Запретная любовь.

Утро. Что может быть хуже? Только утро в объятьях человека, которого ты безответно любишь. Возникает ощущение, что тебя используют. Во-первых, я не помню, что было вчера, и как я оказался в кровати. Во-вторых, какого хрена, Карма лёг мне в постель? Надеюсь, я когда-нибудь узнаю ответ. В данный момент я пытаюсь вылезти из кольца рук лучшего друга, не разбудив его. Пока что, это получается у меня не очень. Черт! Придется разбудить этого идиота. Только сейчас я заметил, что он не спит. Сволочь такая! Любит же он поиздеваться надо мной. Я грубо толкнул Акабане в грудь, да так, что тот свалился с кровати. Так ему и надо! Первое время Карма удивленно хлопал глазами, явно не понимая, что произошло. Такое состояние друга меня развеселило, и я не сдержал свой смех. Красноволосый злобно посмотрел на меня и начал медленно, как кот, ползти к кровати. Мне крышка… Пулей вскочив с постели, я полетел к двери, но рука друга успела схватить меня за талию и прижать к несчастному предмету мебели. Навалившись сверху, он посмотрел мне прямо в глаза. — Карма, прости меня, пожалуйста! Пожалуйста-пожалуйста!!! Сказал я, сложив руки в молитве. Карма на это мне ничего не ответил и начал щекотать меня. Черт, я сейчас от смеха лопну! — Перестань! Мне щекотно! Каааармааа! — Неа. От такого наглого ответа, я немного был в шоке. Ну держись, Карма Акабане! В мгновение ока я перевернул друга на спину, тем самым нависая сверху. Только потом до меня дошло, в КАКОЙ позе мы находимся. Вот черт… Медленно заливаясь краской, я слез с красноволосого. Тот удивился, но ничего не сказал, лишь пожал плечами и сел на кровати. Повисла неловкая пауза. Разорвать её сумел только Карма. — Нагиса, я первым в душ пойду, хорошо? Я только покачал головой в утвердительном жесте, мне ничего не хотелось говорить. Хотелось исчезнуть или уйти, и, желательно, подальше. Как долго я просидел на полу, смотря в одну точку, не знаю. От этого весьма «интересного» действия, меня отвлек мой же горький вздох. Раскинув руки в разные стороны на краю кровати, я произнес лишь одну фразу. — Я хочу быть кем угодно, но только не другом… Она характеризует не только мое душевное состояние, но ещё и Окуды. Ведь эта простая правда, что не даёт ни мне, ни ей покоя. Она еще найдет того, кто склеит разбитое сердце, а я нет. Я всегда буду любить Карму. Всегда. Мне захотелось курить. Надо избавиться от этой привычки и, желательно, побыстрее. — Эй, Нагиса! Ванна свободна! Сказал мой друг, открывая дверь. Не вовремя. Я как раз стоял на балконе и курил. Закон подлости сработал, не иначе! Быстро потушив сигарету, я направился в комнату, но Карма меня остановил. Интересно, почему? — Что у тебя случилось? — А? Не помню, чтобы он у меня когда-либо это спрашивал. С ним самим что-то случилось. Раньше, его никогда не волновало, что происходит с другими. — Повторяю свой вопрос. Что. У. Тебя. Случилось? Карма говорил немного раздраженно, выделяя каждое слово. Я начинаю его побаиваться. Во мне проснулись сомнения. Сказать ему, что все просто отлично, или выложить все как на духу, включая и мою любовь к нему. Ну, нет, второе я делать не буду. Слишком рискованно, лучше отмахнуться и сказать, что все прекрасно. — Все отлично. А что случилось? Я состроил из себя ничего не понимающего дурака. Надеюсь, он не будет задавать мне вопросы. Я ошибся. Этим я только сильнее разозлил Карму. Черт! Пытаясь выдавить из себя более-менее нормальную улыбку, одновременно я пытался уйти с балкона по-быстрому. Не получилось. Рука друга легла мне на плечо, заставляя повернуться к нему лицом. Акабане был зол и очень сильно. — Последнее время ты очень странный. Почему? Он требовал от меня ответа. Когда он в таком состоянии, его ничего не остановит, Карма обязательно