СЮРПРИЗ ДЛЯ ГЕНРИ

Белоснежка покачала головой и заметила с иронией: — Ты больше похожа на меня, дочь, чем тебе самой бы хотелось. Кровь… Регина кивает и ехидно улыбается: — У вас на самом деле много общего. И чувство юмора. Вы долгое время вращались в одних кругах. В криминальных. — Но я давно законопослушный член общества, — Эмма даже краснеет от возмущения. Регина ухмыляется: — Как и твоя матушка. Двадцать восемь лет никого не грабила и не убивала. Школьная учительница в провинциальном, окружённом густыми лесами, городке на побережье. — Кстати, дочь, — озабоченно хмурится Белоснежка, — ты выросла в большом городе, а штат Мэн покрыт лесами. Стоит научить тебя основам ОБЖ. Магия магией, но даже могущественный маг может получить серьёзное отравление съев незнакомые ягоды или грибы, даже умереть от банального пищевого отравления. А ещё ты должна, как помощник шерифа, хорошо ориентироваться в лесу… — Давно пора, — поддерживает бывшую падчерицу Регина. — А то без Грэма по лесу никак. Стыдно. — Ладно… — ворчит Эмма. — А ещё научишь стрелять из лука. — Почему бы и нет? — пожимает плечами Белоснежка. — И как правильно держаться в седле. — Я тоже хочу! — возбуждённо подпрыгивает на стуле Генри. Так что очень скоро Эмма начинает проходить ускоренный курс выживания в условиях дикой природы и обе матери с бабушкой наблюдают за Генри, гарцующим на самой смирной лошади сторибрукской конюшни. Но в самом начале Генри пришлось освоить лопату и грабли. — Все с этого начинают, — говорит сыну Регина. — Я тоже. И этот свой шрам заработала, когда в первый раз взгромоздилась на лошадь. Мы с ней не поняли друг друга. Нил тоже решил вспомнить детство золотое. Он часто помогал Генри советом. И присматривал за мальчиком первые дни. — Ты не думаешь снова возобновить отношения с отцом Генри? — спрашивает Регина. Снежка тоже ждёт ответа от дочери — Белоснежка уже «тонко» намекала, что не против понянчить внуков. Эмма пожимает плечами: — Нил очень сблизился с Белль. Они же вместе воспитывают Румпеля. Такой вот пендюмонокль… Регина не знает, что на это сказать. Тем более, что тренировка заканчивается и вся компания отправляется в кафе Бабули. … — Не беспокойся, мама, — у Эммы улыбка от уха до уха. — Мы с Региной просто хорошие подруги, а ещё она мой учитель в магии, главный советчик и воспитатель. В конце концов она формально моя приёмная бабушка. И Истинная любовь для меня. Я не пожелала бы для Генри лучшей матери. Белоснежке нечего на это возразить. К тому же она и Регина снова стали закадычными подружками. — Время идёт, молодость не вечна и тебе пора бы подумать о собственных детях. Ты прекрасно управляешься с Леопольдом. Он тебя просто обожает. — Когда найду подходящую кандидатуру, сразу сообщу, — отмахивается Эмма. … — Отчего такая неизбывная скорбь на вашем лице, мисс Свон? — интересуется Регина у внучки, которая, озабоченно хмурясь, постукивает карандашом по кончику носа, перед Эммой на столе лежит открытый блокнот. — О чём ваши тяжёлые думы? Что случилось? — Действительно, пора бы подумать об устройстве своей личной жизни, — вздыхает Эмма. — На самом деле в городе не так много подходящих кандидатур достойных руки и сердца юной принцессы. Доктор Вэйл? Или доктор Арчи Хоппер? Регина присаживается рядом: — Доктор Вэйл? Та ещё кокетка и позёр. К тому же бабник. Арчи? Не был замечен в отношениях ни с одной дамой в Сторибруке. Лерой? Надеюсь, ты шутишь. Тем более наш гном продолжает страдать от неразделённой любви к своей фее. Может тебе таки стоит подумать о Ниле? Эмма кисло морщится: — Ко всему прочему, он, тот, кто предал меня, оставил одну. Угрозы Пиноккио удобная отмазка. Деревянный не всё время висел у Нила на хвосте и у Кэссиди было достаточно денег — мы могли бы покинуть страну. Мир большой и Тёмный ещё лет сорок потратил бы на поиски наследника. Но если не ограничиваться «сильным полом»… — Эй, я твоя бабушка между прочим, не забыла? — Регина даже слегка отодвигается в сторону от «внучки». Эмма насмешливо улыбается: — Любимая бабушка. И Истинная любовь, ещё та, кто не предавал моё доверие, а таких немного. Кто ещё? Малефисент. — Она старше Румпеля и помнит нескольких его предшественников, — замечает на это Регина. — Лилит меня подставила, но мы снова стали подругами… — Эмма делает пару пометок в блокноте. — Тем более, что мы сёстры по магии. Руби? — У неё уже есть Мулан, которая тебе глаза выцарапает за любимую, — Регина раскатывает тесто для пирогов — время ужинать. — Всё, — Эмма захлопывает блокнот. — Так и останусь старой девой — половички, салфеточки, полный шкаф «женских романов» в мягких розовых обложках, мексиканские «мыльные оперы» вечером и кошки. С полдюжины. — Не представляю, — Регина переходит на серьёзный тон, — тебя, Свон, с этой гадостью в бумажных обложках и «мыльными операми». Половички, салфеточки ещё куда ни шло, но всё остальное… Не беспокойся — ещё найдёшь кого-нибудь. — Мне не нужен кто-нибудь, — фыркает Эмма. — А близкий по духу человек. И посвящённый в нашу тайну. Знакомый с магией и тот, кто не наложит полные штаны при виде настоящего дракона. — Дай объявление в местную газету, — ухмыляется Регина. — А это идея! — оживляется Эмма. — Почему бы и нет?