Отчаяние

Несмотря на приказ Леви не навещать раненого рекрута, Эрен упрямо игнорировал свои инстинкты, призывающие слушаться альфу, и целеустремленно направлялся в медкорпус. Когда он наконец остановился перед деревянной дверью, разделявшей его с лучшим другом, юноша прерывисто вздохнул и собрался с силами, хотя его сердце по-прежнему билось о ребра как сумасшедшее. «С другом, которого ты предал, когда твоя омега выбрала другого альфу в супруги», — горько подсказало сердце, и Эрен снова ощутил груз вины и самобичевания, давящий на все его существо. Он задыхался, его сердце до боли сжималось. Это ощущение не покидало его с тех пор, как он тайком выскользнул из офиса Леви, улучив момент, когда альфа ушел на срочное собрание. Подросток боялся тех последствий, которые могли обрушиться на него, но он должен был проверить своего друга, чтобы облегчить совесть и умерить волнение за блондина. Эрен нерешительно повернул ручку двери. Сомнения сковали его движения. Он был не уверен, может ли сейчас показаться, весь усыпанный метками, не вылеченными титаном из-за совокупления, и только начавшими заживать укусами, оставленными ненасытным капралом, когда он доминировал над омегой в последний раз. Было слишком поздно поворачивать назад. Нужно было извиниться, объясниться перед Армином. Но мог ли он бесстрашно открыть правду, стоявшую за его внезапной привязанностью к лучшему альфе? И какая будет реакция? Отвращение? Жалость? Злость? Было так много вариантов, и Эрен не знал, позволит ли Леви разлучить себя со своей омегой, если Армин решит объявить их связь недействительной. Капрал ясно дал понять, что ему плевать, насколько он злоупотребит своей властью, данной Легионом, и чью кровь придется пролить. Он уничтожит любого на своем пути, сделает все, чтобы удержать Эрена с собой. Юноша нахмурился и потряс головой, чтобы выкинуть из головы неприятные мысли. Толкнув дверь, он вошел внутрь и увидел Армина на другом конце комнаты вместе с Микасой, ухаживающей за его ранами. У омеги душа ушла в пятки и в глазах защипало: слезы, которые он пытался сдержать, потекли по его щекам, когда он увидел двух горячо любимых людей. Его семью, которую он так жестоко обидел и уничтожил из-за похотливых желаний Капрала и зова инстинктов. Две пары глаз посмотрели на него, и беспокойство холодными щупальцами охватило Эрена, когда Микаса вихрем приблизилась к нему, игнорируя просьбы Армина остановиться. Эрен хотел убежать и скрыться от ужасной реальности, мечтая о том, чтобы это был ночной кошмар, и ему просто нужно было проснуться. Щеку опалило болью, и эта пощечина отдалась во всем его существе, и омега, трясясь, прерывисто всхлипнул. Смерть была для него единственным спасением от этой ужасной судьбы. «Как ты мог предать его?! Ты был обещан Армину, ты лично произнес клятву, а теперь?! Ты разорвал ее ради этого карлика-садиста?! — сильные руки схватили его за плечи, и Эрен поморщился от боли. — Ты предал своего лучшего друга ради мужика, которого ты едва знаешь, более того, ты оставил его лежать избитым! Ты, чертова шлюха!» Рука шатена непроизвольно дернулась от этого слова, и он ударил девушку с иссиня-черными волосами в челюсть. Она занесла руку, чтобы дать сдачи, от чего Эрен сжался, но хриплый голос светлоголового альфы остановил ее: «Достаточно, Микаса! Можешь, пожалуйста, оставить нас одних? Я хочу поговорить с Эреном». Девушка резко обернулась и удивленно посмотрела на Армина, желая поспорить, но серьезный и в то же время прощающий взгляд в огромных голубых глазах ослабил ее ярость, поэтому, тяжело вздохнув, она вылетела за дверь, оглушительно ею хлопнув. Эрен был рад, что они остались одни, уединение дало им возможность поговорить. Подойдя к кровати друга, шатен сел на ближайший стул, быстро вытирая влагу с лица рукавом, собирая всю храбрость в кулак, чтобы посмотреть в кристально голубые глаза. Но когда он снова посмотрел в лицо друга, новый поток слез покатился по щекам. Все было гораздо хуже, чем он думал. Вблизи было видно, как много синяков и порезов украшало это некогда по-детски очаровательное лицо. Его левая рука была в гипсе, и Эрен смог увидеть белую ткань, обернутую вокруг его торса, вероятно, нужную для того, чтобы зафиксировать сломанные ребра. Любой, кто попытается забрать тебя, будет захлебываться своей кровью, и это будет последний вкус, который он или она почувствует. Устрашающие слова капрала прозвучали в его голове, и юноша судорожно взглотнул, наконец, приняв решение. Он должен был снова причинить боль Армину, чтобы защитить его от Леви. Он должен был спасти своих друзей от капрала, и единственным выходом было оттолкнуть их и самому держаться подальше. «О, ну же, Эрен! Разве я так плохо выгляжу?» — весело и беспечно заговорил Армин, переплетая их пальцы. Светловолосый