Пойманный

      Трудно, очень трудно дышать, я почти задыхаюсь, но боль во всем теле начинает утихать по мере нарастания асфиксии. Поскольку чужой руки на горле я не ощущаю, то скорее всего умираю сам, сквозь потерянное сознание чувствую, что дышу ртом, но до израненных легких воздух почти не поступает. Еще больше погружаюсь во тьму и перестаю уже вообще что-либо чувствовать.

***

      Медленно открываю глаза и понимаю, что в помещении, где я нахожусь царит полумрак. Это явно не темница, где меня держали, здесь не так холодно и стены более светло-серые, так же моя тушка лежит не на полу, а на довольно удобной кровати. Хотя для меня все кровати удобные. Но все же. Где это я?       Боли вообще не чувствую, да и тела своего тоже, хотя двигаться могу. Я привстал на локтях и сел на койке. Во рту появился вкус крови, я почувствовал себя хуже, так как голова закружилась, по телу разлилась слабость и упал назад на спину. Так что же все-таки случилось? — Вижу, ты все уже очнулся, — спокойный и знакомый голос заполнил комнату, я и не заметил как дверь открылась.        Немного повернув голову, я почувствовал как по спин пробежал холодок, на меня смотрели ярко-желтые глаза ситха. Того самого, который приволок меня сюда. И что ему надо? Это он меня вылечил? Если да, то зачем? Туева хуча вопросов завертелась у меня в голове. — Ты около пяти дней не приходил в себя, я тебя еле с того света вытащил, мог бы и спасибо сказать, — он поставил рядом с койкой стул, на который опустился. — Если бы не ты, этого бы не было, — в полголоса, немного хрипя, сказал я.       На меня внимательно посмотрели, а потом ситх протянул руку и за подбородок сильнее повернул мою голову к себе лицом. Я уже было подумал, что он решил свернуть мне шею или что-то в этом роде, но почувствовал, что в нее что-то вкололи. — Это лекарство, — заметив мое напряжение, пояснил он. — А не болит ничего, потому что есть такая штука под названием обезболивающее, — он ухмыльнулся. — Зачем ты это делаешь? — Что это? — переспросил ситх. — Помогаешь мне. — Даже не знаю… да и это не твое дело, — к моему виску приложили два пальца и я почувствовал, что начинаю засыпать. — Знаешь, сейчас я повергну тебя в шок, но у ситхов тоже есть имена. — Ты говоришь страшные вещи. И как же мне тебя называть? — глаза закрывались, но голосом я все равно изобразил удивление до глубины души. — Кэнан. — И в правду шокировал… до потери сознания… — я тихо это проговорил, погружаясь в сон.