Пылкая страсть

      Темная ночь опустилась на мир демонов и мир людей достаточно быстро. Уже была середина осени, темнело рано. Уже сейчас, в семь часов вечера, Стелла стояла на веранде, который освещался настенными факелами. Девушка смотрела куда-то вдаль, выражение её лица нельзя было назвать грустным или же расстроенным. Она была недовольна.       Двери скрипнули. Джеймс Гилл сделал пару шагов впереди и остановился. Кристелл не стала медлить и повернулась к слуге принца вампиров лицом и сделала два шага вперед ближе к вампиру, но при этом сохраняя между ними дистанцию.       — Госпожа Стелла Кристелл. Доброго Вам вечера, — слуга поздоровался, склоняясь перед Кристелл. Она была девушкой принца, которая, плюсом ко всему, была обращена его кровью. Этот факт обязывал всех почтительно относится к ней.       — Джеймс Гилл, — коротко кивнула она, приветствуя его.       — Вы звали меня, — спокойно произнес он, после чего хотел продолжит, но запнулся. — Не поймите меня неправильно, это всего лишь мои догадки, но мне кажется, или Вас что-то тревожит?       — Меня не просто что-то тревожит, Джеймс. И чтобы вернуть себе спокойствие, мне нужна твоя помощь, — произнесла Стелла, тяжело вздыхая.       — Эм… — слуга замялся. — Чем я могу быть полезен Вам?       — Думаю, ты знаешь, что случилось недавно в совете, — Стелла тяжело вздохнула. — Я не буду углубляться в подробности, поэтому скажу тебе прямо — это я виновата в том, что случилось.       — Что? — сразу же растерялся Гилл, но быстро вернул себе прежний вид. — Я не совсем понимаю Вас.       — Ты знаешь, кто такая Ханна Найдзэн? — спросила Кристелл, скрещивая руки на груди.       — Да.       — Я хочу, чтобы ты следил за ней. Она сейчас в мире людей, а именно в Токио. Мне нужно знать о ней все, что только можно.       — Но зачем это Вам..? — не подумав, спросил слуга.       — Когда Кино тебе что-то приказывает, ты тоже спрашиваешь, зачем это ему? — строго отозвалась на это Стелла.       — Простите. Хорошо, я сделаю все, что Вы захотите.       — Вот и хорошо. Буду ждать от тебя вестей.       — Доброго вечера…       — И тебе.       Стелла осталась на веранде одна. Да, сейчас все проблемы сгустились возле неё и давили, не позволяя жить нормально. Но она уже знала, как решит пару проблем.       — Стелла, ты тут? — Кристелл услышала голос Насумедзаки, которая, приоткрыв двери веранды, заглянула.       — Да, Фуари. Ты что-то хотела? — Кристелл отвлеклась от своих мыслей и взглянула на главную по дворцу.       — Я хотела задать тебе пару вопросов…       — Слушаю.       Стелла повернулась к служанке лицом. Фуари нахмурилась.       — Ты ведешь себя как-то странно. При Кино ты такая милая и добренькая, а сейчас ты какая-то властная и самовлюбленная. Что с тобой? — Фуари не стала ходить вокруг да около, а сказала прямо.       — Хм… — Кристелл отвела взгляд в сторону. — Все-таки заметила…       — Тут есть, что замечать, уж поверь. Да, было пару раз, когда при Кино ты вела себя так, как сейчас, но вчера… Вчера ты вела себя не так, как обычно. Я будто увидела в тебе ту самую смертную Стеллу, которой уже давно нет.       — Фуари… — Стелла тяжело вздохнула, прикрывая глаза. — Если я тебе все расскажу, ты обещаешь, что ни одной живой или мертвой душе об этом не поведаешь?       — Ты так говоришь, будто совершила что-то криминальное…       — И все же?       — Хорошо.       — В общем, — Стелла сделала два шага вперед. — Тебя интересует, почему вчера я вела себя странно, да? — Насумедзака кивнула. — Мне просто нужно было прикинуться дурочкой, чтобы Кино не заподозрил о том, что я хочу отомстить Ханне. На самом деле всю ночь я думала не о том, что случилось, а о том, как я отомщу Найдзэн. Вот тебе и результат. Скоро она поплатится за то, что посмела использовать меня.       — Вот оно что… — Фуари усмехнулась. — Но почему ты скрыла это от нашего принца?       — Я не хочу впутывать в это Кино, на нем и так висит много незаконченных дел и проблем. Я не хочу, чтобы он думал еще и об этом.       — Ты уверена, что сама справишься с Ханной? — Фуари нахмурилась. — Она, как мне кажется, та еще сука.       — Справлюсь, — Стелла повернулась к шатенке спиной. — Она заплатит за то, что сделала. Обязательно заплатит.

