назад. Намиказе Наруто навестила его в день, когда он исчез, любопытное совпадение, не так ли?