Одержимый

- Тебя ждет сюрприз, - прошептала она сегодня утром, целуя парня в ушко. - Какой сюрприз? - Скоро узнаешь. Если я расскажу - какой же это будет сюрприз? Что ж, из них двоих логикой никогда не была обделена лишь она одна. Прекрасная студентка, некогда приехавшая из-за границы обучаться в японском ВУЗе на пару лет, Мегуми обладала всеми качествами, которые всегда так ценил в женщинах Таканори: она была умна, красива, умела отлично готовить, и, что самое главное, - с ней ему никогда не бывало скучно. Вспоминая все свои предыдущие отношения (если честно, сильно подстертые в его памяти почти полуторагодовым знакомством с Мегуми), парень ясно осознавал, что на этот раз ему повезло, как никогда. Таканори мягко улыбнулся, вспоминая момент, когда впервые в жизни увидел Мегуми. Розовое платье-футляр, высокий по японским меркам рост, темно-каштановые густые волосы, аккуратно уложенные в стрижке-каре и протянутая к полке с книгами рука, украшенная тонким серебряным браслетом. Таканори никогда никому об этом не рассказывал, но иногда, в свободное от работы время, он любил заглянуть в городскую библиотеку неподалеку от своего дома. В век электронных технологий и почти полной доступности всего, о чем в детстве он смел только мечтать, молодой мужчина любил временами приходить сюда и погружаться в мир тишины и спокойствия, листать настоящие «живые» книги, сделанные из древесины, вдыхая их запах – чуть пыльный, но от этого не менее приятный и, пропуская меж пальцами жесткие шуршащие листы бумаги, меланхолично размышлять о том, что, возможно уже лет через десять век цифровых технологий окончательно вытеснит из жизни людей эти реликты прошлого. Для него книги были как люди – все абсолютно разные, двух одинаковых не найдешь - хоть век ищи. Даже, казалось бы, книги серийного производства, выпускаемые огромными тиражами в одном и том же издательстве, напечатанные в одной типографии, одинаково оформленные, едва уловимо, но все же отличались одна от другой, как близнецы, у которых при всем их внешнем сходстве, могли быть разные характеры, или жесты, или мимика, и родственники, или близкие друзья, хорошо их знавшие, никогда бы не спутали одного с другим. Именно таким вот близким другом книг и считал себя Таканори. Девушка протянула руку и вытащила книгу. Почувствовав на себе чужой взгляд, она довольно резко обернулась, и Таканори замер на месте, встретившись взглядом с серовато-зелеными темными глазами. - Вы любите Ницше? - девушка, вероятно, подумала, что Таканори хотел взять ту книгу, которую она держала в руке. В ее речи чувствовался легкий акцент. Она неуверенно сделала шаг навстречу так и не шелохнувшемуся Таканори и протянула ему книгу. - Я уже читал, – Таканори, наконец-то выйдя из оцепенения, отрицательно мотнул головой. – Берите. Девушка, бросив на него слегка удивленный взгляд, отошла к столу у окна, опустилась на деревянный стул, и, открыв книгу, погрузилась в чтение. В тот момент Таканори слышал лишь быстрый гулкий стук собственного сердца в груди, будто оно хотело убежать от своего хозяина и догнать ее – причину своего беспокойства, сидевшую у окна, погрузившись в чтение. С того памятного дня походы Таканори в библиотеку стали носить более регулярный характер. Теперь он не просто заглядывал временами в это хранилище книг, а целенамеренно искал встречи с «девушкой в розовом платье». Пару недель Таканори наблюдал за ней издалека, не пытаясь заговорить. Однажды они пришли в библиотеку почти одновременно, и парень пропустил ее вперед, к столу для регистрации. Девушка открыла свой читательский билет и протянула его женщине за столом. Таканори осторожно, стараясь остаться незамеченным, заглянул в