Второе дыхание

Наше восприятие температуры довольно субъективно. Влажность, индивидуальные физиологические особенности и даже наше настроение могут влиять на ощущение высоких и низких температур. В этом заключается ветро-холодовой индекс: температура, которую мы обычно чувствуем, не является действительной температурой.

***

Отвратительная погода очень подходила настроению Хаширамы. Барабанил дождь. Он стоял у окна, выглянув, наблюдал, как схваченных Учиха провожали мимо него и сажали в тюрьмы. Ответственным был Тобирама, который выполнял задание с всевозможной тщательностью и надзором. Итама записывал имя и характеристики некого шатена, средний из братьев Сенджу обеспечивал порядок происходящего. И с протоколом, и с заключёнными. Хаширама смотрел, как Учиха-шатена посадили в камеру, которую он разделит с двумя другими. Мужчина выглядел сердито, но менее враждебно, нежели остальные. Всё это – угнетающее задание, одновременно вызывающее у Хаширамы чувство беспомощности и надежду. Эта победа была сюрпризом, и теперь Мадаре будет проблематично продолжать войну с тем количеством ниндзя, что остались в деревне. Беспомощность зависла внутри от мыслей об Изуне и его состоянии. Хаширама молился, чтоб парень выжил. Никто не винил Узумаки за его действия во время битвы, откуда ему было знать тонкости их стратегии? Никто его не ввёл в курс дела, и возвращаясь назад, они правда должны были. Если бы даже Куро убил Учиха в сражении, никто не винил бы его, во время схватки ты должен выкладываться на полную, чтобы выжить, особенно против таких оппонентов, как Изуна. После их возвращения домой Куро принёс колоссальную пользу, он наложил на всех пленных подавляющие чакру печати, отчего они не только не могли создать адекватных атак, но также не могли использовать Шаринган. Глава Сенджу гадал, насколько же легче жизнь в Узу. Кажется, у них полно маленьких хитростей, которые экономили время и силы, и он не мог слегка не завидовать. –Может, мы и не захватили Йонби, но и не вернулись с пустыми руками, не?–широко ухмыльнулся Итама и взглянул на Тобираму, который, кивнув, показал брату редкую искреннюю улыбку. –Да, не думаю, что в деревне Учиха осталось много солдат, большинство здесь, у нас,–ответил он и кивнул, чтоб Учиха сняли повязки с глаз. Их вели вслепую, так они не узнают своё точное местоположение. Пленники могли считать, что они близко, чего доброго, к стране Ветра из-за всех предпринятых ими окольных путей. Тобирама по-прежнему носил своё хаппури, несмотря на то, что они в деревне, предосторожность против каких-либо внезапно брошенных объектов, предполагал Хаширама. С тех пор, как та девочка, Наоми, раскроила голову младшему брату, его когда-то безупречно симметричное лицо искривлял сломанный нос. С хаппури это было ещё более заметно. С другой стороны, хаппури прикрывало его шрам, который изначально как раз-таки появился из-за протектора, впившегося в кожу. Тобирама устремил взгляд на одного из узников, внезапно что-то предпринявшего, но оказалось она просто устала от долгой неподвижности. –Эй, Сенджу, ты уже что-нибудь выяснил об Изуне-сан?–спросил шатен из своей камеры. Тобирама проигнорировал его, но Хаширама подошёл. –Боюсь, нет, но мы все надеемся, что он будет в порядке,–сказал он, прислонившись к каменной колонне, и скрестил перед собой руки. Так как столько Учиха были здесь, Хаширама посчитал это возможностью узнать их получше. Разговоры в качестве тюремщика и заключённого – не лучший сценарий, но лучше, чем ничего. Итама и трое Учиха синхронно фыркнули, Хаширама тяжело посмотрел на младшего брата, который поспешно вернулся к записям. –Конечно… А мой брат – Сенджу Сома,–закатил глаза пленный. –Как тебя зовут?