Одержимый

Вернувшись домой, Таканори лениво разулся и рухнул на кровать. Именно здесь, всего каких-то полчаса назад, они страстно целовались, и, Таканори готов был в этом поклясться, Мегуми была возбуждена не меньше него. Так что же произошло? Он сделал что-то не так? Или она все еще не могла довериться ему? Таканори тяжело вздохнул, проводя рукой по сбившемуся покрывалу, и уперся носом в подушку, на которой еще так недавно лежала Мегуми, - та слабо пахла цветами. Таканори закрыл глаза, медленно и глубоко вдыхая аромат, вспоминая ее поцелуи, прикосновения, прерывистое горячее дыхание. Организм не замедлил отозваться куда менее романтично, чем просто ускоренное биение сердца и сбитое дыхание. Парень поднялся с кровати, чувствуя нарастающее напряжение в паху, и отправился в душ. Стоять под холодной водой почему-то совершенно не хотелось: последнее время он и так слишком часто прибегал к этому средству, - не ровен час, заболеешь, а он, вообще-то, певец. Таканори включил горячую воду и залез в душ, задвинув за собой стеклянные дверцы. Стоя под струями воды, мужчина уперся руками в стенку, прикрыв глаза. И тут же перед его взором вновь замелькали, как живые, картинки из сегодняшнего вечера: теплая кожа, влажные губы, шелковистые волосы… Таканори открыл глаза и узрел свой колом стоящий, немного побаливающий член. Рука сама потянулась вниз, крепко обхватывая основание. Если задуматься, то последний раз он мастурбировал лет пятнадцать назад. С появлением постоянной партнерши надобность в этом занятии полностью пропала. А когда они расстались, Таканори иногда прибегал к услугам девушек на одну ночь, знакомясь в клубе. Вообще-то, каким-то особым сексуальным маньяком парень никогда не был, и в те периоды своей жизни, когда у него не было постоянной партнерши, вполне мог обходиться случайным сексом раз в два-три месяца, не чувствуя себя при этом каким-то обделенным или несчастным. В любом случае, в его совершеннолетней жизни не было периодов дольше нескольких месяцев, самое большее, года, когда он был бы свободен. Итак, время шло, Таканори взрослел, менял партнерш, и со временем сама мысль о мастурбации как-то сама стерлась из его сознания. Он даже стал считать это занятие чем-то грязным, достойным разве что подростков, которым «очень хочется, но не с кем». Таканори же был взрослым мужчиной и в партнершах недостатка никогда не чувствовал. Поэтому сейчас, стоя под горячими струями воды, обхватив свой твердый орган, он ощутил себя неопытным, заплутавшим в своих сексуальных фантазиях пареньком. Он искренне считал, что подобное занятие унижает его в собственных глазах, но поделать с эти ничего не мог. Рейта прав. Долгое отсутствие секса сказывалось на нем не лучшим образом. А из-за проблем Таканори страдает и вся группа. Таканори провел рукой вверх по стволу, а затем обратно вниз, не сдержав судорожного вздоха. Затем повторил движение еще раз. Негромко постанывая, парень ускорил темп, уже не в силах остановиться. Какая разница, что он делает, если его никто не видит и не узнает об этом? Позже Таканори не мог припомнить, чтобы когда-либо еще умудрился кончить в такие рекордные сроки. Ему показалось, что не прошло и минуты, как он задрожал всем телом, колени подкосились, и он рухнул вниз, а в стену перед ним ударила струя спермы. Оргазм был таким сильным и продолжительным, что Таканори еще какое-то время полулежал на полу душевой кабины, не в силах принять вертикальное положение, и лишь затем кое-как поднялся на все еще слабых ногах и смыл весьма обильные следы своего удовольствия.