Пристань китов

Никита хоть и знал Влада как облупленного, но даже не догадывался, что безумного может быть у него на уме. Побить того старшеклассника? Наесться в самом дорогом ресторане или поцеловать любого прохожего? Или забраться на крышу башни «Федерация»? В голову лезли от очень тупых до очень больных идей развития событий и то, что Влад может умереть раньше положенного. Очень больная тема. Но сегодня вечером Влад написал ему и было понятно, что парень доволен своей «безумной» выходкой. На фотографии было его предплечье правой руки. Вены немного вздулись от возбуждённого состояния и синие ниточки просматривались из-под тонкой кожи. Небольшой участок был обвёрнут плёнкой, но через неё просвечивалось сие деяние юного «китёнка». Большой и немного поменьше киты расположились рядом. Из одной единственной линии рисовались эти два млекопитающих и над каждым из них были инициалы «N.F.» и «V.B.» Никита удивлённо уставился на фото, не веря своим глазам. Вот оно — безумие, которое даже куратору не пришло бы на ум. Никита перевёл дух, найдя опору в дверном проёме. [Vlad Black]: Тебе нравится? [Nikita Fox]: Нахрена ты это сделал? Это же на всю жизнь! [Vlad Black]: Это же задание. [Nikita Fox]: НАХРЕНА? [Vlad Black]: Я же всё равно умру. Мне терять нечего Никита разворачивается в дверном проёме, где он там стоял всё время переписки, и заскакивает на кровать, со всей мощи начиная бить подушку. Это было долго и мучительно. С ним никто не заходил так далеко и это было ужасно. Дошёл Владик. И лучше бы он этого не делал. Перечитывая сообщение Филиппа Лиса Никита переживал и не находил себе места. Впервые за неделю он сходил на пару, но никак не мог сосредоточиться на словах лектора, материал преподавателя был для него как фоновой шум. Владик, Владик, Владик. Это было страшно. В один момент ты теряешь его благодаря пятидесятому заданию. Собеседника, парня, о котором ты хочешь заботиться. Ты сам для него копаешь могилу, будто не можешь ничего изменить. И это гадко.

