Второе дыхание

Эффект бабочки – научная теория, согласно которой любое событие, неважно насколько незначительное, может навсегда изменить вселенную.

***

Намиказе Минато сидел, читая башню сложенных бумаг. Столько всего нужно разобрать. Знай он, какая часть его работы проводится, сидя на заднице, принял бы он также решительно должность джонина-командира, гадал Минато. Конечная цель, разумеется, стать Хокаге, но эта позиция по-прежнему занята – однако, по достоверным источникам, Хокаге-сама рассматривает его как своего преемника, когда отойдёт от дел. Он глянул на фото, лежащее на столе рядом с сотнями бумаг. Ему всего несколько лет, на фотографии изображены его девушка, теперь жена, и он сам, сидящие вместе у тренировочного полигона. Скоро ему нужно будет сменить фото, новое с ними тремя хорошо подойдёт. Правда он задавался вопросом, как ему выкроить на снимок время, пока на небе солнце, он по обыкновению занят. В то время, как он раздумывал над тем, чтобы использовать на этот случай свой перерыв на обед, кто-то постучал в дверь, и Минато подскочил от удивления. Быстро взяв себя в руки, он профессиональным голосом пригласил посетителя войти. Он обрадовался и сразу расслабился на своём стуле, заметив, что это Кушина. Она надёжно держала в руках их новорождённого сына, укутанного в вязаное оранжевое одеяльце. Его им подарил Сенджу Мадока, правнук Первого Хокаге, который связал его в качестве эксперимента. Он собирался сделать свитер, но сдался и остановился на одеяльце. –Милый, ты готов? Мы должны быть там через пять минут, ты же знаешь…–сказала она ему, на что он неловко улыбнулся. –Прости, Кушина. Я от всех этих бумаг позабыл о времени. Спасибо, что пришла, я рад отдохнуть от них,–усмехнулся он, собирая конфиденциальную информацию. Людям без допуска правилами запрещено видеть написанное в пятидесяти процентах документов, но не такое уж большое дело, если Кушина заметит, что Узу участвует в приближающемся экзамене на чунина. Они, как и большинство остальных деревень, занимались этим, сколько люди помнят. Она бы скорее удивилась, если бы их не было. Это напомнило ему о том, что почти вся её до абсурда большая семья придёт увидеть малыша. Все пять братьев и сестёр, на удивление хорошо сохранившийся дедушка Куро плюс её родители под одной крышей – что значит, больше стресса. Чудесно. Хорошо, хоть тёти и дяди решили заплатить за отель. Взяв конкретный предмет, он уже собирался подойти к жене, когда услышал её отчитывающий голос. –Никакого Хирайшина, Минато! Наше дитё ни разу не делало этого раньше, малышню от такого затошнит, или опять начнутся рыдания. А нам нужна тишина во время визита. Ты же знаешь, какой старый Мадара-сама. Ему даже больше, чем Джиджи! Плачущий младенец не пойдёт на пользу его состоянию, не говоря уже о толпе людей, которая будет у него дома,–с пылом объясняла Кушина. Недостаток сна в последнее время плохо сочетался с её темпераментом. –Да, конечно я знаю. Я просто думал взять кунай с собой,–ответил неопределённо Минато, подняв руку к шее и смущённо её потерев. Это старая привычка, от которой он так и не смог избавиться. –Зачем? Чтоб дети смогли его случайно съесть?