RE: AKAME GA KILL

Небольшое объяснение. —Привет, — прямая речь —Привет, — мысли «Привет» фразы из прошлого или написанный текст.       Прошло два месяца после победы революции. То к чему стремились многие и то ради чего было отдано столько жизней, наконец свершилось. Империя пала. После убийства Премьер-министра и казни императора Макото, образовалось новое государство. Со смертью последнего императора руководство страной взяли в свои руки высшие чины революционной армии. Ради будущего, они направили все силы на восстановление инфраструктуры, страна после такой встряски буквально разваливалась. Очищение от остатков прогнившей Империи, цель к которой новое правительство приступило с особым рвением. Волна экзекуций захлестнула эти земли, без жалости карая всех, кто имел отношение к преступлениям и коррупции творящихся в Империи. И когда власть нового правительства укрепилась, страна вступила в эру мира и процветания. Это был счастливый конец тысячелетнего существования Империи. Или так должно было быть.       В реальности дела обстояли немного не так. Точнее совсем наоборот. Началась настоящая борьба за власть. Интриги, предательства, обвинения в связях со старой Империей и убийства стали обычным явлением. Каждый хотел отхватить свой кусок награды. Тем временем страна голодала, неожиданная зима уничтожила весь урожай, а заменить его было нечем. Из-за этого возросла преступность. Она стала распространятся по всей стране, словно чума, люди старались хоть как-то выжить в этом хаосе. Но как выживать, если все уничтожено. От армии остались жалкие остатки, любое нападение иноземцев захлопнет крышку гроба на славной мечте революционеров. Северные и Западные племена уже собирали силы, чтобы отомстить своим оккупантам. А Столица, некогда сильнейший и богатейший город, теперь в руинах. Торговля остановилась, вся инфраструктура уничтожена. Во время осады погибла одна треть населения, улицы были буквально завалены трупами. К такому результату привела безжалостная гражданская война. Революция. И дальше становилось только хуже.       Не далеко от столицы расположилось кладбище где были похоронены самые разные люди. Люди, что служили Империи. Богатые и бедные, великие генералы и полководцы, политики и торговцы. Все они были совершенно разными людьми, но здесь были равны. Смерть всех уравняла. Их могилы одинаково просты, плита с именем и годами жизни. Мертвым уже все равно, они нашли здесь свой последний покой.       Рядом с кладбищем, словно бросая вызов этому однообразию, располагался обычный крест. Черный крест. Символ сильнейшего воина империи. Символ, что наводил ужас на всех, кто противостоял ей. Внушал страх и уважение. Несмотря на его простоту, он был величественнее любого памятника, словно часть ее продолжала жить в нем. Она не была похоронена здесь, она вообще нигде не была похоронена. После своего поражения ее тело превратилось в ледяную пыль, которая развеялась по ветру и исчезла бесследно. Однако, это место было последним напоминанием, что она когда-то существовала.       На против креста, на расстоянии вытянутой руки, стоял юноша с каштановыми волосами и грустно смотрел на надпись у самого основания.

«Сильнейший воин Империи, Великий генерал Эсдес»

      Ни пафосных слов, ни длинных текстов заслуг, ни хотя бы маленького описания, кому посвящен этот небольшой памятник.       Только эти шесть слов.       Тацуми, так звали этого юношу. Герой революции, тот кто оказал невероятную помощь в свержении Империи. Бывший член Ночного рейда. Самой опасной группы убийц, некогда наводивших страх на всю столицу. Только теперь это все в прошлом, Ночного рейда больше не существовало. Он просто стоял и смотрел, погруженный в собственные мысли. Революция победила, то к чему он стремился, свершилось. Так почему в конце столь долгого пути он не чувствует ничего, кроме боли и сожаления. Почему вкус победы так горек? Саё, Иэясу, Шелли, Булат, Челси, Раббак, Мэйн, Леоне, даже Сусаноо, хоть он и был всего лишь тейгу. Он потерял так много дорогих себе людей, так почему? Почему та боль и сожаление, что он чувствует не из-за них? Эта боль в груди, которую невозможно заглушить, эта пустота в его сердце, не из-за них. А из-за неё.       Почему?       Она была врагом. Врагом настолько ужасным, что пока она была жива, победа была невозможна. Она совершала преступления немыслимые по своей жестокости, буквально стирая целые народы, снося все, что стояло у неё на пути. Без жалости, без сожаления. Подвергая людей пыткам, что не снились в самом страшном кошмаре. Ломая и перешагивая через любого, кто был слабее её. Да, слабее. Сильный выживает, слабый умирает. Это то во что она верила, то что вело её. Крайне простая идеология, но вполне имеющая право существовать в этом жестоком и безумном мире. Мире, в котором не признается ничего кроме силы. Мир, в котором если ты слаб, ты погибнешь. Если ты слаб, ты ничего не сможешь достигнуть и никого не сможешь защитить. Тебя просто уничтожат, сотрут, сожрут. Тебя даже не станут слушать, этому миру нет дела до слабаков.       Неужели все, кто был дорог ему, все его друзья погибли, потому что были слабы. Нет, так не должно быть. Но разве не стоит он сейчас здесь потому что стал сильнее чем все, кто противостоял ему. Разве его жизнь не доказывает, что она была права.       «Ты не понял, Тацуми, я не изменюсь. Ты единственный кому придется изменится.» Так она сказала в их первую встречу. Слабая улыбка появилась на его лице, что бы она сказала узнай насколько близки к истине были её слова. Тацуми с силой стиснул кулаки, вспоминая о ней. Один вопрос не давал ему покоя, лишив сна.       —Почему ты не рассказала мне? — Этот вопрос тихо срывается с его губ. Вопрос, на который он отчаянно желает услышать ответ. Который так и не сможет достигнуть её. Как бы он ни хотел, как бы не желал, ответа он так никогда и не услышит. Не сможет услышать её, увидеть её еще один раз. Сожаление разъедает его. Но не только оно.       Чувства, которые он отрицал, которые не принимал. Каждую их встречу, Тацуми старался убежать от неё и никогда больше не встречать. Задавить в себе все чувства к ней, ведь если он проиграет им, все к чему он стремится лишится смысла.       «Когда мы встретимся снова, мы будем врагами.» Тацуми поднял взгляд в небо. Оно было темно-серым, без единого луча солнца, словно с грустью оплакивая всю боль, что испытала земля раскинувшееся под ним. И мелкие капли дождя подтверждали это.       В тот раз он решил, несмотря ни на что она будет его врагом. Он будет её врагом. Тацуми должен быть им. Ради страны, ради людей он не мог позволить себе другого. Судьба жестока, теперь юноша знал это. Раз за разом она сводила их, словно проверяя на прочность его убеждения. Каждый раз он убегал от неё как мог. Но их дороги снова сходились, будто бы всеми силами стараясь объединится.       Капли стекают по лицу Тацуми. Что это? Дождь? Или слезы? Её дорога завершилась на поле боя, в последней смертельной битве. Она умерла как настоящий воин, в пылу битвы, одна против целого мира. Не сдавшись и не отступив до самого конца. В этом была вся она. Всегда без страха принимала любые вызовы. Искала то, что могло испытать её, довести до предела. И сокрушить это, без жалости, наслаждаясь каждым моментом своего превосходства. Она нашла свой конец, а он смог шагнуть дальше. В мир, о котором так мечтал. Мир, в котором её больше нет.       Тацуми тяжело вздохнул. Он постоянно убегал от неё, так почему именно сейчас, в самом конце, когда её больше нет, он решил остановится. Остановится, зная, что даже так она больше не сможет поймать его. Так почему именно сейчас, больше всего на свете, он желал побежать к ней на встречу. Еще раз увидеть её. Еще раз услышать её. Еще хоть раз прикоснутся к ней. Воспоминания последних месяцев нахлынули на него и больше ничто не могло сдержать его слезы.       Прошло три недели после победы революции. Закончились радостные гулянья и жизнь стала возвращаться в привычное русло. В столице активно проводились операции по искоренению прогнивших остатков Империи. Вот и Тацуми сейчас находился на одной из таких операций. Хотя не совсем обычной. Ведь объектом обыска была база Егерей.       —Внимательно обыщите здесь все, любые документы, имеющие хоть какую-нибудь ценность, лично мне, — командир отряда отдавал последние распоряжения своим подчиненным. Тацуми это не особо интересовало. Он медленно двинулся в сторону особняка. Последнее пристанище Егерей. Это не Ночной рейд, особняк выглядел роскошно, не сравнить ни с одной базой Рейда. Открыв дверь, Тацуми прошел внутрь.       —Снова я здесь, — он не ожидал, что еще раз окажется в этом здании. В тот раз ему не особо хотелось задерживаться тут. Легкое чувство ностальгии, воспоминания о тех днях захватывают разум. Турнир, Егеря, их первая миссия. Ненавидел ли он их? Тогда возможно, но сейчас уже нет. Они не были плохими людьми и сражались за тоже самое, что и он. Только по другую сторону баррикад. Находясь с ними, Тацуми невольно осознавал, как много общего у Егерей с Ночным рейдом. Они так же отчаянно стремились к тому, во что верили.       Погруженный в мысли, Тацуми не заметил, как ноги сами привели его к комнате командира Егерей. Рука непроизвольно потянулась к ручке. Все другие воспоминания исчезли, заменившись одним. Длинная ночь. Тацуми хорошо помнил эту ночь. Наверно её он не сможет забыть. Генерал, которая для всех была ледяным монстром без сердца, только перед ним предстала обычным человеком. Тогда он не придал этому особого значения. Однако теперь, когда Тацуми смог узнать её немного лучше, он понял насколько уникально было её отношение к нему. Неужели и правда это была любовь?       —Нет, — он встряхнул головой, прогоняя все мысли о ней. — Уже поздно думать об этом.       Открыв дверь, юноша зашел в комнату. С первого взгляда и не скажешь, что это комната генерала имперской армии, сильнейшего воина империи. Обычная комната, без роскоши и шика, с вполне себе стандартной мебелью, только качественной. Взгляд задержался на кровати.       «Скажи я нравлюсь тебе?» Она резко приблизилась к нему и в следующий миг он почувствовал вкус её губ. Неожиданно и в тоже время очень приятно. «Если бы ты мне не нравился, то сейчас бы не лежал подо мной.» Она смотрела ему прямо в глаза, улыбаясь. Его первый поцелуй принадлежал ей.       Тацуми медленно окинул комнату взглядом. С последнего раза, что он здесь был, так особо ничего не поменялось. Полное отсутствие каких-либо лишних вещей. Только кровать, шкаф, стол со стулом и диван. Она никогда не стремилась к богатству и роскоши, её интересы лежали в другой плоскости.       —Хм…— что-то привлекло внимание Тацуми. Небольшая книжка лежала на столе, сильно выделяясь в пустой комнате. Он быстро подошел к столу.       —Точно, это в ней она что-то писала, —взяв в руки книжку, он осмотрел её. Маленькая записная книжка, наверно единственное что осталось от неё. Несколько секунд Тацуми колебался. Открыть или не открыть. Интерес победил, и он открыл книжку, пролистав несколько страниц. Пара страниц были пустыми, на других описаны различные методы пыток. Решив просмотреть немного дальше, его глаза наткнулись на небольшой список.       —Хах, неужели она серьезно составила это? — на лице Тацуми появилась небольшая улыбка.

