Темный матукай

33 ДБЯ, Татуин, Мос-Эспа       В который раз замечаю — стоит только начать собирать неприятности на свою задницу, и это идет сплошным потоком, пока не закончится. Так и сейчас — мирно и спокойно добраться до дома Шми у меня не вышло, и я вообще оказался ни при чем, ну, почти.       А случилось следующее: поскольку я вышел к городу немного не с той стороны, с которой планировал, то теперь кратчайший маршрут к дому Шми пролегал не через относительно спокойные жилые кварталы, а пересекал в одном месте небольшую площадь. В принципе эта площадь была довольно безопасной, поскольку на ней располагались заведения, претендующие на местный высший класс, отчего цены для обычной криминальной шоблы там, мягко говоря, кусались.       Поэтому публика там фланировала вполне солидная и респектабельная по местным меркам: пиратские адмиралы* со своими офицерами, преуспевающие контрабандисты, владеющие собственными флотилиями, и наемники из верхней части рейтинга. В общем, разумные хоть и крайне опасные, но уже состоявшиеся и не нуждающиеся в самоутверждении, да и мозгами, по большей части, не обделенные, в драках и глупом выяснении отношений совершенно не заинтересованные. Вследствие чего, по негласному соглашению, площадь была мирной территорией, разборки оставались за ее границей, а здесь все отдыхали.       Я, конечно, не боялся, что меня оттуда вынесут на пинках, как это часто случалось с забывшими свое место шестерками и новичками, все же в первую тысячу рейтинга я входил по праву, но не очень хотелось показываться в таком ушатаном виде — чревато потерей части репутации. Вот после того как отдохну и высплюсь, тогда да — можно при случае похвастаться, какой сволотой был покойный противник и с каким трудом я его спровадил на тот свет, можно даже ранами похвалиться: мол, вот я какой крутой перец, даже с такими ранами уработал гада. А сейчас, еле соображающий от усталости и боли, я совсем не походил на хорошего наемника согласно местному этикету, скорее на зеленого новичка, чудом выполнившего заказ и теперь тянущего свою потрепанную шкуру обратно в берлогу, зализывать раны. Ясно, нехорошо в таком виде там показываться.       Но когда я представил, какой крюк надо делать, чтобы обойти, просто плюнул; потом кто вякнет — вырву язык, если смогу, понятно, а то в ответ на ехидство некоторых проще посмеяться вместе с ними. Так что когда я вывалился на площадь, то зрелище представлял весьма колоритное, но, к некоторому моему удивлению, никто особо не рвался пошутить в мой адрес или еще что. Все же недаром здесь тертый народ — рассмотрев отметины на моей шкуре и трофеи, большинство просто расступалось, давая дорогу. Многие пожилые наемники даже начинали травить ностальгические байки про свою молодость, правдивость которых напрямую зависела от количества употребленой перед этим выпивки.       Я уже добрался до края площади и надеялся, что все обойдется, как судьба грубо растоптала мои планы. Из двери заведения, претендующего на звание клуба, вывалилась нескладная фигура: высокая, из-за чего казалась неестественно худой и костлявой; непропорционально длинные пальцы на руках и лысая как колено башка с торчащим пучком волос и антенной; дополняла все это мертвенно-бледная кожа.       Практически незаметные выпуклости позволяли предположить, что это женщина, а здоровенный пистолет на бедре давал понять, что она или пиратка, или наемница. На контрабандистку она не походила — от нее буквально смердело старой кровью и смертями, фигурально, разумеется. Судя по глуповатому подхихикиванию и легкому пошатыванию, дамочка уже успела весьма душевно отдохнуть и сейчас находилась на распутье: идти добавлять в новом месте или искать приключений.       