Заплати собой

      Меня привлек исключительно призовой фонд. Десять миллионов долларов. Черт подери, да за такую сумму можно купить себе остров в уголке тихого океана и прожить там всю жизнь, ползая по лианам и питаясь бананами. Также привлекло то, что это шоу будет транслироваться по всему миру. Популярность телезвезды давала намного больше, чем требовала взамен, поэтому я решил рискнуть…       Всё началось тогда, когда среди отобранных участников оказался я, Джереми Льюис. Позднее меня будут звать Джи, но всё по порядку. Звонок по телефону, монотонный голос, сообщивший эту радостную весть, и через несколько мгновений моё же имя называют по телевизору в первый раз! Да, я знал, что смогу пройти кастинг, и сейчас был безмерно счастлив. Вот они, денежки, уже почти у меня в руках.

***

      Нас оказалось двенадцать. Дюжина мужчин. Я внимательно оглядел каждого из них: кто-то — худой и невзрачный, а некоторые — крепкие и коренастые. Я же являлся золотой серединой, не желая лишний раз сравнивать себя с будущими соперниками. Надо помнить лишь о преимуществах и настраиваться на будущую победу. А эти десять недель? Пф, они пролетят, как один миг!       Нас отвели в огромный, полностью изолированный от внешнего мира зал, и сотрудники, помогавшие ориентироваться, закрыли двери с внешней стороны, оставив нас наедине с большим натянутым экраном, на который транслировалось изображение. Наконец, что-то зашевелилось, и в следующее мгновение мы увидели человека со странной маскарадной маской на лице. Белая, без особой отделки, но по краям окропленная красными пятнами. Это стало первой и единственной причудливой диковинкой, на которую мой цепкий глаз обратил внимание. То, что происходило дальше, диковинкой уже не назовешь. — Здравствуйте, дорогие участники, — услышав это громогласное приветствие, мы вздрогнули. Губы под маской противно улыбнулись, — и добро пожаловать на ток-шоу «Заплати собою»! Как вам уже известно, правила просты: двенадцать участников, как вы уже могли убедиться. Каждую неделю кто-то из вашей дружной компании будет нас, к величайшему сожалению, покидать. Человек на экране изобразил скорбь, опустив плечи и шумно выдохнув, но тут же продолжил свою речь: — И так будет продолжаться ровно десять недель. Последняя пара разыграет главный приз — десять миллионов долларов! На заднем плане из колонок раздался шум аплодисментов. Голова человека в маске на экране одобрительно закивала, ожидая, пока кончатся искусственные, шумные и бурные овации. — Так кто же готов бороться за главный приз, показав остальным зубы? Мы приветствуем тебя, зритель, на главном ток-шоу тысячелетия! Такого ты еще не видел, так что даже не думай переключаться! «Заплати собой»! Битва за бабки!       Мы вздрогнули. Началось. Теперь действительно всё происходит всерьез. Один из нас выйдет отсюда миллионером!       Экран потух, и тут же под ним одновременно открылась дюжина дверей. Видимо, для каждого из участников. Мы устремились внутрь, осмотреть каждую комнату, и лишь убедились в правильности своей точки зрения. Действительно, в каждой комнате стояла кровать, был туалет и душ, даже стоял шкаф с какой-то литературой. Но чего-то не хватало, и из-за этого мне стало не по себе. — Ни у кого нет холодильника? — осторожно поинтересовался я. Кто-то по-доброму ответил отказом, кто-то проигнорировал мой вопрос, посчитав контакт со мной ниже своего достоинства. И я сразу внешне запомнил этого недружелюбного парня. Немного крупнее остальных, руки изрезаны шрамами, а на плечах красовались татуировки. Позднее я узнал, что его зовут Мор.       Но один человек из нашей новоиспеченной компании особенно отличался от остальных. Он был словно не от мира сего, волосы странно-серого цвета, рваная одежда и вечно руки в карманах. Взгляд его на себе я ни разу не поймал, но, видя его глаза со стороны, я подумал, что он слеп — настолько они были светлыми.       Экран снова заговорил, и мы резко ринулись из комнат, чтобы созерцать изображение. — Дорогие мои гости, я не представился, — человек по ту сторону экрана снова улыбнулся. — Я являюсь ведущим этого шоу, — а то мы не поняли. Я хмыкнул, — и вы можете называть меня Судьей. Именно я буду принимать окончательное решение, когда дело будет касаться ухода одного из участников в конце недели. Так же я буду вмешиваться, если увижу, что были нарушены правила. — Какие правила? — задал один из нас вопрос. — Не правила, а правило, — поправил себя Судья и интеллигентно кашлянул. — Оно одно. Умрет один — умрут все. Наступила тишина. Все вопросительно переглянулись. У меня затряслись поджилки. Этот странный паренек, который оказался вовсе не слепым, пялился на экран, словно это гипножаба, и не моргал. — Что это значит? — снова голос из толпы. Мы начали перешептываться, я услышал вопрос, который сейчас волновал всех: «Неужели на кону наша жизнь?». — Никто из вас не должен умереть в этой комнате. И это правило должно стимулировать вас стараться помогать ближним в сложные минуты. Вдобавок, коллектив сугубо мужской, и такой запрет должен повлиять на многие ваши дальнейшие действия и решения, пока вы находитесь в данном месте. — И когда будет первый отбор? — спросил Мор, поигрывая мускулами. — Ты узнаешь об этом первым, — Судья протянул руку вперед себя, и трансляция закончилась. Вот и всё. Остальное было за нами.       