«Требования к будущему мужу»

      I. Сила и талант (для тренировок)       II. Храбрость (для совместной охоты)       III. Место рождения вне столицы (как и я)       IV. Младше меня.       V. Милое личико и улыбка.       —Да, ты основательно подошла к этому вопросу, — он еще раз оглядел список. —Похоже на черновик. Тацуми и не догадывался, что был и более официальный документ с этим списком.       —Я еще понимаю про первые три, но зачем тебе остальные два, — он был слегка удивлен. Зная её, наверно ей бы подошел кто-то по старше и не с милым личиком, но влюбилась она в него. Видимо даже ей не под силу было приказать сердцу.       На следующей странице его ждала первая запись. «Сегодня состоится турнир в мою честь. Необходимо найти нового владельца для тейгу. Сомневаюсь, что кто-то сможет удивить меня, но что если я встречу … его?»       Так вот зачем был тот турнир, а он то надеялся заработать денег для деревни. В итоге угодил прямо к ней в руки. Тацуми даже не успел ничего сказать, как она утащила его. Совсем нет терпения. Хотя, чему тут удивляться, она всегда получала то что хотела.       Он перевернул страницу. Еще одна запись, видимо сразу после турнира. «Я нашла его! Эта улыбка. Тацуми — мне нравится это имя. Пока он спал (какое милое у него лицо<3) я посадила его на стул. Думаю, ему так будет удобно. Не буду его будить, подожду пока проснется.»       —Чего? Пока спал? Ты одела на меня ошейник, вырубила и связала цепью, — глаза Тацуми расширились от шока. Нашла его, уже тогда. В их первую встречу он боялся её до смерти. И ненавидел. Ведь из-за её подчинённых погиб Булат. Но все же, не она виновата в его смерти. Булат знал, что за путь он выбрал и к чему это может привести.       Он ментально возмущался, но на лице играла слабая улыбка. Милое лицо, она даже сердце нарисовала. Неужели и правда…. Нет. Этого не может быть. Она монстр-садист. Он знал, что она совершала. Страшные вещи.       —Расчувствовался и хватит. — Юноша взял себя в руки.       Тацуми взглянул на следующую страницу. «Тацуми. Над его послушанием надо еще поработать. Болс сказал, что в любви главное не сдаваться, попробую следовать его совету. Сегодня мы будем спать вместе, не могу дождаться. Я еще сильнее хочу обладать им.»       Она даже советовалась, он не знал. Не похоже на неё. Болс. Сложно поверить, но этот пугающий накаченный мужик был женат. Больше никого в отношениях не было, с кем еще ей было советоваться. Их отношения, какими бы они были? Она обещала тренировать его. Лично. Наверно можно благодарить бога, что ему удалось избежать этого. Зная её, тренировки могли закончится и летально.       —Хм, обладать. Обладать. О-обладать? Что она имела ввиду? Черт, даже сейчас это слово вызывает у меня мурашки,—Тацуми густо покраснел, вспоминая как она полуголая лежала с ним на кровати. Слишком сильные воспоминания, он решил быстрее перевернуть страницу.       От следующей записи Тацуми покраснел еще сильнее. «Мой первый поцелуй, это было приятно. У него было такое лицо… Хочу еще. Хотя он был довольно крикливый, пришлось легонько шлепнуть его. Сказать такое. Но Тацуми такой милый, когда сердится. Мы спали вместе, я так выспалась, наверно лучший мой сон. Сегодня мы будем охотиться, я продемонстрирую ему свои способности. Я не сдамся, ты полюбишь меня Тацуми, неважно сколько времени на это потребуется.»       Тишина. Тацуми перечитывает снова и снова. Это был и его первый поцелуй. Её губы были такие мягкие. Он чуть было не забыл про все на свете. Его пальцы скользнули по словам. «Ты полюбишь меня.» Почему здесь она такая? Совсем не похожая на то чудовище, как о ней говорили.       —Что это за чувство? Сожаление? — Неужели он сожалеет. Что выбор, который он сделал был неправильным. Нет, Тацуми знал, его выбор был верен. Он должен был спасти эту страну от гнёта тирана.Сомнений быть не может. Так почему это странное чувство никак не уходит.       Его взгляд скользнул на следующую запись. Здесь он уже сбежал от Вейва. «Он сбежал. Вейв очень меня разочаровал. Дал моему Тацуми убежать. Пришлось слегка его наказать. Я уже скучаю по Тацуми. Мои глаза сами начинают невольно искать его в толпе. Что ты делаешь со мной? Я впадаю в уныние…. Но я чувствую, что мы скоро встретимся и уже тогда Тацуми, я тебя не отпущу.»       —Бедный Вейв,— юноша содрогнулся. Страшно представить, что она имеет ввиду под слегка наказать. Наверно бедняга пережил кошмар.       —Она скучала по мне,—было сложно поверить. Как будто он читал дневник обычной влюбленной девушки, но никак не монстра-садиста, что заживо хоронит своих врагов и наслаждается их муками. Врагов. Ведь она была жестока только с врагами. А разве он сам не убивал своих врагов. Тацуми вспомнил, когда хотел пощадить одного. Если бы не Акамэ, это могло бы стоить ему жизни. Да, он сам убивал, без жалости, веря, что только так можно спасти эту страну. Но тогда получается, если убрать садистские наклонности и любовь к пыткам, чем он лучше её. Такой же убийца, прикрывающийся собственной моралью. Опять оно. Это чувство.       Душно, нечем дышать. Тацуми вышел на балкон. Рядом стоял небольшой столик со стулом. Как вообще это все уцелело при осаде. Расположившись на стуле и немного отдышавшись, Тацуми перевернул страницу. Странно, он желал еще узнать он ней. «Снова. Мы встретились снова. Я знала это судьба. Сейчас мы одни на острове, как на свидании. Какие-то монстры хотели разрушить нашу идиллию, но мы их уничтожили. Ах, как он рванул вперед на того монстра, такой храбрый. Мне кажется я еще больше в него влюбляюсь. Тацуми увидел на что я способна, судя по нему, он восхищён. С ним так хорошо. Даже как-то не хочется уходить с этого острова. Ничего не поделать, мы вернемся в столицу и теперь я его не отпущу.»       —Восхищён, да я был в шоке, разбрасываться такими глыбами, как снежками, — Тацуми вспомнил её силу. Как будто безграничная. Даже абсурдная. Не просто так её называли сильнейшей. Тот остров, он провел с ней не так много времени, но это были прекрасные воспоминания. Она открылась ему, рассказала о своём ужасном прошлом. Она с малого возраста попала в жестокий мир, где нет места жалости. Можно понять почему она стала такой. Иначе вряд ли можно было выжить.       Тацуми перевернул страницу и замер.       —Что? Нет, не может быть. Почему? Почему ты ломаешь этот образ врага? — Опять это чувство, съедающее изнутри. Только в этот раз сильнее. Намного сильнее. Несколько капель упали на бумагу. Слезы.       Два рисунка, довольно простых, но как ему было больно смотреть на них. На одном был изображён Тацуми. Даже подписан его именем. А на втором…       —Неужели ты правда так сильно любила меня? На втором она обнимает его, и у неё такое счастливое лицо. Сверху нарисовано сердечко, а чуть справа их имена. Тацуми ничего не мог с собой поделать. Образ жестокого врага рушился, оставляя только сожаление и боль. Все-таки она была не такой уж плохой или злой. Он признал это. И стало еще больнее.       Тацуми больше не мог ждать. Он словно прикоснулся к её самому сокровенному. К тому, что не видел больше никто. Ещё, он хотел узнать ещё больше. «Наши пути опять разошлись, но я верю то что случилось два раза случится и в третий. Главное я узнала немного больше о Тацуми. Он прибыл в столицу чтобы спасти свою деревню. Мне удалось вытянуть у него, что это за деревня такая. Это не в моём стиле, но, если ради Тацуми. Император обещал мне любую награду за победу на севере. Я распорядилась оказать большую поддержку его деревне, она больше ни в чем не будет нуждаться. Так же она будет находится под моей защитой. Тацуми точно обрадуется, когда узнает. И тогда он точно будет моим. Уже хочу ему рассказать, только дождись меня, Тацуми.»       Слезы, он больше не может их сдержать. Не хочет их сдерживать. Она сделала это ради него. Спасла его деревню. И не только спасла, а еще предоставила свою защиту. Это многое значит. Тацуми понимал, пока деревня находится под защитой генерала, с ней ничего не случится. Никто не посмеет пойти против неё.       —Почему ты сделала это? — Тацуми еще раз вчитывался в слова. Он ведь убежал от неё. Второй раз. Решил, что они будут врагами. А она все равно ждет его. Спасает его деревню, хоть это совсем на неё непохоже. Тацуми не думал, что она может быть такой.«Если это ради Тацуми» Эти слова крутились у него в голове. Что если он рано сдался и все же был шанс изменить её. Как бы тогда все изменилось?       Погруженный в мысли, Тацуми медленно переворачивал страницы. Слезы сами текли из глаз. Вот здесь его уже схватили, и она знает. Он член Ночного рейда. Но несмотря на это она не сдается, продолжает любить и старается защитить. Никаких пыток и полная амнистия. Для любого другого это было бы просто немыслимо. Его бы запытали до полусмерти, а потом публично казнили.       —Что во мне было такого особенного? — Тацуми посмотрел на свои руки, что в нем было такого, чего нет в других. Обычный деревенский парень с наивной мечтой и вечно орущий о прогнившей столице. Ставший врагом всей Империи. И несмотря на все это, Генерал сама приносит ему еду. Ни солдаты, ни еще кто-то, а она лично приходит к нему. Чем же он заслужил такое внимание. Он не мог это понять. Если только….       —Ты и правда любила меня, как умела, это были искренние чувства, — для Тацуми больно признавать это. Особенно после всего. Он считал её психопаткой-садисткой, но у нее была и другая сторона. Которую кроме него не видел никто. Которую он сам так и не заметил. Сторона способная любить. Хоть её любовь могла быть сопряжена с риском для здоровья, это были настоящие чувства.       Следующая страница содержала только два слова, но они разрезали сердце Тацуми как нож. Он ожидал увидеть здесь все что угодно. Ненависть, проклятия, желание убить, но только не это. Боль. «НЕ МОЙ» Он задыхается. После всего, что она сделала, он отвернулся от неё. Бумага привлекла внимание Тацуми.       -Кажется она плакала. — Следы слез остались на странице. Она плакала из-за него. Тацуми не мог поверить, что она была способна на такие эмоции. Всегда сильная, уверенная и непоколебимая. Казалось, сильнейший воин не знает слез.       —Что за монстра из тебя сделали, ты ведь была просто обычным человеком, — Тацуми вспомнил, что о ней всегда думали, как о монстре. Даже он сам.       «У тебя кусок льда вместо сердца.» Эти слова он сказал ей во время битвы за столицу. Но под слоем этого льда билось настоящее живое сердце, пусть и довольно специфическое. Сколько боли он причинил этому сердцу. И даже после этого она не сдалась.       Тацуми закрыл книжку. Он больше не мог читать. Просто не мог выдержать. Эта страшная боль в груди не утихает, с каждой минутой становясь все сильнее. Но кроме боли было что-то еще. Что-то что пугало его. Чувство, что он не испытывал к кому-либо другому. Даже к Мэйн. С ней он не чувствовал этого. Да, их отношения развились стремительно. Тацуми не успел осознать, как они уже встречались. Тогда он не смог понять, что чувствовал к ней на самом деле. Сейчас юноша знал. Это не была любовь. Только желание двух людей заполнить образовавшуюся пустоту в душе. Пустоту, что возникла от гибели товарищей. Пустоту, что питалась болью и страхом. Она хотела забыть с ним гибель её дорогих людей. Тацуми же не только хотел забыть гибель своих друзей, но найти спасение в ней от своих чувств. Спастись от той, что всегда ждала его и хотела быть только с ним. Он не мог себе этого позволить.       