Пылкая страсть

      Стелла шла по коридору, сжимая в руке ту самую газету, которую нашла у Кино на столе. Её щеки не успевали сохнуть — слезы всё продолжали течь. Сейчас был такой момент, когда Стелла не могла успокоиться. Обычно она могла быстро успокоиться и остановить слёзы, но сейчас не получалось. Не получалось успокоить свой внутренний мир, в котором только что рухнула какая-то часть. Было слишком много вопросов, плюсом, душу терзало волнение за родителей. Это чувство, когда ты здесь, а они там, и ты не можешь даже понять, почему они решили развестись, — ужасно.       Сакамаки девушке искать не пришлось. Он сам возник на её пути возле её покоев. Вампир, завидев Кристелл, по обыкновению усмехнулся, но подойдя ближе и увидев слёзы, нахмурился. Они оба остановились друг напротив друга, сверля друг друга взглядами. Повисла тишина.       — Почему? — задала вопрос Стелла, стискивая зубы. — Почему? — голос предательски дрогнул, выдавая её.       — Что «почему»? — не сразу понял Кино, пока не перевел взгляд на газету, что Кристелл протянула ему дрожащей рукой.       — Как давно принесли эту газету? — девушка поджала губы, стараясь хоть немного успокоиться, что не сильно выходило.       — Сегодня утром, — спокойно ответил Сакамаки, стараясь не распалять светловолосую еще больше, чтоб до истерики не дошло. — Зайдем в комнату, а то в коридоре как-то не очень, — вампир положил свою руку Кристелл на спину, заводя в её покои. Как только они зашли, Стелла сразу же вновь развернулась к нему лицом, сводя брови к переносице и стискивая зубы.       — Почему ты мне сразу не сказал про то, что мои родители разводятся?! — сорвалась на крик девушка, кидая газету на пол. — Только не надо этих жалких отговорок, якобы ты еще не читал её или не знаешь, кто такие Изабель и Йонаг Кристелл! — светловолосая сжала кулаки, подходя ближе к Сакамаки.       — Стелла, успокойся, — принц положил свои ладони ей на плечи.       — Не надо меня успокаивать! — блондинка резко подалась назад, отстраняясь. — Ты знаешь, почему они разводятся? Скажи!       — Знаю, — темноволосый положительно кивнул, засовывая руки в карманы. — Я послал своих людей в ваш мир узнать, почему твои родители решили развестись…       — И почему же? — Стелла подняла на него свои золотые глаза.       — Не думаю, что тебе будет приятно это узнать, — Кино прошел мимо неё, присаживаясь в кресло, которое стояло у большой кровати.       — Говори, — девушка подошла ближе к парню, недовольно поджимая губы.       — Стелла, — тон Кино стал более твердым, а выражение лица серьезным. — Я хотел сказать тебе обо всем позже, когда из мира людей пришли бы официальные вести, которые передали бы по телевидению или напечатали бы в газетах… — его оборвали на полуслове.       — Ты думаешь, там написали бы правду? — Стелла нахмурилась. — Ты же вроде умный…       — Именно поэтому я и отправил в мир людей шпионов, но те вести, которые они мне принесли, не очень меня обрадовали, — Кино вздохнул. — Мои люди подслушали недавний разговор твоих родителей, где и звучала причина их развода…       — Да хватить ходить вокруг да около! Меня это бесит! — сорвалась Кристелл. — Говори уже! Мог бы сказать мне обо всем раньше! Этим же утром! Говори!       — Уверена, что хочешь слышать? — Сакамаки решил еще раз переспросить.       — Ты так говоришь, будто так что-то криминальное, — Стелла недовольно шикнула. — Повторяю уже раз пятый — говори! Или мне по слогам произнести?       — Стелла…       — Го-во-ри! — девушка максимально близко подошла к Кино так, что чуть ли не споткнулась о ножку кресла и не села на него. — Изабель… — темноволосый нахмурился, отводя взгляд. — В общем, шпионы передали информацию Юрию, а тот соответственно передал мне, что причина развода твоих родителей заключается в том, что… — на этом слоге принц остановился, переводя взгляд на ожидающую Кристелл.       — Да хватит уже тянуть! Тебе бы сейчас говорить еще под какую-нибудь эпичную музыку! — девушка недовольно развернулась к нему спиной. — Что за мания? Откуда она вообще взялась?! Неужели нельзя просто сказать, в чем причи…       — Твоя мать изменила твоему отцу с крупным мультимиллиардером Пекина, — эти слова обрушились слишком внезапно. Стелла с нескрываемым шоком на лице резко развернулась к Сакамаки, распахивая глаза.       Вот теперь в голове действительно всё смешалось. Это было слишком резко… Она к такому уж точно не была готова.       — Что? — дрожащим голосом переспросила она, прижимая одну руку к груди. — Как? — она сделала шаг назад. Перед глазами всё поплыло, и девушка начала терять равновесие. Сакамаки вмиг оказался рядом с ней, придерживая, приседая вместе с ней на кровать.       — Спокойно, спокойно… — темноволосый прижал дрожащую девушку к себе, гладя ладонью по спине, видя, что у Кристелл уже начинается истерика.       — Как? Как она… Что с моим отцом? — она подняла взгляд на Кино, но видя, как он отводит взгляд, схватилась за его пиджак. — Кино, что с ним?! Скажи, что всё в порядке! Скажи!       — С ним всё в порядке, но… — Сакамаки опустил взгляд своих алых глаз на Кристелл. — Вчера его видели у здания их холдинга вместе с какой-то женщиной. Судя по её виду, очередная «бизнес-леди»…       Стелла опустила ошарашенный взгляд вниз. Уткнувшись локтями в колени, девушка закрыла лицо руками. Послышались всхлипы.       — Почему? — прошептала светловолосая, переводя ладони с лица на волосы, проводя и по ним. — Они так быстро нашли друг другу замену? Почему?! — наконец сорвалась на крик она.       — Успокойся, — Сакамаки вновь прижал её к своему телу. — Поверь, люди часто сходятся и разводятся. В этом нет ничего такого…       — Ты не понимаешь, — Стелла подняла на него заплаканные глаза. — Они прожили вместе 21 год! 21 год! И так глупо расходятся… Я не понимаю… Значит, моя мама изменила папе с кем-то, но почему она так сделала? Что её не устроило в муже-бизнесмене и пяти шикарных особняках?! Что?! — девушка сейчас забыла напрочь обо всем, сейчас она думала о своей семье. — Она всегда была такой… Такой жадной до денег! Не удивительно, что она сама разрушила семейную жизнь. Я всегда боялась именно этого! И как мне это теперь переживать?!       — Стелла, — Сакамаки развернул ей к себе, обхватывая ладонями её лицо. — Ты сейчас не там, поэтому переживешь все это и будешь жить дальше! Поверь, я пережил тоже самое, хотя сравнивать нас, думаю, не очень логично, всё же не то, что не человек, а парень… Моя ситуация отличается от твоей… Моя мать изменила моему отцу потому, что его уже невозможно было выдерживать. Да, может, в твоей ситуации все намного запущенней, но всё образуется. Рано или поздно, но образуется. Тебе будет легче это пережить, так как ты не там, а здесь. А еще потому, что тебе не 5 лет и не 10, — темноволосый смотрел прямо в глаза Кристелл, заставляя её успокоиться.       — Но я не понимаю, почему она так поступила… — светловолосая вздрогнула, зажмуриваясь. — Почему она изменила ему? Я не понимаю, что её толкнуло на это! Что?! — Кристелл опустила голову вниз, прижимаясь к вампиру. Кино с сожалением опустил на неё взгляд, тяжело вздыхая.       — Это произошло из-за того, что твоя мать предъявила твоему отцу якобы «дети уже взрослые, поэтому я тоже имею право на счастье», — передал дословно Кино, более не говоря ни слова. Девушка перестала плакать, на миг замирая.       — Она говорила что-нибудь про меня? — осторожно спросила Стелла, поднимая взгляд на вампира. Кино провел ладонью по её волосам, после чего его алые глаза загорелись насыщенным красным светом. Перед глазами девушки поплыл фон, Стелла видела только лицо Сакамаки и его горящие светом глаза. Веки начали тяжелеть, а всё тело стало будто ватным. Светловолосая начала терять равновесие, падая набок прямо в руки Кино. Темноволосый уложил её на кровать там, куда она по траектории должна была упасть. Оставив её так, он встал и направился к двери, тяжело вздыхая.       — «Если я тебе скажу еще одну причину развода твоих родителей, то ты не простишь ни себя, ни, скорее всего, меня… Хотя насчет второго варианта я бы поспорил. Прости, я не могу сказать тебе в лицо, что у твоей матери началась истерика, когда они вчера начали ссориться и упомянули тебя» — принц остановился у двери, оборачиваясь на лежащую на кровати Кристелл. — «Потом… Я расскажу тебе всё потом… Не сейчас. Еще не время» — двери комнаты захлопнулись.       Сакамаки направился на третий этаж в свой кабинет, но дойти он туда не успел. Очередные проблемы обрушились слишком внезапно.       — Господин, — перед Кино невесть откуда возник Юрий, склоняясь.       — А я только собирался за тобой посылать, — усмехнулся темноволосый. — Что-то случилось?       — Случилось, мой принц, случилось, — мужчина нахмурился, заставляя Кино принять серьезное выражение лица. — Фуари после разговора с Саруно направилась к той девушке, которую вы выбрали недели три назад. Тело той Хайлин Дженкрофт нашли сегодня в её комнате в ванной с перерезанными венами. Вода в ванной была наполовину смешана с кровью, — лицо Сакамаки даже не изменилось.       — Избавьтесь от тела, — отмахнулся от всего этого темноволосый, прикрывая устало глаза.       — Как прикажете. И еще… — Юрий запнулся. — Саруно подготовили к операции, но судя по её состоянию, она не сильно хочет этого всего.       — Юрий, — тон Сакамаки резко стал холодным, прорезалась сталь. — Ты и моя мать с детства были со мной, так ведь? Так вот напомню, что вы мне всегда твердили и втирали — «обычные существа не имеют права голоса, они могут только подчиняться знати», — Кино вспомнил ту фразу, которую всегда говорила его мать ему. — Поэтому ты должен знать, что мне глубоко плевать на эту девушку.       — Но ведь она служанка Стеллы Кристелл, разве нет? — мужчина нахмурился.       — Ах, да… Я забыл про это… С сегодняшнего дня Кисэко Саруно не будет работать в нашем дворце, я отсылаю её назад в семью, — Кино недовольно шикнул, запихивая руки в карманы.       — В любом случае всё будет так, как скажете вы, но я обязан сообщить вам еще одну весть… Фуари отослала письмо семье, где изложило сию «историю» немного в других красках. Вы знаете, что их отношения с самого их знакомства очень напряженные, так что…       — Юрий, — Сакамаки перебил своего слугу, недовольно смотря на него. — Ты всё знаешь не хуже меня. Слабым нет места в этом мире.       — Но ведь она…       — Всё, я ушел, — принц прошел мимо Юрия, явно не собираясь выслушивать от кого-то морали. Эти морали ему не нужны и уже толком нужны и не будут. Ему не пять, не десять, не пятнадцать, а уже семнадцать формальных лет. Ему не один, не два века. Он сам разберется в своих проблемах, сам всё решит без чьей-либо помощи. Сам.       Зайдя в свой кабинет, Сакамаки сразу же уселся в свое кресло, зарываясь одной рукой в волосах. Знали бы окружающие, как ему всё это надоело. Просто надоело. Надоело каждый дебильный день разгребать эти чертовы бумаги, надоело выполнять некоторые обязанности отца в мире людей, надоело разгребать как свои, так и чужие проблемы. Надоело быть принцем… Надоело.       Была бы его воля, так он бы давно уже послал отца в далекое путешествие, забил бы уже на все свои дела и просто ушел бы в моральный запой. Но, увы, не может. С его-то характером ему легко ладить со всеми, но бывают моменты, когда всё на свете до такой степени достает, что уже хочется ломать всё, что попадается под руку, и кричать на любого, кто попадает в поле зрения, но статус не позволяет. Просто берет и не позволяет. Ну не может он просто взять и забить на всё. Такой уж он. Так его воспитала мать… Именно так. Как бы все не достало — продолжать идти дальше. Таков девиз всех, кто стоят выше иных.