–обвиняла Кушина, положив свободную руку на бедро. Да уж, она очень устала. –Ээ, если Фугаку… ну, ты знаешь… снова решит вызвать меня на спарринг, я должен быть готов,–пробормотал он, его жена закатила глаза и зашагала из офиса. Минато облегчённо вздохнул и через секунду поспешил за ней. Спустившись на оживлённую улицу, они вместе двинулись в путь и обсуждали предстоящую встречу. Проходящие мимо друзья махали в знак приветствия и поздравляли насчёт ребёнка. Вскоре они пришли в квартал ниндзя Конохи. Гражданские предпочитали жить чуть поодаль от ниндзя. Так было меньше шума по ночам от бегущих по крышам шиноби и импровизированных спаррингов под окнами. Однако, не все ниндзя жили в том районе, в отличие от большинства крупных кланов. Сенджу, Учиха, Хьюга, Яманака и Инузука особенно нравилось здесь. Минато только волновался о том, что число желающих стать шиноби сокращается. Профессия становилась всё менее и менее востребованной, и сейчас многие скорее шли в бизнес, чем в боевые искусства. В эти времена его самым большим страхом было то, что однажды благородное искусство превратится в не более чем спортивное хобби, но он, скрестив пальцы, искал новые применения ниндзя. Но их по-прежнему оставалось немало. Старые традиции сложно полностью искоренить, поэтому рынок миссий шиноби сохранился, хотя они и были далеко не такими опасными и насильственными, как во времена основания Конохи. Десятилетие прошло с последней смерти в результате миссии, и даже это было несчастным случаем с взрывными печатями и фейерверками. Они направлялись к простому двухэтажному дому с нарисованным на двери водоворотом Узумаки. Кушина постучала в дверь и ждала рядом с Минато, воркуя над ребёнком, хикающим в ответ. Дверь открыл мужчина их возраста. Он ярко улыбнулся, увидев гостей. Его улыбка была такой широкой, что, казалось, у него сейчас лицо треснет. Минато всё ещё с трудом представлял, как этот человек может быть в родстве с Учиха Мадарой. –Минато-сама! Кушина-сан! Я уже думал, что вы позабыли, даттебайо. Обычно вы не опаздываете, но наверно офис у вас занимает всё время, Минато-сама. А это пополнение к семье, да? Позвольте мне глянуть,–попросил он и взял ребёнка из рук Кушины, предупреждавшей его следить за головкой и быть осторожным. –Ох… Ваши глаза, Минато-сама!–воскликнул Учиха Широ, нежно качая дитя,–И отметины на щеках… Прямо как у ба-чан,–прошептал он, улыбаясь ребёнку. Он будто на мгновение потерялся в своих мыслях, прежде чем прийти в себя и с готовностью взглянуть на них. –Заходите, заходите. Он ждёт вас, и остальные уже там. Хотите чаю?–спросил он, пропустив их внутрь. Новоиспечённые родители приняли предложение и прошли вглубь дома, любопытно осматриваясь. Они раньше здесь не бывали, и получить приглашение сюда – негласная честь. Они последовали за Учиха в полную людей комнату, где увидели остальных, кого пригласили сегодня присоединиться к ним. Фугаку и Микото сидели со своими детьми на диване, старший сын держал на коленках младшего в семье ребёнка, смеющегося из-за забавных гримас, которые корчил Итачи. Им уже было известно про то, что чета Учиха будет присутствовать здесь, но не про детей. Что ещё больше их удивило, так это Хатаке Какаши, неловко сидящий на стуле рядом с пожилым Учиха. –Мадара-сама! Вы хорошо выглядите. Я слышал, доктора вам сказали оставаться в постели. Вы уверены, что вы готовы к такому большому визиту?–спросил Минато, войдя в комнату и поклонившись с женой уважаемому Учиха. –Минато, Кушина. Я рад, что вы пришли. Садитесь, пожалуйста. Я чувствую себя достаточно хорошо для этого. Я могу увидеть дитя?–спросил он, и Кушина кивнула. –Конечно! Широ-сан, можете передать ребёнка?