Ключ от края света

      Рассвет в джунглях звучал как ария сотен невиданных райских птиц, как плеск морских волн за холмом, как рвущийся внутрь палатки хлесткий ветер. Бесконечные хлопки плотной ткани над головой и стелящаяся по земле прохлада сработали лучше любого будильника. А профессор Ривз, вероятно, вообще не спал – так и сидел с нетбуком и помятым толстым блокнотом у давно потухшего костра, время от времени что-то бормоча себе под нос.       После раннего завтрака Риши остался сторожить лагерь, а археологи надели на плечи рюкзаки и выдвинулись в джунгли. При полном отсутствии мобильной связи GPS-навигаторы работали на удивление безотказно. Однако в условиях густого леса в радиусе нескольких миль вокруг обычный компас давал фору любому современному гаджету.       Приходилось прорубывать путь ножами сквозь колючие лианы и кустарники, под ногами хлюпало болото, а в кронах деревьев над головами путников всё время кто-то копошился. В один момент Тревор так увлекся уничтожением растительности, что вырвался далеко вперед и пропал из виду. Когда же с ним попытались связаться по рации, в эфире раздались лишь невнятные вопли и отборная ругань, а спустя пару минут Тревор уже мчался навстречу экспедиции, удирая от стаи диких обезьян. Дружный взрыв хохота спас невезучего экстремала, спугнув агрессивную южноазиатскую фауну.       Несколько часов археологи пробирались сквозь однообразные джунгли. По всем расчетам, развалины храма вот-вот должны было показаться посреди чащи. Но вместо этого дорогу вдруг преградило внушительных размеров болото, в котором легко можно было увязнуть с головой.       – Непредвиденные обстоятельства, – изрек профессор, когда палка длиной в три ярда, которой он проверял глубину, полностью утонула в трясине. Минуту поразмыслив, он решительно сказал: – Придется разделиться, чтобы сэкономить время. Отсюда не видно, каких размеров эта чёртова лужа. Мы с Юджином попробуем обойти болото с западной стороны, а остальные пойдут на восток. Кто первым найдет путь на ту сторону, сообщит по рации второй группе. Вперед, бойскауты, вперед!       Тревор уверенно вел Ирвина и Даниэля по лесу, словно целыми днями только этим и занимался. Где-то наверху уже нещадно палило полуденное солнце, а в густых зарослях было по-прежнему сыро и прохладно, в воздухе витал запах гниющей древесины и кружили стаи изголодавшихся тропических комаров.       Внезапно где-то позади захрустели ветки, и Тревор замер, подняв вверх указательный палец.       – Не двигайтесь, – произнес он почти шепотом и прислушался. Но больше джунгли не издавали никаких посторонних звуков.       – Думаешь, опять твои друзья-макаки? – негромко спросил Ирвин.       – Лишь бы не змеи, – зловеще протянул Тревор, озираясь вокруг.       Даниэль инстинктивно шагнул поближе к Ирвину и сказал:       – Судя по звуку, это было что-то большое.       – А ты знаешь, какие тут змеи водятся? – усмехнулся Тревор. – Такая с легкостью проглотит антилопу и не подавится. Бывало даже, что они сжирали людей.       – Спасибо, блин, обрадовал, – пробормотал Ирвин, на что Тревор не обратил внимания.       – Идем, – он сделал жест рукой, приказывая следовать за ним. – Смотрите под ноги.       Через полмили болото, наконец, сменилось уже привычными густыми зарослями. А совсем скоро джунгли вдруг расступились. Троица оказалась на идеально круглой поляне, в самом центре которой возвышалась груда покрытых мхом прямоугольных камней – каждый примерно с человеческий рост. По небольшому участку земли словно кто-то прошелся гигантской газонокосилкой: здесь не росло ничего, кроме низкой травы, только кроны вековых деревьев нависали над поляной, роняя тень и пряча древний алтарь от любопытного взгляда с небес.       Даниэль обошел остатки строения по кругу, благоговейно рассматривая камни, а затем достал из кармана рацию.       – Профессор, мы нашли его, – передал он в эфир.       Пока Ирвин помогал Даниэлю настроить магнитометр, Тревор стоял чуть поодаль с выражением крайнего блаженства на лице, сложив ладони в молитвенном жесте, и, казалось, впадал в какой-то религиозный экстаз.       – Нет, вы только представьте, – с придыханием говорил он, – древняя цивилизация построила этот алтарь... Такие здоровенные камни... Как они таскали их без всяких машин и кранов? Представьте, на этом месте жрецы проводили свои таинственные ритуалы! Может быть, даже боги являлись им с небес! – голос Тревора дрогнул, будто он собирался разрыдаться, и мелкие капельки пота выступили на его лбу. Он прикрыл рукой горло, переводя дыхание. – Ох... Кажется, та лиственная жвачка до сих пор не отпустила меня. Простите, парни... Я... В общем, я скоро, – с этими словами Тревор, пошатываясь, скрылся в чаще.       Даниэль медленно ходил вокруг развалин и водил датчиком по камням, с удовлетворением слушая попискивание магнитометра в унисон с пением цикад.       – Мощная аномалия... – восхищенно произнес он себе под нос, наблюдая за скачущими цифрами на экране прибора.       Заметив на одном из камней едва различимые грубо выбитые символы, Даниэль присел, чтобы рассмотреть их поближе. У себя за спиной он услышал, как кто-то пробирается сквозь кустарник. Твердо уверенный в том, что это Ривз с Юджином вышли на поляну с другой стороны болота, Даниэль продолжал исследовать развалины.       – Профессор! Здесь точно что-то есть! – сказал он, не поворачивая головы, и тут же замер, ощутив, как нечто холодное и металлическое уткнулось ему в затылок.       – Рад это слышать, детка, – раздался неприятный хриплый голос.       Ирвин, рассеянно бродивший рядом, резко повернулся. Ничто не могло пойти хуже: Джервис Скиннер собственной персоной наставил на него пистолет. На поляне ошивались еще трое крупных парней, один из которых держал ствол у головы Даниэля. Ирвин молниеносно выхватил из-за пояса зиг-зауэр. Скиннер усмехнулся.       – Хочешь проверить, чья пуля быстрее? Он, – Джервис кивнул в ту сторону, где Даниэля держали на мушке, – вышибет мозги твоей девочке и глазом не моргнет. Уж поверь мне. Лучше брось пушку.       Побледневший Даниэль стоял лицом к камням, подняв руки на уровень головы. Ноздри Ирвина раздувались от злости. Он опустил пистолет на траву и выставил ладони перед собой.       – Вот умница, – с мерзкой ухмылкой произнес Скиннер и обратился к своим бандитам: – Они тут не одни, обыщите лес.       Двое амбалов, стоявшие доселе без дела, исчезли в джунглях. Скиннер, все еще держа в вытянутой руке пистолет, обошел Ирвина вокруг.       – Долгое было путешествие, да? А у меня еще длиннее! Я двадцать лет цацкался с твоим папашкой! Я был его надежной опорой, подавал идеи, это я дал ему взаймы на его первый бизнес-проект! Сотворил Гордона Хардвея собственными руками, а когда предложил работать вместе, знаешь, что он сделал? Послал меня. После всего, что я дал ему, просто взял и послал. Я всё пытался понять, почему.       – Может, потому что ты мудак без моральных принципов? – прошипел Ирвин и вдруг отдаленно услышал частое тяжелое дыхание.       Даниэль был бледнее снега, жадно хватал воздух ртом, его кожа блестела от пота. Бандит, наставивший на него пистолет, растерянно косился то на парня, то на своего босса.       Скиннера не волновало происходящее за его спиной. Он по-прежнему держал Ирвина на прицеле.       – Семейка у вас, должен признаться, та еще, – покачал головой Джервис. – Таких со свету сжить – только земля чище станет. Гордон был охоч не только до чужих денег, но и до чужих женщин. Ах, а чопорная католичка Маргарет чего стоит! Все ли грехи она замолила? Знал ли ее покойный муженек, от кого она родила своего ненаглядного сыночка-педика?       