***

      Фуари с грохотом отворила дверь той самой комнатки, где заперли Кисэко. Пробежавшись своим взглядом по темному помещению, останавливая его на съежившейся фигурке Саруно, делая взгляд брезгливым.       Пройдя на два шага вперед, шатенка, даже не включая света, заговорила холодным, не своим тоном:       — Мне пришел приказ от господина Кино, — проговорила она, видя, как Кисэко поднимает на не красные от слез глаза. — Через два часа состоится операция. После этого ты соберешь все свои вещи и покинешь этот дворец.       Глаза Саруно распахнулись. Она не совсем поняла эти слова. Значит ли это, что она просто вернется домой и будет там жить, как и раньше? Но её ребёнок… Её ребенок…       — Я возвращаюсь домой? — тихо прошептала она, прижимая две свои ладони к животу.       — И еще одна новость, — на лице Фуари появилась самодовольная ухмылка. — Я три часа назад отправила письмо нашей семье. И буквально минут двадцать назад пришел ответ, — её ухмылка переросла в наглую улыбку, которая становилась всё шире и шире. — Наша семья отказалась от тебя, — Саруно резко подняла голову вверх, не скрывая шока на своем лице.       — В… В смысле? — прорезался у неё хриплый голос.       — В прямом, — усмехнулась Насумедзаки. — Сегодня проходит операция, ты оправляешься от неё, собираешь свои вещи и идешь туда, куда глядят твои прекрасные голубые глаза. Авось, куда-нибудь забредешь, да свое счастье обретешь, — пропела последнюю фразу кареглазая, прищуриваясь.       Кисэко опустила голову вниз. В горле застрял ком, а перед глазами все поплыло из-за выступивших слез.       — Но… Но куда мне идти? — брюнетка прижала руки к груди, стискивая челюсти, дабы не разрыдаться в голос.       — Это ты у меня спрашиваешь? — чуть ли не изошла на смех Фуари. — Мне как-то плевать на это. Вот скажи мне честно, неужели ты думаешь, что мне действительно есть или когда-нибудь было до тебя дело? — в ответ лишь всхлипы. — Вот именно… Не было. Поэтому всё, на этом наши пути расходятся. Думаю, это последняя наша встреча, надеюсь, мы больше не увидимся. Мне не очень хочется видеться или иметь какое-либо дело с теми, кто просто-напросто стал жертвой собственной слабости и беспомощности, — вроде обычные, но слишком обидные и грязные слова. Внутри что-то опять сжалось. — Ну, ладненько, а то заболталась я с тобой. В общем, прощай. Не скажу, что наслаждалась теми 112 годами, что ты провела в нашей семье, так что прощай. Надеюсь, ты хоть чего-то добьешься в этой жизни, а то так и останешься всеми покинутой и забытой, — эти слова были последними. Двери закрылись.       — «А толку теперь чего-то добиваться?» — внутри Кисэко будто разлился целый океан. Она уже не видела не в чем смысла. Её отсылают из дворца, семья от неё отказалась, её ребенка в скором времени убьют, идти ей некуда. И что теперь? Каков выход? Для неё семья, которая обратила её, была чем-то вроде опоры, на которую всегда можно налечь в случае чего-то «криминального». А что теперь? От неё отказались. Это в каких же красках передала им ситуацию та, которую целый век Кисэко называла сестрой?       Всё. Это уже точно всё. Она попыталась хоть как-то спасти своего ребёнка, но она уже сама осознает, что это конец. А что она может теперь? Допустим, её выгонят. куда она пойдет? Проситься в какой-нибудь дом, в котором может произойти что-то аналогичное и вновь её выкинут как мусор? Как же быстро отказалась от неё семья, которую она так любила… А ведь эти люди, а точнее демоны стали ей родными. Так почему всё именно так вышло? почему она такая слабая, неспособная защитить себя?       