–сказала Кушина, улыбаясь и суетясь, пока Широ аккуратно уложил малыша в слабые руки Мадары. Волновалась, что ребёнок упадёт из-за убывающей силы мужчины. Минато просто стоял, заботясь о том, чтобы всё прошло хорошо. Если ребёнка обронят, он уверен, что Хирайшин его не подведёт. Надёжно и комфортно устроив малыша в руках Мадары, Широ отправился на кухню. Долгое время старый Учиха не говорил, лишь смотрел на лицо ребёнка: короткие светлые волосы, 3 пары отметин на щеках и голубые наблюдавшие за ним глаза. Пока он был поглощён ребёнком, все с любопытством уставились на старца Учиха. –Это… Это мальчик,–пробормотал он, нежно гладя его блондинистую голову. –Да, он будет маленьким проказником, я уверена. Он уже попытался сегодня перевернуть банку с красками. Не то чтобы у него был в этом какой-либо успех. Всё-таки ему только три дня,–Кушина рассмеялась, бросив на сына гордый взгляд. Минато зашёлся неуверенным смехом. –И я ещё не видела твоего малыша, Микото! Можно?–спросила Кушина и подошла к Итачи, который с неуёмной энергией развлекал двухмесячного ребёнка. Итачи неохотно дал Кушине подержать его, даже если это и было сделано после того, как отец строго посмотрел на него. –Ух ты! Это мальчик? Он такой милый!–воскликнула Кушина, отчего малыш Учиха, занервничав, начал беспокойно ворочаться. –Ах… нет. Это девочка,–устало и немного обижено произнесла Микото. Минато полагал, что не одна Кушина совершила эту ошибку. –Она золотце, Микото. Как ты её назвала?–спросила Кушина, погладив ребёнка по щеке. –Ну, Фугаку думал, это будет мальчик, поэтому он попросил у Третьего разрешение назвать его Саске. Знаешь, в честь его отца Сарутоби Саске. Но это девочка, поэтому мы выбрали Сецуко,–объяснила Микото и улыбнулась, оживившись от разговора о своей дочери. –Это девочка?–удивлённо переспросил Мадара, отчего оба родителя дёрнулись, но больше замечаний не выказали. Никто не пререкался с Учиха Мадарой, так как он был глубоко уважаем. Не говоря уже, что жуток… –Кстати, Мадара-сама, мы признательны, что вы пригласили нас сегодня. У нас есть для вас вопрос,–сказал Минато, переведя взгляд на морщинистого и седого мужчину, который по-прежнему смотрел на их маленького мальчика. –Спрашивай, Минато-кун. –Вы не против, если мы назовём ребёнка Наруто? В честь Нидайме?–серьёзно спросил блондин Мадару. Мягко качающая Сецуко Кушина быстро подняла глаза, внимательно слушая, теперь когда вопрос был задан. Мадара не ответил сразу, и Кушина начала лепетать. –Мы знаем, немного странно называть его в честь женщины, но Наруто хорошо звучит и для мальчика. И она прекрасная ролевая модель. Представляете, у них день рождения в один день. Десятое октября! А ещё у него светлые волосы и такие же отметины. Я даже помню, что у Наруто-сама были ясные голубые глаза. Мы думаем, имя подходит ему, правда?–нервно спросила Кушина, отдав Сецуко Итачи, который с готовностью принял в руки младшую сестру. Мадара не отрывал взгляда от ребёнка, но медленно улыбнулся и кивнул. –Да… У неё были очень красивые глаза… Прямо как у вашего сына. Однажды он станет великим ниндзя. Возможно, даже Хокаге, как Наруто. Это имя ему отлично подойдёт,–сказал он, позволив Кушине забрать сына. Минато показалось, что старик выглядел устало, сидя на своём месте и смотря на Кушину и Наруто. Не только старым, ему было восемьдесят восемь, и он был самым старым человеком в Конохе, но почти что грустным. Может быть, принести сюда Наруто было плохой идеей. Их сын всем напоминал Нидайме, и он был уверен, что Мадара-сама ужасно по ней скучает. Все, кто когда-либо встречал Наруто-сама, скучали по ней, включая его. Он часто видел её в детстве. Она дала ему инструкции к