Пылкая страсть

      Кино шел прямо по коридору, направляясь в свои покои. Мысли так и не покидали его не головы, не позволяли сомкнуть глаз и больше всего не давали сердцу покоя. Вот те двери. Стражники уже все спустились на первый этаж, сейчас у дверей никого не было, именно поэтому Кино тихонько обхватил ручку двери и повернул её, приоткрывая её. Зайдя в комнату, принц сразу же закрыл за собой дверь, погружаясь в темноту.       Подойдя к своей кровати, темноволосый увидел мирно спящую Кристелл. Она даже раздеваться и разуваться не стала, так и заснула.       Кино тихонько присел на край кровати и, включив маленький подсвечник, перевел свой взгляд на Стеллу. Хоть она и стала вампиром, но крепкого сна не потеряла. Сакамаки коснулся пальцами её щеки и спустился чуть ниже, касаясь кончиками пальцев её губ, стирая немного помады.       Темно-малиновая.       Кристелл приоткрыла глаза, сразу же встречаясь со спокойным взглядом алых глаз Кино, привставая.       — Ты уже вернулся? — удивилась девушка, переводя взгляд на часы, что стояли на тумбочке у кровати. 4.23. Еще даже солнце не встало. — Что было на собрании? — спросила она, принимая сидячее положение.       — Ничего особенного, — коротко ответил Кино, заглядывая девушке в глаза. — Почему тебя это интересует?       — Просто. Ты сказал, что будешь дня через три, а вернулся через семь часов. Можно предположить, что что-то случилось. Но если все в порядке, то я спокойна, — мило улыбнулась Кристелл.       — А что, есть что-то в данной ситуации, что может нарушить твой покой? — темноволосый нахмурился, вставая с кровати.       — В смысле? — не поняла Стелла, после чего холодный взгляд принца встретился с озадаченным взглядом девушки.       — Стелла, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Кино недовольно глянул на светловолосую. Её золотые глаза забегали. Девушка нахмурилась и поджала губы.       — Я не понимаю, что ты хочешь услышать… — попыталась выкрутиться она.       — Не строй из себя дуру, тебе это совершенно не идет, да и не получается. Как ты связана со всей этой ситуацей и как замешана в истории с анонимным письмом? — прямо спросил Кино, смотря на Стеллу сверху вниз, при этом просверливая её холодным взглядом.       — Какая ситуация? Какое еще анонимное письмо? — Стелла нахмурилась. — Я не понимаю, о чем ты говоришь.       После этих слов повисла пауза. Кино прекрасно понимал, что она говорит неправду, поэтому и молчал. А вот Стелле это молчание, эта тишина, эта напряженная пауза не нравилась.       — Кино…       — Ты сейчас лжешь, глядя мне в глаза. Неужели ты действительно думаешь, что сможешь скрыть от меня правду? — спокойно произнес Сакамаки, хмурясь. Стелла удивилась, после чего опустила голову вниз. Не поднимая головы, она встала с кровати.       — Кино, я правда не понимаю, о чем ты говоришь…       Эти слова были последними. Сакамаки резко схватил девушку за руку и притянул к себе. Та подняла на него испуганный от такой резкости взгляд и замерла. Алые глаза загорелись, и Кристелл почувствовала, как её тело немеет. Еще немного, и Кино бы смог прочесть все её мысли, но Стелла резко дернулась и зажмурилась, подаваясь назад и вырываясь из его хватки.       — Не надо! — повысила голос она, открывая глаза. — Я расскажу… — сдалась светловолосая. — Да, это я послала то анонимное письмо. Я сделала это, потому что Ханна попросила.       — Какая еще Ханна? — не понял Кино, не сводя с Кристелл недовольного взгляда.       — Моя бывшая одноклассница. Она нашла меня в инстаграме месяц назад. У меня там был пост, где я указала свой номер телефона. Она мне позвонила, мы пообщались, а потом даже погуляли, когда я на неделю отправилась в мир людей на день рождения Ника*. Через две недели я узнала, почему Ханна еще четыре года назад ушла из Рётей. Потому что именно четыре года назад могущественный клан оборотней Найзэн, к которому она принадлежит, изгнали из Японии. И вот недавно они вернулись. Я не знала, что она оборотень. Неделю назад мы с ней разговаривали по телефону. Она сказала, что знает о том, что происходит сейчас с Карлхайнцем. Она еще сказала, что Тоуго когда-то убил её младшего брата и дедушку. Я рассказала о том, что скоро состоится совет вампиров, где будет решаться его судьба. И тогда она попросила меня об одной просьбе… Она передала мне какой-то там документ 1932 года и попросила согласно ему написать письмо. Я выполнила её поручение и анонимно отправила письмо Карле Тсукинами через маму, — закончила Стелла, поднимая взгляд на Кино. — Я решила, что это обвинение будет плюсом к вине Карлхайнца…       Выражение лица принца немного изменилось. Если до её рассказа он выглядел хладнокровно, то сейчас Кристелл чувствовала исходящую от него темную ауру и гнев.       — Ты понимаешь, что ты натворила? — прошипел Сакамаки.       — В смысле? — не поняла Стелла.       — Эта твоя Ханна тебя использовала, — нахмурился Кино. — Ты выдала всю информацию одной из клана Найдзэн, которые являются сторонниками моего отца. Сегодня они заявились в здание совета и навели там «порядки». Они освободили отца. Теперь он на свободе. И это твоя заслуга, — Стелла вздрогнула.       — Кино, я… Я не хотела… Правда… — девушка не успела договорить. Сакамаки резко схватил её одной рукой за запястье, а другой за горло и прижал к стене.       — Почему ты мне сразу об этом не сказала? — повысил голос принц, немного ослабляя свою свою хватку, но продолжая вжимать девушку в стену. — Теперь отец на свободе, а оборотни объявили вампирам войну. Ты предала всех нас, пойдя на поводу у какой-то идиотки. Ты это понимаешь? — прошипел Кино, резко ударяя кулаком о стену рядом с головой Кристелл. Девушка зажмурилась.       — Кино… Прости… Я не думала, что все так выйдет, — прошептала Стелла, поднимая на него взгляд. Сакамаки оскалился, продолжая вжимать девушку в стену.       — Иди к себе! — резко отпустил её вампир, отходя на три шага назад, поворачиваясь к девушке спиной.       — Кино, — Стелла подошла к принцу, хватая его за руку. — Пожалуйста, извини… Я не думала, что так выйдет… — проговорила она, чувствуя, как к горлу подступают слезы. Она не думала, что все так выйдет. Она не думала, что её использовали. Да, обман оборотней всегда был искусным.       — Я сказал иди к себе, — холодно повторил Кино, не обращая на её слова никакого внимания.       — Выслушай меня… — попросила светловолосая, не отпуская его руки.       — Стелла, — парень резко вырвал свою руку и, схватив её за запястье, развернул другой стороной, прижимаясь к ней со спины. — Иди к себе. Не заставляй меня срываться на тебе, потому что я этого не хочу. Жалеть потом будем оба, — слишком резко и холодно. — Завтра поговорим. А теперь иди, — Кино отпустил Кристелл. Девушка тяжело вздохнула, после чего вышла из комнаты.       Кино прикрыл от усталости глаза. Да, он её отпустил, хотя отпускать совсем не хотелось. Хотелось, чтобы в данной ситуации она была рядом, но так вышло, что виновницей ситуации оказалась она. С одной стороны он сделал так, как и хотел. Но с другой хотелось её простить. Да, она повелась на искусный обман, она не виновата в этом. Но с другой стороны виновата. Все слишком сложно.       Кино знал, что простит её, но сейчас гнев не позволяет это сделать. Именно поэтому он подождет до завтра. Они оба подождут до завтра, правда Стелле будет куда сложнее дождаться завтрашнего дня.

