Второе дыхание

Чувство крайнего антагонизма или гнева, которое временно затуманивает рассудок.

***

Как и ожидалось, первая свадьба в Конохе произошла не между Сенджу и Учиха, а двумя членами клана Сарутоби, когда Конохе было чуть больше года. Сарутоби переселились в Коноху спустя шесть месяцев вместе с Шимура, и через ещё четыре месяца к ним присоединились кланы Нара и Акимичи. В общем, пара Сарутоби сказали друг другу “да” на приёме с членами шести остальных кланов и плюс одной Намиказе. Несколько месяцев спустя Наруто вернулась с трёхнедельной поездки в Узу, где ей строго указали, что она перешла все границы, воспользовавшись без согласия их техниками в военное время. Ашина читал ей нотации добрый час, в течение которого Наруто в силу своих возможностей успокоила его основные тревоги. Также через неделю ей удалось вымолить прощение Мито, что было отпраздновано бутылкой саке, которую рыжеволосая прятала под половицей в своей комнате. Сначала Наруто опасалась, что ей влетит бутылкой по голове, и даже когда Узумаки вытащила две чашки, Наруто не была полностью уверена в своей безопасности. Возможно и такое, что Мито пыталась усыпить её бдительность и застать врасплох. Единственная битва той ночью была против бутылки саке, в чём Мито справлялась намного лучше Наруто. Блондинка впервые попробовала саке, и на вкус оно оказалось ужасным. Абсолютно отвратительным. Вдобавок, Наруто не видела смысла пить, потому что оно не возымело на неё никакого воздействия, на которое нацеливалась Мито. Наруто заставила себя прикончить первый стакан, и этого было далеко недостаточно, чтобы напиться. К этому времени Мито уже запела и начала расспрашивать Наруто о её отношениях с Хаширамой. Её скорее даже обвиняли или около того, но Наруто посчитала, что пьяные люди обычно ведут себя чересчур эмоционально. Однажды Наруто видела, как Эро-сеннин рыдал из-за потерянной любви, и Наруто не посмела затронуть эту тему с мужчиной после того, как он протрезвел. Этот секрет джинчурики унесёт с собой в могилу. Мито и несколько её родственников, включая Куро, вернулись вместе с ней в Коноху, чтобы посмотреть деревню. Наруто пообещала устроить им подробную экскурсию по прибытии в Коноху. Планы нарушились, когда её встретила новая порция проверок для недавно присоединившихся к деревне. Вместо этого Тобирама показывал Коноху, пока Наруто тестировала способности Нара. Тест с каждым шиноби и выдача ранга по их системе свалили на Наруто. Изначально ей поручили это задание, так как она была дипломатом между Учиха и Сенджу, и ей достаточно доверяли, чтобы считать союзником обоих кланов. Они начали смешивать команды, принуждая членов разных кланов сражаться вместе против Наруто. Во время поединков Наруто проверяла с помощью режима биджу, есть ли между сокомандниками неприязнь, и, основываясь на результате и их чувствах, они решали кого перевести в другую команду. Теперь это превратилось буквально в постоянную работу особенно из-за того, что она могла тестировать только три команды в день. Потребовалось тридцать пять дней только для того, чтобы проверить всех Учиха и Сенджу, и ещё дольше со всеми присоединяющимися к деревне кланами. Наруто практически не участвовала на миссиях за пределами деревни. Единственный раз был с Мадарой, они прошли земли Хьюга, чтобы убить у границ группу пользующихся молнией шиноби, которые строили заговор против Листа. Это была самая грязная миссия, которую Наруто когда-либо получала, но она выполнила её без лишних жалоб. Глава Учиха – ещё одна проблема, с которой Наруто приходилось иметь дело. Сейчас он, кажется, сомневался на её счёт, и Наруто боялась, что у него остались к ней чувства. Мадара не признавался, как в тот раз во время их воссоединения, но