альфа легко их сжал, убеждая омегу, что с ним все хорошо. Мягкий жест заставил шатена улыбнуться сквозь слезы, и он шмыгнул носом, отвечая на жест, сжимая их пальцы сильнее. Он осмотрел синяки на коже: «Да, выглядишь дерьмово», — шутливо проговорил он, заправив золотистый локон за ухо. Блондин засмеялся от этого замечания, но затем его улыбка сошла с лица, когда он сжал ласкающую руку и прижал к бледной щеке. «Мне жаль, мне жаль, мне…» — начал Эрен, но Армин прервал его: «Он что-то с тобой сделал, не так ли?» Обвинение в голосе альфы заставило фасад омеги пошатнуться, обнажив чужой страх. Шатен увидел жгучую ярость в его глазах, а в голосе звучали скрытая сила и обещание, закрепленное сжатием руки. Возможно, Армин не был стереотипным альфой, но Эрен верил, что он был предназначен для великих деяний. Блондину еще предстояло достичь пика своего роста, и шатен считал, что Арлерт будет самым лучшим альфой, которого могла пожелать себе омега. Он не был доминантным типом, который будет подчинять своей воле. Он не был груб и не применял насилие, был всегда мягок и заботлив. Альфа всегда поддерживал все его решения и мечты, всегда думал о его счастье и помнил о праве на свободу. «Эрен, что-то не так, я уверен», — Армин продолжил. Эрен не мог посмотреть ему в глаза, боясь увидеть умоляющий взгляд, который заставит его выдать все свои темные секреты. «Пожалуйста, Эрен, — Армин добивался ответа, губами дотронувшись до его руки в надежде достичь сердца омеги, — мне нужно, чтобы ты все рассказал мне, я хочу помочь. Микаса может злиться, но это потому, что она слишком поспешно сделала выводы. Она не очень хорошо перенесла это. Ты мой лучший друг, мой омега, всегда им будешь, поэтому, пожалуйста, расскажи мне, чтобы я мог заставить ее понять тебя. Я знаю, что тот мужчина что-то сделал. Ты никогда не позволишь владеть собой так, как ему захочется. В тебе слишком много свободы, чтобы позволить альфе привязать себя к нему, как это сделал капрал». «Ложь», — прошептало его сердце. Эрен понимал, что собирался сделать блондин. Леви не допустит, чтобы их разделили, Армин будет в опасности, если он попытается. — Спаси его. «Мне жаль», — еле слышно прошептал юноша, на этот раз сумев посмотреть в голубые глаза, полные нежности. Он должен был убедить, заставить его отказаться от этой идеи: «Капрал Леви — это тот, кого моя омега всегда хотела. Я пытался изо всех сил, Арм. Я думал, что достаточно силен, но мои инстинкты накрыли меня с головой. Сначала мой внутренний волк хотел этого, но я тоже принял его спустя несколько дней, я не мог не влюбиться. Моя омега сама сделала выбор». «Эрен…» — Армин попытался вставить слово, но шатен продолжал: «Он идеальный альфа для меня, сейчас я это понимаю. Он сильный и может защитить меня, остановить меня, если я когда-нибудь поддамся титану. И даже если я попытаюсь сдержать свои желания, в конце концов я снова побегу к нему в объятия». Эрен наклонился к юноше, оставил легкий поцелуй на лбу, после чего резко отпрянул и встал, чтобы уйти. В его глазах не было ничего, кроме яркого огня решимости: «Ты тоже можешь найти другую пару, того, кто не нарушит своих обещаний, кто пойдет с тобой к океану. Я больше не уверен, что смогу сделать это с тобой. Теперь я принадлежу Леви и никогда не смогу быть твоим». Шатен направился к выходу, с болью игнорируя сдавленные мольбы лучшего друга вернуться. Он не обернулся и с трудом сдержал слезы, когда Микаса назвала его предателем, с тяжестью в сердце и твердой волей поклялся спасти самых дорогих в его жизни людей. ________________________________________ Он пришел в свою комнату и увидел Леви, сидящего на кровати. Присутствие здесь альфы не было сюрпризом, он знал, что мужчина будет искать его, закончив комнатой подростка. Нужно было как-то отреагировать на старшего, и Эрен взглотнул, внезапно осознав, какая оглушающая тишина и какое ощущение опасности наполнили комнату. От холода в очертаниях Леви и осязаемой силы его гнева серо-голубые очи стали темно серыми, что заставило юношу забеспокоиться, а ленивый огонек свечи только усиливал наэлектризованный злостью взгляд, направленный на него. Они были похожи на небо перед проливным штормом, собирающимся обрушиться на землю. Первый раз в жизни он не мог пошевелиться от страха. Эрен всегда боролся с ужасом, даже на краю гибели он никогда не позволял одержать верх над своей волей. Но в Леви было что-то гораздо более опасное, нечто непроницаемое, темное и голодное, от чего мальчишка прекратил дышать, а внутри у него все свернулось в узел. От блеска ножа в бледной руке по спине забегали мурашки, но Эрен храбро пошел вглубь комнаты, приготовившись принять наказание. «Ты ослушался меня! Я оставил тебя на несколько минут, чтобы посетить то бесполезное собрание, а ты