Ветер в пути

***

— Всё, мне надоело! — Намджун срывается со стула как укушенный. — Сколько можно гнить дома в такую погоду? Смотри, даже старичьё повылазило из дома! — Так что тебе мешает? Иди гуляй, — Юнги потягивается на постели и прикрывает шторку плотнее, не позволяя солнцу светить прямо в глаза. — Только материал на экзамены сам не выучится. — Он утыкается в книгу и даже с интересом читает. Юнги молчит про ночные походы в клубы Намджуна раза два в неделю. Ему и раз в год многовато. — Я хочу с тобой! — Намджун злится и пинает кровать друга так, что книга последнего выпадает из рук. Что Юнги охуел — это ничего не сказать. — Собирайся давай! Юнги не врубается в приказ(?), просьбу(?), команду(?), но Намджун вдруг врубает попсу и всё быстренько встаёт на свои места — у него перегрелся от науки мозг. Такое случается во время сессии даже у примерных учеников. Нужен срочный ресет мозга. — И что ты собираешься сегодня делать? — спрашивает Юнги осторожно. Он сильно напрягается с учёбой, так как делает всё регулярно, и ему чуждо чувство бешености/усталости серого вещества. — Праздновать День Рождения, — отвечает Намджун, вываливая половину шкафа на пол и обнюхивая вещи. Некоторые из них он сразу отбрасывает в сторону. — Чей? — Юнги ещё раз потягивается и пробует перекатиться ближе к краю кровати. Он думает, что, смотря на пол, будет легче встать. Тщетно бытиё, когда за окном жара, а сосед решил устроить парти. — Какая разница? Я уверен, что у какого-то процента населения Сеула точно день рождения. Просто мы ни одного из них не знаем, хоть и можем поискать, если ты не против. Собирайся, одевай лучшие шмотки, красься. Через два часа выходим. Юнги стонет как раненый тюлень, переворачивается на бок и плюхается на пол. Но Намджуну отказывать не привык, даже если себе в ущерб.

***

Намджун смотрит на Юнги за клубным столиком и глотает слюну. Глаза подведены немного женственно, дырявая фирменная футболка больше открывает, чем скрывает, браслеты с металлическими черепами заслоняют запястья, привлекая к ним внимание, скинни джинсы... Про них лучше вообще молчать. — Так что с именинниками? Кого поздравлять будем? — тянет заунывно Юнги, поскольку ему просто скучно. — Щас организуем. — Клуб полон, и Намджун уверен, что у кого-то да должен быть праздник. Он направляется к знакомому диджею, шепчет что-то на ухо и возвращается к столику. «Дорогие посетители, — слышится из колонок вместо музыки. — Если у кого-то сегодня днюха, признавайтесь! В подарок Рэп Монстр обещал имениннику зачитать что-то новое из своего репертуара». Юнги кивает головой, мол, «шикарная идея Намджун». И ждёт. К его удивлению счастливчиков сразу трое — две девушки и парень. Вот так улов! Намджун выходит на сцену, выполняет номер и в тот же микрофон приглашает именинников к своему столику, выпить за здоровье. Юнги, если бы был поживее, аплодировал бы стоя. «Not bad», — думает он. Двумя часами позже все пьяные в хлам, девушки гогочут и жмутся к парню, Юнги опускает голову на плечо Намджуна и намекает, что устал. Ким же наоборот, как ни в одном глазу. Полчаса назад он сидел за столиком и наблюдал, как отрывается Мин на паркете. Еле того удалось затащить обратно за стол (чтобы никто не облапал ненароком). Пьяный Юнги — беда Намджуна. Он потный, с размазанной подводкой, мягкий, постоянно опирающийся на друга и лезущий с руками. А Намджун не железный. Когда пальцы Юнги неосознанно скользят по мускулистой спине, его пробирает дрожь и становится чуток затруднительно дышать. — Юнги, ты контролируй свои руки, а? — просит он на ухо друга. — А? — отвечает он, расплываясь в пьяной, довольной улыбке. Вот как развезло. — Я ж сейчас тогда тоже с руками полезу, — предупреждает тихо Ким. — Так лезь, — отвечает Мин, уплывая от реальности. Ему действительно сейчас не помешают чьи-то руки. Например, чтобы дойти до туалета, но Намджун вместо помощи забирается ладонью под рубашку и оглаживает нежно бок. Это как-то быстро возвращает Юнги в реальность, но не добавляет сил для сопротивления. Он только отчётливее чувствует, как ладонь задевает сосок, проходит по рёбрам и задерживается на животе, легко нажимая на него. «Он, блять, и правда мягенький, как тесто», — думает Намджун, когда лицо Юнги заливает румянец такой сильный, что видно даже в темноте. «Что ты делаешь?» — шепчет Мин, вздыхая тяжело. Очень тяжело. «С руками лезу, как и просил», — Намджун переходит на шею и сжимает легко волосы на затылке, на что Юнги охает и открывает рот, запрокидывая голову. Именинники видя, что тут явно лишние, хохочут, оплачивают весь счёт, благодарят за вечер и смываются в известном направлении. В мотель. Намджун бы тоже не против туда. С Юнги. Но вместо этого он вызывает такси и возвращается с разомлевшим совсем Юнги под мышкой домой. Когда огни города мелькают за окном, он кладёт голову Мина себе на колени и перебирает волосы, пока тот в отключке. Они тоже мягкие. А ещё пахнут как-то сладко. И этот запах остаётся на пальцах. Намджун так и засыпает, нюхая их. — Хорошо повеселились, — мычит утром Юнги, разлепляя глаза. — Даже не помню, как вернулись. «Зато я хорошо помню. И этого достаточно», — думает Намджун.