Пылкая страсть

      — Брат… — Стелла тяжело вздохнуло. — Всё слишком сложно. Повторюсь, с первого раза ты можешь не сразу мне поверить, но выслушай, пожалуйста, меня до конца, — Кристелл прикрыла глаза, подбирая слова для своего длинного рассказа. — Как я поняла из рассказа одного «человека», в нашем «измерении» существует два мира — мир людей, в котором живем мы, и мир демонов, в котором мы сейчас находимся. Эти два мира можно описать, как «низ» — мир людей, и какой-нибудь «верх» — мир демонов, — девушка на секунду остановилась, поднимая глаза на брата, глядя на его реакцию. Дин продолжал молчать, сведя брови к переносице, но не говоря ни слова. Блондинка продолжила. — В этом мире сохранилась монархия. На данный момент миром демонов управляет принц вампиров — Сакамаки Кино, сын известного политика в нашем мире — Тоуго Сакамаки, также известного под именами в сфере медицины как Рейнхарт и в иерархии вампиров как король Карлхайнц, — на этом Стелла тоже сделала паузу.       — Вампиры? — после секундного молчания переспросил Дин, изгибая бровь. — Принц вампиров? Король вампиров? Стелла, ты сейчас вообще о чем?       — Поверь мне, здесь живут демоны и вампиры, — светловолосая утвердительно кивнула, вздыхая.       — Но… Почему мы здесь? как мы вообще сюда попали? Я только помню, что вчера меня кто-то прижал к стене, а потом я почему-то отключился… — Кристелл озадаченно посмотрел на сестру.       — Если ты отключился, значит, тебя загипнотизировали, — Стелла усмехнулась. — Я уже проходила, да и не только через это… — после этих слов девушка отвела взгляд куда-то в сторону.       — Ты, я надеюсь, еще «маленькая»? — Дин ухмыльнулся, притягивая сестру к себе, обнимая.       — Блин, не шути так! — Кристелл попыталась его отпихнуть от себя. — Маленькая… Не волнуйся.       — И еще… — с лица блондина после этих слов сразу же сползла улыбка. — Как ты здесь оказалась? Что вообще произошло в ту ночь? Да и почему мы здесь?       — Я все расскажу, — вздохнула Стелла, прикрывая глаза. — В ту ночь всех наших слуг убили, а моего тела не нашли, так как меня забрали. А забрали меня потому, что я являюсь «подарком» принцу этого мира.       — В каком смысле «подарком»? — Дин нахмурился. — И кто же тебя преподнес этому тирану?       — Тирану? — Стелла удивилась. — Он не тиран, он просто… Немного… Не такой, как мы. Впрочем, как и все здесь. Преподнес меня ему его папочка — Тоуго Сакамаки…       — Я много слышал о нем. Он, кстати, за последний месяц неплохо продвинулся в сфере бизнеса, — вспомнил Дин, усмехаясь. — Но наш холдинг ему не перебить… Кстати. Стелла, твои родители…       — Разводятся. Я знаю, — Кристелл прикрыла глаза. — Знаю… Но сейчас меня интересует другое… Почему ты здесь, Дин?       — Вот этого я тоже не знаю…       — В таком случае, жди меня здесь. Я скоро вернусь, — светловолосая соскочила с кровати, направляясь к двери.       — А ты хоть куда? — крикнул ей напоследок Дин.       — К своему «господину», — Стелла усмехнулась, ловко захлопывая за собой дверь. Она не поняла, что её брат здесь делает. Идиоту ясно, что его сюда притащили по приказу Кино, но какова цель Сакамаки? Конечно, Стелла рада, что спустя три месяца увидела кузена, ведь она думала, что вообще никого никогда из своей семьи больше не увидит, но всё же…       Кристелл поднялась на третий этаж, сразу же направляясь к двери покоев Кино, где надеялась его застать. По дороге ей как раз встретился Юрий…       — Стелла Кристелл, — мужчина остановился возле недовольной девушки, слегка склоняясь. — Вы к принцу Кино?       — Да, он сейчас в покоях? — Стелла кинула взгляд на высокие красивые двери.       — Да, — получив положительный ответ, девушка прошла мимо Юрия, заходя в комнату, двери которой перед светловолосой открыли стражники.       Кино сидел в кресле, держа в руках какую-то книжку. На столешнице у кресла лежало очень много бумаг, некоторые даже валялись на полу. Когда Кристелл зашла в комнату, темноволосый поднял на неё усталый взгляд, захлопывая книжонку в синей обложке.       Стелла уверенно подошла к вставшему с кресла Сакамаки, подходя к нему на расстояние вытянутой руки, недовольно хмурясь.       — Что мой брат здесь делает? Зачем ты приказал привести его сюда? — задала прямо свои вопросы она, сжимая кулаки. — Сомневаюсь, что это для того, чтобы я «отошла» от новости о моих родителях. Так для чего он здесь?       — Ты не рада видеть брата? — удивился Сакамаки, вскидывая брови вверх.       — Рада, но… Мне не нравится, что он здесь. Я не считаю это место безопасным для людей. Или ты не помнишь, как от удара Юрия в первый мой день здесь у меня чуть позвоночник из тела не вылетел? — Стелла нахмурилась, заставив Кино своим словам усмехнуться.       — Я пока не могу тебе сказать, для чего он здесь, — Сакамаки вновь уселся в свое кресло, беря в руки ту же книгу.       — Как это не можешь? Значит, отдавать крутые приказы направо и налево можешь, а сказать мне, почему мой брат здесь не можешь? — вспыхнула девушка, стискивая челюсти. — Кино! недовольно вскрикнула она, видя, что её слова проигнорированы. — Тц… — шикнула светловолосая. — Ты с ним ничего не сделаешь? — недовольно спросила она, поворачиваясь к нему боком.       — А я так похож на гея? — изогнул бровь Кино, поднимая на Стеллу удивленный взгляд.       — Нет, не похож. Да и я не это имела ввиду. С ним здесь ничего не сделают? — Кристелл взволновано поджала губы.       — Что с ним могут сделать? У него первая отрицательная… Лично мне он даже на корм не пойдет, так как терпеть не могу первую группу точно так же, как и другие вампиры здесь, которых можно на пальцах пересчитать. Одеваюсь я сам, Юрия мне никем заменять не надо, стражники не подводят, а горничная мужского пола мне не нужна. В случае чего, у меня есть ты, — двусмысленно произнес Сакамаки, растягивая на лице пошлую улыбку. Стелла нахмурилась, скрещивая руки на груди.       — Шуточки за триста…       — А кто сказал, что это шуточки…       — Ладно, — вздохнула девушка, подходя ближе к вампиру, присаживаясь во второе кресло. — Что это за бумаги? И еще… Почему тебя сегодня все утро не было? Где ты был?       — Дела в мире людей, — монотонно ответил ей Кино. — Не думаю, что тебе будет интересно.       — Я сижу в своей комнате целыми днями, читая книги. Я не знаю, что в мире происходит… Вдруг там уже апокалипсис назревает. Расскажи… — попросила его Стелла, переводя взгляд на бумаги, которые валялись на полу. Девушка нагнулась и подняла один лист, глядя на него, в ту же секунду распахивая глаза. — Кино…       — Что? — Сакамаки отвлекся от своих бумаг, переводя взгляд на Кристелл.       — Что значит «массовое устранение в сфере бизнеса»? — протянула она ему тот самый лист бумаги, что подняла с пола. — В списке есть имя моего отца и моего брата… Почему они подчеркнуты карандашом? — нахмурилась девушка, чувствуя неладное. Сакамаки тяжело вздохнул, устало прикрывая глаза.       — Эти бумаги прислал мне отец из мира людей. Это списки тех, кого нужно устранить, чтоб его бизнес процветал. Я подчеркнул имена твоих отца и кузена, чтоб их не трогали. Твой отец — фигура важная и охраняемая, его при всем желании убить незаметно не получится, а вот твой брат только недавно вошел в семейный бизнес и его еще не сильно знают, поэтому его устранить было бы легко. Если бы я не приказал привести его сюда, то мой отец сам бы нанял киллеров, — рассказал обо всем Кино, зарываясь рукой в волосах. — Я потом приказал навести справки… Когда я узнал о вашем родстве, то решил как-то изменить ход событий, иначе после известий о разводе родителей ты бы просто не выдержала известий о смерти брата и отца, — на этом Сакамаки закончил свой рассказ, переводя взгляд алых глаз на удивленную Стеллу.       — Ты пошел против приказа отца… Ради меня? — тихо произнесла она, отводя взгляд.       — Да… — напряженно выдохнул принц вампиров, зарываясь рукой в темный волосах. — А что, девушкам уже не нравится, когда ради них что-то делают? — усмехнулся он, переводя взгляд на смущенную Кристелл.       — А тебе это никак не грозит?       — В смысле?       — Ну, ты ведь пошел против приказа отца… — вздохнула Стелла, поднимая взгляд на принца.       — Поверь, с моим-то характером мне ничего не будет, — улыбнулся он, глядя на присевшую на «край» кресла, в котором и сидел Сакамаки. Вампир протянул ладонь к Стелле, притягивая её лицо к себе за подбородок, заставляя её слегка согнуть спину.       Кристелл уже привыкла к такому. Он — принц, а слово принца в этом мире — закон. Остается только подчиняться. Плюсом ко всему, Стелла его «любимый подарок», так о чем уж тут говорить?       Между их губами осталось пару жалких миллиметров. Кристелл уже чувствовала горячее дыхание на своих губах, поэтому просто прикрыла золотые глаза, расслабляясь. В тот же миг двери в покои принца распахнулись, после чего с точно таким же громким хлопком закрылись.       Кристелл и Сакамаки перевели удивленные взгляды в сторону выхода, откуда и раздался хлопок двери. Каково же было их удивление, когда они увидели стоящую у выхода Кисэко в длинной белой рубашке, доходящей до пола.       — Кисэко? — удивилась Стелла, спрыгивая с края кресла. — Где ты была эти два дня? — спросила она, подходя ближе, но подойти ей не дал уткнувшийся ей чуть ли не в грудь кинжал, который достала Кисэко из-под рубашки и выставила перед собой дрожащей рукой.       — Кисэко? — Стелла сделала два шага назад, сразу же утыкаясь спиной в Кино, который с помощью вампирской скорости оказался рядом с ней.       — Простите, госпожа Стелла… — произнесла осипшим голосом брюнетка, отходя от опешившей Кристелл на три шага назад. — Принц Кино, — обратилась она к Сакамаки, который с безразличным лицом наблюдал за всей сценой. — Это правда, что вы увольняете меня? — спросила она, чувствуя, как к горлу подходит ком.       — Верно, — утвердительно кивнул Кино, наблюдая за реакциями присутствующих здесь.       — Что? — подняла на него взгляд Стелла. — Почему ты её увольняешь?       — Я прикажу Юрию найти тебе новую служанку, — ответил ей темноволосый, смотря сверху вниз. -Она здесь больше не нужна.       — Но… — хотела что-то еще сказать блондинка, но голос Кисэко оборвал её.       — Вы могли бы отпустить меня, не убивая этого ребенка… Могли бы, — всхлипнула Саруно, держа в руках тот самый нож. — Теперь уже ничего нет. У меня больше ничего нет…       — У тебя есть семья, — невозмутимо произнес Кино.       — Они отказались от меня… Фуари отправила им письмо, где изложила всю ситуацию. Они отказались от меня, господин, отказались… — плакала она, словно в бреду повторяя некоторые фразы. — Ладно… Так я перебилась бы из-за этого, но сделала я бы это для ребенка, — выделила она последнее слово.       — Какого ребёнка? — не поняла Стелла, хмурясь.       — Кисэко, — оборвал сию тираду Сакамаки, принимая серьезное выражение лица. — Для чего ты пришла сюда? Говорить мне, какой я бездушный? Извиняться я не собираюсь. Это мой мир, где все подчиняется мне. Здесь все подчиняется моему слову и делается по моему приказу, которому никто не смеет противится, — эгоистичные однако слова, но все присутствующие в комнате понимали, что это правда. — Поэтому и ты подчинишься…       — Простите, принц, но не подчинюсь. Я уйду, но не из дворца… — прошептала она, направляя серебряный острием к себе.       — Кисэко! — воскликнула Стелла, резко подаваясь вперед.       — Назад, — прошипел Кино, хватая светловолосую девушку за руку, резко заводя за свою спину так, что даже её макушки видно не было. — И для чего же ты пришла сюда? Показать, что я сломал тебе жизнь? Поверь, мне плевать на это, так что…       — Нет, не для этого, — перебила его Кисэко, смотря на всю картину потухшими голубыми глазами. — Я не знаю, почему пришла именно сюда, но хочу сказать вам, что, если бы не события той ночи, то я бы осталась верна вам и жила бы здесь до конца своего бессмертия… Я желаю вам счастья, принц, несмотря на то, что я испытала боль, которую причинили вы. Госпожа Стелла, — светловолосая выглянула из-за спины Кино, с сожалением глядя на свою служанку. — Только вам под силу изменить его… Только вам, — эти слова были последними.       Острое лезвие вошло в холодную плоть демона, пронзая её еле бьющееся сердце. Стелла распахнула глаза, в ужасе закрывая рот рукой, падая на колени. Тяжелое тело медленно опустилось, после чего распласталось на полу. Кино с тем же безразличным выражением лица смотрел на все это, понимая, что всё же Кисэко сама виновата в произошедшем. Она могла бы продолжить жить, ведь это еще не конец. Она могла бы встретить кого-то и завести семью, но, увы, выбрала иной путь. Конечный.       Стелла с ужасом на лице смотрела на кинжал, что вонзился в грудь Кисэко и торчал из неё. Вся картина не просто наводила ужас, но и заставляла чуть ли не исходить на истерику. Хоть картина в темнице, где Кино когда-то казнил какого-то человека и была более омерзительной, но здесь случай другой. Кисэко была первым демоном, кого Стелла к себе подпустила, к кому за эти три месяца привязалось. Терять друга больно…       — Стража, — холодный голос Кино вырвал Кристелл из своего мира, заставляя поднять взгляд на него. В покои зашли три стражника, облаченных в черно-золотые одежды. — Убрать тело, — монотонно произнес он, поворачиваясь к Стелле.       — Почему? — прошептала она, чувствуя, как к горлу подходят слезы.       — Вставай, — Сакамаки помог девушке подняться с пола. — Забудь о ней и об этом случае. Её слабость — не наша проблема. Слабость таких, как она — не наши проблемы. Слабым ни в этом, ни в любом другом мире нет места. Всегда помни это, — тихо, но уверенно произнес он. Стелла вздрогнула, но возражать или же говорить ничего не стала. Тело Кисэко унесли из комнаты, на следующий день главной служанкой Кристелл стала вампирша Фамаэль Кугинуки — девушка, служащая королевской семье около 54 лет.