–поинтересовался Хаширама, проигнорировав саркастичный комментарий. –Учиха Сора,–ответил он, сокамерник одарил его недовольным взглядом за разговоры с Хаширамой. –Вот, я обещаю представить тебе последние известия об Изуне, как только узнаю что-то, Сора-сан,–поклялся Хаширама. Тобирама сверлил его глазами, представлять заключённым информацию о соклановцах у него явно не на повестке дня. –Так кто это сделал? Тот ублюдок?–спросил Сора, указав на Тобираму.–Он всегда носится за Изуной-сан,–пробормотал он больше своему клану, чем Хашираме. –Нет, это был не Тобирама, но он был свидетелем. Сам я там не находился и не знаю точно, что произошло. Уверен, вы в курсе, что мы уже давно хотели заключить союз с вашим кланом, поэтому мы старались не навредить Мадаре и Изуне в сражениях. Сора ответил скептичным взглядом с десятью других Учиха, Тобирама закатил глаза и принялся полностью игнорировать брата. –Я не говорю, что мы не выкладывались на всю, в общем-то напротив. Изуна очень силён и воспринимать его, кроме как серьёзно, всё равно, что просить собственной смерти. Я имел в виду, мы не хотели, чтоб это произошло. На самом деле, я желаю, чтоб мы просто прекратили эту войну. Всё зашло слишком далеко. Слишком разрушительно. Мне страшно думать, что случится, когда другие кланы нападут на нас вследствие принесённого в бесконечной войне урона. Наши числа уменьшились более, чем вполовину,–пробормотал Хаширама и мрачно покачал головой, пытаясь выкинуть из неё образ мёртвых членов семьи. Сора не ответил сразу, но это сделал его сокамерник. –Так ты хочешь, чтоб… мы просто забыли?–усмехнулся он, с ненавистью оглядывая всех Сенджу в комнате. –Это невозможно, и это нечто, что мы никогда не должны забывать. От того мы только больше будем ценить мир, если увидим его когда-нибудь,–сказал раздосадованный этим Учиха Хаширама. –А что с Наруто-чан? Я видел, как она атаковала тебя, но что произошло дальше – нет. Она дралась с вами, да?–произнёс довольно Сора. –Намиказе Наруто сражалась с моим братом и вашим лидером, Учиха-сан,–бросил Тобирама с противоположной стороны комнаты. Его игнорирование уже, видимо, закончилось, он никогда не мог сдерживать своё любопытство. –Уверен, она мигом приняла бы нашу сторону,–насмешливо сказал Тобираме Сора, явно пытаясь его поддеть. Но его ждало разочарование, единственные, кто мог его вывести из себя, – это братья. –Это вряд ли!–воскликнул Итама, подняв с заметок злобный взгляд.–Как-то она напала ради меня на Учиха, годы назад кучка ваших прижали меня в лесу, и она спасла меня. Даже пырнула одного из ваших,–заявил он с самодовольной улыбкой, наслаждаясь замешательством на лице Соры. Вдруг один из заключённых повернулся к ним. –А, тогда? Да, это меня так. Я думал в то время, она – Сенджу,–подал голос мужчина постарше, у которого всё ещё были перевязаны глаза.–Думаю, она просто не поняла, кто мы. Всё, что она увидела в ту ночь, – наша погоня за сопляком, любой не разбирающийся отреагировал бы похоже. Итама помрачнел и вернулся к заметкам. –Сомневаюсь, что Наруто примет какую-либо сторону. Она, как и я, хочет конца этой войне,–сказал всем Хаширама, те, кто могли, видели его преисполненное решимости лицо. –Намиказе-сан придерживается нейтралитета, я мало что понимаю в этой девчонке, но тут я уверен,–Тобирама снова окинул взором шеренгу Учиха. –Катись к чёрту, Тобирама,–произнёс один из сокамерников Соры. Хаширама снова выглянул в окно, погода сегодня и впрямь ужасна, словно дурное знамение. Он лишь надеялся, что завтра будет лучше.