***

      Стелла сидела в своей комнате в кресле и смотрела через стеклянные двери на террасу. Все стекло двери было в капельках, так как уже три часа непрерывно лил дождь. Как начался в шесть часов, так и до сих пор шел.       Небо серое, настроение тоже. Стелла прикрыла глаза, тяжело вздыхая. Слишком сложно. Она уже столько раз пожалела о том, что «помогла» Ханне. А теперь эта сучка даже трубку не берет.       Двери комнаты открылись. Стелла перевела взгляд на вход. Кино закрыл за собой двери и прошел чуть дальше. Кристелл встала с кресла и склонила голову.       — Доброе утро, — тихонько произнесла она, закусывая нижнюю губу. Сакамаки ничего ей не ответил, только подошел к ней поближе так как Стелла так и не подняла головы. Ей было действительно стыдно смотреть ему в глаза.       Темноволосый подцепил пальцами её подбородок и заставил поднять голову. Стелла встретилась с его спокойным взглядом, сразу же чувствуя неприятный осадок на душе. Ей было так неприятно сейчас. Она действительно чувствовала себя виноватой перед Сакамаки. Она хотела что-то сказать, но уже поняла, что все её слова звучат как жалкие оправдания. Лучше просто молчать. Но молчание так невыносимо…       Они смотрели друг другу в глаза. Стелла сейчас не знала, что творится на душе у Кино, хоть и смотрела ему в глаза. А вот Кино, смотря в её глаза, видел все, что она чувствует и о чем думает.       — Ты сегодня не ложилась? — спокойно спросил он, не отпуская её подбородка.       — Нет, — тихо произнесла Стелла.       — Что ты делала?       — Думала.       Сложно… Все слишком сложно. Стелла чувствовала, что разговор не клеится.       — О чем?       — О ком, — поправила его Кристелл, отводя взгляд в сторону. — О тебе…       Молчание. Оно Стелле надоело. Действительно надоело.       — Кино, — Кристелл тяжело вздохнула, переводя на парня уверенный взгляд. — Я правда…       Договорить ей не дали. Холодные губы принца резко впились в её, заставляя внутри все замереть. Значило ли это, что он простил её? А ведь прошло всего лишь пять часов с их последнего разговора.       Руки принца опустились на талию девушки, а сама Стелла положила свои ладони на плечи вампира, подаваясь вперед и углубляя поцелуй. Он был рядом, от него не исходила какая-либо злость, она лишь чувствовала, как он вновь обнимает её, при этом давая понять, что тоже думал о ней.       Оторвавшись от губ девушки, Кино тяжело вздохнул, опуская взгляд в пол.       — Я не хочу, чтобы ты что-то скрывала от меня. Да, я не имею ничего против того, что у тебя есть свои секреты и тайны. Но какие-либо тайны касательно вампиров, оборотней и прочих не должны быть в твоем списке, — спокойно произнес Сакамаки, заглядывая девушке в глаза. — Договорились? — более мягко спросил темноволосый, проводя ладонью по щеке девушки.       — Договорились, — улыбнулась Стелла, чувствуя облегчение и радость. Кино притянул её к себе, поглаживая ладонью по светлым волосам.       — Кино… А что теперь будет? — вдруг спросила Кристелл, подаваясь назад. — Что об это скажут в совете?       — Оборотень тебя использовал, обведя вокруг пальца. Ничего страшного… Страшное заключается только в том, что отец теперь на свободе, а оборотни объявили вампирам войну, — произнес Сакамаки, хмурясь.       — Это ведь из-за меня… — Стелла отвела взгляд в сторону, тяжело вздыхая. — Мне правда очень жаль…       — Не думай об этом, — Кино приобнял светловолосую. — Разберемся.       — Ты точно простил меня? — решила уточнить Кристелл, переводя на принца озадаченный взгляд.       — Тебе это доказать сейчас или сегодня ночью..?       — Думаю, лучше ночью, — Стелла рассмеялась.