***

      — Юрий, что с тобой? — Кино, который сидел за своим столом и разбирал какие-то бумаги, мельком глянул на своего слугу, который сидел перед ним и время от времени тяжело вздыхал.       — Вся эта ситуация… Она меня волнует, мой господин, — признался слуга, не собираясь скрывать своих волнений. — Ваш отец теперь на свободе… Это не может не настораживать.       — Сомневаюсь, что он покажется кому-то из совета на глаза, в том числе и мне. Он ведь не самоубийца, — выражение лица темноволосого стало безразличным. — Меня отец не сильно волнует. Меня больше гложет ситуация с оборотнями.       — Я… Все знаю, мой принц.       — О чем ты? — не понял Кино, поднимая взгляд на мужчину.       — Я о Стелле Кристелл, — ответил Юрий. — Нет, я ни в коем случае не виню госпожу Кристелл, но я считаю, что сейчас лучше не выпускать её из дворца. Оборотни использовали её ради достижения своих целей, которых они достигли. Мне не хочется, чтобы Кристелл была использована. Она все еще считается одной из «новеньких» в нашем мире вампиров. Она еще толком и не знает, на какие поступки способны оборотни и вампиры ради достижения своих целей…       — Я понял тебя, Юрий, — произнес Кино. — Меня тоже это волнует. Тот факт, что они использовали ту, которая во дворце мне ближе всех остальных особенно настораживает. Хитро. Подло. Собственно, что и ожидалось от оборотней. Думаю, самым разумным здесь будет сыграть в их игру и по их правилам.       — Я не совсем понял Вас, — нахмурился Юрий.       — Мне тут птичка напела об одной интересной истории… — принц вампиров усмехнулся, открывая один из ящиков своего стола. — А история довольно-таки интересная, — на стол перед Юрием упала папка с названием «Джек Найдзэн». — Просмотри все бумаги, что там есть, и поймешь меня.       Юрий открыл папку и достал оттуда два полностью исписанных листа бумаги. Прошло около пяти минут. В кабинете была тишина, которую спустя эти пять минут нарушил слуга принца.       — Этого не может быть… — не верил в написанное мужчина.       — Может, — недовольно произнес Кино. — Джек жив. И он на свободе. Он настроил против себя весь свой клан, в том числе и своих детей. У оборотней своя война, и они, чтоб не так обидно было, решили втянуть туда вампиров. Что же… Видимо, нам придется помочь им навести порядки в своих округах.       — И каким же образом? — не понимал Юрий своего господина.       — Пригласи ко мне на завтра Харуку Касивадзаки. Я хочу поговорить с ним.