Все последние три месяца она пыталась брать пример с той, которая несмотря на свое спокойствие и человеческую физическую слабость смогла выстоять против вампиров, которые первые недели её пребывания здесь буквально кидались на неё. Стелла Кристелл, перешагивая через весь этикет, отвечала им прямо в лицо, отправляла куда подальше, при этом всё же сохраняя здравый рассудок и не переступая линии дозволенного. А Кисэко просто не смогла отказать принцу. Хотя, что это изменило бы? Верно… Ничего. Он — знать, а перед знатью нужно только склоняться.       Кисэко села на пол, прижимая колени к груди. В таком положении она просидела около 30 минут и всё же нашла единственный для себя выход. Может, не совсем хороший, но единственный. Только так она сможет освободиться от всего того, что на неё обрушилось. Только так…

***

      Мир людей — место неспокойное. Все мифические существа, живущие в мире демонов или в мире людей, знают, что в этом месте скрывать свою истинную сущность сложно, а похитить какого-либо человека — еще сложнее.       Очередной темный переулок. Уже половина десятого вечера. Ни один нормальный человек не стал бы идти по темным дворам, да еще и сам. Но нынешняя молодежь любит искать приключения на свои пятые точки, так что в этом нет ничего удивительного.       Дин, воткнув в уши наушники, проходил мимо очередной высокой многоэтажки, держа свой путь домой через дворы. Их поместье находиться в середине города, но так вышло, что здание холдинга, где Кристелл провел весь сегодняшний день, находиться далековато от их дома. Так уж вышло, что парню захотелось проветрить мозги, дабы хоть немного отвлечь себя от мыслей о своей младшей двоюродной сестре. После того, как Сэм принес ему те документы, он вновь ударился в ностальгию.       Он помнит тот день, когда ему сообщили о том массовом убийстве. Это было слишком резко и неожиданно. Еще на предыдущий день они вместе сидели на диване, смотрели очередной ужастик и смеялись. Было сложно осознать, что Стеллы больше нет. Её тела не нашли — это вообще заставляло сердца всех членов их семьи обливаться кровью. Что, если её взяли для экспериментов или для пыток? Что, если она еще жива? А что, если уже мертва? А вдруг её мучили, перед тем как убить? Это всё лезло в голову и заставляло просто изнывать от режущей моральной боли.       Из всей семьи Дин больше всего переживал за Дафни — старшую сестру Стеллы. Она сейчас с мужем в Риме, но он помнит её лицо, когда она приехала на следующий день после того, как узнали о «происшествии на Тайто». её глаза были опухшие и красные. Вид похуже был только у Изабель, которой еще где-то неделю вкалывали успокоительное.       Теперь он переживал и за Изабель. Он знает, что они с Йонагом разводятся. Он знает, по какой причине, и эта причина ему не сильно нравится. Дин знает, что Изабель с Йонагом часто ссорились и до этого, но теперь всё дошло до самого критичного уровня. Всё это слишком сильно сказывается на его близких и на нем, что не может не волновать.       За своими мыслями парень не заметил следящих за ним алых глаз. Спустя пару мгновений его с силой впечатали в стену арки, через которую он проходил. Распахнув от такого свои голубые глаза, блондин уже собирался проехаться этому «кому-то» по морде. Бояться ему было нечего. Он знал, что тот район, через который он шел, славиться своей небезопасностью, но проходив около шести лет на борьбу Дину было уже действительно нечего бояться.       Но здесь все вышло куда плачевней. Только Кристелл поднял глаза на того дебила, который посмел его к стене прижать, как в его глазах потемнело, а перед взором стали только горящие красным глаза. В следующее мгновение сознание покинуло его, после чего странная компания этих людей растворилась вместе с парнем в воздухе.       На следующий день по новостям передали об убийстве одиннадцати личностей, которые являлись бизнесменами, и о пропаже без вести девятнадцатилетнего парня из богатой семьи, из которой тремя месяцами ранее также пропала семнадцатилетняя девушка.

