Пылкая страсть

      — Я его ненавижу! Ненавижу!       — Стелла, успокойся!       — Никогда, слышишь, я никогда не прощу его за это! — кричала Кристелл, пытаясь вырваться из цепкой хватки Кино. — Пусти меня! — билась в рыданиях она, отталкивая принца.       — Стелла! — темноволосый осел вместе с Кристелл на пол, прижимая её к себе. Сакамаки направил взгляд своих алых глаз на окровавленное тело, что лежало неподалеку от них. Принц оскалился, сильнее прижимая к себе светловолосую девушку, захлебывающуюся собственными слезами.

***

      Прошло два дня с тех пор как провели ритуал над погибшей сестрой Кино. Во дворце по-прежнему был траур, все носили красные одежды, но теперь одежды у девушек были длинными, так как тела должны были быть прикрытыми хотя бы наполовину.       Сейчас Стелла сидела в своей комнате вся злая и раздраженная. Это длинное платье, которое вечно приходилось поправлять просто бесило! На ней шикарно сидело длинное алое платье с ажурным верхом и свободной юбкой. В глаза сразу бросалось дорогое колье с рубинами, на правой руке браслет с теми же красными камнями. Можно сказать, что её нарядили как принцессу. Когда она шла, то во дворце у всех дыхание перехватывало. Все служанки тихо завидовали, а мужчины тонули в своем негодовании, так как понимали, что эта прекрасная дева в прямом смысле этого слова принадлежит их принцу.       По виду Стеллы даже нельзя сказать, что её нарядили как на траур. Нет, траур уже давно у всех прошел, но желание блестеть в глазах друг друга у всех осталось. Кристелл этого не хотела. Конечно, ей доводилось носить и такие шикарные платья, и такие драгоценности, все же богатенькие все могут себе позволить, но в все же… Её просто засыпали всем этим.       Кристелл встала с кресла и, держа в руках этот противный подол, дабы не навернуться на своих каблуках, гордо выпрямив спину, пошла по направлению к выходу из комнаты. Выйдя из комнаты, Кристелл безмолвно прошла мимо смотрящих на неё стражников. Ей уже осточертело, что все смотрят на неё, раскрыв рты. Конечно, любой другой девушке понравилось бы это. Изначально это и Стелле понравилось, но когда с ней некоторые умные начали заигрывать и говорить что-то наподобие «господину Кино очень нравится красный цвет» или «Принц оценит», то её действительно прорвало.       Она не понимала, что все эти демоны и вампиры находили такого особенного в ней? Она ведь самая обычная…       Двери в комнату Кино ей открыли тихие стражники, которые сразу же закрыли их после того, как она зашла. Сакамаки сидел возле окна в кресле и с озадаченным лицом смотрел в окно. Когда он услышал стук каблуков еще за дверью, то перевел взгляд на двери своей комнаты, которые спустя пару мгновений открылись и закрылись. Стелла вошла в комнату в длинном красном платье, придерживая длинный подол, дабы не упасть. Видеть на ней такую одежду было непривычно, все же такие платья даже девушки в их мире одевали редко.       Кристелл, пару секунд постояв на месте, все же соизволила подойти. Она уселась в кресло, которое стояло напротив кресла, в котором сидел Кино. Тяжело вздохнув, она откинула на спинку.       — Что делаешь? — спросила она, прикрывая глаза.       — Сижу, — усмехнулся Сакамаки, переводя на неё взгляд. — Зрение уже не стопроцентное, да? — добавил он.       — Язвишь? — вскинула бровь она. — Скучно сегодня… — И ты пришла ко мне, чтоб я разбавил твою скуку, — подвел итог принц, вставая с кресла, подходя ближе к Стелле.       — Эм… — вырвалось у неё, когда она подняла взгляд на смотрящего на неё с высоты своего роста вампира. — Возможно, — встала девушка с кресла, поправляя платье.       — Можем пройтись по саду, если тебе скучно, — предложил принц, притягивая ладонь.       — Можно, — немного покраснев, Стелла взялась за холодную ладонь Кино, направляясь вместе с ним к выходу. — Только вот… Давай зайдем ко мне в покои, я хочу одеть короткое платье, а то в этом неудобно, — нахмурилась она, пряча взгляд за челкой. Сакамаки в ответ усмехнулся.       Спустя пару минут Кино уже сидел на кровати Кристелл, при этом ожидая, пока Стелла оденется. Спустя пару минут Кристелл вышла из ванной комнаты в том самом платье, которое ей пошили в самый первый день траура.       — Пошли? — спросила она.       — Пошли, — Сакамаки встал с кровати, выходя вместе с ней из её покоев. Они быстро спустились вниз, спустя пару мгновений уже выходя через один из выходов в сад.       Они прошлись к белой беседке, которая стояла где-то возле развесистых деревьев в углу сада. Они стали возле клумб с розами, что шли от беседки до фонтанов, которые располагались у входа во дворец.       — Ты сегодня какой-то молчаливый, — произнесла Стелла, наклоняясь к большой алой розе, осторожно обхватывая пальцами стебель с большими колючками. Кино на такие слова опустил на неё усталый взгляд, уже давая понять, что он слишком устал от всех эти приготовлений.       — Слишком много дел, — произнес он, глядя на неё сверху вниз.       — Кстати, — произнесла Стелла, отпуская стебель цветка, выпрямляясь. — Я вчера из окна видела какого-то странного парня. Он куда-то уезжал на лимузине, а потом, где-то через полтора часа вернулся. У него еще светлые волосы… Если я не ошибаюсь, то он… Альбинос.       — Это мой брат, — недовольно произнес на все это Кино, заставляя Стеллу удивиться.       — Да? — расширила свои глаза она. — Он так мило вчера беседовал с Фуари и Юрием возле главного входа. Он ведь вампир?       — Да, только вот… — на этой ноте Сакамаки запнулся.       — Двуличный? Наглый? Сволочь? — начала догадываться Стелла.       — Ну, да… — решил не договаривать принц. — «Чувствую, на его душе грехов больше, чем на моей» — пронеслось в его голове.       — Да… Как же все-таки весело мы живем, — посмеялась Кристелл, видя, что у Кино вообще отпало всякое желание разговаривать. — Ну, скажи хоть что-нибудь, — попросила она, легонько толкая его локтем в бок.       — Тебе очень идет это платье, — хватая девушку за руку, произнес Кино, заставляя её смутиться.       — Спасибо, — произнесла она, отворачивая голову, чувствуя, что её притягивают к себе. Она не знала, куда кинуть взгляд, лишь бы не поднять его на принца. Именно поэтому она вновь посмотрела на розы, обхватывая себя руками из-за небольшого порыва ветра, непроизвольно прижимаясь к вампиру.       — Думаю, нам лучше зайти, — произнес Кино, чувствуя, как начало дрожать соприкасающееся с ним человеческое тело. — Дождь скоро начнется, — добавил он, обхватывая плечи девушки, перемещая их во дворец, а именно в свой кабинет.       Стелла, раскрыв глаза, усмехнулась. Все же прикольно перемещаться за одну секунду. У вампиров веселая жизнь, если не считать жажды… Наверное.       Послышался звук грома. Кино был прав, сейчас будет дождь. И что теперь делать? Вновь скукота…       — Что будешь делать? — спросила Стелла у Кино, надеясь найти себе хотя бы занятие помощницы.       — Удивишься, — усмехнулся вампир, подходя к кровати. — Спать, — ответил он, присаживаясь.       — Я с тобой, — монотонно произнесла она, решая остаться. С Кино хотя бы не будет скучно. Сакамаки устремил на неё удивленный взгляд, когда девушка легла на его кровать, прикрывая глаза. Он прилег напротив неё, вглядываясь в лицо Кристелл. Стелла открыла золотого цвета глаза, видя задумчивый взгляд вампира.       