***

Прислонив голову к каменной стене пещеры, Наруто медленно вдыхала и выдыхала. Сколько она себя помнит, у неё всегда были проблемы с концентрацией. Так много мыслей и порывов, вечно проносящихся в голове каждую секунду жизни. Чакра Курамы тоже здорово мешала, от неё она становилась неугомонной и гиперактивной, и сосредоточенность всегда требовала от неё больших усилий. Только в очень важных и опасных ситуациях ей по-настоящему удавалось думать только об одном. Как во время битвы. То, на чём она сейчас пыталась сфокусироваться, не было жизненно-опасным. Пока. Курама пустился в тираду, как всё происходило слишком рано. Изуна должен был пасть в битве через пару лет. И как время на данный момент уже в полной жопе. Наруто билась над другой, но смежной проблемой. Изуна… Мадара… Братья Учиха. Почему они, блять, так привязываются, что достаточно кого-нибудь потерять, и у них едет крыша? Наруто считала себя очень сострадательным и любящим человеком, она быстро начинала проявлять заботу и была очень предана дорогим ей людям. И всё же она не сходила с ума каждый раз, когда теряла кого-то. Но Мадара сойдёт. Он правда сойдёт с ума и провалится на путь безумных и неистовых душ, больше не видящих света. Прямо как Саске… Чёрт подери этого Индру. Она развязала бинты на правой руке и рассматривала белый круг, выгравированный на её коже. Он был не таким чётким, как когда она впервые получила его в своём времени. В битве с Учиха Мадарой и потом с Кагуей она много пользовалась меткой ян. После она поблекла, стала чуть более прозрачной. Она восприняла это как знак, что данная старикашкой сила уходит. Чем больше она использовала, тем меньше оставалось. Когда она найдёт Чёрного Зецу, ей нужно как можно больше, чтоб запечатать его. По этой причине она воздерживалась от её использования, даже когда забредала близко к полю боя и встречала людей, отчаянно нуждавшихся в ней. Она обходилась и старалась по возможности помочь традиционными методами. Но Изуна… Могла она вообще помочь ему? Был ли он ещё жив? Он уже выглядел полумёртвым, когда они покидали поле боя, и это было вчера. Кто знает, что произошло спустя. Ей ненавистно таким образом думать, но она должна посчитать, оправдывал ли он цену. Курама всё твердил, что исчезновение чёрного пятна важнее жизни Изуны. Если Изуна выживет и Чёрный Зецу тоже, потому что ей не хватило силы, может, Мадара и избежит участи, не потеряет рассудок. С другой стороны, лишь вопрос времени, когда он найдёт другую реинкарнацию, которую можно извратить и заставить всё провернуть. Наруто дожила до Четвёртой войны шиноби, и что станется с Чёрного Зецу выждать в тенях? Люди продолжат умирать, Наруто не могла быть такой эгоистичной и думать только о своих друзьях и семье. Как же те, кто будут позже? Что, если Чёрный Зецу в следующий раз вцепится в Саске, потому что Наруто помешала ему заполучить Мадару… И она застряла здесь, не могла вернуться помочь. Наруто наблюдала за льющимся из дыры в пещеру дождём. Её ноги промокли, но она не удосужилась передвинуться. Такой ужасный день, такой ужасный выбор. Эта мысль противна, но Курама, скорее всего, прав. Возможно, Изуна просто того не стоил.