сбежал к тому жалкому альфе!» — мужчина заорал, одним шагом преодолев расстояние между ними и прижав омегу к своей груди. «Может, мне вырезать свое имя на твоем теле, чтобы напомнить тебе, кому ты принадлежишь?» — чтобы подтвердить серьезность своих намерений, Леви повертел нож умелой рукой и нажал острым концом на щеку юноши, почти делая порез. «Что, черт возьми, с твоим лицом?!» — взревел капитан, заставив Эрена дернуться. Хватка альфы усилилась и ноздри расширились, ища запах виновника. «Это была Аккерман, не так ли? Я убью ее. Как она посмела поднять руку на то, что принадлежит мне?!» — Эрен немедленно схватился за мускулистый торс Леви, чтобы остановить его, когда тот уже собирался вылететь из комнаты. «Нет! Пожалуйста, Леви. Не пачкай руки в крови, я сделаю все. Я не буду говорить с ними, только по необходимости. Я буду держаться от них подальше. Только, пожалуйста, поклянись мне, что ты не причинишь им боли», — умолял омега, его бирюзовые глаза отчаянно молили забыть о бойне и удовлетвориться тем, что он готов бросить друзей ради капрала. Мужчина подозрительно сощурился. Пара рук крепко обернулась вокруг него, и Эрен резко выдохнул от удивления, когда пальцы прошлись по его гландам, отвечающим за аромат, затем перешли к шраму на шее. «Хорошо, я закрою глаза на эту встречу, но только при одном условии», — мужчина сделал паузу, зарывшись носом в шоколадные локоны и наклоняя Эрена вниз, пока он не лег лбом на широкое плечо. Шатен крепко сжал униформу командира в ожидании решения: «Ты спаришься со мной во время течки. Я хочу официально закрепить наш союз. Ты сделаешь это для меня, да, любимый?» Интуитивно Эрен понимал, что рано или поздно все придет к этому. От него ожидалось, что он забеременеет от этого альфы, а даже если он откажется, мужчина заставит его силой. Принимая свое поражение и судьбу, он кивнул и слабо прошептал «да» ожидающему ответа мужчине. Леви начал кусать его за ушко и лизать ту сторону шеи, где располагалась метка, отчего омегу накрыли волны удовольствия. «Я люблю тебя, Эрен. Моя омега. Моя любовь», — мужчина опалял дыханием кожу, полный жгучего желания удовлетворить своего любовника и полностью подчинить его. Леви осыпал поцелуями загорелые щеки и завладел его ртом, вовлекая в голодный поцелуй. Брюнет прошелся языком по нижней губе мальчика, и Эрен открыл рот, впуская внутрь, и задрожал от ощущений. «В кровать. НЕМЕДЛЕННО», — скомандовал Леви, чуть ли не рыча, когда наконец оторвался от сладкого рта омеги. Эрен ощутил под собой мягкость перины, и сразу же почувствовал, как холодные руки расстегивают рубашку. Ловкие пальцы обнажили его торс за считанные секунды, оставляя ярко алые метки на коже. Омега жалобно застонал, по его спине словно прошел электрический ток, когда старший мужчина укусил его за шею: «Хм? Тебе холодно, Эрен? Не волнуйся, любимый, сейчас я тебя согрею». Мягкий баритон назвал его по имени с невозможным обожанием в голосе, и от этого юноша проглотил ком в горле и в то же время склонил голову на сильную грудь. Внутренняя омега счастливо мурлыкала от нежности, звучавшей в бархатном голосе. Между его инстинктами и волей гремела непрекращающаяся битва: Эрена раздирало между своими личными желаниями и стремлением покориться врожденным импульсам. Он ненавидел то, что им так легко управляет внутренний волк. Сдающая позиции воля и трещащая по швам решимость вызывали отвращение. Он сожалел, что позволил этому мужчине воспользоваться минутой слабости и допустил их связку. Но больше нельзя быть скованным, ведь у него не получится демонстрировать свою преданность, если он не будет отвечать на ласки альфы. Он принял свой конец: стать парой Леви, возможно, понести от него детей и поселиться где-то за стеной. Он поддался своей омеге, которая с радостью переняла лидерство. Издавая продолжительные стоны, доминант играл с его грудью и засасывал левый сосок. Эрен отклонил голову и всхлипнул, когда вторую темную горошину жадно ласкали мозолистые пальцы. От удовольствия он даже поджал ноги. Ногти и зубы оставляли болезненные метки на его груди, юноша впал в транс от запахов гормонов, волк внутри довольно выл, отвечая на домогательства альфы. Когда чужие губы снова захватили юный рот, он подарил ответный поцелуй. Их языки сплелись в танце, издавая мокрое хлюпанье и неприличное чмоканье. Между его ягодицами обильно сочилась смазка, его пещерка сжималась, отчаянно желая, чтобы что-то большое и горячее заполнило ее. Альфа сильнее вжался в него, его дыхание опалило сгиб шеи, когда Эрен покорно склонил голову. Его горло издало стон, он схватил Леви за руку, почувствовав сладкую истому в своем члене от движений бедер старшего. Несмотря на слои одежды, он уже чувствовал длинный и твердый как камень орган капрала, пока еще скрытый в