билет, с трудом разобрав иностранное имя и фамилию, а также название ВУЗа, в котором обучалась девушка. Да… тогда ее еще не звали Мегуми. Она носила длинное имя, распространенное в холодной северной стране, из которой была родом. - Что будете читать? - библиотекарь задала стандартный вопрос. Сам Таканори на этот вопрос неизменно отвечал: - Да так… посмотрю что-нибудь, пока не знаю, - и от него отставали. - Мне задали найти информацию о… - Таканори не расслышал о чем именно, но вслед за этим послышался уверенный ответ библиотекаря: «Макроэкономика. Секция 8», - взмах руки в указанном направлении, и девушка отошла от стойки. Таканори протянул свой билет. - Что будете читать? - Макроэкономика, - ответ последовал быстрее, чем парень успел его осмыслить. Флегматичная женщина на секунду оторвалась от монитора и смерила Таканори ничего не выражающим взглядом. - Секция восемь, - последовал ответ, и Таканори отправился вслед за девушкой. Не спеша проходя мимо стеллажей, он отыскал нужный. Его прекрасная незнакомка медленно шла вдоль полки с книгами, читая названия. Таканори подошел к полке и, искоса наблюдая за девушкой, взял сверху первую попавшуюся книгу. На заголовке значилось ничего не говорящее ему название - «Кейнсианство». Дойдя до конца стеллажа, осторожно проводя пальцами по корешкам книг и иногда шевеля губами, читая их названия, девушка, - сегодня в зеленом платье до колен с юбкой-клеш, - развернулась, встретившись взглядом с Таканори. Тот быстро отвел глаза и углубился в чтение. - Извините, - прозвучал уже знакомый немного низкий приятный голос, - Не подскажете, где вы взяли эту книгу? - девушка смотрела на книгу в руках Таканори. - Эту? - зачем-то переспросил он, чуть приподняв книгу. - Вот здесь, – мужчина указал на верхнюю полку, где раньше стояла книга. Девушка, кивнув и слегка улыбнувшись в знак благодарности, сделала пару шагов к нему, подойдя довольно близко. Таканори замер – ее улыбка вызвала какое-то теплое ощущение, стрелой пронзившее его внутренности, а взгляд завораживал и лишал способности двигаться. Девушка неуверенно сделала еще шаг, переводя взгляд с полки на парня: - Простите, вы не могли бы… мне надо подойти к полке… - она выглядела немного взволнованной. Таканори покраснел, мысленно поражаясь своей заторможенности, и быстро отошел в сторону. - Извините, - прохрипел он. - Ничего, - девушка отвернулась к полке, вновь погружаясь в чтение названий. Таканори, теперь оказавшийся прямо позади нее, сглотнул, не в силах отвести взгляд. Довольно темная для европейки кожа казалась бархатистой, и парень попытался представить, на что может быть похоже прикосновение к ней. Чуть ниже левой коленки девушки парень заметил небольшую темно-коричневую родинку, и мужчине сразу же захотелось провести по ней языком, оставляя влажный след, распробовать еще неизведанный вкус. Таканори перевел взгляд выше: округлые плечи, красивые ровные руки, стройная, но вовсе не худая, хорошо обозначенная талия, переходящая в плавную линию бедер… Девушка была обута в легкие салатовые мокасины, и Таканори с вожделением ласкал взглядом косточку на смуглой лодыжке, размышляя о том, как прекрасно было бы сейчас подойти и прикоснуться к этим восхитительным ножкам, медленно и чувственно провести по коже самыми кончиками пальцев, едва дотрагиваясь, наслаждаться каждым миллиметром кожи, заставляя сердце бегло биться в ожидании чего-то большего… Тем временем девушка, закончив с просмотром оглавлений книг, которые она просматривала, очевидно, не найдя нужной по названиям на корешках, снова неуверенно повернулась к Таканори: - Простите, Вам надолго нужна эта книга? Таканори, едва успев отвести взгляд от красивых