***

Мадара нёсся от деревенского колодца с полным ведром воды. Он был бледен и вспотел, но дождь смыл следы того. Он смутно обратил внимание на кивнувшего ему Катсу, пробегая по необычно тихим улицам обратно, к брату. Мадара никак не показал, что заметил его. Старший друг оставил двух братьев час назад и ушёл от кровати больного Изуны после того, как Мадара сорвался на нём в десятый раз. Проливной дождь не был таким сильным, как раньше днём. Было облачно, и небо придавало всему бело-серый оттенок. Как же, блять, подходило его чувствам. Как плачущее. Сейчас у него не было никакого терпения на происходящее в деревне, всё, на чём он мог сосредоточиться, – это младший брат, его смертельное ранение. Войдя в комнату, где он разместил Изуну, Мадара поспешил к нему. Он опустил ведро у матраса по центру комнаты и взял тёплую, влажную тряпицу, которую приложил Изуне ранее. Намочив её в холодной воде, он начал смывать пот с лица и шеи брата. Становилось хуже. Теперь не только рана, но и температура. Всех медиков схватили в сражении. Гражданский врач, навестивший вчера, только перевязал Изуну, сказав, что ничего не может сделать, прежде чем Мадара вышвырнул его. Буквально. Где-то в глубине он сожалел, что во время сражения бросил своих ниндзя на милость Сенджу. Сейчас уже ясно, что они не вернутся. На данный момент Катсу разбирался с десятью обеспокоенными гражданскими и семнадцатью стражниками, оставшимися за барьером, когда остальные выступили. Теперь деревня Учиха насчитывала в общей сумме тридцать человек… Возможно, скоро только двадцать девять. Он больше не знал, что делать, он был близок к тому, чтоб всё бросить и крушить всё на своём пути, но на это нет времени. У Мадары только время на то, чтоб позаботиться о брате, остальное не имеет значения. Вымыв тряпку от пота в воде и положив её обратно на лоб Изуне, он почувствовал что-то позади себя. Присутствие, которое он не верил, что упускал до сих пор, теперь-то новоприбывший ровно у окна, уже позади него. –Я знаю, ты там, и у меня нет времени и сил слушать твои высеры. Пошёл прочь,–прорычал Мадара, стараясь сменить брату повязки. Он корчился и стонал в попытке отбиться от Мадары, так как он причинял ему боль. –Успокойся, Изуна, я помогаю тебе. Я не дам тебе умереть, брат. Ты не можешь… умереть,–тихо пробормотал он, веки Изуны дрожали. Мадара не знал, был ли его брат настолько болен и ранен, что не мог его даже слышать. –Я так сочувствую вашей потере, Мадара-сан,–прохрипела чёрная тень позади Мадары. Он понятия не имел, как он прошёл сквозь барьер, это должно было быть невозможным. –Он не умер. Я ему не позволю. Чёрт, как ты сюда пробрался?–рявкнул он, глянув из-за плеча на фигуру. Он впервые по-настоящему увидел его. Высокий, как мужчина, и отчётливо видимый в холодном дневном свете облачного неба снаружи. –Я пришёл, потому что посчитал, что вы теперь, возможно, будете немного более понимающим. И тот барьер работает только на определённых вещах. Человеческие создания одно из них, и, как вы уже заметили, я не одного с вами вида. Мадара усмехнулся и отвернулся от существа, чтобы успокоить Изуну. –Удивил. Пойди прочь или на верную гибель, выбор твой. –Сперва я бы хотел рассказать свою историю, Мадара-сан. –Ты должен знать, что я известен своей вспыльчивостью, а не терпеливостью. Уйди прочь. –Я это знаю, но я также знаю, что вы – человек, не действующий иррационально. Вы – хороший стратег, и вам всегда нужно знать о ситуации как можно больше. Почему бы вам меня не выслушать? Потому что я необычно выгляжу? Когда внешний вид действительно имел вес в хорошем и плохом? Отшельник Шести Путей родился с двумя рогами на лбу. Это не остановило его от добрых дел. И не остановит меня. Он сделал шаг вперёд, Мадара напрягся, поспешно достав из кармана нож, за который схватился, как только заметил тварь. –Не подходи ближе. Я гарантирую, я прикончу тебя, если ты сделаешь ещё один шаг к моему брату,–рыкнул он, бросив ему убийственный взгляд. Тень не сдвинулась и подняла руки, словно сдаваясь. Но Мадара был довольно-таки уверен, что тот далеко не отказался от своих стремлений. –Я бы никогда не навредил вашему брату, Мадара-сан. Ведь не моя вина, что он в таком состоянии, не так ли? По-моему, здесь виноваты Сенджу и даже та Намиказе, выманившая всех. Не приди она, и вы бы не разделились с братом, правда? Столько битв прошло с проказным кланом Сенджу, и как только вмешивается она. Ну, что ж… Смотрите, что случилось...–сказал он, указав в сторону Изуны, от чего Мадара со злости прикусил язык. –Причина, по которой я пришёл, так это объяснить происходящее сейчас и до этого момента. По крайней мере, я объективен, я просто наблюдаю за событиями, которые привели к войне между Индрой и Ашурой. Вам нужно только послушать, Мадара-сан. Ничего более. Мадара повернулся к Изуне с дрожащими руками. Разрывался между тем, чтобы напасть или остаться щитом между этим существом и его братом. –Индра был необыкновенно одарённым, настоящим гением, с первого своего дня проявляющим талант. Он научился говорить за месяц. Он научился ходить за четыре месяца, и был мудрым, жаждал знаний. Желал пойти по стопам отца. Уверен, Наруто сказала тебе, что я – создание Кагуи, чего я не буду отрицать. Но то же можно сказать о Хагоромо и Хамуре. В каком-то смысле мы были братьями. И хоть у меня не было силы, как у них, я также хотел остановить созданный Кагуей режим террора,–прохрипел Чёрный Зецу. –Ашура – тот, кто нарушил баланс. Он не был талантливым ребёнком. Ему потребовался целый год, чтобы