он и не был человеком тонких намёков. Он поцеловал её в щёку, когда она отправлялась в Узу, и Изуна, провожавший её часть пути, попросил их учитывать присутствие детей, так как Итама тоже пришёл попрощаться. Впоследствии младший Сенджу вёл себя очень недружелюбно с Учиха, а Наруто никак не могла привыкнуть к их соперничеству. В собственном времени её даже на свидание не приглашали, а когда Наруто сама позвала Кибу, он подумал, что она в генджутсу. Ещё она была влюблена в Саске в детстве, хоть и никогда не признавалась себе в этом, пока он не покинул деревню. Постепенно Наруто переросла это, он больше не был Саске, которого она помнила. Злобный и безумный Учиха, с которым она столкнулась после совета пяти каге, – не тот, кто ей нравился в детстве. Он – друг, отчаянно нуждавшийся в их помощи, чтобы выбраться из тьмы. С изувеченной душой, полной шрамов. Нет, в целом, Наруто приняла факт, что останется одной, без мужа или семьи. Этот выбор меньше повлияет на будущее, по крайней мере, если будущее уже не запоролось. Хаширама стал очень молодым Хокаге. Курама не уставал напоминать ей об этом. В оригинальной хронологии ему было, как минимум, около двадцати пяти, когда построили Коноху, а не под конец второго десятка, как сейчас. Хокаге скоро исполнится девятнадцать, через несколько дней после двадцатого дня рождения Наруто. Блондинка блуждала по деревне, заложив руки за голову, и гадала, что ему подарить. Для живущих в деревне она цвела, но для врагов Коноха была растущим сорняком, часто происходили атаки от далёких кланов, осознавших, насколько большой угрозой они становятся. Однако, пока никто не погиб. Ни один человек не лишился жизни, став гражданином Деревни, Скрытой в Листве. Скоро начнётся оценка кланов Яманака и Хьюга, но, покончив с ними, она ожидала, что отправится на миссию со своей новой командой. Наруто руководила собственной командой и отчитывалась только перед двумя: джонином-командиром и Хокаге. Её команда состояла из неё самой, Учиха Соры джонина, Сенджу Токи, чунина, и Нара Шина, ещё одного чунина. В целом, Наруто была довольна своей командой и с каждым из них ладила, хоть и имела привычку ввязываться в споры с Шином на ежедневной основе. Наруто нравилось считать, что споры ведутся во имя укрепления командной работы. Несмотря на равенство в их команде, другими словами, у всех ранг джонина или чунина, Наруто активно тренировала их. Приказала присоединяться к ней на утренние упражнения, чтобы они были в наилучшей форме, какую могли бы достичь. Она всегда выбирала маршрут, который не выбрал бы Мадара для своей утренней тренировки, и отводила их в лес на пытки, эм, тренировку.

***

В позднюю октябрьскую ночь Тобирама с Изуной встали на дежурство у недавно получившей название скалы Хокаге. Тихо и темно, двое юношей высматривали со стороны горного уступа, где было вырезано лицо Хокаге, какие-либо признаки нарушений порядка. –Слышал сегодня в деревню пришло несколько Хьюга, не знаешь, что им нужно?–спросил Изуна чуть позже десяти часов вечера. Тобирама перевёл взгляд на Учиха, стоящего в двадцати метрах от него. –Да, они ведут переговоры насчёт вступления в Коноху,–ответил он, и Изуна разинул рот от удивления. –Чё? Серьёзно?–удивился он и оглядел деревню.–Мы… принимаем их?–последовал очередной вопрос. Тобирама, наблюдавший за низко летящей над домами птицей, медленно кивнул. –Полагаю, что да. Изуна усмехнулся и одну руку упёр в бок, а другой схватился за рукоять чокуто. –Видимо, Наруто не останется без работы ещё долгое время,–отозвался Учиха. Птица, за которой следил Тобирама, приземлилась на дымоходе. Она была угольно-чёрной, но это могло быть просто иллюзией из-за темноты ночи. –Знаешь, у меня такое впечатление, что ты её недолюбливаешь. Мне тут птичка напела что-то про то, как она сломала тебе челюсть под стать твоему сломанному носу?