Сомнение. Правильную ли дорогу он избрал? Тот ли путь прошел и достиг ли того, о чем мечтал? Было ли вообще это его мечтой?       —Нет, — нельзя сомневаться. Тацуми знал, если люди в стране будут счастливы и смогут вздохнул свободно, если с его деревней все хорошо, значит он поступил правильно. Тацуми встал. Он должен вернуться домой. Здесь слишком много воспоминаний, они давят на него, не дают вздохнуть. Убрав записную книжку, юноша направился к выходу.       Как обладатель Инкурсио, Тацуми был несколько ограничен в свободе передвижения. Он не мог свободно покинуть столицу без разрешения Генералиссимуса. Новый верховный главнокомандующий, назначенный после победы повстанцев. Теперь почти вся власть была у него и подчинённых генералов.Тацуми никогда не интересовала политика и к таким переменам он относился безразлично. Главное, чтобы они привели страну к процветанию и защищали жителей.       Двадцать минут спустя, немного запутавшись в коридорах дворца, Тацуми нашел нужную дверь и зашел в кабинет военачальника.       —… восстание было успешно подавлено, — советник генерала заканчивал свой доклад. Верховный генерал сидел за своим столом и вглядывался в документы. Странно, вроде бы они победили и в страну пришел мир, но все чаще Тацуми слышал о различных восстаниях, вспыхивающих в разных точках бывшей Империи.       —Хорошо, — Генерал взглянул на вошедшего. — Можешь идти.       Советник развернулся и немедленно вышел, бросив беглый взгляд на Тацуми. Генералиссимус встал. Он был довольно хорошо сложенным человеком, средних лет. Тейгу он не обладал, но имел большое уважение среди солдат за свой боевой опыт и подход к военному делу.       —А вот и наш герой, —он подошел к Тацуми. — Что привело тебя ко мне в такое время, Тацуми?       —Мне необходимо вернуться домой. Революция победила и старая Империя уничтожена. Мне необходимо убедится, что с моей родной деревней все в порядке. И есть кое-что еще…— Тацуми замер на мгновение. — Я хочу понять, где мое место в этом новом мире, ради чего мне стоит сражаться.       Генералиссимус внимательно посмотрел на Тацуми. Вздохнув, он положил руку на его плечо.       —Если этого желает наш Герой, хорошо можешь отправляться домой.       —Спасибо, — Тацуми расплылся в улыбке. Наконец он вернется в родную деревню.       —Только одно условие, —Лицо Генерала стало серьезным. — У тебя будет не больше трех недель, северные и западные племена объединились в союз и наращивают свои силы на границе. Видимо они не простили того, что Империя угнетала их долгие годы. Ты нужен будешь здесь, чтобы защитить нашу страну от этой угрозы. А сейчас можешь идти.       —Вас понял, — Тацуми развернулся и направился к выходу.       —Я распоряжусь, чтобы тебе выделили летающего ската.       —Благодарю, — Тацуми быстро вышел из кабинета. Он не хотел больше задерживаться. Нужно как можно быстрее вернутся домой.        Спустя несколько дней Тацуми летел на скате. Под ним раскинулись бескрайние земли бывшей Империи. Здесь мало было крупных городов, одни деревни. Он уже приближался к северным землям, начинало холодать. Ему не терпелось увидеть счастливые лица жителей деревни. Как они будут рады, когда он вернется. Юноша с каштановыми волосами грустно улыбнулся. Наверно он должен поблагодарить её за спасение его деревни. Благодаря ей жители деревни смогут жить спокойно и счастливо, не испытывая в чем-то нужды.       —Спасибо, — он сказал это искренне. В конце концов она была не такой уж ужасной. Просто по-другому смотрела на мир. В отличии от него, выросшего в деревне, в окружении многих людей, в обстановке мира и относительного спокойствия, она выросла в совершенно другом мире. Совсем одна, потеряв всех близких, каждый день сражаясь за свою жизнь. Её мир разительно отличался от его. Либо убьешь ты, либо тебя. Правило по которому жил тот мир, и она хорошо усвоила его. Окажись он в такой же ситуации, потерявший всё, оставшийся один против этого жестокого мира и сражающийся за свою жизнь каждый день, наверно он стал бы таким же как она.       Тацуми посмотрел на небо. Оно было чистым, без единого облака. Солнце только вставало из-за горизонта. Значит примерно к вечеру он уже будет в деревне.       —Хорошее средство передвижения, — подумал Тацуми. —но дальше лететь нельзя, слишком холодный климат. Он направил зверя к земле. Придется идти пешком. Опустившись на землю, он слез со ската.       —Ты молодец, а теперь лети домой, — юноша похлопал по зверю и тот сорвался с места, направившись в сторону столицы.       Проводив его взглядом, Тацуми развернулся, он возвращается домой. На его лице заиграла улыбка. Да, он не одинок. У него есть дом, родная деревня, где столько людей ждет его возвращения. Тацуми уже представлял, какую пирушку закатят жители. Наверно на несколько дней. И еще, Тацуми хотел увидеть, правда ли она помогла его деревне и как она изменилась после её поддержки. Если в его доме поселились радость и счастье, значит тот трудный путь, что он прошел, был не зря.       