сказать своё первое слово. Всегда на много шагов позади брата, который преуспевал во всём, на что нацелился. Они повзрослели, Ашура стал завидовать. В отличие от Индры, наслаждающегося миром и покоем, Ашуре нравилось быть заметным. Он получал удовольствие от внимания и желал, чтоб его силой восхищались те, кого он называл своими друзьями. Доказать их неправоту, показать, что он из себя представляет. Знаешь, Ашура всегда умел обращаться со словами... Единственное, что он делал лучше Индры, который во многом напоминал монаха, ищущего истину, где бы не ступал,–продолжил он объяснение, и, несмотря на обстоятельства, Мадаре стало интересно. Что было такого в этом существе, что оно всегда могло завладеть его вниманием? –Это было после того, как они оба поженились, когда Индра впервые заметил, насколько заблудшим стал Ашура. Он дурил голову отцу ложью. Говорил ему, что все должны обладать силой, тогда не будет принижения. Он выдал это как решение, которое создаст равенство и потому мир, но правда в том, что мир не был никогда таким безмятежным, как когда вся сила принадлежала Хагоромо. Когда он возложил на Ашуру защиту и распространение своего наследия, Индра сразу увидел проблему,–на секунду Чёрный Зецу замолчал, даже горестно вздохнул, показывая утрату и разочарование. –Люди алчны. Они сражаются друг против друга, не достаточно благоразумны, чтоб использовать чакру тем методом, что заявлял Ашура. Конечно Ашура просто хотел лишить наследия брата. Он рос и полнился завистью и злостью на собственные ограничения. Индра пытался защитить людей, но Ашура не терял время. Как пиявка, отнимая силу у других и семьи, он впоследствии был в состоянии бросить вызов старшему брату. Так начались братские войны, Мадара-сан,–сказал Зецу зачарованному Мадаре. Он всеми силами пытался отгородиться от него, но уши вероломно не упускали ни единого слова. Хотел сведений, хоть и знал, что Зецу изворачивал историю, чтоб она подходила его целям. –Они убили друг друга, но их души остались на этой земле. Вселялись в потомка за потомком их соответственных ветвей. С тех времён я и наблюдаю, стараюсь помочь потомку Индры, но как я сказал прежде, я не Отшельник. Не в моих силах то, что могли мои братья. В моих силах только рассказать правду. Рассказать вам, Мадара-сан, то, что вам необходимо знать. Как остановить вашего брата и тварь Намиказе раз и навсегда,–он замолчал, когда Мадара сжал руки так, что костяшки побелели. –Я упоминал в прошлый раз, что Наруто не была рождена. Она была создана. Ашура обладал силой тела Хагоромо, благословлён долгой жизнью ещё до того, как манипуляциями отнял силы из всех им встреченных. Двенадцать лет назад произошло нечто, чего никогда не было прежде. Мне уже было известно местонахождение Ашуры, думаю, вы и сами можете догадаться. Индра всегда любил младшего брата, хотел спасти его от самого себя. Каждый потомок чувствовал связь между друг другом,–разъяснил Зецу, с интересом смотря на Мадару. –Хаширама...–изумлённо прошептал Мадара. Зецу кивнул. –И когда Наруто создали, она пришла в этот мир в мгновение ока. Одну секунду её нет, и вдруг она появляется тут. Также её душа идентична обитающей в Сенджу Хашираме. Две души не могут быть одновременно в двух местах. Я думал такое невозможно, пока не почувствовал её наличие. Она была могущественна, могущественнее, чем ты можешь себе представить. Даже в теле хрупкой шестилетней девочки. Это был Ашура… Я знал… Или Кагуя и Ашура, с того света стремящиеся манипулировать тобой. Пленить тебя, пока ты не достиг скрытого в тебе потенциала. Ашура всегда умел добиваться своего,–договорил Зецу, шагнув вперёд. В этот раз Мадара не сказал не приближаться. –Она врёт тебе. Намиказе пытается сломить твою волю. Заворожить словами о мире и гармонии, тогда как чего она действительно желает, так это господства, и только вопрос времени когда того же захочет Хаширама. Она знает, что он – её близнец, в сущности Хаширама и Наруто являются одним и тем же. Скрывающимся за их внешним видом. Она не спешит, ждёт, когда ты будешь чувствовать себя настолько в безопасности, что забудешь клинок дома, и тогда она ударит, воткнёт тебе нож в спину. Я знаю, прямо как Ашура. Быть может, как и её создатель, она попытается украсть твою силу, она умеет смешиваться с чакрой людей, но также и забирать её,–прошипела тень, стоящая уже лишь в двух шагах. Мадара трясся. Это неправда. Не может быть ею. Наруто… У Наруто… столько секретов… Она такая добрая… Она никогда не убивала, хотела лучшего для всех. Она владела словом или точнее умела убеждать людей, как и Хаширама. Разве когда-то ему не показалось, что они точно разлученные близнецы? Разве она не любила Хашираму, как собственного брата? Он тяжёло дышал, сжимая неподвижную руку брата. –Ты должен мне помочь, Мадара. Таких ясных глаз я не видел у Учиха со времён самого Индры. Я прошу помочь мне, хоть и знаю, как больно это для тебя. Не обманывайся и борись за свою семью. За потомков Индры. Законных наследников силы Шести Путей. В твоих руках мир будет в согласии. Ты достаточно здравомыслящий, чтоб использовать её с осторожностью. Чтобы ей не злоупотребляли, чтобы она не привела к войнам и страданиям. Мадара глубоко вдохнул и выдохнул, поднялся на ноги. –Сенджу могут быть предателями, а Наруто – с ёбанного Марса, это меня больше не удивит. Ты прав, говоря, что люди не в состоянии жить в мире и что счастье мимолётно в океане отчаяния и боли. Но я скажу тебе и больше не повторюсь,–процедил Мадара, перехватив в руке нож. –Уйди. Прочь.