***

      Следующий день в мире демонов выдался довольно сложным. Кристелл первую половину дня просидела в своей комнате; Фуари все утро носилась по дворцу, готовя всех к чему-то; Кино вообще куда-то ушел утром с Юрием.       Этим же утром Кисэко сделали операцию и заперли в той же комнате. Этим вечером она должна будет уже покинуть дворец, но до вечера еще далеко, да и утро обещает быть «незабываемым».       Ровно в двенадцать часов дня Кино вернулся во дворец, сразу же исчезая вместе с Юрием в своем кабинете, что заставило саму Кристелл, которая «выползла» из своей комнаты только в те же двенадцать часов. Девушка решила зайти к Кино и хотя бы сказать «доброе утро», дабы понять, что сегодня вообще происходит.       Светловолосая направилась к его кабинету, но по дороге свернула совершенно в другую сторону. Она видела, как стражники вели кого-то в северное крыло дворца, и этот «кто-то», совсем никого не стесняясь, посылал их направо и налево. Кристелл не сразу поняла, кто это был, именно поэтому решила узнать. Она направилась туда, куда пошли стражники. Завернув за один угол, она подождала, пока они уйдут, после чего направилась к той двери, которая совсем недавно захлопнулась.       — И что тут у нас? — девушка сделала шаг вперед, осторожно обхватывая круглую ручку ладонью. Тихо повернув её, она сделала еще два шага вперед, входя в комнату, захлопывая за собой дверь. В тот же миг её с силой впечатали в дверь.       В следующий миг её золотые глаза распахнулись. Это был шок, самый настоящий шок. Глаза держащего её за плечи блондина тоже распахнулись, выражение лица стало просто шоковым. Ни она, ни он не верили в картинку перед глазами.       — Стелла? — первым отошел от шока парень, не веря глазам.       — Брат… — прошептала блондинка, подаваясь вперед, обнимая того. — Дин… — девушка сильнее прижалась к брату.       Блондин стоял, не веря в происходящее. Вот она, живая и здоровая.       — Стелла, — Кристелл положил руки ей на плечи. — Ты… Братан, это ты! — улыбнулся он, заглядывая в её золотые глаза, приподнимая с пола и кружа на месте.       — Дин, пусти! — засмеялась Стелла, начиная бить того кулачками по спине. — Брат… — улыбнулась она, когда блондин отпустил её. Спустя пару секунд улыбка сошла с лица голубоглазого.       — Что с тобой произошло? Почему тебя так долго не было? И вообще… Где мы? — слишком много вопросов. Слишком. Стелла нахмурилась, поднимая на брата серьезный взгляд.       — Присядь, — младшая Кристелл указала на большую кровать, присаживаясь на неё. — Это очень длинная история. Может, ты мне не сразу поверишь, но всё, что я скажу, — правда, — девушка тяжело вздохнула.       — С тобой ничего не делали? — решил все же узнать парень, хмурясь.       — Ну, если говорит о криминальном, то ничего… — светловолосая отвела взгляд в сторону.       — Я слушаю, — блондин нахмурился, даже не представляя, что его сестра ему сейчас расскажет и в какую «тайну мира» посвятит…

***

      Кисэко шла по освещаемому факелами коридору, смотря на все теперь безжизненными голубыми глазами. Она знала, куда идет. Она знала, что будет с ней дальше. Она не сомневается в правильности своих действий.