СЮРПРИЗ ДЛЯ ГЕНРИ

Эмма, наконец, смогла, с облегчением выдохнуть — лечение шло успешно, придирчивый Доктор Франкенштейн снисходительно одобрил работу бостонских коллег и можно было расслабиться. — Ну вы, наконец, успокоились, помощник шерифа? Ещё месяц и останется маленький шрам — далеко не первый. — У меня тоже хватает шрамов, — Эмма лукаво улыбнулась. — Могу как-нибудь показать. Хочешь? А ты продемонстрируешь мне свои… — У вас очень странная манера флиртовать, Мисс Свон! — А кто сказал, что я флиртую? — изобразила удивление Эмма. — Покажем друг другу следы от боевых ран, вспомним прошедшие бои, выпьем… Мне очень понравилось с вами вместе пить, Регина. — Не забывайтесь, помощник шерифа, — строго говорит Миллс. — Это в Бостоне мы были просто подругами, а здесь — мы два должностных лица, а вы — служитель закона, к тому же. — Ты прикрыла меня от пули и я должна как-то отблагодарить тебя за это, госпожа мэр. Поставить тебе стаканчик хорошего виски, к примеру. Регина внимательно смотрит на Свон. — Хорошо. Как-нибудь вечером в баре. После работы. — Кажется у нас начались проблемы… — Эмма напряглась и положила руку на кобуру. Лерой. И не один. Известный сплетник и дебошир, с самым решительным видом, направлялся к ним во главе группы также сурово насупивших брови горожан. — Отойди в сторону, Эмма. — Ты, кажется, забыл с кем говоришь, Лерой. Я для тебя сейчас помощник шерифа Эмма Свон, а не просто Эмма. Могу напомнить. Если ты умудрился подзабыть с кем имеешь дело. — У нас есть вопросы к Злой Королеве. — Тут нет никаких королей и королев. Мы не в вашем королевстве, Лерой. Если у тебя есть какие-то вопросы к мэру Регине Миллс так будь, пожалуйста, повежливей. Эй! Лерой просто оттолкнул Эмму в сторону — о чём тут же пожалел. — Я дважды не повторяю, гном. — И что ты мне сделаешь, Свон? Опять засадишь в кутузку? Эмма широко улыбнулась. Зелёные глаза потемнели. Она подняла правую руку и покачала ею перед лицом Лероя. — Этот перстенёк мог бы тебе рассказать много интересного о судьбе своего хозяина. Так что не зли меня… Стало темнее — облако наползло на Солнце. Потянуло холодным ветром. — Это всё, что ты можешь, Спаситель? — А ты хочешь большего, Лерой? Говорят же — бойся своих желаний… — Эмма! Но Эмма забыла про Регину. Лероя отбросило в сторону и Эмму окутала лёгкая дымка. Светлые волосы завились в высокую причёску, тяжёлое роскошное платье и посох в руке. — Нет… — Регина смотрела на подругу в сильнейшем шоке. — Этого нам только не хватало… — Как тебе ТАКОЙ Спаситель, Лерой? — улыбку Эммы трудно было назвать тёплой. Да и стало заметно холодней. — Мне всегда почему-то нравился этот сказочный персонаж… Густое светлое облако взвихрилось вокруг Эммы и на том месте, где только что стояла помощник шерифа Свон, возник белый дракон. Он сверкал в тусклом солнечном свете словно его чешую покрывали россыпи бриллиантов. Дракон склонил голову и издал низкий тяжёлый рёв от которого зазвенели стёкла в окнах, а витрины пошли трещинами. Собравшиеся начали разбегаться. Дракон дыхнул — но не пламенем. Половина улицы покрылась инеем, заискрилась льдом и, наконец, тварь взлетела. Хлопнула дверца автомобиля. Регина повернула голову и выдохнула с облегчением. — Грэм, хорошо, что ты тут! Срочно объяви всем, что у нас ЧП. Убери народ с улиц! Полная эвакуация. — Хорошо. Грэм и Регина смотрели вверх. Дракон, сверкая в солнечных лучах, кружил над площадью потом, видно что-то для себя решив, пошёл на снижение. — Куда он… то есть она? — К лесу. Это…? — Да. Твоя помощница. Наша Эмма. Главная специалистка по драконам сидит в подвале, а у меня нет магии! Как не вовремя… — Регина! Где наша дочь?! Мэри