Солнце уже заходило за горизонт, когда Тацуми наконец походил к деревне. Сильно холодало, ночи были здесь суровые. Все-таки деревня располагалась далеко на северо-востоке бывшей Империи. Земли тут были довольно безопасные. Опасные звери здесь не водятся. Наверно самым опасным здесь можно было встретить какого-нибудь медведя, но для опытного охотника он не представлял проблем. Бандиты сюда не совались, так как поживиться тут особо нечем. Армии на своем марше никогда не заворачивали сюда. Даже её армия, во время северной компании, обошла это место стороной. Так что эту деревню минули все ужасы тирании Премьер-министра и последующей кровавой революции. Только высокие налоги тяготили жителей, но даже они не могли лишить их радости жизни. Эта небольшая деревня была как семья, где все помогали друг другу. Хоть времена были не легкие, они всегда смотрели в будущее с надеждой. И Тацуми хотел, чтобы его деревня вздохнула свободно, не прогибаясь под тяжестью налогов.       Хоть места тут были и глухие, за все время пути ему не встретилось ни одного человека. Даже учитывая дальность и климат, это было довольно странно. Хоть кто-то должен был. Охотник, торговец, путешественник, кто угодно. Но не было никого. Подозрительно. Чувство, что что-то не так.       Тацуми встряхнул головой, отгоняя нехорошие ощущения.       —Все-таки моя деревня далеко от столицы, так что вполне вероятно можно никого и не встретить,—он посмотрел вперёд, уже виднелись небольшие стены с воротами. Он уже здесь, за этими воротами его ждут радостные лица. Казалось будто Тацуми не был здесь целую вечность. Юноша рванул к воротам. Столько всего случилось, но наконец, он дома. И тот длинный путь, что начинался здесь с желания спасти деревню, закончится там же где и начался.       —Что? — Тацуми не может понять. Что-то есть рядом с воротами. Этого не было. Что это? Он бежит быстрее. Что-то не так. Совсем не так. Страх захватывает его.Ощущение, что случилось что-то ужасное пронзает его. Не дает вздохнуть.       —Нет….— теперь Тацуми увидел, что находится рядом с воротами. Его трясет, ужас сковывает все тело. Ноги больше не держат, и юноша падает на колени.       —Как же так? — пальцы зачерпывают снег. Он поднимает взгляд и картина, что предстает перед ним, поражает до глубины души. Пики. Около десяти пик расположены по обе стороны от ворот, словно послание. А на эти пики насажены тела. Мертвые тела жителей его деревни. Изуродованные до неузнаваемости.       —ААААААА! — крик боли пронзает ночное небо. Его душа не может перенести такой шок. Слезы текут по щекам.       —Почему? — он не может понять. Что случилось с деревней? Еле найдя в себе силы, Тацуми встает. Он словно в кошмаре, от которого не может проснутся. С трудом передвигая ноги, падая в снег и вставая, он доходит до ворот. Его сознание просто не выдержит ещё одного взгляда на эти пики. Рука медленно открывает ворота и его взгляду предстает вся деревня. Дома сожжены и разрушены. Кто-то будто хотел стереть само существование этого места. Похоронить его в снегах. Но не это разрывает душу Тацуми. Тела. Всюду. По всей деревне лежат мертвые тела.       Ноги сами ведут его к центру деревни. Воздуха отчаянно не хватает, мозг отказывается верить. Это все просто кошмар. Вот только он не может проснутся. Смерть. Здесь все пропало ей. Взгляд Тацуми задерживается на каждом теле. Их просто вырезали. Как зверей. Загнали и убили. Всех, без жалости. Женщин, детей, стариков, не пощадили никого. Тацуми тошнит, слезы больше не идут из его глаз. Он просто не может плакать.       Они должны были быть в безопасности, счастливы. Он вернулся, должна была быть вечеринка. Так почему все что он видит, это мертвые тела. Он не верит, его деревня мирное место, как этот ужас пришел сюда. Неужели это она? У неё хватило бы жестокости. Это такая у неё помощь?       —Нет, она бы не стала. —Тацуми понимал, она бы не решилась на такое, это навсегда отвернуло бы его от неё. Или может это из-за его отказа? Только ради него она решила помочь этой деревне. Что если он отказал ей и тогда она решила забрать то что дала. Вырезала тех, кого обещала защищать. Вероятно, но нет. Такие обещания Генерал не нарушала. Пусть она и была невероятно жестокой, честь воина все-таки имела.       —Тогда кто? —Тацуми не мог понять. Кто же совершил такое с мирной деревней.       Они были для него как семья. Большая семья. А теперь они все мертвы. Боль, настолько сильная, что хочется вырвать сердце, лишь бы прекратить её. Рука невольно сжалась на груди, пытаясь добраться до той самой боли.       —Кто здесь? Тацуми застыл. Кто-то выжил. Он резко повернул голову в сторону, откуда послышался вопрос. Рядом с более-менее уцелевшим домом стоял староста деревни. Как же плохо он выглядел. Бледный, весь в крови, еле стоит на ногах, казалось он чудом смог прожить так долго.       —Тацуми? —взгляд полный удивления. Старик точно не ожидал увидеть здесь Тацуми. Ноги больше не могут держать его, но юноша успел подхватить старосту.       —Староста!       —Кажется мне не долго осталось, —лицо старика сморщилось от боли.       —Нет, не говорите так, все будет хорошо, —Тацуми аккуратно опустил старика на землю. В душе он понимал, что хорошо не будет, но отказывался верить.       —Ты все-таки вернулся, — на лице старосты появилась слабая улыбка — Наш герой.       —Герой? — глаза юноши расширились от удивления. Неужели…       —Да, мы все очень удивились, когда к нам пришел отряд из столицы. Сначала мы испугались, но они были с повозками и передали мне письмо от генерала имперской армии. Так это правда?       —В письме говорилось, что ты в столице, с ней и с тобой все хорошо. А также нашей деревне будет оказана поддержка и предоставлена защита генерала. По твоей просьбе, Тацуми. Ты стал нашим героем. Юноша не знал, что сказать. Она действительно спасла деревню, ради него. Сложно поверить, но это правда.       —Она называла тебя будущем мужем, — Старик улыбнулся — мы так обрадовались, что праздновали целую неделю, наш Тацуми и генерал.Спасибо, Тацуми, пусть и ненадолго, но ты принес счастье в нашу деревню. Боль. Ему больно это слышать. Дыра в его груди растет, словно пожирая изнутри.       —Что произошло здесь? — он должен знать. Лицо старосты изменилось, словно постарело, улыбка пропала с лица.       —Несколько дней назад к нам в деревню пришел отряд солдат. Сказали, что по приказу Верховного генерала собирают средства на восстановление страны. Мы конечно отдали им что могли, — Лицо старика скривилось. — Но им показалось этого мало. Они нашли те запасы, деньги, что нам передали. Хотели забрать все. Я не позволил им, сказал, что эта деревня под защитой генерала.       Старик остановился. Видно ему тяжело давались такие длинные речи, он тяжело дышал. Тацуми молча смотрел на него, не в силах что-либо сказать.       —Они рассмеялись, сказали Империя пала, такого генерала больше нет и теперь они могут делать все что хотят. Тацуми стиснул зубы от ярости. Ради этих людей он сражался, поставил на кон свою жизнь. Столько потерял, а они просто разоряют его деревню.       —Нас обвинили в предательстве и немедленно приговорили. Им дали абсолютные полномочия.       —Не может быть, что бы Генералиссимус допустил такое…— Тацуми не мог поверить. Он не так много времени его знал, но от точно был порядочным человеком, старающимся ради страны. Человеком чести.       —Может, Тацуми. Они заблокировали все выходы из деревни и устроили настоящую бойню. Убивали всех, без разбора. Не пощадили никого, — голос старосты разрывался от боли. На его глазах творился настоящий кошмар. —Они думали, что я умер и оставили лежать на земле. Это позволило мне спастись и выжить. Тацуми переполняла злость. В стране должен был воцарится мир. Он хотел создать мир, в котором не будет несправедливости, где все смогут жить счастливо. Но то, что Тацуми нашел в конце, были лишь боль и сожаление.       —Тацуми, это правда, что Империи больше нет? —глаза старика уставились на лицо юноши в поисках ответа.       —Да, правда, — Тацуми ответил тихо. Хоть в душе и бушевал ураган, в голосе больше не отражалось ничего.       —Значит эта страна обречена, — Печаль отразилась на лице старосты. — хоть жизнь при Империи была не легка, мы жили, стараясь радоваться тому, что было у нас, — На мгновение прежняя улыбка тенью упала на его лицо. — а когда ты спас деревню, счастье поселилось здесь. Эта мимолетная тень прежней улыбки была последним разом, когда староста некогда счастливой деревни, улыбался. Слезы наполнили его глаза.       —Этого не должно было случиться. Посмотри Тацуми, наш дом уничтожен, лишь смерть поселилась тут. Те, кто пришел к власти во много раз хуже Империи. Тацуми не знал, что сказать. Шторм, что только что бушевавший в нем, сменился опустошением. Неужели все, ради чего он сражался было ложью. Пустыми, наивными мечтами деревенского мальчика, что верил во всеобщее счастье и мир во всём мире. Как глупо. Как бессмысленно. Все, чего он достиг…. А чего он достиг? Мертвой деревни? Ради чего он сражался?       —Тацуми, — голос старика возвращает его в реальность. — Если Империи больше нет, скажи, с генералом все в порядке? Ты защитил её? — в его голосе еще жива надежда, что в этом хаосе хотя бы человек, который помог их деревне, выжил. Тацуми должен был её защитить.       —Нет. Она погибла, — Три слова, самые тяжёлые, что он говорил в жизни. Он отвернулся от неё.       —Как ты допустил это? —голос старосты звучал тихо. Свет надежды погас в его глазах. Тацуми видел, как гаснет эта надежда. Невыносимо смотреть.       Как он мог не защитить ту, что столько сделала для его деревни, для него. Что, если он ошибся? Что, если путь, который он выбрал, был неправильный. Революция принесла только отчаянье. Ночной рейд застелил его путь трупами. И в конце их стало только больше. Зачем тогда он вообще сражался? Зачем вступил в Ночной рейд? Зачем хотел изменить страну? Он не знал какой мир на самом деле. Жестокое место. Наверно то, что в ту ночь его мир сломался о реальность и послужило причиной. Найти спасение от боли и пустоты в рядах Ночного рейда. Сражаться за благородную цель. Он словно нашел смысл жизни в смерти Премьер-министра. Как ослепший фанатик он мчался к этой цели, не замечая ничего вокруг. Ошибка. Все было ошибкой. Да кем он вообще себя возомнил. Спаситель? Воин правосудия? Кто? Он сам помог уничтожить всё, что имел. Не победи революция его деревня была бы жива. Страна не находилась бы на краю пропасти. Она была бы жива.       Староста смотрел на Тацуми и видел, сколько боли в его израненной душе. Он многое пережил. Старик закашлялся, кровь выступила на краешке губ. Времени очень мало, он должен успеть еще одно.       —Тацуми, я должен еще кое-что сказать тебе, очень важное, — Он собирает все свои силы, это надо было сделать еще тогда. —Тацуми… твои родители…       —Родители? —этот вопрос заменяет все мысли юноши, он не знал своих родителей. Что староста собрался сказать ему?       —Когда… ты был еще… маленький, тебя привела сюда…. мать.— Ему очень трудно говорить, паузы становятся всё больше.— Она оставила… тебе… письмо.       —Письмо? Вы никогда не говорили?       —Да… ты должен был… получить его на…. совершеннолетие, — Староста посмотрел в сторону своего дома.