***

Куро не тот тип человека, что делится чувствами. Даже с семьёй он был и всегда будет себе на уме. Хоть, взрослея, Мито напоминала тот же тип, она также не стеснялась высказывать своего мнения близким. Поэтому она безудержно болтала о Намиказе Наруто и пиздеце, который её ожидает за поступки на днях. –Я не понимаю, какая муха её укусила. Наруто не такая, и вырубила меня? Я думала, я знаю её, Куро, правда. Она спала у нас на диване два года, и потом совершает что-то подобное? Подралась с Хаширамой и Учиха Мадарой. Сперва я не поверила, но, увидев кровоподтёк, который она оставила на челюсти Тобирамы… Что, если бы это был ты? Ударила бы она тебя, узнай, что ты поразил Учиховского сопляка? –Он моего возраста, знаешь ли...–пробормотал без интереса Куро. Ему нечего говорить о своём поведении на поле боя, всё-таки он оказался на стороне Сенджу в войне, вполне естественно сражаться в ответ, когда на тебя нападают. И сражаться в ответ он был вынужден, Изуна вчера пылал силой и мощью. Только сообща ему и Тобираме удалось одержать верх, Куро ни за что не победил бы, не будь там Тобирамы. Куро затем понял, что Мито до сих пор говорила у окна. Она рассматривала тёмные тучи, не затыкая рта. –...но она ударила его, потому что думала, он – его убийца. Я понимаю, она дружила с тем Мадарой, но прежде она никогда не ранила никого за убийство Учиха. В смысле, она была дружелюбна с Хаширамой после его признания в том, что он убил главу Учиха. Это очень странно, может, они наложили на неё генджутсу, когда она была в деревне, или может, она влюбилась в Изуну. Наруто говорила, у них был спарринг… Куро вздохнул и тоже выглянул в окно. Дождь по-прежнему шёл, отчего на земле полно грязи и луж. Наблюдая за тем, как дождь унёс вниз по холму забытый сюрикен, Куро гадал, когда снова выглянет солнце. Ненастная погода у всех вызывала тревогу и беспокойство.

***

Изуна был в агонии, терял сознание и снова просыпался, лёжа на спине. Он не мог сказать, где сейчас находился. Будь то поле брани, тюрьма или его собственная кровать не имело значения. Ему лишь было известно, что брат с ним и что он сам при смерти. Он застонал, когда пальцы коснулись раненого бока. Блять, брат, должно быть, снова пытается сменить повязки. Почему Мадара просто не оставит его в покое? Отпустит его и даст умереть, не растягивая боли? Его руки пронеслись над раной, на что он шипел и вслух матерился, пытаясь вдолбить ему, что это бесполезно. Изуна задавался вопросом, что он будет делать без своего братца там, куда бы он ни отправился, но, во всяком случае, будет не так мучительно, как сейчас. Сколько ему придётся ждать? Будет ли на другой стороне лучше? Попадёт он в ад или в рай? Может, его мама и папа будут там, его братья... Он бы хотел увидеть их вновь. Будет больно? Смерть наверняка должна быть лучше… Лучше… Как ни странно, становилось лучше. Изуна не знал, что именно произошло, что сделал Мадара, но ему становилось лучше. Или, возможно, он наконец умирал. Если это смерть, то значит, боль в конце концов пройдёт. С другой стороны, это не ощущалось правильно. Ему было тепло, так тепло, он полон жизни. Смерти положено так влиять? Трупы всегда были холодными, когда они их уносили. Он открыл глаза темноте ,за исключением лунного луча, пробивающегося из окна. Местами облачно, луна ярко светила в контраст чёрному небу. Кто-то навис над ним, касаясь раны, состояние которой шло на лад. Подняв взор, он увидел, что это не его братец, а Намиказе Наруто. Он смотрел на её красивое, печальное лицо, на котором читались беспокойство и переживания. Она встретилась с ним взглядом, её глаза усталые и напряжённые. Странные отметины в форме кошачьих усов вроде выглядели более выраженными, и её золотые волосы как будто слегка светились. На секунду ему показалось, что она была ангелом. Ангелом, который годами пытался спасти его, скрывающимся за личиной бездомного путника. Ангелом мира и тепла. Когда он раскрыл рот, чтоб озвучить своё смятение, она приложила палец к губам и указала куда-то по его другую сторону. Посмотрев туда, он увидел лежащего у матраса брата, который крепко спал. Он лежал на боку на твёрдом полу, подперев голову рукой. Изуна чувствовал себя лучше с каждой проходящей секундой, что Наруто его касалась, как будто она не только его лечила, но изнутри освещала. Несколько коротких мгновений она держала там руку, и Изуна ощущал только спокойствие и покой, наблюдая за тем, как она его спасала. –Готово,–сказала она слишком скоро и отняла руку. Сразу же заскучал по теплу, но всё равно ощущал какую-то его часть, оставшуюся в боку. –Теперь ты будешь в порядке,–прошептала блондинка и, взявшись за опущенные до талии одеяла, опять накрыла его. –Как? Я думал, я умру,–тихо произнёс он в ответ. –Ты должен был. Но я решила, что ты нужен живым. Нужен своему клану и нужен Мадаре,–она окинула его брата грустным взором. Изуна не мог не задуматься: любила ли она его так же, как брат любил её. Она выглядела такой печальной, когда смотрела на Мадару. –Но я не сделала это, не ожидая какой-то расплаты, Изуна,–добавила она, переведя обратно к нему нахмуренный взгляд. Её лицо неожиданно стало решительным, когда она встретилась с ним глазами. Изуна был немного удивлён, она всегда беззаветно творила дела и для Учиха, и для Сенджу. Впервые он слышал, чтоб она хотела чего-то взамен, потому он кивнул. –Я хочу, чтоб ты выслушал своего брата. По-настоящему выслушал его чувства о союзе с Сенджу. Я хочу, чтоб ты выслушал его мечту. Всё до конца. И пока ты будешь слушать, я хочу, чтоб ты всеми силами смотрел открыто. Забыл о прошлом и представил себя семилетним ребёнком, который существует в этой мечте. Который может жить и вырасти в этой мечте. Когда ты выслушаешь его, я хочу, чтобы принял решение. Я конечно не заставлю тебя, но я хочу, чтоб ты подождал и увидел не изменились ли твои чувства о союзе,–прошептала она, быстро уставая. Изуна нахмурился, он наслышался подобной поебени прежде, Хаширама не прекращал этих разговоров во время сражений, но его семья, его друзья, его- –Смотри открыто, Изуна. Ты обязан хотя бы попытаться в качестве расплаты за спасение твоей жизни,–надавила она тихим голосом. Он обиженно кивнул, и в следующий момент она исчезла, занавески развевались, словно только что подул ветерок в распахнутое окно.