***

      Прошло около четырех дней после случившегося. У Стеллы складывалось такое впечатление, будто Кисэко во дворце никогда и не было. Ни у кого кроме неё даже не было намека на траур. Это удивляло.       Стелле, как уже говорилось, нашли новую служанку. Это была Фамаэль Кугинуки — девушка из богатой семьи, которая всегда была в услужении королевской семьи. Невысокая фиолетоволосая вампирша с большими карими глазами. По характеру намного смелее Кисэко, но менее наглая, чем Фуари. Стелла не знает почему, но Кисэко была намного покладистей в плане служанки, этим самым она не сильно-то понравилась самой Кристелл. Но предел действий этой девушки ограничен — она просто прислуживает Стелле и всё, иного ей не дано.       За эти четыре дня произошло мало чего интересного. Стелла практически всю основную часть этих четырех дней провела в покоях, которые выделили её брату. Они много разговаривали, в частности про то, как провели все те три месяца, что они не виделись. Дин рассказывал о делах в холдинге и Рётей, а Стелла по просьбе брата рассказывала тому про то, что с ней тут происходило. И вот сегодня, на пятый день она опять пришла.       — Погоди-погоди… — Дин прекратил смеяться с того случая, что рассказала ему только что Стелла. — То есть ты просто подошла к нему, а он схватил тебя за руки и повалил на себя? А потом он тебя поцеловал? — изогнул бровь блондин. — Слушай, сестренка, а ты с ним, случаем, не мутишь?       — Кх! — Стелла подавилась соком, который отпивала в тот момент из бокала, что взяла с подноса на небольшом столике у кровати. — Не дай Бог! — распахнула она свои глаза, со звуком ставя бокал на место.       — Да? А чего же ты тогда целуешься с ним? — рассмеялся блондин, зарываясь руках в волосах сестры, спутывая их, срывая с её уст звонкий смех.       Сия «минутка смеха» была нарушена звуком открывающихся дверей. В комнату вошел до боли знакомый Стелле человек, и совсем незнакомый Дину человек. Перед Стеллой в обыкновении предстал Кино, а перед Дином во всей своей красе принц вампиров. Они еще не встречались за эти четыре дня ни разу. Дин уже успел чуть не перегрызть глотку Юрию и не послать куда подальше закатившую ему скандал Фуари, а вот с этим Кино, который ему из рассказов не сильно-то понравился, еще не встречался.       Стелла много рассказывала Дину о принце вампиров. И то, как они с ним первый раз встретились, и её первое и нынешнее впечатление о нём, и о нем самом, и о его характере и прочем. подобном.       Светловолосая сразу же перевела на Кино взгляд, который явно, как показалось Дину, означал «привет» или «рада тебя видеть», а вот сам старший Кристелл нахмурился, сверля этого странного парня взглядом.       — Извините, что прерываю вашу милую беседу, но всё же не мог не зайти не поздороваться, всё же мы еще ни разу не виделись, — по вежливому тону и до жути дорогой и стильной одежде Дин сразу понял, что перед ним и стоит тот самый принц вампиров Сакамаки Кино, о котором он так наслышан. Растянув на лице ухмылку, Кристелл встал с кровати, подходя ближе к вампиру.       — Кино, — Сакамаки протянул руку для рукопожатия.       — Дин, — в том же тоне произнес Кристелл, пожимая холодную, словно лед руку. — Так ты, судя по рассказам, принц вампиров?       — Хм… Вижу, тебе про меня уже рассказали, — темноволосый мельком глянул на сидящую на кровати Стеллу. — Да, это так. Позволь узнать, ты сразу этому поверил? А то твоя сестра так доказывала мне три месяца назад, что мои клыки приклеенные…       — Неужели я так была похожа на суеверную? — нахмурилась блондинка, вставая с кровати, подходя ближе к двум парням.       — Поверил-поверил… — вздохнул Дин, прикрывая голубые глаза. — Но и мне позволь задать тебе вопрос…       — Смотря какой, — усмехнулся Сакамаки, прищуриваясь. — Мало ли… Вдруг ответ на этот вопрос — одна из моих каких-нибудь тайн?       — Не думаю, что ответ на мой вопрос — тайна. Что я здесь делаю? Какова цель моего пребывания здесь? — спросил прямо блондин, сводя брови к переносице.       — Цель твоего пребывания здесь — остаться в живых, — монотонно произнес Кино, после сказанных слов растягивая на лице ухмылку. — Я думаю, тебе известна моя фамилия. Есть ли кто-то с такой же фамилией в мире людей?       — Сакамаки Тоуго, — усмехнулся в ответ Дин. — Твой отец, верно? И каково же быть принцем и сыном короля вампиров?       — Знаешь, не очень…       — А чего так?       — А тебе понравилось бы сидеть целыми днями в детстве в своей комнате, вызубривая от корки до корки все гуманитарные и точные науки, пока все остальные дети бегали и резвились на улице?       — Нет. Сочувствую… Но особняк крутой.       — Это дворец.       — Да я это и хотел сказать… — парни засмеялись.       — Думаю, мы поладим, — произнес Кино, засовывая руки в карманы брюк.       — Тоже так думаю, — усмехнулся Дин.       Стелла стояла неподалеку, наблюдая за всей сценой. Смешно всё-таки.       — Кстати… Я немного не понял. В смысле «цель твоего пребывания здесь — остаться в живых»? — не понял Кристелл, вскидывая брови вверх.       — Я думаю, ты заметил, что последним временем мой отец продвинулся в сфере бизнеса. Раньше он фигурировал исключительно в сфере политики на высших ступенях, а тут его потянуло в иную степь… — начал темноволосый, снимая с лица ухмылку. — Чтобы продвинуть свой бизнес дальше, он решил устроить «уборку» в топе лучших бизнесменов Токио. Что из этого вышло — Токио уже узнало. Вчера принесли газету, где было написано, что четыре дня назад произошло одиннадцать убийств и все жертвы — богатые люди…       — Погоди… — Стелла прервала рассказ Сакамаки. — Ты говорил, что отец приказал тебе навести так званную «уборку». Получается, ты приказал своим слугам убить этих бизнесменов? — нахмурилась светловолосая.       — Ты знаешь, кто я… Статус обязывает, — вздохнул принц, запуская свою ладонь себе в волосы. — Или думаешь, я никогда не казнил и не приказывал убивать кого-либо? Помнишь ту сцену в подвалах дворца? — прищурился он, заставляя Стеллу вздрогнуть из-за воспроизводимых в голове картинках того убийства.       — Молчу… — помахала ладошками она, делая пару шагов назад, усаживаясь в кресло.       — Так четыре дня назад ты приказал убить одиннадцать человек из топа-двадцатки? — изогнул бровь Дин.       — Да, — спокойно ответил Кино.       — Несмотря на то, что ты принц вампиров, я тебя тоже теперь уважаю, — присвистнул блондин, расслабленно хлопая в ладоши.       — Что? — не поняли Стелла и Кино.       — Некоторые из того топа уже давно перегнули палку… Так что им действительно пора в другой мир, авось их душа очиститься от грехов, — усмехнулся Кристелл. — Так… А я-то тут причем? И еще… В том топе был Йонаг Кристелл, — Дин перевел взгляд на Стеллу, после чего вновь на Кино. — Он жив? Его не трогали?       — Нет, Йонага я вычеркнул из списка, — утвердительно кивнул Сакамаки. — Хотя… Его бы и так не тронули. А тебя сюда привели потому, что завтра или сегодня мой отец может обо всем узнать и послать в твой дом киллеров. Те тебя бы убили, а так мой отец будет думать, что я приказал выкинуть твое тело в какое-нибудь болото, — усмехнулся он.       — Весело живем, — произнесла Стелла. — А мой папа? Он ему…       — Нет, ничего, — пересек её Кино. — Он ему ничего не сделает. Все подозрения тогда упадут на моего отца, поэтому нет.       — А что насчет эти одиннадцати бизнесменов? — в тему задал вопрос Дин. — Почему он свои проблемы на тебя скинул?       — Я же его «любимый сыночек», как он выразился, — от своих слов даже самому Сакамаки стало дурно. — Плюсом, если их прикажу убрать я, то на него не упадут подозрения, так как у него будет алиби…       — Да… — протянула Стелла.       — Ладно тогда… Познакомились, поговорили, а теперь у меня дела, — произнес Кино, прикрывая глаза.       — Я тоже тогда пойду, — улыбнулась Стелла, вставая. — Я тебе вечером замок покажу, — кинула она брату напоследок.       — Хорошо, — усмехнулся блондин, усаживаясь в кресло, в котором сидела его сестра.       — Только в темницы не ходите, там сейчас не очень приятная картина, — обратился к ним Кино, приоткрывая двери.       — И что же там такого? — спросила Стелла.       — Вчера поймали шайку демонов, которые убивали своих же… Без причины или цели, — ответил Сакамаки, усмехаясь. — Там Юрий еще два дня будет проводить им профилактику, так что… Вы меня поняли, — произнес он, выходя из комнаты. — Приятно было познакомиться, — кинул он Дину напоследок.       — Взаимно, — услышал он уже в коридоре.       — А вы поладили, — улыбнулась Стелла. — А говоришь «с моим-то характером…»              — Это еще надо смотреть, какой человек… Кому-то мне хочется вырвать глотку сразу, а с кем-то попробовать найти общий язык, — усмехнулся Сакамаки.       — Знаешь, а я вот в первый день своего пребывания здесь не думала, что мы с тобой когда-нибудь поладим, — произнесла Стелла, улыбаясь.       — Да я тоже думал, что ты мне в следующий раз, когда я захочу твоей крови после первого того раза глотку перегрызешь, а я еще и жив остался. Удивительно, не правда ли? — темноволосый рассмеялся.       — Ну… Как бы… Это…       — Можно на японском, пожалуйста?       — Крови не хочешь? — тихонько спросила Стелла, протягивая свою руку. — А то как бы уже пять дней прошло… Мне Фуари сказала, что Хайлин… Покончила с собой. Так вот…       — Заманчивое предложение. Очень заманчивое. Я сейчас в кабинет… Ты со мной?       — Я хотела дочитать свою книгу, но, думаю, пойду с тобой… Может, помогу как-нибудь. Всё же я собиралась после школы в том же Рётей получать три образования, одно из которых экономическое, — произнесла девушка, усмехаясь. — Плюсом, я часто помогала маме и папе разбираться с документацией… С этим всем я дружу.       — Да? А как у тебя с английским? — усмехнулся Кино, поглядывая на девушку боковым зрением.       — Проходила в прошлом году у репетитора тест… 97% из 100%, — похвасталась блондинка, довольно выпрямляя плечи.       — Хех… Тогда тебе со мной скучно там не будет, — вновь усмехнулся вампир.       — Это было сказано двусмысленно?       — Да нет…       — А мне кажется, что да.       — Возможно.       — Кино!       Двери кабинета захлопнулись за этими двоими, а по коридору эхом покатился звонкий смех Кристелл.

***

      — Вот, значит, как… — в кресле спиной к выходу сидел мужчина лет тридцати. В правой руке у него была газета, вверху одного листа которой красовалась надпись «Tokio News», а в другой руке был лист бумаги, на котором было что-то своим почерком написано — Значит, мой сын все же решил вести свою игру. Интересно, — Карлхайнц улыбнулся. Не оскалился, не разозлился, а улыбнулся.       — Господин, вы уверенны, что нам стоит отсылать это письмо в мир демонов? — рядом с креслом короля вампиров стоял еще один мужчина в черном костюме, который держал в руках белый конверт с красной печатью в виде герба клана Сакамаки. — Не думаю, что принцу понравиться, что мы лезем в его дела… Да еще и такое пишем ему.       — Кино, мой дорогой сын… — Карлхайнц прикрыл золотые глаза. — Ты давно уже стал взрослым. Рано или поздно ты должен был пойти против моего слова. Что же… Пришло время узнать, сможешь ли ты выстоять против первого порыва ветра, сынок… — Тоуго усмехнулся. — Джеймс, — обратился он к тому самому мужчине. — Отправляй…       — Вы уверены?       — Да, полностью, — усмехнулся Карлхайнц.