штанах. Внутренняя омега нетерпеливо заскулила, и инстинктивно рука направилась вниз, хватая стояк своего командира, от чего тот издал низкий рык: «Терпение, любимый. Ты получишь мой член, но в свое время». Леви наклонился к ключице и укусил нежную кожу, затем осыпал легкими поцелуями вздымающуюся грудь. Эрен удивленно выдохнул, когда мужчина начал лизать его пупок, а рука поползла под нижнее белье, и пальцы обернулись вокруг истекающего предэякулятом члена, начав лениво надрачивать: «Нгхм, аргх! Альфа, пожалуйста!» — Умолял шатен, вжимаясь ступнями в кровать. Очень скоро его штаны стянули и кинули куда-то вглубь комнаты. Альфа расположился между его ног, наслаждаясь видом истекающей соками дырочки, мечтающей быть растянутой и заполненной до краев. Горячий язык лизнул вход, и Эрен громко застонал, когда мокрая плоть вошла в него, голодно пробуя его соки, от чего он испытывал волны удовольствия, особенно, когда вошедший палец задел чувствительную точку. Эрен окунулся в пучины плотского наслаждения, которое дарил ему Леви, тело отняло контроль у разума, и инстинкты звали его ответить на ухаживания мужчины. Он захныкал от разочарования, когда пальцы покинули его изнывающую норку, но щелчок ремня обещал более роскошные перспективы, и вскоре голое тело капитана легло на него, давая ему приятное тепло трением. Его левая рука поползла вниз, и он задрожал от предвкушения, когда почувствовал твердый стояк в своей ладони: «Он у тебя такой большой и толстый. Альфа, пожалуйста, мне нужно почувствовать тебя внутри». Слова сами вырвались изо рта, и он двигал рукой по всей длине, наслаждаясь бархатной кожей и чудесным размером. «Назови меня по имени, Эрен. Вперед, и если ты сделаешь это, я дам тебе свой член», — урча, произнес Леви на покрасневшее ушко и лихорадочно поцеловал его в губы, пока блестящие от слез бирюзовые глаза уставились в серо-голубые. «Леви, пожалуйста, мне нужно почувствовать тебя внутри. Пожалуйста, сцепись со мной, заяви свои права на меня». Как только юноша произнес эти слова, альфа обернул его ноги вокруг себя и вошел внутрь. С губ омеги сорвался стон, и он сильнее обнял мускулистую спину. Это было слишком, толстый член так чудесно растягивал его, что он мог почувствовать каждую вену пульсирующего органа мужчины. Не теряя ни минуты Леви начал двигаться, нежно обняв омегу, заглушая каждый божественный звук жадным поцелуем. Это было так не похоже на то, как он вел себя ранее, ведомый импульсами, нуждаясь в овладении. Но даже с осторожными движениями, его член специально каждый раз касался чувствительной точки, доводя омегу до конца с каждым толчком. «Мне нужно больше. Пожалуйста, Леви!» — омега умоляюще промычал в рот капитана, и мужчина послушался, толкнувшись еще глубже. Неразборчивые вскрики и сдавленные стоны, издаваемые покрасневшими от поцелуев губами наполнили комнату, рычание альфы вибрировало между двумя сцепившимися телами. Кровать громко скрипела от их брачных игр, и скоро Эрен замер с откинутой головой и горящими от слез глазами, когда белая вспышка ослепила его. Спустя несколько толчков альфа последовал за ним, выпуская обильное семя и формируя узел в горячей пещерке, а из его груди послышался гортанный рык. «Я люблю тебя», — это были последние слова, что он услышал перед тем, как окунуться в небытие. ________________________________________ ________________________________________ Словно пантера, следящая за жертвой под покровом ночи, Леви не спускал глаз со своей омеги. Редкая улыбка показалась на его губах, а серо-голубые очи блестели от удовольствия и счастья. Альфа редко показывал свои эмоции, но в комнате некому было смотреть на это, кроме омеги, крепко заснувшего на его груди. Бледные пальцы прошлись по мягким шоколадным волосам, и мужчина замурчал от гордости, что он наконец-то держал Эрена в своих руках. В этот раз юноша был здесь по своей воле, подстрекаемый инстинктами подчиниться и сделать приятно своему альфе. Он ненавидел то, что омега ослушался его, но все простил, когда мальчик принял его любовь и пообещал порвать связи со своими друзьями. Больше не надо было завоевывать внимание и преданность омеги. Теперь все это принадлежало ему. С этого момента все стало по-другому, но так же было в этом что-то знакомое. Эрен был так же красив и чудесен, когда спал в пределах своей комнаты, как раньше, когда Леви проникал в подвал только для того, чтобы увидеть, как спит молодой омега. Он осторожно ложился рядом с юношей и обнимал его, внимательно следя за тем, чтобы тот не проснулся. Иногда, когда младшему снился плохой сон, Леви распускал свои феромоны, чтобы убедить омегу в том, что он в безопасности, что это просто игры разума, и на самом деле все хорошо, он под защитой своего альфы. Даже больше, его любимым моментом было убираться