–сказал Изуна, не упустив возможности уязвить Сенджу. До сегодняшнего дня их ни разу не ставили в пару на дежурство, и они не то чтобы вращались в одних кругах. У Тобирамы это вызвало слабую реакцию, он просто слегка повернул голову и потом обратно устремил свой взгляд вперёд. –Я ни люблю, ни недолюбливаю Наруто-сан. Она – друг моих братьев и очень сильная куноичи. Сначала я сомневался насчёт её лояльности из-за некоторых прошлых поступков. Её чувство долга основывается скорее на собственных моральных ориентирах, чем приказах вышестоящих, оттого я и сомневался,–он одарил Учиха выразительным взглядом, и Изуна понял, что он говорит о том случае, когда она помогла защитить деревню Учиха.–Но пока она проявила себя как полезный агент, и я не сказал бы, что она наверху моего списка проблем. Изуна фыркнул: –У тебя есть список проблем? Маа, ты как всегда держишь всё внутри, тебе бы девушку завести. Взгляд, который он получил за это, сделал Изуне всю неделю. –Кстати, я однажды услышал от Наруто самую мерзкую вещь на свете. Это было прямо после основания Конохи, мы говорили про кланы, и почему у всех среди Учиха одна фамилия. Наруто потом спросила, что случится, если поженятся Сенджу и Учиха,–даже сейчас Изуна почувствовал мурашки у шеи, когда озвучил эти слова. В этот раз ошарашенный Сенджу полностью развернулся, Изуна сочувствующе кивнул. –Понимаю, я тоже ничего не смог сказать, меня чуть не стошнило от этой мысли. Тобирама не ответил, но прошло время, пока с его лица пропал оскорблённый вид.

***

–Ставлю пятьдесят, что они даже не попадут,–сказал Изуна, сложив на груди руки. Рядом с ним стоял старший брат, держащий левую руку на бедре, а другую на гунбае. Снова был день тестов, и младший Учиха спустился к тренировочному полигону понаблюдать за прогрессом. –Я не принимаю ставку,–отозвался Мадара. Битва накалялась, по крайней мере, для нападавших, Наруто едва двигалась, уклоняясь от нинджутсу.–Они ни за что не ударят её. Наруто слишком хороша. –Хммм… Я принимаю!–воскликнул Хаширама. Младший Учиха зловеще улыбнулся. –По рукам! Мадара ухмыльнулся и кивнул сделке. –По рукам. –Я считаю, что наши шиноби растут, сражаясь с Наруто. Она очень способна, но я всегда верил, что следующее поколение превосходит предыдущее!–сказал Хаширама, скрестив руки и кивая собственным словам. –Может и так, но эти старше Наруто,–ответил Мадара, указав на двух Хьюга и Яманака, сражающихся с блондинкой. В распоряжении их команды разнообразные навыки. Нет похожих, что могло сделать их очень сбалансированной командой. –И всё-таки...–неуверенно отозвался Хаширама. В эту секунду Наруто отправила в полёт Яманака, пока двое других напали с разных сторон. Она ударила мужчину в лицо, а девушку в живот. Оба откинулись назад, кряхтя от боли. –Ну же! Давайте серьёзнее, ребята. Если вы не попытаетесь меня убить, бубенцов вам не видать,–пропела она, подняв два серебряных шара. Она светилась жёлтой пламенной чакрой с головы до пят, и ей всегда было забавно видеть реакцию на её уникальную технику.–Может, мне поступить, как мой сенсей и читать, пока вы возитесь вокруг. Может, тогда вы хотя бы попадёте,–зловеще ухмыляясь, Наруто дразнила поднявшегося Яманака, который всё больше зверел. –Кто был сенсеем Наруто?–поинтересовался Изуна у Хокаге и своего брата. –Хммм… Она как-то говорила мне… Но имя не припомню,–пожал плечами Хаширама. –Какаши,–ответил Мадара.