Кто ты?

Ксюша всегда любила тишину, покой, стабильность и умела защищать то, что считает своим. За все свои прожитые годы (17 лет) она болела раз семь. Пять из них — блеф, чтобы не ходить в школу, а оставшиеся два — во времена детсада. Так что, болела Третья действительно редко. Первые симптомы болезни она выучила ещё в детстве, когда после них начинались адские мучения. Вообще её организм очень, очень сильно реагировал на боль в любом её проявлении. Ну, кроме моральной. К ней у неё был иммунитет. Точнее был. До того момента, пока её не телепортнуло хер знает куда. Точнее, японцы знают куда, но упрямо молчат, боясь чего-то. И у Ксении уже сотня мыслей промелькнула в голове, прежде чем она не сообразила, что, по сути, японцы обитают в Японии. И если итальянцы тоже говорят по-японски, то это значит, что… они действительно в Японии. Но мы что-то отклонились от изначальной темы. Ксения знала, что такое первые симптомы. И она знала, что идёт после них. И то, что первые симптомы бывают разные, она тоже знала. От совсем незаметных до реальной рвоты и сильной боли в голове. У Ксении, на удивление, не было ни того, ни другого, ни чего-то среднего. Как, наверное, уже стало ясно, она заболела. Но это было… не так, как раньше. Раньше если она и понимала, что за болезнь, то сейчас… она не знала. Даже смутно не понимала. Первый симптом был головокружением, когда она столкнулась с Тсуной лицом к лицу. Она упала и потеряла сознание, а очнулась уже в больничном крыле. Бьянки беспокоилась, но это было показушно, будто она знала, что это, но специально не говорила. Впрочем, как и на вопрос, кто её сюда принёс. Раздражение раздражением, а с холодным бешенством не сравнится. Мстислава даже на один момент осознала, почему у неё такая странная фамилия. Она действительно охарактеризовывает её всю. Вторым симптомом стало учащенное сердцебиение. К слову, происходило это обычно опять около Тсуны. И от этого становилось немного страшно. Но Ксения не была бы собой, если не молчала об этом и не пыталась разобраться с этим сама. Третий симптом заставил сходить в библиотеку и отыскать всевозможные книги по медицине. Слава Богу, на русском. Это было странное ощущение. Будто бы что-то «порхало» в животе при виде чертового Тунца. Ни-че-го. Абсолютно. Вообще и никак. Ксения медленно сходила с ума, сжимая кулаки и ожидая подлянки. Подлянки всё не было и не было, заставляя её шипеть и терзать себя сомнениями. «А точно ли это болезнь?» «А точно ли я всё правильно чувствую? Может быть у меня сдвиг и поэтому я чувствую всё неправильно, а на самом деле у меня рак сердца?» «А точно ли я сейчас здесь?» Было страшно. Ксения сходила с ума. Ксения всей своей чёрной душой хотела заснуть и не просыпаться больше. Ксения не хотела чувствовать это, она хотела лечь спать и если не умереть во сне, то хотя бы проснуться без чувств совсем. Она хотела, но это не сбывалось. Она мечтала об этом, но мечта была невозможна. Тсуна вздыхает, собирается с силами и стучит в дверь, что вела в комнату его будущей жены.