Неделя шла медленно, мы были изолированы от остального общества, весь наш ареал обитания — это огромный зал с большим экраном и двенадцать дверей, за которыми находились персональные комнаты. Я занял ту, которая была с краю, чтобы иметь как можно меньше соседей — не хотелось лишний раз контактировать с остальными, ибо я не особый любитель находиться в социуме.       Первой нашей проблемой стала провизия. Она поставлялась два раза в сутки умеренными порциями в виде двух ящиков с бутылками питьевой воды и ящика с разнообразными продуктами для быстрого приготовления. Хорошо, что хоть микроволновка была предоставлена для общего пользования. Но пищи не хватало, чтобы питаться достаточно хорошо, поэтому уже во второй день начался конфликт. Мор, у которого, видимо, свербило в заднице, сдружился с двумя парнишками помельче и сказал, что будет их в случае чего прикрывать, а они за это должны потакать его интересам. То есть, образовалась маленькая группа, вставшая против остальных. И всё было бы ничего, если бы эти ребята не перекрывали доступ к зоне, куда выкладывались новые продукты. Мор брал почти половину ящика для себя и «мальчиков», а остальным оставалось довольствоваться маленькими порциями, чтобы хватило каждому. Но, разумеется, никто мириться с таким нахальством не стал, поэтому завязалась драка. И не успел Мор замахнуться, как тут же включилась трансляция. — Так-так, — Судья скрестил руки и недовольно покачал головой, — что это тут у нас? — Битва за провизию, — ответили все хором. — Ну, тогда продолжайте, — усмехнулся он, и экран тут же погас. Все переглянулись в полном недоумении и продолжили драку. Я дотянулся до Мора через толпу и четко врезал этому бугаю в грудь. Того пошатнуло, остальные парни, улучив момент, набросились и стали дубасить его от души.       Я, не теряя времени, прополз между ними к коробке с провизией, но не ожидал увидеть ее практически пустой: этот странный слепыш не поддался стадному чувству, а молча сгреб в охапку шесть пачек и потащил их прочь от драки в сторону открытых комнат. Какой хитрый!       Я поступил так же и, взяв несколько упаковок, побежал вслед за ним, потому что в этот момент моя комната была захлопнута. Уже тогда моя интуиция подсказала, что этому парню можно доверять.       Я втолкнул его внутрь комнаты, когда он остановился на входе и хотел обернуться, чтобы, видимо, окинуть взглядом мужское побоище. Но вместо этого увидел мое перекошенное лицо и в следующее мгновение получил по лицу коробкой. — Извини, — прокряхтел я и, вытянув руку вперед, помог парню подняться. — Я Джереми. — Я Том, — он отряхнул руки и стал поднимать с пола сворованное питание. Он поднял все свои пачки и замялся, прежде чем приняться за мои, затем вопросительно посмотрел на меня и, задумавшись, поднялся обратно. — Я не буду делиться своей едой, — он произнес это четко и хладнокровно. Я поднял на него глаза и встретился с его взглядом, каким-то магически завораживающим и таинственно светлым. Такой светлый цвет радужки — это разве естественно? — Мне не нужна еда, просто ты, как и я, неглупый, — я почесал затылок, стараясь найти нужные слова. С этим парнем лучше общаться по-хорошему, он может пригодиться в будущем. — Поэтому нам стоит пока держаться вместе. Кто знает, что будет происходить дальше. Если Судья уже сейчас закрывает глаза на этот беспредел… — Судья из Элиты, — сухо ответил Том и присел на свою кровать. Теперь мне всё ясно. Не удивлюсь, если Судья — один из основателей этой игры. Но мне почему-то до последнего хотелось верить, что Элита непричастна к созданию этого проекта. И я чертовски ошибался…       Неделя близилась к концу. Войны за провизию не кончались, кто-то уже был со сломанной конечностью, выбитым зубом или содранной кожей. Как все мы могли убедиться, медицинскую помощь было ждать крайне глупо — никто не станет входить сюда без весомой на то причины.       Томас виртуозно таскал провизию, я старался не отставать, и мы вместе хранили всё у него под кроватью, потому что его кушетка, в отличие от моей, была близко к полу, поэтому спрятанное можно было прикрыть одеялом. С остальными я не хотел и не мог контактировать, потому что изначальная неприязнь к человеческому общению не позволяла найти нужные слова для знакомства. А Тому не нужны были ни беседы, ни болтовня. Поэтому мы иногда просто сидели вдвоем у него на кровати и молчали под аккомпанемент диких криков и ударов кулаками по костям. Да, кто-то не терял надежду усмирить Мора и его ребяток.       