–Хотя не думаю, что это было надолго… Скорее пара месяцев до нашей встречи. Женщина пустила в Наруто Восемь триграмм Вакуумную ладонь. Она подпрыгнула и крутанулась в воздухе вокруг потока с грубой грацией. Мадара иногда гадал, у неё правда есть какая-то техника, или она слепо надеялась на удачу. Или, быть может, инстинкты. –Однако, они славно вместе работают. Думаю, если б они стояли против кого-то менее умелого, они бы хорошо справились,–подбадривал Хаширама. –Это больше, чем умения, Хокаге-сама. Она чертовски сильная,–пробормотал Изуна, посмотрев на двух мужчин рядом с ним. "Даже лучше вас обоих",–нахмурившись, подумал он и вернул взгляд к ней. –Я всегда задавался вопросом, откуда она всё это выучила,–произнёс Мадара, озвучив мысли Изуны. Хаширама пожал плечами. –Она наверно многому научилась, будучи одна в опасных местах. А ещё она...–Хаширама замолчал. Вспомнил, что Изуна не должен знать о Кьюби. –И всё-таки… Кто-то должен был её чему-то научить. Она временами использует много узнаваемых техник. Ветряные пули, ураган ветра, земляные булыжники и водного дракона. Сомневаюсь, что она выучила это самостоятельно. Этот сенсей работал очень эффективно, если он обучил её всему этому,–сказал Изуна, наблюдая за тем, как Наруто уклонилась от Яманака и бросила его в шиноби Хьюга. –Наверно, Наруто многого набралась в Узушиогакуре,–отозвался Хокаге. Мадара нахмурил брови. –В таком случае она очень продуктивно провела время, раз даже фуинджутсу там выучила. Не говоря вообще о стихийных нинджутсу, она уже овладела стихией ветра до того, как мы повстречались. Этот Какаши, должно быть, отличный учитель. –Уверен, если мы спросим, она расскажет,–ответил Хаширама и возликовал, когда женщина Хьюга и Яманака начали наконец теснить Наруто, совместно работая против неё. –Ты должен оставаться беспристрастным, Хаширама,–Мадара закатил глаза из-за восторгающегося их командной работой Хокаге. Он не внял словам Учиха и продолжил улюлюкать, когда Яманака почти удалось ударить Наруто в бок, пока Хьюга отвлекал её. –Они хороши. Надеюсь, мы сможем оставить их в команде,–отметил Мадара и начал черкать в блокноте, положив гунбай на плечо. Хаширама завизжал в момент, когда лезвие ветра попало в цель и отбросило Наруто назад. –Расплачивайтесь!–злорадствуя, воскликнул Хаширама. –Верю в своих шиноби, ага, как же… ты просто хотел выиграть ставку,–пробормотал Изуна, но отдал деньги с Мадарой. –Следовало ожидать. Везение Хаширамы просто поразительно,–сказал Мадара.–Но тебе нужно быть осторожнее. Если продолжишь так делать ставки, у тебя появится зависимость от азартных игр, Хаширама. Наруто поднялась на ноги и стряхнула пыль с плеч. –Не недооценивай нас!–прокричала женщина Хьюга, встав вместе с командой в построение Г. Наруто ухмыльнулась. –Угу, вы наконец ударили меня. Отлично! Теперь постарайтесь отнять бубенцы!–бросила она, когда они понеслись в её сторону. Через час Мадара объявил, что пора заканчивать, команда так и не заполучила шары. Прошёл третий день тестов с тремя командами. По одной – утром, днём и вечером с перерывами между каждой группой, чтобы Наруто могла отдохнуть. По вполне понятным причинам блондинка была более уставшая по вечерам, и только в это время Хашираме удавалось понаблюдать за ними, так как обычно он занимался делами в офисе. Отвечал за военные силы Мадара – джонин-командир, поэтому он просматривал все тесты, делая пометки. Не то чтобы он возражал, было забавно смотреть, как Наруто пляшет вокруг них. Даже когда Катсу разбили на тесте, он с трудом скрывал веселье. Последняя команда собралась уйти, и Хаширама с Наруто высказали им слова поддержки. Поэтому они ушли с чуть менее покалеченными эго, чем ожидалось бы, когда вас избивает кто-то, ведущий себя большую часть времени, как дурачок. Хаширама и Изуна отправились с ними, обсуждая их битву с Намиказе, а Наруто поднялась на платформу, на которой последние пару часов сидел Мадара. –Они попали! Первые в этой группе тестируемых. И они хорошо работали вместе. Сначала между ними был какой-то дискомфорт, но чуть позже они впрямь действовали сообща. Пока они самые эмоционально совместимые, даттебайо!