Дурное воспитание

       Бен лежал поперек стола и томно ждал новый удар. Кожа болела на спине и ягодицах. — Ты мазохист, что ли? Я ведь предупредил тебя, что с тобой будет если будешь плохим мальчиком. Почему ты не слушаешь меня, а? — говорил Пак в ухо парня. Нервные импульсы пробегали по телу от одного только голоса, посылая электрические разряды. — Я задал вопрос? Я ударю тебя еще раз, если ты не ответишь. — Да пошел ты! Чтоб у тебя ложка в глотке застряла во время обеда! — орал Бэкхен. — Не правильный ответ. Удар меж лопаток линейкой, заставил парня вздрогнуть, но гнев все же кипел в его крови. -Ублюдок! Отвали от меня, слышишь? — Я буду бить тебя до тех пор, пока ты не ответишь мне. Я повторю еще раз вопрос, но в третий раз ты пожалеешь об этом. Почему ты не слушаешся меня, Бэкхен? — С какого это хуя, я должен тебя слушаться? — Неправильный ответ. — хрипит Пак и бьет по спине и ягодица. Там же скоро синяки будут! — Бэкхен, мне повторить вопрос? — Да пошел ты знаешь куда? Садист ебаный! — орал парень. — Ты не учишься на своих ошибках, Бэкки. Но мы это исправим. Чанель отходит от парня и поднимает его с поверхности. Садится перед ним на колени и растегивает ширинку. Бэк озадаченно смотрит на доктора, но потом улыбается и хватает Пака за волосы и поднимает голову. — А вы доктор нравитесь мне все больше и больше. — Взаимно, Бэкки, — хрипит Чанель, но продолжает растегивать штаны. Когда ненужная ткань была спущена, он поднялся и повернул парня к себе спиной, вновь укладывая его на стол. — Моему терпению приходит конец, Бэк. — говорит психолог и гладит молочные ягодицы рукой. Легкий шлепок и парень издает глухой стон. — Я еще после нашей встречи понял, как тебя надо лечить. Ты любишь боль, да? А мне хочется, чтобы ты её получил. Бён распахивает глаза и смотрит в одну точку. Удар и сильная боль. У него тяжелая рука. Парень чувствует как его попа краснеет от боли и протяжно скулит. Вновь удар и куда сильнее предыдущего. Ему больно, но он терпит. Сжимает кулачки и проклинает доктора. Удар и слезы текут, падая на стол. — Ты этого добивался? — шепчет в ухо Пак. Ударов больше нет, но он продолжает гладить его ягодицы. Затем он быстро разводит ноги Бэкхена в стороны, что тот охает от удивления. Слышится звук растегиваемых штанов и шуршание одежды. — Плохой мальчик! Ты наказан! Боль. Настолько сильная, что крик вырывается из горла слишком диким. Внутри все жжет и рвется. Но Чанеля не останавливают крики парня и он сильнее толкается внутрь. Бэку больно. Он кричит. Умоляет остановиться. Просит прощения. Все без толку. Чанель в гневе. Как он посмел ослушаться его? Парень мотает из стороны в сторону головой и чувствует как по ногам бежит, что-то горячее и противное. Ему так плохо, что хочется повесится прямо сейчас. Мучительно. Ужасно. Дико. Чанель задевает простату Бэкхена и тот скулит, на мгновение получая удовольствие. Доктор рычит и выходит из парня. Одевается и выходит из комнаты, оставляя Бена одного. Он еще долго плачет и не встает со стола. Ему больно. Как физически, так и душевно. Он сбежал от отца в надежде, избавится от этих мук. Но и тут ему не удалось спрятаться. Ебаный Пак! МУДАК!