Расенгану, когда он ещё даже не поступил в академию. Сказала, что, если он будет усердно тренироваться, то в два счёта его выучит. Нидайме всегда всем помогала, и безымянный ребёнок вроде него не исключение. Если уж на то пошло, на его взгляд, она уделяла ему больше внимания, чем остальным. Минато всегда ссылался на странное совпадение с их фамилиями. Намиказе. Правда тогда он думал, что она – Учиха, и только спустя пару лет к нему пришло осознание, что они могли быть дальними родственниками. Примерно в это время появилась его мечта стать Хокаге. –Спасибо огромное, Мадара-сама. Эм… Но вы попросили нас прийти, потому что хотели рассказать что-то, да?–спросил Минато. Вернулся Широ и указал им сесть, как остальным, разливая чай. –Да… Я просто хотел сначала увидеть вашего ребёнка… Теперь я понимаю… наверно, я ждал больше, чем нужно. Слишком долго откладывал. Наруто часто говорила, что я упёртый во вред себе,–он усмехнулся, но улыбка не доставала до его глаз. –Почему ты здесь, Какаши?–Минато спросил с улыбкой подростка, и мальчик неловко заёрзал. –Не знаю точно, сенсей. Папа сказал, чтобы я пришёл, потому что Мадара-сама пригласил меня, поэтому я и здесь,–сказал он и поправил слегка маску, удостоверившись, что она закрывает всё, кроме глаз и выше. –Потому что у него столько же причин услышать то, что я собираюсь сказать, как у того же Итачи. Это тайна, но некоторым она уже известна. Как, например, моему внуку,–сказал он, указав на Широ, который кивнул и подмигнул Итачи. –Это рассказывали каждому члену главной ветви клана Учиха, когда они становились достаточно взрослыми,–устало объяснил Мадара. –Тогда почему мы здесь? Итачи ещё даже не поступил в академию,–спросила Микото, посмотрев на своих детей.–И мы всё-таки не часть главной ветви,–добавила она. –Это всё равно вас касается, и вы поймёте лучше с моими пояснениями. Вам придётся простить меня за то, что я не рассказал вам раньше. Но я надеялся, она…–он бросил взгляд на Кушину и малыша.–Неважно. Взамен я расскажу вам сейчас. –Что ты нам расскажешь, Джиджи?–с нетерпением спросил Итачи. Мальчику нравилось слушать истории старейшины клана о его молодости, особенно о сражениях с Шодай и Нидайме, и против, и на их стороне. Итачи часто навещал пожилого Учиха, при каждой возможности. Помогал с красивым садом или учился тому, чему мужчине захотелось его научить. Широ обычно тоже был рядом. Он был вторым ребёнком, поэтому его сестра однажды станет главой клана Учиха. Как правило, она была на миссиях, а их отец тоже был очень занят. Поэтому Широ приходилось проводить много времени, заботясь о Мадаре, так как его здоровье уже давно начало подводить. Но он всегда был рад заботиться о своём ворчливом дедушке. –Я расскажу вам о жизни моей жены, Учиха Наруто, или как я узнал её впервые, Намиказе Наруто,–сказал он, с большей искренностью улыбнувшись Итачи.–Она сделала намного больше, чем написано в книгах по истории. И может, она бы не согласилась с моим решением поделиться с вами, я считаю, что она заслуживает, чтобы её помнили за свои свершения. Что были намного больше моих и Хаширамы вместе взятых,–договорил он и прикрыл глаза. Вспоминал, потерявшись в мыслях, пока остальные ждали. Кушина гадала, не уснул ли он, всё-таки Мадара был очень стар, но тогда он открыл глаза и начал. –Моя жена… родилась десятого октября в Конохе, прямо перед нападением Кьюби. Деревня была очень схожа и одновременно очень отличалась от этой...–принялся рассказывать он, и все с пристальным вниманием слушали.