добьется от меня вразумительного объяснения ситуации. Чего сейчас я сделать не могу. Не могу же я ему сказать, что уже десять лет безответно влюблен в него, что мне было больно, когда он обнимал, целовал других девушек, что каждое его не осторожное прикосновение к моей коже вгоняет меня в краску, заставляя смущаеться. Не могу! Может быть, я скажу Акабане об этом, но не сейчас. — Влюбился? Предположение друга заставило меня вздрогнуть и поднять на него глаза, полные страха. Откуда? Как он догадался? Где я допустил ошибку? Где? — Оу! Нагисонька влюбился! Интересно, а в кого? Не в того ли подонка, что изнасиловал его? Столькгольмский синдром* сработал? Могу поклясться, что я только что видел, как у Кармы появились рожки дьявола и хвост чертенка. Гад! — Нет! Пусти меня! Вырываясь, я пытался выйти с балкона, но безуспешно. Рука Акабане, что до сих пор упиралась мне в плечо, не позволяла мне этого сделать. От слов, что он сказал, мне было мерзко. Я никогда бы не полюбил того подонка! Особенно, после того, что произошло недавно. Благо, красноволосый не знает, что произошло в учительской. Он бы и мокрого места от Такаоки не оставил. С каждой моей попыткой скинуть руку, Карма становился все более и более злым. Не выдержав, он схватил меня за обе руки и затряс. — Нагиса, послушай меня! Меня очень тревожит твое состояние, ведь после того происшествия, ты изменился. Ты никогда не говорил о том, что у тебя происходит в голове! Даже о странном увлечении твоей матери я узнал от той надоедливой осьминожки! Мне было очень обидно! Как другу, мне очень важно знать, о чем ты думаешь. Мы же ведь друзья? В его глазах промелькнула паника и недоверие. Он так боится потерять меня? Не ожидал. А про мать я ему не говорил потому что, это была бы для него бесполезная информация. Ненужная. Карма бы все равно продолжал меня называть девочкой, делая тем самым мне очень больно и неприятно. — Друзья. Карма, пусти меня пожалуйста, мне на работу собираться уже пора. Он молча отпустил меня, пряча глаза за уже отросшей челкой. Решив не обращать внимание на состояние друга, я начал собираться. Завтракали мы молча. Ничего не хотелось говорить. Возникало ощущение, что все нужное мы уже друг другу сказали, и причём давно. Как будто пара, которая решила сегодня расстаться. Странное у меня сравнение… На работе было все более-менее спокойно. Ученики, также как и вчера, сидели будто на иголках, но меня это не волновало. Мне хотелось поскорее прийти домой и лечь спать, чтобы этот день поскорее закончился. Но нет, он как будто специально, длился медленно, растягивался, не желал заканчиваться. По разговорам ребят на переменах, я понял, что не только у меня день не задался. Хоть какое-то утешение. Я спускался с третьего этажа в учительскую, как вдруг Томое-сенсей прижал меня к стенке, уперевшись в нее рукой. Они что, копируют друг друга?! Аж страшно становится. — Здравствуйте, Нагиса-сенсей! Весьма приветливо. В чем же подвох? — Здравствуйте, Томое-сенсей. Я ответил очень кратко и холодно, чтобы ушел, но он не уходил, лишь стоял молча и не двигаясь. Что он задумал? — А что вы делаете сегодня вечером? Сходим в кафе? На следующей неделе поездка всем классом, а план у вас, мне тоже хочется с ним ознакомиться. — Простите, но я его с собой не взял, так что дайте, пожалуйста, пройти. Мне в учительскую нужно. Даже на этот, весьма весомый аргумент, Такаока не отреагировал. Да что с ним такое?! Я же сказал ему нет, чего он ко мне пристает? Хлопот с ним куча. Достал! — Пустите меня. Я начал злиться, но с виду я был сравнительно спокоен. Мой гнев можно было услышать только в голосе. Проигнорировав мою просьбу, Томое-сенсей потянулся к моим губам. Вот сволочь! Я резко ударил его в живот, тем самым заставляя физрука согнуться