вместе с Эреном. Капитану нравилось, как шатен выполнял его приказы и впитывал каждое слово, стараясь изо всех сил, чтобы соответствовать стандартам альфы. Мальчик работал так эффектно, двигая своими гибкими длинными ногами, а белая ткань его штанов растягивалась и становилась теснее, когда он становился на колени и драил каменный пол до блеска. Сочная задница шатена красовалась перед Капралом, и Леви наслаждался открывшимся ему видом. Леви мог бы оттрахать Эрена прямо на этом полу, если бы не грязь между трещинами. Он бы лучше взял парнишку на чем-нибудь более чистом и, кроме того, тогда тот еще не созрел. Ему нужно, чтобы Эрен был слаб в тот момент, когда он заклеймит эту вкусную кожу. Альфа не хотел причинять боли своему омеге, зная, что юноша, скорее всего, будет защищать свою невинность, поэтому Капрал разузнал все о своем любимом сокровище и нашел крайне полезную информацию. Поэтому, решив пойти на крайние меры и заявив права на Эрена, когда тот был в форме титана, он успешно установил между ними связь, привязав омегу к себе. На данный момент он был доволен результатами своих действий, инстинкты успокоились и голод был утолен готовностью юноши связаться с ним во время течки. Он поцеловал мягкие щеки и потерся носом о нос Эрена. Альфа хотел спать, но в нем слишком сильно играли эмоции, из-за чего адреналин в крови не давал заснуть. Леви не мог дождаться того дня, когда он наконец оплодотворит своего любовника. Наконец, он сделает последний шаг, чтобы навсегда привязать юношу к себе. Ребенок будет доказательством их любви, и с такой связью Эрен никогда не уйдет, ведь привязанность омеги к своему дитя будет нерушима. Никто не сможет разлучить их, их души станут одним целым, когда жизнь зародится в его любимом мальчике. Сердце Леви защемило, когда он представил своего любовника с раздувшимся животиком, с блестящей кожей и грудью, мокрой от молока, льющегося из темных горошин. Капрал представлял, что их дети унаследуют глаза юноши и его темные волосы, и он будет любить их как сумасшедший. Это будут их с Эреном самые дорогие сокровища. «Скоро, любимый, ты поймешь, что мы все, что тебе нужно: я и наши дети, которых ты родишь на свет», — проурчал он бархатным голосом и оставил жадный поцелуй на самых мягких на свете губах. Идеален. Эрен идеален и целиком принадлежит Леви. Огромное тело вяло двигалось, пока рекруты умело избегали движений титана. Было удобно иметь перевертыша, с которым можно тренироваться, а параллельно с этим подробнее изучить Эрена и сэкономить много времени. Подросток обратился в титана третий раз за день и, хотя лень и усталость сказывались на его движениях, он по-прежнему мог контролировать себя в таком состоянии — невероятный прогресс в сравнении с предыдущими попытками. Ханджи была восхищена этими изменениями, черкая заметки с таким видом, будто она сейчас кончит, неся чепуху, как связка повлияла на беснующиеся гормоны омеги, помогая ему контролировать титана такое продолжительное время. Леви только презрительно усмехался, желая вырвать глаза Ханджи, чтобы стереть с ее лица это мечтательное выражение. Но смог сдержаться, посмотрев в сторону и залюбовавшись своей парой, тренирующейся с рекрутами. Он рассудил, что пока можно было обойтись без кровопролития. Наличие фанатика титанов было ему на руку. Благодаря ей, ему пришла в голову идея подчинить себе Эрена в состоянии титана. Информация, которую Ханджи сообщила, стала последней каплей, прорвавшей плотину его самого глубокого и темного желания. Возможно, в свое время капралу пригодятся ее знания, но в этот момент она помогала ему и Эрену продолжать их отношения. Как только они докажут, что их связь была выгодна перевертышу в титана, Эрвин прекратит выказывать неодобрение по поводу их связи. Альфа мысленно фыркнул, он знал, что Эрвин тоже положил глаз на его омегу. Этот ублюдок пытался украсть его пару, будь он проклят, если заинтересованные взгляды и жесты блондина не являются признаками интереса. Серые глаза внимательно осмотрели, что происходит вокруг, и подозрительно сузились, как только заметили Арлерта и Аккерман на поле. Хотя Леви был уверен, что его омега не одарит их особенным вниманием, ведь они просто тренировались, а Эрен не посмеет нарушить обещание, он все равно не верил, что эта парочка альф будет стоять в стороне и не попытается снова завладеть вниманием друга. Серый след от дыма показался в небе, сигнализируя конец эксперимента; обучающиеся спустились на землю и направились в штаб, чтобы отдохнуть и собрать снаряжение. Леви тайно от всех улыбнулся, довольный, что наконец сможет провести время с Эреном. Знаками он показал омеге повернуться к нему спиной. Полированная сталь клинков поцеловала уязвимую кожу пупка титана, и горячий поток воздуха вырвался из его тела, когда