–восторженно говорила она, указывая на их удаляющиеся спины. –Да, я согласен. Они хорошо поработали,–ответил Мадара и посмотрел в блокнот.–Боже, это такая скучная работа. Хотел бы я поменяться с тобой...–пробормотал он, уперев подбородок в ладонь, и улыбнулся ей. –Не сможешь,–Наруто задиристо улыбнулась в ответ.–Меня выбрали, потому что я крутая, даттебайо!–сказала она, тыча в себя. –Тебя выбрали ранее, потому что ты нейтральна и не состоишь ни в одном клане,–парировал он, и она показала ему язык.–Иногда ты ведешь себя, как пятилетняя, Наруто. Когда ты вырастешь, а?–спросил он и усмехнулся, потому что она насупилась. –Ну и ладно, нам надо закончить с этим. Я бы хотела прочесть заметки и заполнить документы, пока ещё не слишком поздно. Наруто села перед ним, схватив перо и стянув несколько листов из блокнота, и начала писать собственное мнение о последней команде. Мадара со вздохом принялся заполнять необходимые формы и гадал, где они собираются хранить всю эту фигню. Они отработали в тишине полчаса, когда Наруто начала ёрзать. Ему было интересно, сколько она продержится сегодня. У неё усидчивость, как у бабочки, и Мадара был впечатлён, что ей удалось сегодня удерживать концентрацию в течение столького времени. –Нэ, Мадара. Есть что покушать? Из-за драки у меня разыгрался аппетит, даттебайо,–пожаловалась она, гладя живот. –Раньше об этом нужно было думать, Наруто. Ты уже год занимаешься этим, и каждый раз хочешь есть. Разве люди не должны учиться на своих ошибках?–сказал он, описывая стихию земли Яманака Кенджи и какой у него потенциал по десятибальной шкале. Их клановая техника переноса сознания не сработает на ком-то с той же скоростью, что и у Наруто, поэтому им пришлось использовать другие боевые манёвры. –Насколько промахнулся Кенджи, когда попытался ударить тебя земляным сдвигом?–спросил Мадара, прервав словесную атаку Наруто насчёт его грубости. –Аргх! Ты меня не слушал, так ведь? Не знаю. На два метра? Я в это время уклонялась от Хиро-чан, и вообще, это не у тебя глаза умеют следить за движением?–вспылила она, раздражённая его отсутствием реакции на цветастые прозвища, которыми она обозвала его. – “-чан”?–переспросил он, приподняв бровь и криво улыбнувшись. –Ага, знаешь, она такая невозмутимая. Даже напоминает Какаши-сенсея и Саске,–пробормотала она, отклонившись назад. –Ты обычно не используешь суффиксы,–ответил Мадара и продолжил описывать земляные техники Яманака Кенджи. –Саске?–сменил тему Мадара, раз Наруто не пояснила пользование суффиксом. А также потому что она не вдавалась в подробности о своём прошлом, большую часть он услышал от Хаширамы, узнавшего в свою очередь от Узумаки Мито. От женщины, которая, видимо, любила посплетничать. Они просидели несколько секунд без ответа Наруто. Глава Учиха поднял взгляд из-за её затянувшегося молчания и с любопытством смотрел на её вдруг напрягшееся выражение лица. –Ну? Почему ты не отвечаешь? Кто такой Саске? Какаши был твоим учителем, верно?–задавал он вопросы и видел, как она кривилась при каждом произнесённом имени. Иногда Наруто поистине ужасно контролировала свои эмоции. –Их нет. Это неважно,–и она принялась читать записи с обновленным вниманием. –И почему мне кажется, что это неумело прикрытая ложь?