***

Бэк не хочет идти на завтрак. Он лежит на кровати и молча слушает песню у себя в голове. Второй день. Второй день идет, а он так и не может пошевелиться. При любом движении все тело пронзает боль. Он плачет каждый раз, когда вспоминает доктора. Он не появлялся уже два дня. Изнасиловал и бросил. Бену больно. Душу рвет на части. Он не может избавится от этого. Он грязный. Полностью загрязнен пороком. Он жалок и ничтожен. Боль. Вот что помогает ему отвлечься от этого чувства. Она спасет его. Она поможет. Он хватает карандаш и втыкает его себе в бедро. Больно. Он чувствует как волна удовольствия рассекается в крови. Ему хорошо. Он избавится от грязи. Он будет чистым. Боль поможет. По ноге бежит кровь и на шортах появляется алое пятно. Он вытаскивает карандаш и снова втыкает его себе в ногу, чуть выше коленки. От удовольствия он с хрустом выгибается в спине и закатывает глаза. Он стонет. Чувствует как грязь вытекает вместе с кровью. Чистота и непорочность заполняют его. — Придурок конченый! — орет Чанель. Он выхватывает карандаш из рук парня, бросает его в угол и поднимает Бэка на руки, неся в медпункт. В голове все идет кругом, а слезы текут по лицу. От радости. Бэкхен рад, что доктор пришел. Он рад, что тот спасает его. Все правильно. Так и должно быть.

***

Пак покинул кабинет и направился в сторону кабинета Лэя. Постучавшись, он без разрешения вошел внутрь и сел напротив друга. — Пак, ты чего мне глаза целый день мозолишь? У тебя работы что ли нет? — Я не знаю, что мне делать. Кажется я скоро вспорю себе живот или вены. — Опять твой псих? — Да он вообще конченый какой-то. Захожу к нему в комнату, а этот придурок себе карандаш в ногу втыкает и стонет от удовольствия. Забери его себе, а? — Ну уж нет, Чанель-я. Твой клещ, вот сам с ним и разбирайся. — Блядь! Друг блин. — Чего ты с ним паришься, а? Пусть он проткнет себя, а мы на самоубийство спишим. — Не знаю. Не могу от него отстать. — Понравился? — Идиот что ли? Нет, конечно. Просто… Не знаю. Как только его вижу, аж мурашки по спине. Но вылечить я его хочу. -Все понятно, Пак. Влюбился в собственного пациента. Ну, у тебя только два варианта. Либо ты его лечишь и не тресешь мне мозги, либо пусть он проткнет себя ручкой и меньше мучений. Пак разозлился и резко встал, опрокидывая стул. — Сука! Спасибо, что помог! — орет Чанель и выскакивает из кабинета, слыша напоследок смех Лэя и… — Любовь опасна…

***

Бэкхен еле как разлепил глаза и резко зажмурился от яркого света. Бедро болело, но он понимал, что это только к лучшему. Это его очищение. Он избавится он грязи, которая попала в каждую клетку его никчемного тела. Такому ублюдку, как он не место рядом с Паком. Он будет чистым ради него. — Очнулся? — шепнул кто-то рядом с ним. Бэк открыл глаза и попытался найти кому принадлежит этот голос. Кенсу сидел на кровати и держал его за руку. — Как ты себя чувствуешь? Что-то болит? — Все в порядке. Давно я здесь? — 2 дня. Ты не просыпался. Доктор Пак сказал, что у тебя болевой шок. Мы приходили сюда поочередно. — Чанель был здесь? — Да, он следил за твоим здоровьем, а по ночам спал на стуле возле твоей кровати. — Надо же. Большая честь. — У вас с ним, что-то было? — Кенсу-я расскажи мне о нем. — Я мало, что о нем знаю. Но он лучший среди всех психологов. Родители у него богатые, поэтому он обучался в дорогих заведениях. Все его пациенты, сейчас либо успешные люди, либо завели семью и живут счастливо. Но я тебе не завидую. Он слишком много просит от больного. Применяет насилие, но ни когда не выходит за рамки дозволеного. Теперь ты мне скажи. У вас с ним, что-то было или нет? — С чего ты взял? — Прости меня, но я залез в твое медицинское дело. Тебе задницу зашивали. Он тебя изнасиловал? Так ведь нельзя, Бэк. — Это наше дело. Я доволен его методом. Пускай он меня дальше лечит. — Ты точно псих. Нормальный человек бы не позволил себе жопу рвать. — Отвали, До. Выйди из палаты. Бэк повернулся набок и уставился в стенку. Он слышал, как друг встает с кровати и выходит из кабинета. Все к лучшему, не так ли? Ничего страшного если мне наложили пару швов. Он правильно сделал. Я не слушался его. Я плохой. Но теперь он не тронет меня. Я исправлюсь.