***

[Nikita Fox]: Вот и подошёл твой квест к концу. Каковы ощущения? [Vlad Black]: Чувствую себя победителем. [Nikita Fox]: Которого никто не остановил? [Vlad Black]: Ладно, чувствую себя брошенным победителем. [Nikita Fox]: Я уверен, что ты уже написал прощальную записку, так что не собираюсь её проверять. Ты наслышан уже о пятидесятом задании? [Vlad Black]: Да. Могу ли я его выполнить раньше официального времени? И выбираю ли место, где умру? [Nikita Fox]: Нет. Это задание всегда даёт куратор. [Vlad Black]: Тогда давай адрес Не прошло и пяти часов, когда Влад кинул на свою стену вложение. А после — и в их общий диалог. Без лишних слов. Не колеблясь. Кажется, парень был действительно настроен серьёзно и оказался не таким и слабохарактерным, как надеялся Никита. Сердце куратора пропустило пару ударов. Никита подорвался с места, когда увидел знакомый вид с крыши — иногда летом он поднимался туда и смотрел на Москву. Бывало, и вечером там бывал, когда повсюду вспыхивали фонари. Он не ответил на последнее сообщение Влада, выбежав из квартиры прямо к лифту. Ждать лифт оказалось не так и долго, но очень мучительно. Всё шло не по задуманному плану Никиты, где тот спасал Влада и снимал с карниза. Любовь, романтика, все счастливы. Но сейчас всё шло слишком быстро и в состоянии аффекта оказалось очень тяжело соображать. Выскочив на лестницу, что ведёт на крышу, Никита с силой распахнул пыльную дверь. Свежий воздух дунул на вспотевшее лицо. В голове все мысли смешались. Крыша пустая. Здесь будто и не было никого. На улице ветрено, но это не мешает солнечным лучам растапливать снег вокруг, превращая их в лужи. Никита дрожащими руками достал телефон, его дыхание сбилось. Горло сдавливал ком. Он не верил. Он не успел. [Vlad Black]: Никита [Vlad Black]: Останови меня [Vlad Black]: Я не хочу умирать [Vlad Black]: Скажи, чтобы я этого не делал [Vlad Black]: Я не хочу умирать [Vlad Black]: Почему ты не отвечаешь? [Vlad Black]: Тебе всё равно? [Vlad Black]: Я для тебя обычный участник, да? [Vlad Black]: Тебе на меня плевать? [Vlad Black]: Ты меня бросил в такой момент [Vlad Black]: … [Vlad Black]: Я люблю тебя [Vlad Black]: Встретимся в море китов И Влад в один момент стал просто воспоминанием. — Нет! — когда Никита обретает дар речи, он кричит и падает на колени. Сердце сжимается в груди и он не понимает какого хуя это происходит. Он всё просчитал до мелочей: парень придёт раньше «китёнка», дождётся его прихода и спасёт. И этот план потерпел фатального исхода. Финал принял самый неожиданный поворот. Никита не успел. Не успел всего-ничего, лишь на одну минуту. И эта минута сломала жизнь и ему, и Владу. Никита боится подойти к карнизу и заглянуть вниз: он не вынесет, если увидит мёртвое тело в крови. Его тело. «Начинаются галлюцинации» — едва соображая, делает вывод Никита. Его голос надрывается от внутреннего крика: он убил человека. Ему даже мысль не приходила на ум, что всё зайдёт так далеко. Душа Никиты умерла вместе с Владом. Это так противно: знать, что именно ты убил человека, который был тебе дорог. Ты уничтожил всё, что у тебя было, оставил себя в полном одиночестве. Сам повесил себе на шею бремя и вину. Топот стал громче. Никита всё-таки повернулся на звук и из-за слёз увидел только тёмные силуэты. «Глюки» — подумал он, но тут же почувствовал. Хоть что-то почувствовал. И это была боль, когда его с силой прижали лицом к поверхности крыши. Гравий немного поцарапал ему щеку. Перед глазами всё потемнело. Ему, кажется, всё равно. «Влад мёртв» — лишь раздаётся эхом в его голове. Затем перед его глазами появляются берцы на чьих-то ногах. Что-то в роде того, что носят военные. Никита не обращает внимания даже на грубый голос, который раздаётся сверху. Кажется, Бог глумится над ним, когда слышится знакомый голос. Никите становится смешно и из-за этого его рывком поднимают за загривок. Ветер снова бьёт в лицо, обжигая свежую царапину на лице. Берцы принадлежат высокому парню в капюшоне. Вокруг мужчины в форме. Группа захвата? Неужели ФСБ его вычислили?.. — Вы имеете право хранить молчание, — Никита всё равно не понимает, что происходит. Ему кажется это бредом. Всё покрыто лёгким туманом. С незнакомца спадает капюшон, парень не особо похож на полицейского. — Всё, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде. Ваш адвокат может присутствовать при допросе, — до парня доходит. Он жив. — Если вы не можете оплатить услуги адвоката, он будет предоставлен вам государством. Всё сдавливает в груди, парня выворачивает наизнанку. Всё становится чётче, как и лицо Влада. Оно кажется таким серьёзным и сосредоточенным. Его длинные ресницы не дают Никите покоя, он видит, что это правда — и теперь она вылезла наружу. Сегодня его одурачили. — Но… но татуировка, — его кости дрожат от холода. Растерянный вид делает его жалким. Вокруг толпа людей и все на них смотрят. И он понимает, что всё это было спланировано. Влад ухмыляется, потянувшись к левой руке и резко дёргая рукав на себя, оголяя предплечье. Предоставляет хороший обзор на то, что там татуировкой и не пахнет. — Мы наблюдали за тобой и за такими, как ты, в течении шести месяцев. Ты уже второй, кого мы поймали, так что до встречи на допросе, — его голос уверенно рассекает пространство на крыше. Всё кажется таким нереальным. Тело Никиты будто прокалывает тысячью иголок, когда Влад сдавливает пальцами его челюсть и смотрит своими серыми глазами. В них можно увидеть карие и зелёные вкрапления. Сердце Никиты раскалывается, как и надежда на то, что это лишь сон. — Ублюдок, — выплёвывает ему в лицо Влад, поднимаясь и пиная его ногой. А потом добавляет приторно-сладким голосом: — Надеюсь, найдёшь своё море в тюрьме, Китёнок.