–спросил Мадара, раздражаясь её уклончивостью. Будучи ребёнком, она говорила обо всём, что взбредёт в её голову, пока у них уши не отвянут. –Брось эту тему. Она тебя не касается, Мадара,–прошипела она в ответ, её рука так крепко сжала перо, что оно разломилось надвое. Ругнувшись, она взяла другое и с рвением принялась писать. После внимательного изучения он пришёл к выводу, что она сказала правду, что их нет. И эта странная перемена в настроении к печали или злости… Сложно утверждать наверняка. –Ты никогда не говоришь о своём прошлом,–надавил он. –Брось эту тему. –Мы должны знать больше, ты теперь житель Конохи. Мы должны знать больше о том, откуда ты пришла. Посмотрев на него с саркастичной улыбкой, она фыркнула: –Ты мне не доверяешь? На ней это выглядело неправильно. Её лицо всегда открытое и непринуждённое, неважно счастливое или серьёзное, её эмоции легко прочесть. Сейчас он совсем не мог их распознать. Он только знал, что эта тема почему-то её расстраивала. –Ты же знаешь, мы доверяем,–ответил он, нахмурившись.–Но это не меняет факта, что ты знаешь о нас намного больше, чем мы о тебе. На данный момент все оцениваются и тестируются. Знать своих товарищей – ключ к командной работе. Ты сама говорила нечто подобное, Наруто. Разве мы тоже не должны знать о тебе?–он уже серьёзно взвинчивался. –Ну, я уже рассказала тебе больше, чем Хашираме. Я была изгоем, я – джинчурики, я ненавижу чернику пото- –Прекращай. Расскажи мне о Саске и Какаши,–перебил он и мрачно посмотрел на неё. –Хватит совать нос в чужие дела. Это личное!–закричала она. –Мы можем спорить хоть всю ночь, мне-то что. Это тебе придётся завтра сражаться, не выспавшись. –Не впервой!–прорычала она, её глаза заледенели. Ответ Мадары застрял в горле, когда на него обрушилась волна намерения убить. Она была такой смертоносной и интенсивной, что по коже пошли мурашки, и он замер на месте. Они таращились друг на друга целую минуту, прежде чем Наруто успокоилась. Её пульс ускорился, и дыхание было чаще, чем в любом из спаррингов за прошедшие несколько дней. Крепко стиснув зубы, она заставила себя вернуться к письму. Разозлившийся Мадара вырвал лист у неё из рук. –Отдай,–сказала она, не поднимая на него взора. –Да что с тобой такое? Я пытаюсь помочь,–ответил он так же сдержанно, как и она сейчас себя вела. Что значит вообще никак. –Ты поможешь мне, если закроешь пасть и займёшься своей работой. Отдай,–Наруто потянула руку в его сторону, а он держал записи вне досягаемости. –Почему ты мне не рассказываешь? –Это не твоё дело. Но Мадара видел, что это не совсем правда. Она отвела взгляд, когда говорила. –Ты врёшь. –Не вру. Саске...–она замолчала, не закончив предложение. –Тогда расскажи мне. –Я нападу на тебя, если не отвяжешься. –Мне плевать. После чего она кинулась на него, сильно ударив кулаком в щеку. Слетев с платформы, он упал наземь, всё ещё держа в руках заметки, отчего она прыгнула за ним. Она встала перед ним, пока он поспешно пытался вернуться к сидячему положению. Она ничего не сказала и выдернула из его руки листы, при этом разорвав их, что ещё больше взбесило его. Очертя голову, он атаковал в ответ. Схватив её за талию, он бросил её назад. Они прокатились несколько кругов, пока Наруто не поднялась на ноги и, ударив в живот, откинула его. Приземлившись на безопасной дистанции, он принялся создавать великий огненный шар, а она – водяного дракона. Нинджутсу столкнулись посередине, и звук их удара разрезал тишину ночи. Он услышал грозное скрипение, и, когда дым расчистился, он увидел, что она делала. В её руке был Расенсюрикен, создававший ужасные звуки, от которых он похолодел. Их глаза встретились, и ненавистный взгляд вдруг пропал. Нинджутсу прервалось и исчезло. Она отвернулась, когда Мадара со злобой воскликнул: –Что с тобой, блять, не так? Он даже вспотел, он на секунду был уверен, что Наруто собиралась убить его, что отличалось от всех остальных шиноби, пытавшихся это сделать, ведь ей и впрямь могло это удастся. –Я… извини, Мадара. Я просто не… Я не могу это рассказать,–произнесла она, поворачиваясь спиной. С опаской он зашагал вперёд, пока не встал позади неё и коснулся плеча. – Ты не можешь это рассказать? Или мне рассказать не можешь?