***

Мадара с криком проснулся. Лоб был мокрым от пота из-за яркого кошмара, ужасного образа погребения Изуны. И тогда он встретил любопытное лицо вышеупомянутого человека, который приподнялся и уставился на него. –И-Изуна? Ты в порядке? Мне снился сон, я думал, ты...–замолчал он, никогда раньше не испытывая подобного замешательства. –Умер,–закончил с кивком Изуна. –Я тоже умер?–поинтересовался Мадара. Изуна даже рассмеялся на это и покачал головой. –Нет, братец, боюсь, не всё так просто. Прошлой ночью меня исцелил светловолосый ангел,–нахально произнёс он и улыбнулся во все зубы. Мадара посчитал, что это не звучало логичнее его предыдущего предположения. –Ангел? О чём ты говоришь? Исцелил? Всех наших целителей схватили в битве с Сенджу. И никто из них не светл- –резко остановился он. Услышав собственные слова, он широко распахнул глаза. –Н-Наруто была здесь? Когда? Она может лечить?–поражённо задавал вопросы Мадара, наклонившись на руках к чудесным образом живому брату. Блять, он хотел расплакаться от облегчения. –Кажется так, но я никогда за свою жизнь не испытывал на себе похожего ирьё нинджутсу. Не было зелёной светящейся чакры, она просто… регенерировала меня или типа того...–пробормотал задумчиво Изуна. –Я чувствовал тепло… Сначала я был уверен, что я умер и она была ангелом. Я всё ещё ощущаю это, что бы она не сделала. Как будто вложила какой-то свет в меня, который изнутри меня согревает,–сказал он, бросив коварный взгляд на усталое и измученное лицо брата. –Я, может, даже и сам немного влюбился в неё, братец. Держи ухо востро, или я утащу её прямо из-под твоего носа,–задирал он вдруг раздосадованного Учиха. –Почему она меня не разбудила? А ты-то почему?–спросил он вместо того, чтобы повестись на насмешку. –Наруто показала, что хочет, чтоб ты поспал. Как и все мы, братец, она считает, что тебе нужно побольше сна. –И она просто провальсировала сюда, вылечила тебя и затем ушла?–раздражённо спросил Мадара, она что ли не могла оставить записку или что-то вроде. Ладно, оставить живого Изуну так же эффективно, если говорить о передаче сообщений. –Однако, у неё было одно условие за моё лечение. Не то что бы ультиматум, она как бы уже исцелила меня. В общем, я не спал с того времени и раздумывал над её просьбой… Вкратце, Наруто хочет, чтоб я тебя выслушал. Правда выслушал и принял решение насчёт этого альянса после всего, что ты мне поведаешь. Она настаивала, чтоб я смотрел открыто,–он взял паузу и взглянул на свои руки. –Я решил попробовать. Постараться забыть прошлое и думать, как она. О будущем, о лучших временах… Я не забуду погибших, я сам должен был стать одним из них, но я постараюсь не быть сегодня таким упёртым на эту тему. Так что тебе лучше начать, братец. Уже полдень, и я даю тебе время до полуночи, чтобы переубедить меня,–сказал Изуна, скрестив выжидающе руки. Мадара гадал, был ли это его способ попытаться быть объективным. Попытаться мыслить за пределами собственного положения. Осознав, что это, и почувствовав такую лёгкость и оживлённость, которую не чувствовал годы, Мадара улыбнулся. Устроившись поудобнее, он начал рассказ о встрече с Хаширамой у ручья и потом с Наруто на горе, о мечте, которую они разделили, пуская блинчики по речке.

