Поверь, время и расстояние — не помеха

Дипперу в этой поездке не сказать, что было скучно, нет, — с ним же Мейбл была, какая к черту скука?! — но было настойчивое ощущение того, что чего-то все-таки не хватает… Или кого-то… В этом путешествии Пайнс окончательно признался себе в том, что влюбился в Билла. Да, блин, влюбился! Понял же, что влюбился, шатен немного раньше, — где-то в начале июня — но упрямо не хотел этого признавать. Даже если от этого болезненно щемило в груди, отдавалось онемением в пальцах и перекрывало дыхание, делая его порывистым и каким-то нервным. Он понимал, что это неправильно, в частности из-за знака: ведь у него была определенная метка, а у Билла ее вообще не было! А это значило только одно — они не должны были быть вместе, не должны были испытывать симпатию и, уж тем более, не должны были любить друг друга. Они не должны были. Это Судьба, и здесь она решает все. И она распорядилась, чтобы все было так. Парень это все прекрасно осознавал, но от этого не становилось легче, наоборот, еще больнее. От голоса Билла по телу мельком пробегали приятные мурашки, от прикосновений разливалось тепло, мягко проходила внутренняя дрожь, затуманивалось сознание вместе со здравым смыслом, учащалось сердцебиение; но, слава Богу, это почти не проявлялось внешне, иначе блондин что-то непременно заподозрил бы, и узнал бы, и, скорее всего, отказался от общения с ним, а этого Диппер не перенес бы легко в психологическом плане. Но в эти столь частые моменты парень ничего не мог с собой поделать. Ни-че-го. За то время, проведенное вдали друг от друга, кареглазый успел обдумать свои ощущения, а сделать это было проще и качественней без непосредственного присутствия «друга», и решил все же рассказать по приезду Биллу о своих чувствах, ну, а дальше, если бы они оказались не взаимны, попросил бы остаться друзьями. На взаимность он даже не надеялся…

***

Биллу в этой поездке было скучней и муторней, чем Дипперу. Его повседневные дела сводились к решению каких-то проблем и вопросов на тему бизнеса. Это ему порядком поднадоело еще через полмесяца, что уж говорить об остальном времени! Особо не с кем было и поговорить — обычно блондин болтал с Диппером. При воспоминании о парне как-то особо странно сжималось сердце. В июне он начал замечать в себе новые и странные, но приятные, чувства при взгляде на шатена. А касания превращались во что-то особо сладостное и успокаивающее для взбудораженной души и неспокойных мыслей. Билл испытывал те же ощущения, что и Диппер, но сначала списывал все на крепкую дружескую привязанность, а потом… на легкую симпатию. Он никак не хотел принимать, что кареглазый ему стал интересен больше, чем просто «друг». Тем более, что он никогда раньше не думал вообще о парне в таком ключе. Да и к тому же, даже если это и было правдой, то сама Судьба была против этого — у Диппа была метка, у Билла ее не было. Все. Здесь разговор короткий. Так не должно было быть. Однако эта фраза, с первого взгляда применимая к ним и стоящая между этими двумя непреодолимой стеной,раз и навсегда рухнула, рассыпалась на кирпичики и разлетелась пылью в одну из ночей. Тогда у уже собирающегося для отхода на боковую Сайфера сильно начало жечь внутреннюю сторону левого запястья. Сначала он даже не понял, что происходит, но вспомнил, что такие ощущения сопровождают появление метки! Несмотря на довольно-таки неприятные чувства, Билл тогда немного обрадовался — наконец-то он узнает имя своей истинной пары! До этого ходивший по комнате, блондин остановился возле кровати и стал разглядывать горящее запястье. Начали проявляться какие-то очертания будущей метки, но, на удивление, они очень сильно кое-что напоминали… Кое-что хорошо знакомое… Когда метка уже появилась полностью и почти перестала зудеть, Сайфер даже слова выговорить не мог. Его глаза сильно расширились, смотря на руку с немым шоком, а рот слегка приоткрылся от такого. В животе как будто образовалась пустота, а по конечностям прошла покалывающая щекотка. Так и смотря на метку, он буквально рухнул на кровать, ибо ноги отказали парню в поддержке вертикального положения. Но… Разве так бывает? Блондин не знал ответа, он просто молча разглядывал свой знак судьбы — черный треугольник с как будто выцарапанным пустым контуром соснового дерева внутри… Да-да, Билл и Диппер оказались соулмейтами! Наконец-то парень понял, откуда вся эта тяга к шатену и все эти неясные ранее чувства — их просто связала сама Судьба, а Жизнь ей помогла в этом. Единственное, что осталось не до конца понятным, так это то, почему метки появились с такой большой разницей во времени. Такого раньше ни у кого вроде бы не было. Обычно метки появлялись с различием в несколько дней максимум, а тут — 6 лет! 6 лет! Этот вечер стал вечером открытий и самопознания — кроме вышеперечисленного, Билл понял, что влюбился в Диппера. Понял, что хочет быть и будет рядом. Понял, что хочет быть с ним. Из-за того случая с шеей ему до сих пор было хреново, но он придумал, как помочь его предмету симпатии в устранении этого страха. Решил, что расскажет о метке при встрече. А еще понял, что хочет сделать по приезду домой. И он это сделает. Несмотря ни на что.