Ирвин почувствовал, как внутри него зарождается противный холодный комок. Его трясло, челюсти сводило до скрипа зубов, хотелось броситься на подонка и голыми руками разорвать его на сотни кусков гнилого мяса.       – Не верю ни единому слову из твоего вонючего рта! – выплюнул Ирвин Скиннеру в лицо.       – Ну, о тебе-то я точно не соврал, – глухо засмеялся тот.       В этот момент Ирвин перевел взгляд на Даниэля, который выглядел совсем плохо. В расфокусированных глазах читалась паника, ноги дрожали и грозились вот-вот подкоситься, словно сломанные соломинки.       – Мне... не хватает воздуха... – просипел Даниэль, и его обмякшее тело упало на траву. Амбал в недоумении склонился над ним. Скиннер бросил в их сторону быстрый взгляд.       – Уроды, – зарычал Ирвин, – он же болен! Отпусти его, ему врач нужен!       Скиннер повернулся к нему и прошипел сквозь зубы:       – Вам обоим врач уже не понадобится.       Палец Джервиса едва шевельнулся на спусковом крючке, как позади него раздался смачный звук удара. От неожиданности Скиннер замешкался на долю секунды – Ирвину этого хватило, чтобы одним резким движением выбить пистолет из его руки.       Завязался ожесточенный рукопашный бой. Ирвин слышал, как в нескольких ярдах от него еще кто-то с кем-то дрался, но отвлекаться сейчас не стоило. Тощий Скиннер оказался куда сильнее, чем Ирвин предполагал. Удары сыпались один за другим, уже болело лицо и ребра – прямо как после того случая в «Антиматерии». Ирвин сплюнул что-то соленое, и на траве остались красные капли. Вид крови всегда приводил его в ярость. Собрав все силы, он схватил Скиннера за шиворот и повалил на землю. Словно по волшебству, под рукой Ирвина оказался его зиг-зауэр. Он сам не помнил, как прозвучал выстрел.       Несколько секунд тишины – и с глаз Ирвина спала пелена. Он стоял над распластавшимся на земле Скиннером, который, кряхтя, зажимал руками кровоточащую рану в боку. Рядом лицом в траву валялся его поверженный наемник, а сверху на нем восседали Тревор с живым и здоровым Даниэлем.       Ирвин медленно выдохнул, проводя пальцами сквозь мокрые волосы.       – Спасибо, дружище, – Даниэль похлопал Тревора по плечу.       – Не стоит, – махнул рукой тот, будто всего лишь помог какой-нибудь девчонке из общаги прихлопнуть паука. – А ты артистичен, я даже перепугался... Вы как, в порядке?       – В полном, – отстраненно ответил Ирвин, потирая ушибленную челюсть.       Вдруг раздался треск веток в лесу, и в тот же миг поляну окружили экипированные до зубов спецназовцы.       – Всем не двигаться, руки за голову! – заорал кто-то из них.       – Вау! – от неожиданности вырвалось у Даниэля. – Об этом, наверное, в газетах напишут...       Пока спецназ паковал в наручники обезвреженного бандита и оказывал экстренную помощь раненому Скиннеру, Тревор подошел к бойцам, которые стояли в стороне, и сказал:       – Эм... Ребята, там в лесу еще двое отдыхают, пойдемте, покажу.       – Ты что, и их вырубил? – удивленно поднял бровь Ирвин.       Тревор с гордостью достал из бездонного кармана своих штанов небольшой пистолет.       – Дротики с транквилизатором, – пояснил он. – Брал для защиты от диких животных.       Как только Тревор и несколько спецназовцев удалились в чащу, с другой стороны поляны, мокрые, грязные и запыхавшиеся, явились Юджин и профессор Ривз.       – Ох, мы там немного увязли в трясине... – сказал профессор и только сейчас окинул взглядом всё действо. – Что... Что здесь произошло? Это кто такие?       – Будущие заключенные федеральной тюрьмы, – ответил Даниэль. – Это настолько запутанная история, что сразу и не расскажешь... Лучше посмотрите, что показывает магниторазведка на этих камнях. Думаю, целесообразно прислать сюда полноценную экспедицию.       Когда уставшие археологи добрались до лагеря, уже стемнело. Еще не выбравшись из леса, можно было расслышать чьи-то голоса и смех. На поляне уютно потрескивал костер, рядом с которым, облокотившись на бревно, развалились Риши и Берт. В руках у обоих было по бутылке пива, и, судя по блаженному выражению на лицах, – не первой.       – Ну, слава Кришне! – Берт поднял бутылку в знак приветствия. – Мы тут уже заждались!       – А ты откуда взялся? – спросил Ирвин и тут же заметил припаркованный около внедорожника старый фургончик – в Штатах на таких катались хиппи лет сорок назад, а в Индии, по всей видимости, это был вполне функциональный вид транспорта.       – Сказал бы я, откуда, но тут интеллигенты собрались – боюсь, не оценят, – хихикнул Берт и отхлебнул еще пару глотков, пока археологи со вздохами облегчения стаскивали с себя рюкзаки. Внезапно Берт округлил глаза, очевидно, вспомнив что-то важное. – Я же не мог к вам дозвониться, чтобы предупредить, что Микки сбежала из коровника.       – Что?! – в один голос переспросили Ирвин и Даниэль.       – Да всё пучком, ее первой повязали. Пойдет под суд как соучастница преступной группировки. Жаль... – Берт цокнул языком. – Она, конечно, сучка, но красивая...       Ирвин закатил глаза и покачал головой.       – Суниты, я так понимаю, здесь нет? Она бы тебя за такие слова по траве тонким слоем размазала.       – Нет... Я, типа, сбежал от нее. Не хотела отпускать, говорила, там жесть будет – и ты попадешь под раздачу... Так что тут было, чуваки?       – Ну, жесть и была, – ответил профессор Ривз, вытаскивая из багажника машины огромную сумку с консервами. – Боже правый, я умираю с голоду... Давайте сначала поедим, и мы всё расскажем.       – Точняк! Я же вам кое-что привез, – Берт вскочил на ноги, пошатнулся, затем убежал к своей колымаге и через минуту вернулся с упаковкой пива.       После ужина все, включая профессора, наслаждались прохладным напитком, расположившись вокруг костра. Даже Даниэль отпил несколько глотков из бутылки Ирвина. Все по очереди рассказывали свою версию пережитого в джунглях, а Берт внимательно слушал, время от времени вставляя завистливые вздохи. В кои-то веки он пропустил такое веселье.       – ...Так что уже завтра сюда прибудет группа со всем оборудованием, – сказал профессор Ривз. – Надземная часть алтаря разрушена, однако самое главное – сокровищница – находится под землей. Почва в этих местах рыхлая. Думаю, за неделю управимся. А ты, – он обратился к Берту, – оставайся, если хочешь. Нам дополнительная рабочая сила не помешает.       – Я бы с радостью, но, понимаете... – Берт почесал затылок горлышком бутылки. – С каждым часом моего отсутствия в гошале в геометрической прогрессии возрастает вероятность получить тяжелые увечья. Сунита – она такая, знаете... палец в рот не клади. И не удирай на рассвете на соседском фургоне, потому что...       Вдруг Берт почувствовал, как кто-то поднимает его за шкирку. Он обернулся. Лицо Суниты, казавшееся ярко-красным при свете костра, не предвещало ничего хорошего.       – Ох... Какой приятный сюрприз, золотце, – проблеял Берт, стараясь состроить свое самое невинное выражение лица. – Как добралась?       – Попутками до ближайшей деревни, – мрачно прорычала Сунита. – А потом пять часов пешком. Дай сюда, – она выхватила из рук Берта бутылку и залпом опустошила ее.       Воцарившееся на несколько секунд молчание прервал сидящий рядом Тревор, протянув Суните только что открытую банку с консервами:       – Тунца?       Сунита охотно приняла еду и устроилась около костра. Заметив явное напряжение между ней и Бертом, который так и стоял, виновато потупившись, Тревор добавил:       – Ребята, для примирения там внизу есть великолепный романтичный пляж, – он бросил мимолетный взгляд в сторону Ирвина и Даниэля. Те синхронно закашлялись.       – Я не злюсь, – еле проговорила Сунита с набитым ртом. – Папа злится.       – Мне конец, – обреченно вздохнул Берт и повернулся к Ривзу. – Если я сам откопаю этот ваш алтарь, я заработаю на билет до Нью-Йорка?