Сверкнула молния. В комнате стало как-то темно. Уже и так было четыре вечера, хотя в такое время летом еще светло, но из-за затянувших все небо темных туч стало темнее. В комнате тоже стало темнее. Именно в этот момент Стелла заметила, что алые глаза Кино как-то странно светятся в темноте, прямо как у кота. Может, это из-за того, что у вампиров есть общие с некоторыми животными инстинкты? Или это здесь не причем?       — Кино, — тихо произнесла его имя Стелла. — А что это за чувство… Жажда?       Кино слегка удивился такому вопросу. Вот тебе тишина-тишина, и тут такое спрашивают.              — Ну… — темноволосый слегка задумался. — Представь, что тебе в горло заливают раскаленную сталь, вот это именно то чувство…       — Да? — глаза Кристелл расширились. — Но это ведь больно… А если жажда только-только напала?       — Все как раз и зависит от времени, — произнес вампир. — Если только напала, то появляется просто першение в горле, если вампир затягивает и не пьет кровь долгое время, то уже его состояние ухудшается, — пояснил он, горько усмехаясь. — А почему спрашиваешь? — прищурился Сакамаки.       — Просто мне интересно, — честно ответила Стелла, как-то резко становясь какой-то грустной. — Я смотрю на тебя и думаю — в нас больше общего или разного? Если сравнивать вампира и человека, то выигрывает, конечно, вампир, но все же… Мне очень интересно, что у тебя за жизнь… Хорошо ли быть вампиром или же нет? Все же ты не просто какой-то там левый вампир, а принц вампиров…       Таким словам Кино удивился. Впервые у него кто-то спрашивает о таком. Естественно, вампир спрашивать о таком не будет, а люди попросту побоялись бы спрашивать о таком.       — Знаешь, если бы я имел право выбирать, то выбрал бы простую человеческую жизнь, — признался Сакамаки, протягивая руку к Стелле, касаясь холодными пальцами её горячей, как ему самому показалось, щеке. — Тебе очень повезло… Да, физиологически мы очень разные, ведь у меня даже сердце не бьется, — усмехнулся он, через мгновение поправляя самого себя. — Точнее бьется, но неслышно…       — Это из-за того, что твоя мама была демоном, а у демонов кровь циркулирует по телу, — догадалась Стелла. — А можно… Послушать? — подавляя смятение, осторожно спросила она. Принц усмехнулся, разрешая девушке положить голову ему на грудь, прижимаясь к его телу.       Тук-тук… Редкие и очень тихие удары. Его сердце действительно бьется, хоть его тело такое холодное.       — Это… Невероятно, — улыбнулась она, вновь ложась рядом.       — Твое сердце стучит куда быстрее, а в некоторых ситуациях так вообще готово выпрыгнуть, — усмехнулся Сакамаки, прикасаясь холодной ладонью к ладони Кристелл.       — Это не… — щеки девушки вспыхнули. — Вампир или человек, но парень всегда остается парнем! — возмутилась Стелла, поджимая губы.       — Ну, прости… Не я выбирал, кем мне рождаться, — посмеялся Кино.       — Но все равно, — подавляя недовольство, произнесла Стелла. — Мне интересна твоя жизнь… Почему ты бы выбирал обычную человеческую, если у тебя такая роскошная жизнь? Даже если не брать в счет все эти богатства, то у тебя есть сила, скорость, зрение и обоняние, которые превышают человеческие показание раз в десять, плюсом, бессмертие… Вечность… — не понимала она, заставляя Кино устало прикрыть глаза.       — Вечность, — повторил за Стеллой Сакамаки. — Идет мой только четвертый век, а мне уже надоело...       — Надоело жить? — удивилась Кристелл, расширяя глаза.       — Изо дня в день изнывать от жажды крови, — назвал он одну причину. — Каждый день выслушивать басни о том, как некоторые люди подозревают о нашем существовании, — назвал он вторую. — И еще много факторов, заставляющих осознавать, что лучше прожить обычную человеческую жизнь, при этом хотя бы ощущая боль и пульсацию крови по венам… Именно поэтому тебе повезло, — улыбнулся Кино, смотря в удивленное лицо блондинки. — Ты хочешь жить, имеешь смысл жизни, умеешь чувствовать и любить, а некоторые из нашей расы и смысла жизни не имеют, — усмехнулся он, вновь устало прикрывая глаза.       — Как будто ты не умеешь чувствовать и любить, — нахмурилась Стелла.       — Может, умею, — произнес Кино, усмехаясь. — А может, не умею. Я привык прятать эмоции или под высокомерной ухмылкой, или под маской хладнокровия. Высмеивания кого-то и презрение к кому-то. Это единственное, что я обычно показываю другим.       — Но ко мне ты ни разу этого не проявлял, — произнесла Стелла, заставляя вампира принять задумчивый вид.       — Мне еще тогда показалось, что ты не такая, как все смертные, — произнес Сакамаки, заставляя Кристелл вновь удивиться. — И я убеждаюсь в этом даже сейчас, спустя четыре месяца… Любой другой, наверное, сейчас не лежал бы здесь, а если бы и лежал, то дрожал бы от страха…       — Мне… Мне не страшно, — произнесла Кристелл, протягивая руку к вампиру. Она знала, что рядом с ней лежит самое опасное существо на этой земле, но ей не было страшно. — Может, я привыкла, а может…       -…Еще не видела моего истинного лица, — продолжил за неё Кино, хоть Стелла собиралась говорить совершенно другое. — Нет, двуличием не страдаю, но ты не знаешь, на что я способен, и будет хорошо, если никогда не узнаешь, — добавил он, после этих слов меняясь в лице. На этом он собирался закончить диалог, уже вставая с кровати, но Стелла, которая явно поняла, в чем дело, схватила его за рукав, заставляя его опустить на неё холодный взгляд.       — Выпей моей крови, — серьезно произнесла она, зная, что он не пил крови уже около шести дней. Она сама не понимала, зачем это говорит. Наверное, это был голос сердца, а не разума.       Сакамаки, не меняясь в лице, хотел вновь развернуться и пойти к выходу, но Стелла, которая резко соскочила с кровати, встала перед ним, поднимая голову вверх. Темноволосый отвел взгляд в сторону. Тогда девушка положила руки ему на плечи, заставляя все же вновь опустить на неё взгляд, встречаясь с её уверенными золотыми глазами.       Одна рука непроизвольно схватила девушку за талию, а другая зарылась в её светлых волосах, немного наклоняя её вбок, оголяя шею. Горячее дыхание опалило нежную кожу, и в следующее мгновение острые клыки Кино осторожно пронзили шею девушки, заставляя её зашипеть от боли, сжимая кулачки на рубашке вампира.       Её горячая кровь заставляла разум мутнеть, словно вино. Любая человеческая кровь сводила вампира с ума, но если это еще и его любимая группа крови, а жертва изгибается и стонет в его руках, то было невозможно сдерживаться.       — Кино… — сорвалось с её губ, когда его клыки вновь вонзились в её плоть. Сейчас ей не было жалко своей крови, все же она знала, что Кино не будет выпивать её до самой последней капли крови, но эта резкая боль, когда острые клыки как наточенные лезвия разрывали её кожу, была невыносима. Хотелось кричать, но с уст срывался только протяжной стон боли.       Спустя пару секунд её сознание помутнело. Ноги уже не держали её, и Стелле ничего не оставалось, кроме как разжать ослабевшие пальцы, сжатые на рубашке, и не откинуться на руки держащего её тело вампира. Сакамаки оторвался от шеи Кристелл, кладя её на свою кровать, вытирая стекающую с бледных губ кровь.       Спустя пару мгновений двери комнаты закрылись, оставляя Стеллу одну. Тучи за это время успели затянуть все небо. Через пару минут стеной полил сильный ливень.