Маргарет и Дэвид. Регина только поморщилась. — Мои распоряжения касаются и вас двоих. Почему вы не дома? Ещё и Генри прихватили с собой! — Мама, где моя мама? Несмотря на ситуацию Регина не могла не улыбнуться — нелепый вопрос, нелепая ситуация… Давно Королева не чувствовала себя такой растерянной. Забытое чувство. Даже освежающее. Голова кружится, как на «русских горках». Как на корабле в шторм. Регина просто взмахнула рукой, указывая направление. — Туда. Грэм сказал, что она полетела к лесу. — Я поеду за ней, — Дэвид стремительно превращался в себя прежнего — смелый до безрассудства и вечный подросток. Регина только вздохнула. — Она сейчас дракон. И, мягко говоря, не очень будет рада видеть вас двоих. Потом, конечно, будет страшно сожалеть, но… Поеду я. — И я! — вызвался Генри. — Мама меня любит и не сделает мне ничего плохого. Регина ласково погладила сына по голове. — Она сейчас не в себе, милый. Близко к ней лучше не подходить… — Так это была Эмма?! — Привет, Лилит. Ты вряд ли поможешь — твоя мать могла бы, но у меня всё ещё нет магии и ей придётся ещё пробыть какое-то время в драконьем обличье… — Ого, — Лилит прищурившись смотрела вдаль — Эмма всё ещё кружила сверкающей на солнце искоркой над лесом — выбирала место для посадки? — Она действительно моя кровная сестра! — Что?! — Регине столько раз приходилось за последние дни удивляться, что это стало просто неприличным — с вечно открытым ртом как деревенский дурачок. И Эмма — главный поставщик сюрпризов. — Покажи ладонь! Лилит молча протянула правую руку. Шрам был почти незаметен. Регина мрачно кивнула. Лилит непонимающе уставилась на Миллс и пожала плечами. — Резанула сильно. Просто решили с Эммой скрепить нашу дружбу кровью и что такого? — Что такого?! Поздравляю, девочка. Эмма говорила, что ты полагаешь, что все твои неприятности из-за её Тьмы, которая досталась тебе? Могу тебя обрадовать — вся её Тьма вернулась к хозяйке, а ты умудрилась изменить саму суть Эммы! То, что вы считаете не очень гигиенически чистым способом скрепить дружбу, породниться — в нашем мире, где все мы родились, это серьёзный магический обряд. Вы смешали вашу кровь! — Так Эмма больше не Спаситель? — озаботилась Снежка. Регина только сердито фыркнула — это только её интересует?! То, что её дочурка способна превратить целый город в стеклянную игрушку одним своим дыханьем не так важно, как вопрос — она всё ещё функционирует в качестве Спасителя? Может следует Эмму отремонтировать? Или сменить батарейки? — Она всё ещё Спаситель, — вздохнула Регина. — Но Лилит одарила её способностью обращаться в дракона. Поделилась по сестрински. — Мы ещё поцеловались, — смущённо покраснела Лилит. — Это считается? Регина только закатила глаза — ну почему ей так везёт на идиотов?! — Нет. В данном случае это просто прикосновение одних мокрых губ к другим мокрым губам. Ничего больше. Поехали. — Куда? Регина уже бежала к машине. — За Эммой. Не вечно же она будет выбирать посадочную полосу…

***

— Ну и что мы будем делать? — Лилит говорит шёпотом — кто его знает как у драконов со слухом? Регина отвечает не сразу — она невольно залюбовалась — сверкающий на солнце сотнями радуг дракон просто завораживал чистотой линий и элегантностью. Сама Эмма была довольно неаккуратна и неуклюжа — но как дракон… Абсолютно безупречна, гибка… — Не знаю… О ледяных драконах я только в сказках читала… Регина хорошо помнила, что Белоснежка долгое время была настоящей лесной разбойницей и головной болью для Злой Королевы — ограбленные купцы валялись в ногах, торговля страдала… Навыки Мэри Маргарет не утратила — Регина даже вздрогнула, когда падчерица внезапно возникла по