лодыжек, посмотрел ей в глаза: - Нет, а Вам она нужна? Можете взять. Мужчина захлопнул книгу и протянул ее девушке. Та чуть отстранилась и махнула рукой в отрицательном жесте: - Нет, что Вы… мне неудобно, что я Вас отвлекаю. Все в порядке, я подожду, пока Вы дочитаете. - Мне она не нужна, - повторил Таканори, - просто взял посмотреть. Но, - усмехаясь, добавил он, - если честно, то я абсолютно ничего в этом не понимаю. Девушка, нерешительно взяв протянутую ей книгу, неловко улыбнулась его последним словам. - А Вы, - продолжил Таканори, - Вы, наверное, на экономическом учитесь? Та кивнула и произнесла название университета, название которого Таканори уже видел в ее читательском билете. - Мне задали реферат по кейнсианству, а здесь, кажется, есть только одна книга, полностью посвященная этой теме. Возможно, в других тоже что-то есть, но искать долго…. - она осеклась,- Вы… Вам она точно не нужна? Таканори отрицательно мотнул головой. - Ну, тогда я пойду писать, - собеседница мужчины сделала шаг в сторону своего излюбленного места у окна. - Знаете… - вдруг слишком громко произнес Таканори. Девушка обернулась к нему: - Да? - Я мог бы Вам помочь. Она непонимающе смотрела на мужчину. - Я мог бы поискать что-нибудь о кейнсианстве в других книгах, пока Вы будете писать, - Таканори с замиранием сердца ждал ответа. Девушка, казалось, хотела что-то сказать, но в последний момент передумала и продолжила вопросительно смотреть на Таканори. - Я сейчас совершенно свободен, и мне абсолютно нечем заняться. Вот и пришел в библиотеку, – вежливо улыбнувшись, Таканори поспешил объясниться. На самом деле он несколько лукавил. Полчаса назад он получил сообщение от Кая с просьбой приехать на обсуждение новой песни, после чего их лидер дважды ему звонил, но Таканори предпочел проигнорировать его. - А Вас это не затруднит? - девушка все еще выглядела весьма удивленной. - Нисколько. Честно. Студентка кивнула, растягивая губы в неловкой улыбке: - В таком случае, очень Вам признательна. Я буду за столом у окна. - Я знаю, - машинально произнес Таканори, лишь затем осознавая, что это не стоило произносить вслух. Глаза его собеседницы чуть расширились от удивления, но она, быстро совладав с собой, повернулась к парню спиной и направилась к столу. Таканори провожал ее взглядом, пока она не опустилась на жесткий стул и, достав тетрадь и ручку, не начала что-то переписывать из книги. Перепечатать, конечно, было бы гораздо быстрее, но эта библиотека отличалась консервативностью порядков: сюда нельзя было приносить никакую технику, за исключением мобильных телефонов. Домой же разрешалось брать лишь художественные книги, которые в библиотеке имелись более, чем в единственном экземпляре. Книги же, находившиеся в разделе «Научная литература», к которому относилась и «Макроэкономика», следовало читать или переписывать от руки, и никак иначе. Таканори нехотя перевел взгляд с девушки на стеллаж с книгами, взял первую попавшуюся и стал просматривать оглавление. Минут через пятнадцать мужчина положил перед девушкой три книги. Та оторвалась от своего занятия, неловко взглянув на парня: - Спасибо… - Здесь понемногу в каждой. Вы пишите, а я пойду еще посмотрю. - Простите, а Вы не могли бы взглянуть, - девушка чуть приподняла книгу от стола, - здесь какой-то незнакомый иероглиф… Таканори обошел вокруг стола и, склонившись над книгой, заглянул в нее поверх плеча девушки. Мужчина уловил слабый цветочный аромат и подумал, что это один из самых приятных запахов, которые он когда-либо ощущал. Девушка показала слово, которое не поняла, и Таканори прочитал его. В этом слове был довольно редко используемый в наши дни иероглиф, и, насколько Таканори