Твой новый мир

      Конго уходила от места, где корпус Нагары уже полностью погрузился под воду. Она не обратила никакого внимания на ракеты, вылетевшие из корабля перед его гибелью, ведь в этом не было никакого смысла. Но если бы она эта сделала, то сильно удивилась.       Одна из ракет, летящая сначала, как и другие, хаотично, неожиданно стабилизировала свой полёт, используя направляющие плоскости. Затем начала двигаться по пологой траектории в сторону одного из безымянных островков, расположенных недалеко от Иводзимы.       Странная ракета воткнулась в грунт на самой кромке берега. Волны с шумом ударялись о её корпус, а мелкие крабы разбегались в испуге. Но ракета не взорвалась.       Какое-то время ничего не происходило, затем изнутри, в боку ракеты начал проделывать отверстие силовой резак. Через получившийся прямоугольный «люк» выбралось существо, больше всего похожее на метрового механического паука. Паук ловко забрался на дюзы ракеты и стал осматриваться, шевеля головой и покачивая антеннами сенсоров.       Это пугающее существо было всего лишь одним из средних инженерных ботов, которые есть на любом корабле Тумана. Они являются «руками» ремонтно-восстановительной системы, занимаются устранением повреждений в походных условиях, имеют внушительный арсенал встроенного оборудования и высокую автономность.       Но этот бот не был обычным. Внутри его корпуса пряталось ядро Нагары, который сейчас привыкал к своему новому телу и осматривал «владения».       Детонацию боезапаса я имитировал искусственно, чтобы замаскировать пуск ракеты со спрятанным в ней ботом. А саму идею придумал со скуки, когда ждал 401-ю.       Я был слишком хорошо знаком со смертью и не желал снова встретиться с ней. Поэтому изучал особенности и возможности сохранения ядра. Ведь ядро — это самая важная часть корабля Тумана: пока цело оно, корабль не умрёт, даже если уничтожить и корпус и ментальную модель. Киришима — отличный пример. От неё осталось только ядро, которое поместили в плюшевую игрушку, и ничего, живёт себе, не жалуется.       Поэтому я и подготовил специальную ракету и переделал одного из своих сервис-ботов, на всякий случай.       Но внутри ракеты было ещё кое-что — фабрикатор наноматериала в разобранном виде. Засунуть его туда было спонтанной идеей, поэтому пришлось всё делать в спешке, уже находясь под обстрелом Конго. Хорошо, что ядро умеет выполнять и обрабатывать сразу несколько задач и мне хватило времени.       Я начал по одной вытаскивать детали фабрикатора и переносить их подальше от берега. Да, перенос и сборка займут время, да, производительность у фабрикатора мала, но всё это некритично. Времени у меня полно. А ещё Туманный Флот единственным источником энергии признаёт реакторы на танатониуме — практически неиссякаемом источнике энергии. На таком работает и мой «паук» и фабрикатор, так что ни со временем, ни с ресурсами проблем нет. Корабль, конечно, не построить — для этого надо много оборудования, да и кораблю тоже нужен источник энергии — а вот что-то попроще…       Ещё надо сначала обустроиться, о безопасности подумать, а потом… Потом будет потом, бесполезно сейчас об этом думать.       Ясно только, что назад, в Туман, мне дороги нет. Конго наверняка меня убьёт и на этот раз окончательно. Чтобы меня считали мёртвым, пришлось отключиться от Тактической Сети, оставив в памяти лишь её «слепок», без возможности обновления данных. Да, быть отрезанным от мира неприятно, зато ядро не посылает в Сеть сигналы и выглядит так же, как и ядра других потопленных кораблей, лежащих на дне. Ведь лишённое внешних источников энергии ядро как бы засыпает, впадает в подобие стазиса.       Прервав работу, я повернулся в сторону океана, туда, где скрылся за горизонтом чёрный корабль.       «401-я почти потопила меня и поплатилась за это. И с тобой мы ещё увидимся, Конго».