омегу вытащили из горы мускулов и взяли на руки. Леви поднял ослабевшего Эрена на руки и прижал к груди, оставив нежный поцелуй на горячих губах и нежно прошептал на ушко: «Хорошо поработал сегодня, любимый». Юноша слабо кивнул в ответ, подняв на него сонный взгляд и уткнувшись в изгиб шеи. Затем он вдохнул запах альфы и с удовлетворенным вздохом заснул. Сердце Леви наполнилось счастьем от такого открытого проявления любви, и он нес Эрена обратно в замок, упрямо игнорируя визги фанатика титана. Капитан осторожно опустил омегу в комфортную кроватку, омывая мокрой тряпкой горячую кожу, чтобы остудить ее. Альфе нравилось очищать своего омегу, это давало ему приятное удовлетворение и повод трогать и заботиться о своей паре. Он пробежал пальцами по тонкой загорелой руке, любуясь тем, как сжимались худые пальцы, когда ногти легко царапали чувствительное запястье. Эрен выглядел невероятно хрупким и готовым сдаться на его милость, и альфа мог делать все, что он хотел, не встречая никакого сопротивления, но пока что он решил держать свои жаркие желания при себе. Мальчику нужен был покой, особенно учитывая то, что он перестал принимать супресанты. Его тело готовились к приближающейся течке, поэтому Леви решил освободить свою страсть на тот день, когда он сможет сладко связаться с омегой и заклеймить Эрена как своего. Раскладывая документы на письменном столе рядом с кроватью, он начал работать. Мужчина хотел быть рядом, когда его мальчик проснется, и быть первым человеком, которого увидит юноша. Он изнежит омегу своим вниманием и избалует любовью, пока юноша сам не будет страстно желать этого, молить его об этом. Тогда Эрен полюбит его, он уж позаботится. ________________________________________ ________________________________________ Эрен проснулся от скрежета ручки о бумагу. Его обдувал холодный ветерок, желая погладить шоколадные локоны. Омега с наслаждением зарылся носом в удобнейшие мягкие подушки, вдыхая легкий запах бумаги и дерева. Тихое пение сорвалось с его губ, и он услышал, как скрипнула половица. Изумрудные глаза открылись от нежного прикосновения к щекам, и, не успел он собраться с мыслями, как его тело перехватило инициативу и инстинктивно поприветствовало альфу поцелуем. Осознав, что он только что сделал, Эрен попытался отодвинуться от Леви, но как только мускулистые руки обхватили его, он успокоился, отдавшись губам мужчины. За несколько прошедших дней он научился терпеть прикосновения и объяснения в любви Леви и, несмотря на плотское удовольствие, его сердце до сих пор терзала вина. Внутренний омега уговаривал его, что нет ничего стыдного в том, чтобы принимать такую чудесную заботу альфы, но совесть до сих пор напоминала о предательстве, нанесшем сильную рану душе. Все больше он игнорировал плохие стороны своего решения и продолжал напоминать себе о жизнях, что держал в своих руках. Эрен положил голову на шею альфы, позволяя расслабляющему запаху мускуса, перечной мяты и бумаги окутать себя. Это на некоторое время расслабило его, дало ощущение защиты в руках альфы. Присутствие старшего мужчины так же гарантировало то, что Леви был вместе с ним, а не разрабатывал план убийства оставшихся членов его семьи. «С добрым утром, любимый, как себя чувствуешь?» — спросил капрал, немного отодвигаясь назад, чтобы окинуть его взглядом, и пробегаясь рукой по шоколадным локонам. Затем он положил руку на лоб Эрена, чтобы проверить, пропал ли жар. Улыбка тронула его губы, когда он почувствовал, что жар стал спадать. «Со мной все хорошо, спасибо», — ответил юноша, краснея от улыбки мужчины. Те моменты, когда капитан показывал эмоции, скрытые за холодной маской, были невероятны. Это удивляло шатена, и в то же время в его груди было странное чувство, которое он определил как гордость за возможность наблюдать это явление лично. Омега прошептала: «Это все принадлежит тебе. Только ты можешь это видеть, только ты являешься этому причиной. Все это — твое». Это осознание заставило его сердце пропустить удар. Леви никогда не показывал такие настоящие эмоции, даже командиру и лидеру отряда, которые, как считал Эрен, были его лучшими друзьями. Только ему мужчина показывал, что, насколько жестоким и беспощадным он был во время схватки с титанами, настолько же любящим и нежным он мог быть со своей парой. Эрен не отрицал, что мужчина был привлекателен, он даже чем-то походил на бога. Пронзающие серо-голубые глаза, правильный нос и тонкие губы, у него было красивое лицо, не говоря уже о фарфоровой коже, обтягивающей мощные мускулы, и о его доминантной манере держать себя. Капитан мог заставить омег дрожать от желания, произнеся лишь одно слово своим глубоким баритоном. Почему-то такая мысль пробудила жгучую ярость. Он пытался стряхнуть ее с себя, продолжая разглядывать