***

      Замок Кураяни Мугэн, что в переводе с японского означало «тьма бесконечная», считался самой высокой точкой мира демонов. Этот замок когда-то принадлежал лорду Вивиану Мотидзуки.       Лорд Вивиан Мотидзуки. Родился в 945 году. Был внебрачным сыном Ника Мотидзуки. Сводным братом Кэтсуо Мотидзуки. Двоюродным дядей Анабель Сакамаки…       Лорд Вивиан считался психически неуравновешенным садистом и деспотом. Говорят, что за все свои 700 прожитых лет он убил более 1000 вампиров и демонов. По миру демонов ходила легенда, что Вивиана Мотидзуки в 1658 году нашли мертвым в этом самом дворце, который ровно семь веков утопал в крови.       Вампир. Умер. Разве это можно как-то сплести?       Нет. Но легенда осталась. И внушала ужас.       На самом же деле Вивиан просто покончил с собой, когда понял, что его жизнь действительно ничего не стоит. Отец любит своего сына Кэтсуо от своей любимой жены Мики. Его брат, имея целых двух наследников, а именно уже взрослых сына и дочь, закрепил за собой почетное звание в мире демонов. А что он? Правильно, а Вивиан всего лишь огрызок общества.       Этот дворец был запечатан около трех веков назад. Этот дворец стал собственностью клана Сакамаки, когда Кэтсуо после смерти брата отдал дворец Анабель, а та, имея около четырех дворцов в мире демонов, приказала запечатать его.       Эту историю Стелла вычитала в одной книге во дворцовой библиотеке. Потом попросила Кино рассказать ей подробности той истории с Вивианом. История была довольно-таки увлекательна, если судить по вампирским меркам.       И вот сейчас от стен этого мрачного дворца эхом отбивался стук каблуков. Кристелл быстрыми шагами направлялась вглубь замка в сопровождении Джеймса Гилла и еще одного высокого мужчины.       Спустя пару минут перед всей троицей предстала высокая железная дверь. Гилл сделал два шага вперед и, достав из кармана старый, уже даже поржавевший ключ, вставил его в прорезь. Повернув его там два раза, он открыл дверь, немного отходя назад, переводя взгляд на Стеллу. Кристелл, коротко кивнув, сделала пару шагов вперед и зашла в комнату.       Это оказался довольно-таки просторный зал. Каменные стены, грязный пол. Видно, что здесь столетиями никто не бывал. Про запах и говорить не стоит. Тошнотворно.       Да, Стелла была довольно-таки брезглива. Ей не нравились эта свисающая с потолка зелена дрянь, ей не нравились стены и углы комнаты, обросшие мхом, ей не нравились эти противные писки мышей и крыс, которые доносились до её ушей, е не нравился противный запах. Она бы с удовольствием ушла отсюда и больше никогда сюда не возвращалась бы. Единственное, что перечеркивало это желание, так это лежащая на этом грязном полу девушка.       Ох, сколько крови… Прямо радует глаз.       Стелла самодовольно улыбнулась, подходя ближе к истекающей кровью девушке. Каштановые волосы Ханны сейчас были спутаны, одежда изрядно, если можно так выразиться, потрепана, на теле множество ран. Сразу же бросилась Кристелл в глаза довольно-таки большая рана на животе, которая почему-то не зарастала. Видимо, по её приказу этой девушке действительно причинили много боли.       — Ханна, рада тебя видеть, — шатенка приоткрыла карие глаза и глянула на возвышающуюся над ней светловолосую.       — Стелла… — прохрипела Найдзэн, упираясь ладонями в пол, пытаясь приподняться. Однако боль не позволила этого сделать. Ханна скривилась и упала обратно на каменные плиты. Она закрыла рот рукой и начала громко кашлять. Стелле на секунду даже показалось, что она задыхается.       А нет. Не показалось.       Сквозь пальцы Найдзэн стала просачиваться кровь, которой с каждым её вздохом становилось все больше и больше. Стелла с безразличным выражением лица наблюдала за этой картиной. Только когда девушка прекратила кашлять и обратно упала на пол, светловолосая повернулась к Гиллу.       — Она что-нибудь рассказала во время пыток?       — Да, мисс. Она рассказала о всех планах брата. Единственное, что осталось для нас загадкой, — это её отец.       — Хм… Вот оно как, — Стелла нахмурилась. Она подошла к Ханне и присела рядом с ней на колени. В следующий момент глаза Найдзэн распахнулись, а рот приоткрылся. От стен замка отбился истошный крик.       Кристелл пронзила грудную клетку оборотня и сжала в руке её сердце.       — А теперь, Ханна, ты расскажешь мне все, что знаешь.       — От… Отпус… — между прерывистыми вздохами пыталась что-то сказать девушка.       — Отпущу, если расскажешь.       — З… За… Зачем тебе это?! — собравшись с силам, выкрикнула шатенка.       — Ты посмела обмануть меня. Ты хоть знаешь, что натворила? — Кристелл оскалилась. — Говори!       — Хорошо! Я расскажу! — Ханна прогнулась в спине, когда Кристелл отпустила её сердце и резко вырвала свою руку из её грудной клетки. Капли крови закружили в воздухе.       — Слушаю. Меня интересует только одно. Каковы цели твоего отца? Я прекрасно знаю, что ты предала брата и сейчас играешь на два фронта.       — Я… Да… Может, и подло… Мой брат — настоящий глупец… Он думает, что… Что сможет подчинить себе вампиров… Ведь именно это… Это он… Кх-кх… — девушка закашлялась.       — Именно что? — Стелла недовольно нахмурилась.       — Именно это… Он собирается потребовать у Тоуго Сакамаки… За освобождение…       — Серьезно? Он думает, что Тоуго согласится на это? Стоп, — девушка резко остановилась. — А смысл требовать этого у Тоуго, если он уже не имеет никакой власти?       — Мой брат… В тайне от Тоуго… Хочет объединится с нашим отцом… И склонить вампиров… Они… Охотятся на членов совета… А именно… На Карлу Тсукинами… На второго старейшину… И на Кино Сакамаки… — девушка закусила нижнюю губу, сжимая кулаки. — Первая их цель… Карла Тсукинами. Сегодня… А точнее уже… Через час. Он, скорее всего, будет убит…       — Что? — Стелла распахнула глаза. — Черт… — девушка отвернулась от лежащей на полу Найдзэн. — Джеймс, ты знаешь, что делать. Я немедленно возвращаюсь во дворец.       — Хорошо, мисс… Юкино, — Гилл перевел взгляд на стоящего рядом мужчину. — Проведи госпожу.       Стелла быстро вышла из помещения и, в сопровождении Юкино Мейла — одного из помощников Джеймса Гилла, направилась к внедорожнику, что стоял у ворот замка.       Джеймс в это время приказал своим слугам запереть Ханну Найдзэн в темницах этого замка. Никто не додумается искать её здесь. Стелла доверила её судьбу Гиллу, поэтому он и распоряжается насчет неё.       — Мик, — Джеймс глянул на одного из своих шпионов. — Введите ей яд Синего кольцевидного осьминога, — парень протянул слуге шприц с синей жидкостью. — Он, как вы знаете, опасен для оборотней. Так что… Вперед. Потом заприте её в самой темной дальней клетке темницы этого дворца. Запечатайте дворец. Сделайте все так, как было. В этом дворце сегодня ничего не было. Ясно? Я прослежу.

***

      Стелла быстро шла по коридорам главного дворца мира демонов, направляясь в кабинет принца вампиров. В её руках были бумаги, который ей передал Джеймс. Здесь было расписано всё от «А» до «Я». Всё. Абсолютно всё.       Вскоре Кристелл уже стояла перед знакомой дверью. Открыв её, девушка вошла внутрь, сразу же захлопывая за собой дверь. Девушка подошла к дивану, бросила туда свою сумку и скинула с себя свою оранжевую куртку.       Кино, сидевший за столом, наблюдал за Кристелл, при этом вскинув брови.       — Что-то случилось? — не понял он такого поведения.       — Кино, у нас проблемы. Большие проблемы. Я тебе все расскажу потом, а пока что… Вот, — светловолосая протянула принцу бумаги, которые держала.       — Что это? — нахмурился темноволосый.       — Читай…