было известно, даже далеко не все японцы знали его. Девушка поблагодарила и вернулась к книге. Таканори снова встал напротив, так, чтобы их разделял стол: - Кстати, хотел спросить, а почему Вы не берете информацию из интернета? - Нам сказали использовать только книги, а в интернете не всегда верно указан источник информации, если вообще указан. Преподаватель по макроэкономике довольно строгий и может проверить, откуда мы брали рефераты. Таканори кивнул: - Понятно. - К тому же, - вдруг добавила собеседница, - я люблю библиотеки. - Я тоже, – искренне произнес Таканори. - Как тебя зовут? – решил перейти на менее официальную форму обращения мужчина. Девушка, опять отвлеченная от своего реферата, подняла голову и назвала иностранное имя, которое Таканори незадолго перед этим прочел в ее билете. - А Вас? – чуть тряхнув волосами, она вопросительно взглянула на Таканори. - Таканори… Можешь звать меня Така. И давай на ты, ладно? - Хорошо, – с неловкой улыбкой согласилась собеседница. - Твое имя что-нибудь означает? - Да. Оно значит «воскрешающая». Но мне, если честно, оно не нравится. - У нас есть имя Мегуми – «благословение». Если хочешь, могу тебя так называть. - Мегуми… - тихо повторила девушка, будто пробуя имя на вкус. - Мне нравится! – улыбнулась она. Таканори вернул ей улыбку: - Тогда я буду звать тебя Мегуми. Он вернулся к полкам и продолжил поиск книг, в которых бы содержалась информация о кейнсианстве. Они приходили в библиотеку каждый день – Таканори повезло, что в то время все их репетиции назначались на утро, после чего он, отпросившись под каким-либо предлогом, уезжал, избегая любых собраний и встреч, напрямую не касавшихся работы. Таканори зашел на сайт университета Мегуми, нашел список студентов и подгруппу девушки и переписал ее расписание, чтобы всегда знать во сколько ему сегодня приезжать. Мегуми казалась слегка озадаченной, когда на протяжении нескольких дней подряд, приезжая в библиотеку, всегда обнаруживала там Таканори: теперь парень помогал ей переписывать из книг то, что требовалось для ее реферата. Раньше девушка не видела его так часто в библиотеке, и она смутно начинала догадываться, что является причиной такой перемены поведения Таканори. Спустя две недели их ежедневного труда, в пятницу, реферат был готов, и Таканори вдруг остро осознал, что необходимость в его ежедневном посещении библиотеки отпала. Убрав исписанные листы в сумку, Мегуми подвела итог: - Ну, вот и все. Теперь осталось только перепечатать то, что мы переписали сегодня, и в понедельник можно сдавать. Она посмотрела в глаза Таканори: - Даже и не знаю, как выразить тебе всю мою признательность, - одна я делала бы это вдвое дольше. И тебе пришлось целых две недели подряд приходить сюда каждый день, даже на выходных… - Все нормально. Я же говорил, что работаю в первой половине дня, а по вечерам свободен. Но отблагодарить ты меня можешь, – с улыбкой добавил он. Мегуми вопросительно смотрела на мужчину, ожидая продолжения. - Как ты относишься к искусству? – спросил Таканори, внимательно наблюдая за меняющимся выражением лица девушки. - Ты имеешь в виду… - Я имею в виду картины. Сегодня в музее Идэмицу открывается выставка авангардистов, и я хотел предложить тебе ее посетить. Хотя, я понимаю, что это довольно специфическое направление и не обижусь, если ты откажешься. - Хочу, – к его радости, Мегуми не раздумывала ни секунды, одним этим коротким словом заставив сердце парня счастливо трепыхаться в груди. Продолжая непринужденно болтать о выставке, они спустились по лестнице вниз, и, как обычно, разошлись в противоположные стороны, договорившись встретиться на площади перед библиотекой через три с половиной часа.