мужчину. Он даже не понимал, что открыто пялился, пока альфа не поймал его взгляд. Эрен мгновенно отвернулся, но лицо Леви снова предстало перед его взором, когда пальцы нежно повернули его голову обратно. «Не надо, я бы предпочел, чтобы ты смотрел на меня, чем на что-либо еще», — тихо прошептали губы. Их движения словно загипнотизировали юношу. Внезапно громкий голос прорезал тишину, и омега покраснел от смущения, закрыв лицо руками, пока альфа издал веселый смешок: «Должно быть, ты голоден. Я принесу тебе что-нибудь поесть, одна нога здесь, другая там», — Леви с любовью потрепал его волосы и поцеловал в нос, после чего покинул комнату. Омега был в ужасе из-за того, что его пары не было рядом, и ему пришлось закусить нижнюю губу, чтобы не застонать и не позвать альфу обратно. Он начинал зависеть от альфы, и это осознание сдавило грудь. Его привязанность к Леви означала лишь то, что связь между ними успешно установилась. Он надеялся, что тело отвергнет ее, так как случаи, когда омега отвергала метку альфы и наоборот, были не редкостью. Клеймо капитана было сильнее, чем Эрен того хотел, но тогда откуда взялось это ликование от того, что такой альфа, как Леви, выбрал его и любил до одержимости? Юноша не понимал, чем же он так очаровал этого шикарного мужчину. Он не обладал безумно красивой внешностью и не походил на послушную и покорную домохозяйку. Леви сдержал слово и вернулся через несколько минут с довольно большим подносом в руках. Желудок Эрена снова заурчал, а рот наполнился слюной от вкусного запаха еды, наполнившего комнату. Альфа поставил поднос на кровать, чем безмерно удивил мальчика, так как тот не понаслышке знал, как капрал серьезно относится к чистоте, а еда в постели, скорее всего, будет иметь последствия в виде крошек, упавшей на белоснежные простыни. Альфа издал смешок, заметив милое выражение сомнения на мордочке омеги, и начал, внутренне умиляясь, наблюдать за Эреном. Внимание льстило юноше, ему было интересно, почему мужчина так заинтересовался в нем. Мысли об этом пробуждали искры в его груди и заставляли сердце бешено биться о ребра. Еда была восхитительной, и Эрену понадобилось призвать на помощь все свое самообладание, чтобы не наброситься на еду, как безумный титан, оказавшийся на воле. Картофельное пюре было обильно сдобрено маслом, а подливка идеально дополняла его. Больше того, Леви принес ему жареное мясо со специальным соусом, и голодный подросток застонал от удовольствия. Мясо было роскошью, его тяжело было выращивать из-за мизерного поголовья домашнего скота, поэтому его подавали лишь по особым случаям. Это должно быть дорого, но капрал считал, что это естественно -- обеспечивать своего омегу такого рода едой. Когда Эрен в полной тишине доел, мужчина забрал тарелки, чтобы помыть их, мягко посоветовав поспать, так как в любом случае у них будет еще целый день. ________________________________________ Леви продолжал свою работу, и Эрен, хорошо отдохнув, решил помочь ему, сортируя документы, откладывая в сторону уже подписанные в соответствии с их содержанием и складывая отчеты в папки. Подобная работа навевала ему воспоминания о тех временах, когда он еще ничего не знал о влечении капитана, о тех днях, когда они были никем, кроме командира и солдата, товарищами с одинаковым стремлением жить. Воспоминания заставили Эрена задуматься о том, как же все изменилось. Всегда ли Леви рассматривал его, как подходящую пару, любовника и собственность, на которую надо заявить права? Он был до глупости слеп. Если бы он только знал, тогда, возможно, все закончилось бы мирно. Если бы он ответил взаимностью на чувства мужчины, тогда, возможно, он бы не боялся того героя, которому однажды доверил свою жизнь и которого всегда обожал. Эрен потряс головой, чтобы избавиться от этих мыслей. Он что, только что рассуждал, не заслуживает ли капрал второго шанса? Нет, он не должен этого делать. Его главной целью было уничтожать титанов, а не тратить время на флирт. Забавно, что все оказалось наоборот. Закончив свою работу, Леви откинулся на спинку стула и хрустнул кулаками. Это привлекло внимание Эрена, и он хмуро посмотрел на мужчину. Движимый импульсом, он дотянулся до руки мужчины и начал массажировать кисть. Это удивило альфу, но, тем не менее, он наслаждался прикосновениями и вниманием Эрена. — У моей мамы была вредная привычка хрустеть пальцами после долгого дня домашних дел, и папа ругался на нее, объясняя, что это не облегчит боль. Вообще-то, это всего лишь пузырьки воздуха лопаются. Эрен не знал, почему он начал объясняться и рассказывать Леви о своих родителях, но это было лучше, чем звенящая тишина и смущение от своих действий: «Папа массажировал ее руку и учил меня, пока я копировал его движения, занимаясь второй рукой». Юноша слабо