***

Вся стража Сенджу стояла в ожидании на скалистом поле. Прошло две недели с последней битвы, и разведчики проинформировали его, что Мадара направляется к деревне Сенджу. К сожалению, Тобирама подслушал и теперь вся стража поджидала его. Это был прекрасный день, не слишком прохладный и не слишком тёплый, идеальный, если б не маячащее впереди сражение. Хаширама пока не схватился за чокуто, он твёрдо верил, что нельзя начать диалог, готовясь поразить человека, с которым говоришь. Он надеялся и молился Отшельнику Шести Путей, что Мадара передумает, согласится на альянс. Какой у него выбор? Они на данный момент посадили в тюрьмы почти всех Учиха, только гражданские, Мадара, Катсу и, возможно, Изуна остались среди главных бойцов. –А вот и он,–услышал он Тобираму, указывающего на утёс, где и впрямь в одиночку шёл Мадара. –Изуна не с ним...–пробормотал Итама по другую сторону Хаширамы. –Я заметил,–саркастично сказал Тобирама. Все выдвинулись, в то время как последний свободный член клана Учиха приближался к ним, он был одет к битве, уже достал каму. Хаширама сглотнул. –Где Изуна?–громко спросил Тобирама. Мадара не ответил, выглядел напряжённым и охваченным внутренними противоречиями. –Мадара, у нас всё ещё может быть мир. Разве ты не согласишься на альянс?–задал вопрос Хаширама, когда Мадара встал в пятнадцати метрах от них. Мадара по-прежнему молчал, вместо того он поднял свой клинок. В тяжёлом и бушующем взгляде завертелся красный. Хаширама и Мадара уставились друг другу в глаза, чёрные против красных. Сенджу против Учиха. Почему он не нападает? Мадара глубоко вздохнул и бросил свою каму, лязг металла пронёсся по разрушенной местности, когда она коснулась твёрдой поверхности. –Полагаю...Мы можем прийти к соглашению,–произнёс Мадара, его глаза вернулись к нормальному чёрному цвету. Хаширама едва верил ему. У него зашумело в ушах, словно он был посреди битвы, и застыл от шока и счастья. –Это же не ловушка, Мадара? Где Изуна? Ты не ответил мне,–сказал Тобирама, вытянув руку и не дав брату поскакать к нему через поле, воспевая ему дифирамбы. –Изуна… нормально. Уж не благодаря тебе. Наруто вовремя спасла его,–мягко ответил Мадара. –Она попросила его выслушать меня насчёт союза, так как брат тоже лидер клана Учиха, нужно было его согласие,–продолжил он, двигаясь к солдатам Сенджу. –Он упирался, но в итоге согласился. Он видит, что нас может ожидать лучшее время, если мы прекратим войну, пока ещё есть что спасать. Хватит сражений,–горько проговорил он и остановился перед Хаширамой, протянув руку. Улыбка Хаширамы была так широка, что даже Тобирама едва сдерживал серьёзную мину. Глава Сенджу охотно пожал руку Мадары. –Спасибо, Мадара! Я так счастлив узнать, что Изуна в порядке. Но больше всего я рад, что теперь мы можем остановиться. Я устал, а ты?–Хаширама сиял, словно солнце, а утомлённый Мадара смотрел в ответ глазами чуть ярче, чем они были последние годы. –Да… Я бы с месяц хотел поспать.