***

Пять часов спустя две семьи и Какаши в тишине покинули дом. Впоследствии Широ прогнал их из дому с извинительной улыбкой. Мадара спал на ходу после такого долгого дня и нуждался в отдыхе больше, чем в ответе на их вопросы. Большинство убеждало себя, что Учиха Мадара сошёл с ума с таким ярким воображением. Но доказательство выжглось в их памяти. На середине истории, когда Мадара рассказывал, как Наруто вернулась в прошлое, Курама начал материться. Кушина уловила это, и после пары вопросов лис подтвердил, что Мадара говорит правду. Старая фотография с маленькой Наруто и её командой генинов, на которой их сенсеем был изображён взрослый Какаши, потрясла их до глубины души. Минато и Кушина смотрели на своего сына. Пытались представить, каково было бы ему пережить жизнь, которая выпала Нидайме. В одиночестве, будучи целью охоты и брошенному назад во времени. Кушина вспоминала, как она сама встретила Наруто. Когда ей было только одиннадцать, и она была в ужасе от того, что станет следующим джинчурики. Коноха выделила и попросила именно её. Наруто была носителем Девятихвостого биджу и, обладая частью чакры всех хвостатых демонов, их местом встречи. На данный момент Кушина – последний джинчурики, и ей позволили им быть, так как пять Каге согласились на это. Курама сказал однажды, это для того, чтобы работа Наруто была окончена. Тогда она не понимала, как сейчас. Её мысли вернулись к старой женщине, которая была счастлива её увидеть, а бледный Мадара сидел в углу заполненной солнечным светом комнаты. Какой сочувствующей и близкой она была с ней, все слова поддержки, что Кушина приняла за их встречу. Пользовалась ими снова и снова, пытаясь познакомиться с упрямым лисом, который по-прежнему безмерно скучал по Наруто. Наруто была больна и так стара, что едва держалась, когда Кушина предстала перед ней. Она не показывала собственной боли, только старалась приободрить её. Кушина не знала, что плачет, пока Минато не стёр большим пальцем с её щеки слёзы. Его лицо было мрачным, когда они остановились. Учиха встали на месте, лица Фугаку и Микото приняли похожее выражение. Итачи, напротив, с широкой улыбкой шагнул вперёд и посмотрел на маленького Наруто. –Я решил! Я стану прямо как Джиджи! Я буду защищать Хокаге и Коноху и стану сильным ради своих близких! Как Наруто-сама! Пап!–сказал он, резко указав на отца и держа другой рукой свою сестрёнку. Микото засопела от беспечности сына. –Завтра я начинаю учиться в академии! В другом времени в этом возрасте я был уже почти генином!–распоряжался он. Потом он перевёл взгляд на Какаши. –А ты был джонином! Тебе стоит попробовать пройти экзамен на чунина, Какаши-сан. Хатаке что-то прокряхтел и неохотно кивнул. Кушина усмехнулась, а Фугаку объяснял, что в Конохе детям до семи лет не позволено поступать в академию, что исполнятся Итачи через пару месяцев. Также было невозможным выпуститься до тринадцати. В этом нет необходимости, так как они не видели войны уже более пятидесяти лет. Красноволосая проникновенно смотрела на скалу Хокаге, где их лица наблюдали за деревней. Шодай Хаширама, Нидайме Наруто, Сандайме Хирузен и последний, Йондайме Орочимару. Её взгляд вернулся к Нидайме. Учиха Наруто. Намиказе Наруто. Узумаки Наруто. Что она чувствовала? Могла ли вообще Кушина представить, через что она прошла ради них? Мысли о мире, в котором выросла Наруто, вызывали мурашки. Быть настолько потерянной, что положиться можно было только на себя и Кураму. Что она видела? Кем были для неё она и Минато? О чём она думала в той комнате, смотря на плачущую от отчаяния у неё на коленках девочку, которая когда-то была её матерью? Что боль Кушины в сравнении с болью Наруто? Ничто. Курама до сих пор скорбел, и про себя Кушина думала, что он всегда будет. Опустив глаза к своему сыну, она улыбнулась, когда он завозился. –Ты вырастешь счастливым, Наруто. Я и твой папа всегда будем защищать тебя, мы никогда не оставим тебя, и, даже когда нас здесь не будет, мы останемся в твоём сердце. И благодаря твоей старшей сестре тебе никогда не придётся жить с тягостью этого мира, даттебане,–она замолчала, на её глазах снова выступили слёзы. –Спасибо...–прошептала Кушина, и Минато обнял их обоих. Их мысли долго оставались о светловолосой девочке, потерявшей так много ради их покоя. Они более, чем когда-либо, уверились в своём решении следовать и защищать её наследие для следующего поколения, чтобы они выросли в безопасности и переняли Волю Огня. Минато печально улыбнулся и мягко прошептал жене на ухо:”Вперёд. Идём домой.”