улыбнулся, вспоминая времена, проведенные вместе со своими родителями, когда они могли просто сесть на диван рядом с камином и разговаривать, пока не наступало время сна. Он чувствовал, как слезы щипали ему глаза, ностальгия сжала его сердце. Парень скучал по ним, по своей семье, своей маме, которая заботилась о нем и защищала его до самого конца. Его папе, который обеспечивал их и научил Эрена всему, что он знал. Его нежно потянули и вывели из потока воспоминаний. Тихое пение альфы утешало. Леви притянул его ближе, пока не усадил на колени, и инстинктивно омега уткнулся носом в грудь своей пары, наслаждаясь спокойствием и уютом, которые дарила рука, нежно гладящая по волосам. — Твои родители были прекрасными людьми, они бы сделали что угодно, чтобы обеспечить твою безопасность. Я никогда не знал своего отца. Я был внебрачным сыном какой-то богатой свиньи, с которой моя мать провела ночь в обмен на несколько монет. Но, несмотря на жизнь в подземелье, она всегда изо всех сил заботилась обо мне. Она любила меня, хотя я был лишь грузом на ее шее, кормила меня, хотя ей еле хватало на хлеб тех денег, что удавалось заработать. Мы были счастливы, пока она не умерла от болезни, и с тех пор я был один. Печаль звенела в голосе альфы, и Эрену не нужно было оборачиваться, чтобы увидеть отсутствующий и меланхоличный взгляд мужчины. Он мог чувствовать эмоции Леви через их связь, но он не смел издать ни звука, внимательно слушая брюнета. Юноша хотел больше знать об этом человеке, он хотел понять, как капитан стал таким. — Тогда мой дядя приютил меня, научил меня всему, что я знаю. Он научил меня, как выжить в аду. Что жить — это рвать и пускать кровь, воровать и убивать. И когда я наконец смог защищать и обеспечивать себя, я снова стал один. Тогда я встретил двух бет, Изабель и Фарлана. Изабель была шаровой молнией, всегда громкая и энергичная, в то время как Фарлан был спокойным и наблюдательным. Эти два придурка нашли место в моем сердце. Они были моими друзьями и семьей и доверяли мне свою жизнь, как и я им свою. Но в конце концов я подвел и потерял их. И тогда от меня осталась лишь оболочка, я стал пустой марионеткой без цели и смысла жизни. До тех пор, пока я не встретил тебя. Эрена почти раздавили в любящих объятиях, и он понял, что сам прижимается к альфе, чувствуя, как его целуют в макушку. Он чувствовал горе и отчаяние мужчины через их связь, переплетая их эмоции. Каждый шрам, оставленный на сердце его пары, сводил омегу с ума, инстинкты побуждали приободрить своего партнера. Его альфа нуждался в нем, нуждался в его утешении и заботе. Люби его. Ты единственный, кто может спасти его. «Ты мой смысл жить, Эрен, мой свет, моя надежда. Если ты когда-нибудь покинешь меня… Я умру». Леви прижал его ближе, нежно взяв за подбородок и повернув к себе, мягко заставив посмотреть в серо-голубые глаза, в которых кипели такие сильные эмоции, что омега задержал дыхание. Он никогда не думал, что они такие красивые: они блестели, словно бриллианты, и на их глубине плескалось одиночество и страдания. «Ты мой, не так ли, Эрен? Пожалуйста, скажи, что ты мой», — отчаянно взмолил альфа. Решительно протянув руки, юноша осторожно и нежно обхватил ладонями печальное лицо альфы. Он не знал, что им двигало: инстинкты, воспоминания или же их общий горький опыт, но он дал клятву старшему мужчине. Я никуда не уйду. Я здесь. Я твой, Леви. Он повторял это снова и снова, пока капитан не ослабил хватку. Тепло, которым они обменивались, внезапно оказалось очень комфортным. Эрен наслаждался им, пока их сердца лечили друг друга. Юноша снова чувствовал себя сильным. В нем нуждались, его существование играло решающую роль в жизни этого мужчины, великом, но поддавшимся собственным демонам, которого только Эрен мог спасти. Он понял, что была еще одна жизнь, которую он спас своим решением остаться. ________________________________________ ________________________________________ Шли дни. Однажды Эрен проснулся после очередной сессии экспериментов. Тяжело дыша и обильно потея, он почесал сонные глаза. Ноги дрожали, когда он заставил себя сесть, осматривая комнату на предмет своей пары. Кожа горела, разум был словно в тумане. Воздух казался тяжелым, наполненным феромонами и собственным сладким запахом, без следа аромата альфы. Леви. Альфа. Ему нужен был его партнер, чтобы потушить обжигающий огонь в его венах и успокоить боль в животе. Он полз по кровати, зовя Леви, застонав, когда его зад потерся о матрас, из-за чего мучительный удар тока пробежался по позвоночнику. Эрен встал на трясущихся ногах, почувствовав, что внутренняя сторона бедер была влажной от его соков. Ох. У него была течка, и когда знакомый запах начал заполнять комнату, мальчик знал, кто это был. Его ноги двинулись сами по себе, и он взглотнул.