правую руку. — Может я с ней поговорю? Регина только скрипит зубами — ну что за упрямая дура, а?! — Жить надоело? В лучшем случае, она только взбесится и опять улетит. Мне и так придётся разбираться с последствиями — погибшие зелёные насаждения, выбитые стёкла… — Тогда я. — С тем же результатом, Прекрасный. Дракон приподнялся, повёл головой, когда перед ним появилась маленькая фигурка. — Мама! Это я, твой сын. Генри. Мама, пожалуйста, вернись… По спине Регины прошла ледяная волна озноба. Как он сюда попал?! Миллс сжимает пальцы Снежки. — Тихо. Мы можем сделать только хуже. Просто ждём. Дракон выглядит совершенно спокойным. Он внимательно смотрит на Генри, который делает один робкий шаг, другой… — Мама, давай вернёмся домой. Ты помиришься, наконец, с бабушкой… Регина сжимает пальцы на левой руке в кулак — ногти впиваются в кожу. Роковая ошибка! Не стоило упоминать Мэри Маргарет! Дракон издаёт даже не рёв — короткий взрык и всё заволакивает морозным туманом. Он медленно рассеивается. Деревья вокруг поляны покрылись инеем, несколько ветвей с тихим треском отваливаются и падают вниз, стряхивая мелкий снег. Генри всё также стоит неподвижно перед драконом. У Регины сердце сжимается от тревоги и боли. Она вскакивает на ноги и бежит к сыну. Остальные поднимаются следом за ней. — Генри?! Генри!!! Этот упрямец увязался таки за Прекрасными… На свою голову. Регина, пока бежит к мальчику, успевает заметить металлический блеск среди кустов. Велосипед. Вот и ответ, как ему так быстро удалось добраться до этой поляны в лесу. Генри стоит словно статуя. Лёгкое удивление в широко распахнутых глазах. Весь в какой-то ледяной паутине. — Генри… Генри! Регина осторожно обнимает заледеневшую фигурку. Отогреть, как-то спасти! Целует. В ледяные губы, лоб, застывшие глаза. Сердце ходит ходуном, в голове мутится от боли в груди. Какая-то странная волна толкает Регину в грудь. Под ладонями уже нет ледяного и мёртвого камня. Сзади раздаётся странный шелестящий звук — словно, с тихим вздохом, опадает большой шатёр шапито. — Генри? Малыш чихает. Раз, другой… Регина смеётся и плачет одновременно. — Мама, я в порядке… Голос слегка охрип. Регина поднимается на ноги и берёт сына за руку. Оборачивается. Дракон исчез. На заледеневшей, но постепенно оттаивающей земле, сидит Эмма. Лилит, Мэри Маргарет и Дэвид протягивают ей руки чтобы помочь подняться. Эмма игнорирует родителей и протягивает руку Лилит. Поднимается и быстро идёт, почти бежит к Регине и Генри. — Малыш, ты в порядке?! — В полном. — Прости, милый! Прости, прости, прости! Эмма лихорадочно целует сына в щёки, в уши, нос. — Мы должны быстро вернуться в город. Пока у Генри не началась серьёзная простуда. — Да. Точно. — Только скажите для начала, молодой человек, откуда у вас этот велосипед? Генри краснеет и прячет глаза от обеих матерей. — Я его взял. На время… — Та-а-к, — Регина сердито смотрит на Эмму. — Я даже не буду спрашивать в кого НАШ сын пошёл! Бабушка-разбойница, мама пошла в бабушку… — Теперь три часа, — говорит Эмма. — Но за смелость — простим. Велосипед вернёшь владельцу сам, лично и извинишься. — Ладно, мамы… Регина звонит по мобильному Грэму и сообщает последние новости. Эмма уезжает с ним. Генри укутывают в одеяла и, поминутно чихающего и сопливого, Регина отвозит сына в особняк. Лилит остаётся с Мэри Маргарет и Прекрасным. — Вы же родители Эммы? — Да. — Я её подруга Лилит. Лилит Пейдж. И вы должны были быть знакомы с моей матерью. С Малефисент. И, глядя на побледневшие и вытянувшиеся лица четы Прекрасных, кивает с довольным видом. — Да. Теперь у вас серьёзные проблемы, ребята. Подбросите до города? Обрадую мамочку новостями.