В моем мозгу, придавленном тяжелым сонным отупением, шевельнулся смутный намек на узнавание, но так и не смог превратиться в оформленную мысль. Поэтому я продолжил идти, обходя встречных на полном автопилоте.       Тем временем эта особа встряхнула головой и, проморгавшись, заметила меня. Подобно сороке, она сразу сфокусировала взгляд на рукояти сейбера, трудами покойного Мола блестевшей, как известный орган у кота. Немного постояв в задумчивости и обозрев мой живописный внешний вид, это чучело решительно направилось ко мне слегка заплетающимся шагом. Не доходя нескольких шагов, странная фифа взмахнула вытащенной из кармана бутылкой какой-то дорогой выпивки и обратилась ко мне:       — Поздравляю, друг! Похоже, ты смог прирезать еще одного поганого джедая, чтоб их всех скормили сарлакку. Выпей со мной за это!       — Слушай, отстань, пожалуйста. Выпивка меня сейчас волнует в последнюю очередь, лучше не мешай мне наконец добраться до лепилы.       — Ну хватит кукситься от потрепанной шкурки, лучше хлебни, это тебе поможет лучше любого лепилы! — И эта сука, подойдя вплотную, хлопнула меня по плечу! Левому!!!       Жгучая боль в ребрах разом разогнала сонную одурь и привела меня в состояние взбешенного ранкора. На одних рефлексах я долбанул по этой твари телекинетическим импульсом, отправляя ее в полет. Но эта шлюха оказалась не так проста и смогла развеять большую часть силы импульса, который должен был размазать ее по ближайшей стене. Вместо этого сука отлетела метров на десять, пару раз кувыркнулась и вскочила с перекошенной рожей и бешенным криком:       — Ах ты, джедайская мразь! Тебе п****ц! — С этими словами она схватилась за свой пистолет.       Вот только я тоже желал увидеть, какого цвета ее потроха, а потому не стоял без дела: отпустив посох и придерживая его телекинезом, я сорвал с подвеса висевшую на правом бедре Е-5, одновременно направляя всю свою злость и ярость, вместе с желанием смерти, в сторону своей противницы.       Ни должного контроля, ни концентрации я не удержал, поэтому за такое жалкое подобие Ментального Осколка учитель спустил бы с меня три шкуры, но здесь и сейчас хватило и этого: эта бледножопая прошмандовка замерла буквально на мгновение, а большего мне и не надо — Е-5 зашлась лаем в длинной, на всю энергоячейку, очереди, выжигая громадную дыру в туловище врага. Очередь закончилась, эта тварь еще постояла пару мгновений, силясь поднять пистолет, но в конце концов рухнула, похоже, сдохнув еще до касания земли.       Все еще скособочившись и не выпуская винтовку из рук, я оглянулся вокруг — не желает ли мне кто предъявить претензии за стрельбу или убийство? Но друзей или компаньонов лысой не было видно, а насчет стрельбы всем было плевать, поскольку все было в рамках понятий: за ствол первым схватился не я, никого постороннего не зацепил, а значит, ко мне никаких претензий.       Разве что стоит обшмонать карманы убитой — трофеи это святое, да и, несмотря на кутежи и не задерживающиеся в карманах большинства деньги, в среде наемников считается хорошим тоном не бросать трофеи без веской причины. Считается, что любые трофеи — это подарки удачи, и если ты отвергаешь их, то в следующий раз удача может отвернуться от тебя. А кому нужен неудачливый напарник, способный утащить на тот свет за собой?       Естественно, что обеспеченным наемникам снаряга и оружие убитых, как правило, были неинтересны (хотя попадались и такие вещи, что встречаются пару раз в жизни, и таким никто не брезговал), но забрать имеющуюся наличность, пусть даже это всего лишь десятка кредитов, которую ты отдашь первому же встреченному попрошайке, было обязательным — хоть чисто символически, но трофеи ты взял.       