Включилась трансляция. — Итак, — Судья похрустел пальцами и триумфально объявил. — Добро пожаловать на ток-шоу «Заплати собой»! Двенадцать участников, пережив не самую спокойную неделю, готовы приступить к первому заданию! И итог будет иметь серьезные последствия: тот из парней, кто справится с миссией хуже остальных, будет отчислен. Так давайте узнаем, как будет проходить мужская ожесточенная борьба за место под солнцем!       Судья хлопнул в ладоши, после этого снова раздались аплодисменты, а мы стали играть на камеры, чтобы не показывать плохие последствия первой недели в этом бункере. — Вы будете проходить задания по очереди, которая будет определяться жеребьевкой. Тот, кто первым не справится с заданием, будет отчислен. И те, кто стоял после него, могут вздохнуть спокойно — сегодня звезды вам улыбаются. — А что за задание? — спросил один из мужчин, темноволосый парень по имени Амин, грубый, но довольно спокойный человек. Судья коварно улыбнулся. — Вы узнаете об этом, когда будете доставлены в место назначения.       Я взял первую попавшуюся бумажку из ящичка, который был предварительно поставлен перед нами. Номер один…       Нас привезли в пустой, видимо, заброшенный городок, и оставили у начала длинной улицы, выстланной каменными плитами. Вокруг были расставлены камеры, даже издалека я уже увидел еще две, повешенные на карнизах домов. Из машины, на которой мы были доставлены, вышел человек, держащий в руках ноутбук и присоединенную к нему колонку. На экране снова красовался Судья. — Итак. Вы стоите у начала улицы, длина которой составляет примерно два километра. Вы по очереди будете бежать эту дистанцию, и тот, кто добежит до конца, будет вне опасности в плане отчисления. А ток-шоу покинет тот участник, который не сможет по какой-либо причине закончить дистанцию.       Судья прокашлялся. Я посмотрел на ребят, стоящих вокруг меня. Неужели кто-то из нас может не пробежать два километра? Да ладно не пробежать, получается, что даже пройти не сможет. Что-то явно не так… — Участник, вытянувший счастливый билет под номером одиииииин, поздравляю! — Судья тянул гласные, объявляя первого бегуна, которым оказался, разумеется, я. И интересно, сколько глаз сейчас устремлено на меня с экранов телевизоров? — Три! Два! Один! Пошел!       Я ринулся вперед, что есть сил. Что-то внутри подсказывало, что меня ждал ад, поэтому я мчался вперед, выставляя ноги перед собой, словно греческий атлет. Камер вокруг было бесчисленное количество, но я старался сделать всё, чтобы не смотреть ни в одну из них.       Улица была прямой, без единого поворота, единственной задачей было завершить дистанцию, и я был настроен довольно позитивно. Был настроен. Был.       Потому что позади себя, метрах в ста, я услышал собачий лай. В этот момент что-то внутри меня умерло. На бегу я оглянулся и понял, что сделал это совершенно напрасно, потому что пришлось сбавить скорость. За мной мчался огромный черный пёс. И я сразу понял, что мчался он с недружелюбным настроем. Ноги понесли меня вперед, кровь пульсировала в висках, я перестал чувствовать тело. Ощущая, что собака всё ближе и ближе, я остановил дыхание, старался понять, какая часть дистанции позади, и проклинал Бога, что я оказался первым. Думаю, теперь остальные участники уже понимают, что их ждет, и стараются морально приготовиться. Конечно, если пёс не догонит меня. И жаль, что только сейчас я понял, что имел в виду судья: «Не сможет закончить дистанцию». Да, не сможет, потому что его настигнет и загрызет насмерть это черное натравленное чудовище.       Кажется, впереди уже виднелась желанная черта финиша, но оставалось еще около двухсот метров. Я чувствовал пса спиной, его брызжущая слюна, кажется, даже попадала мне на ноги. Сделав последний рывок, я резко ускорился и услышал позади себя лязганье собачьих клыков. Видимо, он тоже приготовился к броску, и именно сейчас его пасть сомкнулась бы на одной из моих ног. От этих мыслей сделалось совсем дурно. Твою мать, я совершаю невозможное, но ради десяти миллионов стоит бороться!       Финишная черта была в пяти метрах от меня, и я прыгнул на бегу вперед, чтобы одним махом оказаться в зоне выигрыша. Человек в черном костюме тут же прикрыл меня, выставив вперед руку, защищенную от укусов собаки, и задержал животное. Я был вне опасности, но от такого стресса точно потерял пару лет жизни…       Потерпел неудачу участник, вытянувший номер три, — щуплый и невзрачный малый, имя которого я даже не успел узнать. Да и бесполезно теперь узнавать, потому что собаку еле оттащили от его разодранного тела. Том так и не приступил к исполнению этого задания, ему на жеребьевке повезло больше, чем мне, но лишь на этот раз.       Первая неделя закончилась для всех нас, участников ток-шоу, вместе с прежней жизнью, шедшей раньше за его пределами. Я понял, что именно этот проект разделит ее на «До» и «После».