***

Той ночью Мадара крепко спал. В своём сне он гулял с Наруто и их маленьким сыном по скале Хокаге. Они впервые показывали ему вид, пока он прижался к боку Наруто. Когда они стояли на вершине головы Хаширамы, наблюдая за деревней внизу, мужчина, чьим было это лицо, встретил их со своей женой, Изуми. Солнце медленно поднималось над горизонтом, и они обсуждали последние события. Что Хирузен наконец стал генином, что Хатаке Сакумо был слишком умён для шестилетнего мальчика и что они, в конце концов, заключили мирный договор с Сунагакуре. Внизу, в деревне им помахал Изуна, прежде чем направиться в академию, где ему снова навязали обучать малолеток. Его брату нравилось это, но только Мадаре позволено знать данный факт. Наруто приблизилась и целомудренно поцеловала его в губы, он улыбнулся и, взяв их мальчика, поднял его на руки, смотря на рассвет. Мадара улыбнулся во сне, на его сердце было радостно и легко. Когда стрелка часов дошла до единицы, Мадара испустил последний дрожащий вздох. И покуда его голова была наполнена многими приключениями Команды Один, он наконец присоединился к своим близким.

***

Второе дыхание Второе дыхание – феномен, происходящий, когда человек задыхается и слишком устаёт, чтобы продолжить, но потом внезапно находит силы идти вперёд с меньшим напряжением и максимальной отдачей. Конец, Даттебайо!

***

От автора: Несколько фактов о Втором дыхании: - Я выбрала это имя для Куро, потому что на японском оно значит “девятый сын”, ссылаясь на факт, что он в своей семье является девятым ребёнком. А также потому что его сестра, внучка и правнучка были джинчурики Девятихвостого лиса, так что я нашла это символичным… Его старшего брата-близнеца зовут Хачиро, “восьмой сын”. - Катсу значит “победа”, мне показалась это ироничным из-за произошедшего с ним. - Души всех вернулись так же, как когда Хагоромо призвал прошлых Каге, пока Наруто и Саске запечатывали Кагую. - У меня были проблемы с выбором кланов, из которых будут происходить мятежники. В итоге, я остановилась на Юки, Акебино, Теруми и Хозуки. Все эти кланы взяты от каноных персонажей. Из клана Юки, конечно же, Хаку. В клане Акебино есть человек по имени Акебино Джинин, который известен как один из Семи Мечников Тумана. Теруми – клан Мей, пятой Мизукаге. И Хозуки – клан Суйгецу. Они все происходят из страны Воды, так что, по-моему, подходит. - Украденный свиток, который Мито и Наруто должны были вернуть назад от мятежников Юки, использовали, чтобы запечатать Чомея и Сайкена. Чёрный Зецу подал им эту идею после того, как устроил буйство Трёхвостого в их деревне. Наруто и Мито вызволили Сарутоби Рен, заложницу, но свиток с информацией о запечатывнии биджу так и не добыли. (гл.8 – Потоковое состояние) - Тобираме сломали нос, и он таким и остался до конца его жизни из-за ударов Наоми в гл.7 – Лахар. Также у него появилось несколько шрамов, что не исчезли. В предыдущей главе у Итамы произошла накладка на тренировке, отчего они поменялись сменами. Я представляю так, если бы атака случилась в каноне, Тобирама бы там не находился и не получил бы ранений. Присутствие Итамы изменило множество их опытов и впечатлений. - Все названия глав несут символическое значение к чему-то происходящему в них. Например, гл.10 – Слепой приверженец относится к обоим Мадаре и Наруто, их упрямству не слушать чужое мнение в этой главе. Они верят, что правы и не изменят своего мнения, если оно отличается от чужого. - Имя Мадоки, правнука Хаширамы, значит “круг”. Мне почему-то показалось это подходящим… Хоть мне грустно от того, что пришлось убить Мито, я всё равно хотела, чтобы Хаширама двигался дальше, поэтому позже он женился вновь. Также у него выработалась стойкая неприязнь к кетчупу. - Хаширама довольно быстро понял, что между Наруто и Мадарой что-то происходит. Он просто решил не влезать в их драму, потому что они все друзья.