–осторожно спросил он. –Я никому не могу рассказать, Мадара. И рассказывать-то не о чем… Просто ещё одна военная история,–отозвалась она, не замечая, как близко к горлу легла его рука. Он не сразу ответил, а угрожающе схватил её за горло. –Ты только что напала на главу клана Учиха, Наруто. Ты забываешь своё место. А теперь объясни, какого хуя тут произошло. Я не уверен, что ты не нападёшь на кого-то ещё, поднимись снова эта тема,–прорычал разъярённо Мадара, проигрывая в голове последние действия Наруто. Могла она действительно пойти на это? Убить его? Его немедленный ответ был нет, но её действия говорили об обратном. Она посмотрела на него из-за плеча, и свет исчез из её глаз, словно кто-то нажал на переключатель. Это напугало его много больше, чем всякое намерение убить, которое она нацелила бы на него. –Саске… тоже всегда был холодным снаружи,–не двигаясь, произнесла она.–Он умер, и я скучаю по нему. Также и с Какаши-сенсеем,–Наруто говорила, смотря с нехарактерным ей пустым выражением. Мадара убрал хватку, и его рука повисла плетью. –Ты… скучаешь по ним? Поэтому ты атаковала? Ты только что пыталась убить меня, Наруто,–упрекнул он её. –Я потеряла голову, и мне жаль. Это больше не повторится. Я никогда бы… Я никогда бы так не поступила,–какие-то эмоции вернулись к её голосу. Мадара вздохнул, шагнул назад и упёр руки в бока. –Думаю, это один из тех случаев, когда тебе нужно поговорить об этом с кем-то. Я вываливаю всю эту фигню на Изуну. У Хаширамы есть его братья. Но ты молчишь, словно воды в рот набрала. Поэтому я весь во внимании. Я рядом, если тебе нужно выговориться,–серьёзно предложил он. На её губах появилась небольшая улыбка, и она повернулась к нему. Её лицо смягчилось, и она опять стала собой. –Это то… о чём я никогда тебе не смогу рассказать, Мадара. Но я благодарна тебе, и мне всё равно очень приятно,–грустно вымолвила она, её голос был твёрдым, и она без слов пыталась выразить просьбу, чтоб он перестал расспрашивать. –Это не обязательно должно быть так, Наруто. Просто… расскажи мне,–ответил Мадара, проведя рукой по своим волосам, и посмотрел на её по-прежнему смятённое лицо. Он точно не знал, когда решился сделать это, но, не колеблясь, он наклонился и коснулся своими губами её. Может, он пытался показать ей, как это должно быть – по крайней мере, это было единственным оправданием, которое он смог придумать после. Он задавался вопросом, ощущала ли она то, что сейчас он. Могли ли её сенсорные способности поведать, чего он хотел. Его страсть к ней, желание обладать ею и его ненависть, потому что она не разделяла его чувств. В этот момент, как в последний раз давным давно, она ответила на поцелуй. Кажется, также потеряно в том, что происходило. Он открыл рот и почувствовал, как проник её язык, борющийся с его собственным за превосходство. Он склонился к ней, прижимая её тело к себе настолько крепко, насколько мог. Одной рукой обвил плечи, а другой – торс. Схватившись за его свитер двумя руками и удерживая подле себя, она не позволяла ему отойти одними своими действиями. Мадара смутно помнил это чувство. Легкомысленность, от которой всё казалось менее важным, когда его язык жадно сплёлся с её, он желал ничего, кроме как подавить её. Заставить её подчиниться. В этот раз всё по-другому, в этот раз это не просто растущая влюблённость, когда он проверял свою гипотезу. Он хотел её. Прямо сейчас. Обнажённой. Всегда. Он хотел её как возлюбленную в той же степени, что и хотел её рядом с ним на поле боя. Хотел, чтоб другие знали, что она – его, но больше