***

      Прошло уже около трех часов с тех пор, как Кино уселся за свой письменный стол и начал разгребать бумаги, но мысли его все равно занимали два человека — Дин и Стелла. Он уже придумал план, как обвести отца вокруг пальца, только вот… Это провернуть сейчас или позже? На часах уже семь часов вечера, а отец приезжает в девять… Осталось два часа.       Двери кабинета открылись, и перед Кино предстал Юрий. Слуга поклонился, заставляя принца поднять на него взгляд.       — Юрий, — произнес Сакамаки, кровожадно сверкая алыми глазами. — Помнишь ту башню, на верхушку которой мы «нанизывали» тела предателей, которых убивали?       — Конечно помню, господин, — усмехнулся мужчина. — А что, у нас появились предатели?       — Не совсем, я просто выполняю поручение отца, — произнес Кино, усмехаясь. — В общем, я хочу, чтобы сегодня к девяти часам истерзанное и потрепанное самыми изощренными пытками тело Дина Кристелла было «надето» на верхушку башни, — оскалился принц, сверкая глазами. — Хочу, чтобы его кровь красиво стекала по башне до самой земли. Я надеюсь, ты сделаешь все именно так…       — Простите, — учтиво остановил принца Юрий, немного удивляясь. — Вы имеете ввиду того Дина Кристелла?       — Да, Юрий, именно того, — улыбнулся Кино, прищуриваясь. — А следом за ним на вершину башни оденьте тело Фамаэль Кугинуки. Шпионов в своем дворце я не потерплю, — добавил Сакамаки.       — Как прикажете, — Юрий поклонился, после чего исчез, оставляя Сакамаки одного.       — «Он думает, что может помыкать мною» — усмехнулся про себя Кино, поворачиваясь к окну. — «Глуп только тот, кто думает, что никогда не упадет… Очень хорошо эта фраза становится действием под сводами королевского дворца» — пронеслось в голове принца. — «В любом случае, отец уже никогда не будет иметь власти в мире демонов. А после я избавлю от его власти и мир людей. Ему придет конец…»

***

      Главный дворец мира демонов озарился под вечер огнями. Все слуги собрались в главном холле дворца, выстроившись в ряд. Началом так названой «самой первой цепочки» являлись Кино, Стелла, Фуари, Юрий и Юи, которую, наконец, соизволили вытащить из комнаты, где она все это время сидела. Кино к ней заходил только раз и то, в тот день, когда она только объявилась здесь.       Двери дворца открыли стражи. Вместе с большим количеством прислуги и стражников во дворец плавной походкой вошел высокий красивый мужчина в длинных королевских одеждах, что спадали до самого пола. До того же пола спадали его длинные кудрявые волосы, которые в свете ламп отдавали серебристым, практически белоснежным цветов. Его золотого цвета глаза светились доброжелательностью, а на лице застыла добрая приветливая улыбка. Все присутствующие улыбнулись и дружно склонились. Один лишь Кино знал, насколько была лицемерна эта маска отца, что застыла на его лице.       Тоуго практически сразу же оказался возле сына, улыбаясь, с ног до головы оглядывая своего наследника и принца вампиров.       — Сын мой, — произнес Карлхайнц, выпрямляя плечи.       — Добро пожаловать, отец, — монотонно произнес темноволосый, не светясь какой-либо радостью.       — Даже не обнимешь отца? — хитро прищурил золотые глаза Тоуго, заставляя сына проглотить все на свете, в том числе и то, что он хотел сказать, и обнять своего отца.       Далее мужчина заприметил стоявшую рядом с сыном светловолосую девушку с красивыми глазами цвета золота, сразу же узнавая в неё ту самую Стеллу Кристелл, которую не видел около четырех месяцев, но о которой Токио гудит до сих пор.       — Мисс Кристелл, — учтиво произнес Карлхайнц, сверкая улыбкой, при этом беря девушку за тонкую ручку и преподнося к своим губам, целуя её запястье.       — Господин Карлхайнц, — кивнула она, растягивая на лице улыбку, в глубине души даже не желая здесь находиться.       — Как поживаете? — спросил король вампиров, желая узнать, какие же все-таки отношения сложились у этой девушки с его сыном.       — Вполне хорошо, — подумав, ответила светловолосая, все так же улыбаясь. — Здесь очень красивый дворец, да и я тут уже освоилась…       — Это хорошо, что вы тут освоились, — улыбнулся в ответ Тоуго. — Я бы сразу с шикарного особняка на шикарный дворец не мог сразу переключиться, — надавил он на больное, заставив Стеллу опустить глаза в пол.       — Я быстро привыкла, — ответила Стелла, не изменяя доброжелательному тону.       Далее Сакамаки поздоровался с Юрием и Фуари, которых сам приставил к своему сыну еще тогда, когда была жива Анабель. Когда очередь дошла до Комори, то Стелла обратила на короля вновь свое внимание, но больше она питала интереса к той самой Юи, которую она последний раз видела месяц назад.       — Юи Комори, — улыбнулся он, смотря на миниатюрную блондиночку, что стояла с согнутыми коленями и не поднимала взгляда. — А вы как поживаете?       То, что ответила блондинка, Стелла не услышала. Или она так тихо говорит, или вообще говорить не умеет. Одно из двух.       Диалог Тоуго и Юи длился недолго, однако его конец не понравился никому.       — Кино, — обратился Карл к сыну, вместе с Юи, опустившей голову, подходя к сыну.       — Что? — спросил принц, изгибая бровь.       — Почему девушке внимания не уделяешь? — прямо спросил король, растягивая на лице хитрую ухмылку.       — В смысле? — не сразу дошло до темноволосого.       — В прямом, — посмеялся Тоуго. — Мне сказали, что ты за эти два месяца только раз к ней заходил… Это так?       — Так, — кивнул в знак согласия принц. — А что, я должен к ней по пять раз на день бегать? — недовольно спросил он, вызывая у Стеллы даже некое чувство облегчения.       — Она девушка и достойна внимания. Я на эти полгода отдал Еву тебе. Пока я занят политикой мира людей, она будет пребывать здесь, но это не значит, что ей нужно просто выделить покои, чтоб она там просиживала каждый день, — незлобно нахмурился Карл. — Именно поэтому, сегодня зайдешь к ней, — приказал он, заставляя принца поднять на отца удивленный взгляд.       — Сам решу, когда и к кому мне заходить, — прошипел в ответ на это темноволосый, недовольно скалясь. — А теперь, Ваше Величество, прошу пройти со мной в мой кабинет…       — Хорошо, — кивнул Карлхайнц. — Возьми с собой Юрия и милую леди, — мужчина перевел взгляд на Стеллу.       — А леди зачем? — нахмурился принц вампиров, не горя желанием втягивать во что-либо, связанное с отцом, Кристелл.       — У меня для неё есть небольшой сюрприз, — произнес Тоуго, улыбаясь.       — Даже не хочу спрашивать, что это, но все же спрошу… И что это за сюрприз? — изогнул бровь Кино.       — Не скажу, — усмехнулся мужчина. — Пойдемте… — он направился по лестнице наверх.       Кино, тяжело вздохнув, перевел взгляд на нахмурившуюся и взволнованную Стеллу.       — Пойдем, — взял он её за руку, направляясь за отцом.       — И что это за сюрприз такой? — спросил наконец Кино, когда они зашли в его кабинет.       В комнате находилось четверо: Юрий, Стелла, Кино и Тоуго, но все они чувствовали витающее в воздухе напряжение.       — Отец… — нахмурился Кино.       — Мой дорогой сын, — улыбнулся Тоуго, подходя ближе к темноволосому парню, кладя ему руку на плечо. — Мне тут доложили о небольшом плане, который ты хотел провернуть. Прости, но я пересек все твои действия… Думаю, наша милая леди будет разочарована сейчас, — Сакамаки перевел взгляд на Стеллу, после на Кино, который после его слов перевел взгляд на Юрия. — Можешь не смотреть на слуг, я убил всех, кого Юрий послал провернуть это дело…       — Где он? — прямо спросил Кино, хмурясь. Тоуго ухмыльнулся.       — Стража, — громко произнес он, после чего двери в кабинет открылись. Трое вампиров, облаченных в красные одежды, внесли в кабинет в белом полотне чье-то тело, кладя его на пол. На простыне виднелись темные алые пятна, которые заставили Стеллу подойти ближе к Кино, а самого принца сжать в гневе челюсти, демонстрирую клыки.       — Что это? — спросила Стелла, тоже хмурясь.       — Мой вам сюрприз, моя милая леди, — улыбнулся Карлхайнц, взглядом указывая слугам развернуть простыню.       Когда её развернули, то все увидели искалеченное тело знакомого всем парня. Стелла расширила глаза, хватаясь за пиджак ошарашенного принца, который явно такого не ожидал. Горло парня, лежащего перед ними на полу, было перерезано, левой руки не было, из живота, а точнее из его правого бока торчал кривой кинжал.       На весь коридор, отбиваясь от стен и эхом разносясь по коридорам, раздался крик. Стелла упала на колени, закрывая лицо руками. К этому ужасу она была не готова. Ладно еще, если бы это был кто-то левый, но это был Дин… Её брат лежал в этой простыне в таком состоянии. Вполне логично, что уже не дышит.       Слезы брызнули из глаз, и сразу же плач перешел в истерику. Стелла подорвалась с места и хотела броситься к телу родственника, но Кино схватил её за руку и прижал к себе, заставляя уткнуться ему в грудь.       — Пусти… Пусти! — попыталась вырваться она, не её не пустили. — Дин… Брат… Дин! — сорвалась она на истошный крик, падая на колени, прижимая ладони к лицу. Кино осел на пол вместе с ней, прижимая её к себе.       — Ну ты и тварь, — кинул он в сторону отца, сверкая алыми глазами.       — Сын мой, неужели тебе так дорога эта девушка? Влюбился в человека за пару месяцев? — усмехнулся Тоуго, заставляя сына оскалиться. Он был хорошо проехался ему по лицу кулаком, если бы не Стелла, которая повисла у него на руке и у которой уже началась истерика.       — Стража, вынесите тело, — приказал он стоящим стражникам. — Ты, — перевел он взгляд на отца. — Выметайся из этого дворца. И чтоб ноги твоей здесь больше не было. Объявишься, и я без всяких задних мыслей прикажу убить тебя! — буквально выплюнул принц эти слова, заставляя Карлхайнца тяжело вздохнуть. В следующее мгновение тот испарился в воздухе.       — Дин… Дин! — продолжала кричать Стелла, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. В следующее мгновение перед глазами резко потемнело. В области сердца начало что-то колоть, а дыхание резко вновь резко перехватило. Сознание покинуло Кристелл уже второй раз за день, но второй был уже не из-за потери крови.       — Господин, у неё нервный срыв, — произнес Юрий, хмурясь.       — Зови врача, — произнес Кино, поднимая на слугу взгляд. Юрий выбежал из кабинета и побежал по коридору к дворцовому врачу.       Кино опустил взгляд на Стеллу. Её щеки которой были мокрыми, тушь потекла. Он не знал, чем это окончиться для неё. Судя по информации, которую на неё нагребли, она была с Дином в очень хороших отношениях, все же они вместе с детства. И что теперь? Как она это переживет?       Сакамаки тяжело вздохнул, стискивая зубы. Он прижал девушку к себе. чувствуя перед ней вину, все же его отец убил её брата.       — Прости..