Из этих же обычаев стоит отметить то, что взятое нельзя было просто выкинуть — по озвученным выше причинам. Можно было продать, подарить, проспорить, заложить, да хоть банально пропить (очень уважаемое решение относительно трофеев, подкрепленное тем, что при этом хорошим тоном было кого-нибудь угостить), но выбрасывать считалось недопустимым.       Однако предприимчивые наемники нашли отличный выход, совместив его с еще одним обычаем — похороны погибших в перестрелке оплачивает выживший в ней (это если нет друзей или родни погибших, ведь в таком случае у тебя проблема: как на собственные похороны не попасть, где уж тут чужие организовывать).       В общем, именно из-за этих обычаев я и торчу здесь, вместо того чтобы убраться восвояси и наконец отдохнуть. Тут как раз подбежали пущенные, ради такого дела, на площадь различные мелкие шустрилы. Они тут все время зависают и имеют постоянный доход — отдыхающие гоняют по разным мелким поручениям, понятное дело, что не за спасибо.       Оглядев их всех, я остановился на стоящем чуть в стороне подростке-забраке, который, в отличие от остальных, стоял спокойно, не пытаясь меня разжалобить и не расталкивая локтями коллег. Конечно, в таких местах к детишкам не стоит поворачиваться спиной, но конкретно у этого просматривается определенное достоинство и внутренний стержень, так что есть надежда, что из него может получится что-нибудь получше, чем обычная криминальная крыса из уголовных помоек.       — Эй, ты! — забрак взглянул вопросительно, желая убедиться, что он правильно меня понял. — Да, ты! Шагай сюда и пошустрее! А вы валите отсюда к ситхам! — последнее было адресовано всей остальной своре.       — Звали, господин? — спокойно проговорил подросток.       Хм-м, он мне нравится все больше — аккуратно подштопанная и чистая одежда, спокойный вежливый тон, хотя впалые щеки и чересчур глубокие для его возраста мимические морщины ясно давали понять, что от еды и воды он точно не откажется. Если у него и шайка такая же, то их определенно стоит взять на заметку и оставить контакт — хоть я и довольно эгоистичная сволочь, но если можно помочь толковым людям, то это надо делать, очень уж их мало.       — Можно подумать, что нет, — хмыкнул я, соблюдая местный этикет при общении мелкой сошки и авторитетного разумного. — Зови свою шайку — обшмонаете эту падаль, а потом сволочете куда-нибудь и прикопаете, чтобы не воняла. Плата как обычно, если будете шустрыми, то пару десяток сверху накину.       — Да, господин, — ответил забрак, взмахом руки подзывая своих. После чего он оценивающе глянул на убитую, и тут его лицо исказилось в гримасе узнавания, а потом злобного торжества: — Наконец-то эта ебанутая сука Синг нарвалась! Жаль только, что так быстро сдохла.       Тут мои буксовавшие мозги, получив подсказку, наконец смогли опознать убитую — оказывается, я угробил Орру Синг, наемницу, бывшего джедая и просто чокнутую тварь. Я и забыл, что она как раз сейчас тусуется на Татуине, а оно вот как получилось. Черт, я ведь и не интересовался ее биографией, и что с ней дальше должно случиться? Вроде как помогала Бобе добраться до галактониггера, но при первом же шухере свалила, прокинув малого. И вроде как у нее еще и с Энакином из-за чего-то были терки. Или не с ним? Блин, ничего не помню, впрочем, теперь это уже не имеет никакого значения, хотя интересно, за что ее так страстно «любит» этот пацан?       — Откуда такая экспрессия? Она тебя на деньги, что ли, кинула? - сунув винтовку на крепление, я подтащил телекинезом все так же непоколебимо стоящий посох, используя его как подпорку.       