всего хотел, чтобы она желала его. Тяжело дыша, она оттолкнулась от него. Некоторое время было слышно только их участившееся дыхание, тысячи эмоций проносились в её глазах, пока они смотрели друг на друга. Каждая последующая казалась Мадаре всё более непонятной. –Нет… Мадара, я не могу. Ни с тобой, ни с кем-либо ещё. Я выбрала жизнь в одиночестве. Мадара не смог сдержать удивления, озарившего его лицо, услышав эти слова. –Чего? Ты живёшь в Конохе! Твои дни одиночества окончены, Наруто. В чём, чёрт возьми, проблема? Ты уже знаешь, что я люблю тебя, разве ты не можешь ответить мне взаимностью?–спросил он, крепко сжав её плечи и удерживая на месте. Боялся, что она убежит от него. До Конохи она никогда не оставалась рядом надолго. Прежде она переменным ветром входила и покидала его жизнь, который невозможно контролировать, и он был просто одним из многих, кого она задела в своих путешествиях. Он хотел удержать её здесь, рядом с собой. Каким-то образом привязать к себе ветер, как бы смешно это ни звучало. –… Я имею в виду себя… Я имею в виду, что я не буду ни с кем. Даже с тобой, Мадара. Как джинчурики...–она замолчала, не зная, как объяснить ему свои убеждения.–Ничего не выйдет. Почти постоянно мы доводим друг друга. –Ты любишь меня?–напирал он, игнорируя её неубедительные доводы. Он уже слышал эту фразу раньше, но обоснования становились всё менее существенными. Они звучали скорее как отговорки, а не причины, и Мадара был уверен, что она чувствует что-то к нему. Наруто позволила ему поцеловать её, что само по себе о многом говорило. Она даже ответила на поцелуй. –Не в этом дело. А в том, что я не… правильная. Я не могу бы- –но он прервал её, притянув её к себе. Его губы снова коснулись её и резко отдалились. –Ты любишь меня, Наруто? Просто ответь на ёбаный вопрос! Она колебалась, пытаясь найти нужные слова. –Может быть… люблю… но это не меняет факта, что мы никогда не будем вместе в таком смысле. Я это давно решила. Прости меня, я не хотела, чтобы ты чувствовал что-то подобное ко мне. Я не собираюсь...–её на полуслове перебил настойчивый поцелуй Мадары, и как с предыдущим он быстро оторвался и уставился на неё. –Мне плевать, какие иллюзии ты себе напридумывала. Я хочу тебя, и я знаю, что ты хочешь меня. Ты не видишь, что теперь нам ничего не может помешать? Коноха строится. Если у тебя нет мужа, о котором ты не говоришь, то в чём тогда проблема?–спорил он, касаясь с ней лбами. –Теме… Дело не в ком-то ещё, а во мне. Меня здесь быть не должно,–отрезала она одновременно спокойно и зло. –Ты говорила это раньше, но я не понимаю, что это значит,–прошептал он и украл ещё один поцелуй, прежде чем она смогла раздражённо прикусить ему губу. Но её решимость видимо испарялась. Она двигалась навстречу его касаниям, держала руки против его груди, безрезультатно пытаясь побороть его в этом споре. –Я не должна была встретиться с тобой… Я не должна была встретиться с кем-либо здесь. Я должна быть… мертва,–тихо бормотала Наруто. Мадара понимал, что она действительно так считала, но он не мог найти в себе сил волноваться об оправданиях Наруто. Каким-то образом это не касалось их, просто её ошибочное мнение, что она ему не подходит из-за своего прошлого. Что бы это ни было, пусть катится к херам. Мадара получит от неё всё, что сможет. Он возьмёт Наруто, даже если придётся воспользоваться её состоянием. Он слишком долго отсиживался в стороне, пришло время показать ей, что может быть, если она просто поддастся. –И я рад, что это не так. Заткнись в кои-то веки. По крайней мере, если не собираешься рассказать мне правду или правду целиком. Теперь просто наслаждайся,–прошептал он, в последний раз преодолевая расстояние между ними. И в кои-то веки она послушалась.