пополам. Этим я и воспользовался. Быстро забежав в учительскую и взяв от туда нужные мне бумаги, я быстро побежал наверх, в свой кабинет. Пробежать я успел, только вот на лестнице я столкнулся с одним из своих учеников, тем самым роняя проверенные тесты и нужные мне учебники. Блииииин! Чего я такой не везучий?! В панике собирая разбросанные по всему лестничному пролету бумаги, я не заметил теста, что принадлежит одному ученику. Куда же он делся? Положив всё, что было у меня в руках на свой стол в кабинете, я направился к лестнице. До конца перемены мне нужно найти этот листочек бумаги, иначе мне крышка. Тут снова сработал закон подлости. Нужный мне документ оказался в руках Такаоки. Так, соберись, Нагиса! Подойдя быстрым шагом к этому мерзавцу, выдернул из руки тест. Томое-сенсей еще долго смотрел мне в след удивленными глазами. Я смог!!! Надеюсь, остальной день пройдет спокойно. Заходящее солнце намекало мне, что пора идти домой. Чего мне делать не очень-то и хотелось, ведь дома Карма, моя любовь и мое мучение. Можно, конечно, снять квартиру на сутки, тем самым избегая друга, но этим способом я воспользуюсь только после признания, а сейчас лучше, действительно, пойти домой и отдохнуть. Когда я выходил из здания школы, меня окликнул один из ребят. У него очень плохо с английским, именно поэтому я назначаю ему дополнительные занятия, но сейчас на меня столько всего свалилось, и я не успел ему сообщить, когда ему опять остаться после уроков. — Нагиса-сенсей! Здравствуйте еще раз, мне бы хотелось узнать, когда у меня следующие дополнительные занятия. Выпалил он на духу, как только подбежал. Очень жаль, что он тоже меня теперь побаивается. Хороший парень. — Так, давай посмотрим, — сказал я, доставая из сумки свой блокнот. — Ты можешь завтра после уроков задержаться? Теперь у тебя с английским все хорошо, так что это занятие будет последним. Когда мы подходили к воротам, он вдруг весь затрясся и начал заикаться. — Х-Хорошо, Нагиса-сенсей. Д-д-до свидания! И умчался прочь. Что с ним? Обернувшись, я увидел своего лучшего друга, что был очень зол. Эм… Чем ему мой ученик не угодил? Как только парень скрылся за первым поворотом, Карма перестал злиться. Странно это… И вообще, что он тут делает?! А, вспомнил. Он пообещал, что будет провожать меня с работы, аргументируя это тем, что Томое-сенсей может изнасиловать меня еще раз. Допустим. — Привет, Карма. Это приветствие показалось мне ненужным, нелепым. — Привет. Пошли уже домой, трудоголик. Это он к чему сказал? Ну да, я засиделся на работе, мне что, сразу в трудоголики зачислять надо?! Эх, мне его никогда не понять. Думаю, даже Окуда не понимала Акабане до конца. Кстати о ней. — Карма, что там с Окудой? На мой вопрос он явно ответил с неохотой. — Ну, она согласилась остаться друзьями. В воскресенье мы договорились сходить в парк аттракционов. Согласилась? Манами сильнее, чем я ожидал. Больше мы с ним не разговаривали. Не знаю почему. Может быть, наш утренний разговор сказался, или мы оба слишком устали за день. Скорей всего, все вместе. Перед тем как прийти домой, мы заглянули в супермаркет, за продуктами. Некоторые, весьма забавные случаи, что там произошли, разрядили обстановку между нами. Например, когда мы взяли тележку, Карма по неосторожности чуть не опрокинул остальные. Выглядело это очень смешно. Потом еще, на кассе меня за девушку приняли. Акабане было смешно, а мне обидно. Нет, ну, а ещё лучший друг называется! Дома мы быстро приготовили ужин, поели и легли спать. Я на кровати, а он на диване. Я свято надеялся на то, что высплюсь, но нет. Как только я положил голову на подушку, сон как рукой сняло! В итоге, мы еще до часу ночи переписывались по интернету, хотя находились в одной квартире. Только потом я уснул.