Кинув взгляд на качнувшуюся голову Мола, подросток все же ответил, поглядывая на своих мальков (кстати, тоже довольно аккуратных и опрятных, точно, надо будет оставить свои координаты), деловито шмонающих тушку Орры:       — Да лучше бы на деньги кинула, чем так, — поймав мой взгляд, он вздохнул и продолжил, хотя тема ему явно неприятна: — Чуть больше года назад она на нас в глухом переулке наехала, то ли пьяная, то ли еще что, неважно. А тут, как на зло, Лейна лечила Мика, и эта сука набросилась на нее, достав световой меч и что-то крича о том, что она убьет всех джедаев. Мик и еще один малек бросились защищать Лейну, но… А я в это время уводил остальных и пытался не слышать крики позади… — паренек прервался, сцепив зубы, потом подскочил к трупу и от всей души пробил с ноги в лицо. Сбросив пар, он снова подошел ко мне. — Потом я вернулся их похоронить — эта тварь буквально нашинковала мелочь, сука чокнутая. Я хотел отомстить, раздобыл обрез тускенской винтовки, выследил ее, но сам чудом остался жив — болт** прошел совсем рядом с головой. Как она меня увидела, я ведь был в тени, а она на свету, и все случилось ночью, причем никакой поисковой электроники при ней не было, а подворотня точно была чистая.*** Так что я решил, что месть — дело хорошее, но на мне ведь остальные мальки, и потому постарался забыть эту тварь. А тут такой подарок судьбы!       Я помолчал, обдумывая услышанное. Отчего сорвало с нарезки эту суку, я подозревал, но имело смысл уточнить:       — Что это за Лейна, на которую набросилась Синг? Что ее так раззадорило?       — Да она то ли бухая, то ли закинутая была, какие там реальные причины? — пожал плечами забрак. — А что до Лейны… Обычная девочка-человек, она к нам примерно за год до гибели прибилась, ей лет двенадцать было. Забавная такая, стоило кому-то пораниться или заболеть, то сразу накладывала руки, бормотала какую-то ахинею, которую вроде сама тут же и придумывала, но реально помогало — раны быстрее заживали, синяки вообще за ночь рассасывались, про разные болезни мы и забыли с ней. Ну и как она к нам пришла, так нам сразу удача поперла, все в масть. А после ее гибели снова стало как обычно и, как правило, дерьмово. Хатт, лучше бы я сам на эту тварь кинулся, а ребята увели бы Лейну и остальных.       Я скрипнул зубами: ну, Орра, ну, сука, повезло тебе по-крупному, что я этого не знал, иначе так легко бы ты не сдохла. Если верить описанию, та девчонка была форсъюзером с ярко выраженным даром целителя, активировавшимся самостоятельно. За такого целителя любая вменяемая организация форсъюзеров, не задумываясь, глотку порвет кому угодно, даже нынешние джедаи — разумные реально немного не от мира сего, но обидеть рука не поднимется. Им плевать на деньги, на стороны Силы и всю прочую муру, они просто лечат, для них это как дышать. Они неприкосновенны для всех, даже весьма одиозные ситхи старались максимум пленить таких, ни в коем случае не причиняя вреда — Сила присматривает за целителями и мстит всегда, не сразу, но всегда. А эта ебанутая сука убила ее в угоду своим страстям, тварь падшая.       — Да, парень, ты прав: жаль, что она так легко сдохла, — наконец ответил я напряженно ожидающему парню.       — Что-то вы слишком близко к сердцу приняли историю бродяжки, — недоверчиво прищурился забрак. — Да и повезло вам, что вы смогли ее убить — у нее был довольно высокий рейтинг среди наемников.       — Обычной бродяжки вряд ли, а вот такой, как Лейна… Впрочем, тебя все равно не касаются эти соображения. — Я прервался, поскольку ребра напомнили мне, что дышать пока стоит поосторожнее. — Что же касается рейтинга, думаю, у меня вряд ли ниже.       — Судя по вашему виду, этого не скажешь, — весьма нахально усмехнулся парень, а мелкие, к тому времени уже закончившие шмонать тело, настороженно замерли, готовые хватать хабар и бежать.       — Ну так и последняя дичь была очень уж зубастой, хотя ей это и не помогло, — с нехорошей улыбкой я тряхнул посохом, привлекая внимание к отрубленной башке. — К тому же внешность вообще штука крайне обманчивая, иногда под личиной неумехи скрывается настоящий потрошитель.       — Х-ха, я всегда подозревал, что репутация психа-садиста — это все ширма, — ухмыльнулся забрак.       — Ну ты еще на всю площадь это проори, и мне придется тут же укрепить пошатнувшуюся репутацию, — тихо прорычал я забывшемуся щенку. — Ты хоть думай, что и где говоришь, идиот.       — П-простите, я н-не п-под-думал, — заикаясь, сказал парень, понявший, что это был бы весьма вероятный вариант.       — Проехали, — отмахнулся я от его извинений. — Давай лучше посмотрим, что твои мальки нашли.       На уцелевших шмотках было разложено все найденное: примерно полторы сотни пеггат, пистолет крайне неуклюжего вида — могу поспорить, нормальному гуманоиду он будет дико неудобен, — световой меч самого стандартного типа и предмет, от которого у меня чуть быстрее забилось сердце: идентификационный корабельный чип. И прочая мелочевка, которая может найтись в карманах наемника.       — А где она чип прятала? — ради интереса спрашиваю малышню.       Мне тут же показывают потайной кармашек во внутренней части брюк. Ну что сказать — мужчине было бы крайне неудобно, все же этот чип довольно толстый и большой, да и обыскивать именно там вряд ли будут без тотального шмона. Умное решение, но ей не повезло, а мне наоборот. Проделки Силы? Да плевать, главное, теперь не надо искать корабль — вряд ли Орра Синг летала на полном хламе, а значит, до Корусанта точно долечу.       Так что все же не зря я потратил здесь время, осталось только договориться с этими волчатами — и точно все.       — Ну что, я беру деньги, чип и сейбер, а все остальное вам, — сказал я забраку.       — Спасибо, господин, вы очень щедры, — коротко поклонился парень.       — Хочешь заработать денег?       Мгновенно подобравшийся забрак взмахом руки отослал остальных тащить тело Орры в место последнего упокоения и, дождавшись, когда они уйдут с площади, повернулся ко мне:       — Что нужно делать?       — Знаешь, парень, за одно подозрение, из-за которого ты отослал мелких, у меня на родине и убить могут, — вздохнул я, хотя парень молодец: здесь такой мрази полно. — Я хочу предложить другое.       — Я вас внимательно слушаю, — спокойно ответил забрак, пропустив мимо ушей мою реплику про обычаи моей родины.       — Вы мне понравились: ведете себя как единый отряд, следите за собой, хотя, может, это твоя заслуга, и вы не дураки. В общем, как смотришь, чтобы через пару лет обеспечивать мне подтанцовку? Обучение и снаряга — моя забота, но пять лет надо будет отработать. Учить буду хорошо, но жестко — не люблю похорон.       — А кто их любит? — усмехнулся паренек. — Я согласен, что будем сейчас делать?       — Ничего, я тебе отдам эти полторы сотни, вам хватит, чтобы дождаться моего возвращения. Я буду примерно через два месяца. У тебя коммуникатор есть?       — Конечно, иначе мы точно сдохли бы с голода, а так успеваем что-то урвать.       — Хорошо, меняемся контактами и расходимся. Надеюсь, не надо говорить, чтобы никому не хвастались?       — За дурака держать не надо, такие не выживают, — еще раз ухмыльнулся парень.       После обмена контактами и передачи денег мы уже собрались расходиться, когда я вспомнил о последней детали:       — Извини, совсем забыл. Рой Шэдоу.       — А я уже развод подозревал, — прищурился забрак, протягивая руку. — Райк Уолкн.       Рукопожатие у Райка было правильным — жестким и надежным. Потом мы пошли каждый по своим делам, но когда я уже покидал площадь, почувствовал чужой внимательный взгляд, буквально царапнувший загривок. Я остановился, делая вид, что мне совсем поплохело, и незаметно оглядел всех зрителей. И среди зевак увидел физиономию, от которой по спине как кипятком плеснули — смуглая рожа, с перечеркнувшей ее яркой желтой полосой. Ну твою же ж мать…