***

      Темный густой лес. Это место в дневное время не внушало радостных мыслей, а ночью так тем более. На эту местность опустилась непроглядная тьма, которая не позволяла увидеть, что или кто стоит за каким-нибудь деревом, или, к примеру, что это за странный силуэт мелькает между деревьями.       Где-то раздался пронзительный вой, после чего между деревьями замелькали тени, которые быстро пронзали темноту этого леса. Все они направляли к строению, которое находилось в самой чаще леса. Это был небольшой особняк, более походивший на маленький замок, который даже с высокого дерева не был виден. Это и был тот самый секретный штаб оборотней, который во время войны 1932–1939 годов использовался для тайных собраний вампиров и оборотней.       — Сколько лет прошло с тех пор, как мы с Джеком обсуждали здесь наши планы, — Тоуго переступил через порог дворца и усмехнулся. — Твой отец предложил использовать это место для переговоров. Я так полагаю, ты поступаешь так же…       — Именно, — Лиэн коротко кивнул. — Прошу, проходите… — оборотень прошел вперед, показывая Тоуго дорогу. Не прошло и пары минут, как перед ними предстали высокие железные двери. Лиэн достал связку ключей из кармана и, выбрав один, засунул его в замочную прорезь. Сделав два полных оборота ключа, он вынул его из прорези и открыл дверь. Войдя внутрь, Тоуго увидел довольно-таки просторный зал. На стенах висели разные клинки, мечи, даже кувалда. И все это висело на стенах в чередовании с картинами, на которых были изображены преимущественно пейзажи.       — Наверное, это современный стиль оборотней, — усмехнулся Тоуго, намекая на «украшения» стен.       — Возможно. Это моя сестра Ханна распоряжалась об декоре и мебели… — отмахнулся Лиэн, подводя короля вампиров к какому-то высокому шкафу.       — Прости мне мое любопытство. Ты сказал, что покажешь мне что-то очень важное…       — Верно, — кивнул король оборотней, усмехаясь. — Смотрите, — Лиэн открыл дверцы шкафа. На лице Тоуго появилось удивление.       На полочках в шкафчике были разложены разные вещи, но первое, что бросилось в глаза Карлу, — это черно-белая фотография, на которой была изображена Анабель. Фотография были списана с портрета, который был написал в 1543 году. Карл помнит тот портрет…       — Что это значит?       — То и значит… Помните, Анабель когда-то изменила Вам с кем-то и забеременела… Потом сделала аборт. Тот ребенок, от которого она избавилась, был ребенком моего отца. А теперь посмотрите на вот это, — Лиэн взял с другой полочки другую фотографию в рамке. — Это Изабель Кристелл. Ну, в прошлом Кристелл… Так вот, она тоже не раз была близка с моим отцом.       — В смысле? Твой отец…       — Мертв? Да, согласен, он мертв. Только вот гуляет до сих пор, — Лиэн недовольно поморщился. — Жив он. Его не убили. Только вот сейчас он охотиться на Ваших детей. Помните, в прошлом году на Аято Сакамаки было совершено нападение возле Рётей? Это был мой отец. В позапрошлом году возле здания банка было совершено покушение на Рейджи Сакамаки и на Шу Сакамаки. Это тоже мой отец. А три месяца назад, правда вы об этом не знаете, была заложена бомба в лимузине Ваших сыновей. Это тоже мой отец. Он всем уже успел насолить. И я полагаю, что следующей его жертвой будет Ваш Кино. И тут встает вопрос… Мы объединимся с моим отцом… — эти слова Лиэн произнес с неким отвращением. — Или же пойдем против него.       — Зачем нам объединяться с ним?       — Мне казалось, что Вы желаете мести…       — Я желаю мести, но не своему ребенку. Я не такой монстр. По моей вине Кино уже успел понять, что такое боль. Причем душевная.       — В таком случае нам нужно сделать все, чтобы Кино Сакамаки не попался моему отцу.       — Кино умный мальчик, не думаю, что Джек способен что-то ему сделать. Да и мир демонов полностью подчинен моему сыну…       — В таком случае нам придется сейчас нанести удар по совету вампиров, а после идти на переговоры и какие-либо перемирия с Вашим сыном, — усмехнулся Лиэн.       — Позволь поинтересоваться… Каким способом вы вытащили меня оттуда?       — Вы ведь видели…       — Не совсем…       — Ну, там такое дело, — Найдзэн кровожадно оскалился. — Знаете, у моего младшего брата и сестры была одноклассница Стелла Кристелл. Она нам и помогла… И цену за её предательство мы назначим совету вампиров, — усмехнулся Лиэн, заставив Карла тоже усмехнуться.       Что-то грядет.