— но уже поздно… прости меня…Тацуми… оно сгорело… в пожаре.       —Ничего староста, я переживу, —Значит ему так и не узнать, кто были его родители. Он не удивлен. Вся его жизнь и так идет наперекосяк.       —Твоя мать… Тацуми… она сказала….—старик пытается собрать все силы для последних слов. Он должен сказать.       —Что?       —Тацуми…. твои родители…. были………— Жизнь уходит из глаз старосты.Голос больше не слушается его, силы покидают тело.Он проваливается во тьму.       —Староста! Староста! Нет, не оставляй меня! Не умирай! —Тацуми хватает старика за плечи. Перед глазами все плывет от слез.       —Нет, прошу! Не умирай! Не оставляй меня одного! —юноша склонился над грудью старика, не в силах остановить смерть. Человек, что был для него как отец, умер у него на руках. Крик отчаяния и боли разрывает тишину ночи. Еще некоторое время Тацуми держал в своих руках старосту, отказываясь верить в его смерть. Этой ночью он потерял все, что имел.       Прошла неделя после прибытия Тацуми в деревню. Одна из самых долгих недель в его жизни. Терять близких всегда тяжело, а он потерял все. Близких, друзей, даже свой дом. У него не осталось ничего.       Несмотря на то, что ему хотелось поскорее покинуть деревню, он задержался. Все эти люди были дороги ему, и он просто не мог оставить их тела лежать на земле, в ожидании, когда какой-нибудь зверь съест их на обед. Тацуми похоронил их. Каждое тело, своими руками. За деревней образовалось целое кладбище. Тацуми знал каждого жителя, ведь их деревня была небольшой. И каждый невольно всплывал в его памяти. Странно, но в этот момент он ничего не чувствовал. Ни злости, на тех, кто безжалостно уничтожил деревню. Ни боли, что он больше никогда не сможет вернутся домой, не увидит их всех. Ни сожаления, за то, что не спас их, не предотвратил этот ужас. Ни печали, что остался совсем один, лишенный цели и смысла жить. Все это придет потом, но в тот момент что-то сломалось в нем. Гибель деревни стала последним ударом. Его часы, что несмотря ни на что всегда шли вперед, сейчас встали. Он больше не понимал этот мир. Где добро и где зло? Где враг и где друг? Где правда, а где ложь? Он не знает.       Когда он отправлялся в столицу, он думал, что знает этот мир. Все было просто. Но уже тогда этот мир пошатнулся, когда умерли его друзья. Он столкнулся с суровой реальностью, совсем не такой как его наивные мечты. Тогда он нашел новую цель. И все снова стало просто. Тацуми знал, что делать и за что сражаться. Он знал кто враг, а кто друг. И новая наивная мечта поселилась в его сердце. Как он ошибался. Теперь он знает, как глупо было цепляться за эти мечты. Этот мир жесток и для наивности в нем нет места. Наивных этот мир сожрет, как сожрал его друзей. Он думал, что это зло забрало их. Зло, которое поселилось в столице, источником которого он считал Премьер-министра. Он слышал, как казнили его. Разрезали по кусочкам, еще живого, наслаждаясь страданиями. Так кто же зло? Здесь нет добра и зла. Есть только люди. Разные люди, со своими мечтами, целями, принципами. Они живут как умеют и выживают как могут. Кто-то лучше, кто-то хуже. И у каждого своя мораль, своя справедливость. Как и у него.       Солнце ярко светило в зените, освещая заснеженные земли. Северо-восток страны был неприветлив, вокруг были только одинокие деревья и снежные холмы. Изредка попадались различные звери. В основном волки, более опасные звери здесь если и водились, то точно не рядом с дорогой. Тацуми возвращался в столицу. По пути он видел различные деревни, одни были не многим лучше, чем его. Тоже мертвые деревни. Другие же были живые, но жизнь в них можно было назвать борьбой за выживание. Сказывались последствия революции.       Тацуми должен был вернутся, рассказать Генералиссимусу о страшных преступлениях, творящихся в этих землях. Он не верил, что генерал может стоять за всем этим. Наверно, он не в курсе и как узнает сможет разобраться. Тацуми хотел, чтобы тот, кто ответственен за смерть его близких получил по заслугам. Только это все равно не поможет, мертвых уже не вернуть. Тацуми грустно вздохнул. Почему первый император не создал тейгу способный воскрешать. Тогда он смог бы исправить столько ошибок, столько смертей. Но такого тейгу не существует, видимо даже ему не под силу было обмануть смерть.       Проведя неделю в пути, Тацуми наконец увидел стены столицы. Его путь был спокойным. Опасные звери ему не встречались, только изредка он охотился, чтобы приготовить поесть. Ни солдат, ни обычных торговцев, словно страна вымерла. Зато было много времени, чтобы подумать и Тацуми использовал его. До этого, события развивались очень быстро, сменяя друг друга и времени не было. Теперь же он обдумывал свою жизнь. Все что он сделал. И не только. Ночной рейд, повстанческая армия, революция. Что они дали ему и чего лишили? То же касалось Империи и Егерей. Тацуми никогда так много не думал. Но чем больше он думал, тем сильнее ему казалось, что он выбрал неправильный путь. Возможно, если бы он выбрал Империю все пошло бы по-другому. Конечно ему бы пришлось сражаться против Ночного рейда, даже убить кого-нибудь из них. Смог бы он? Тацуми не знал. Только тогда удалось бы избежать того ужаса, в котором страна находится сейчас. И она была бы жива. Странно, но сейчас он скучает по ней.       Погруженный в мысли, Тацуми подошел к воротам в столицу. Он вспомнил, как первый раз попал сюда. Город сиял своей красотой, а улицы были наполнены людьми. Словно гигантский муравейник, колоссальных размеров. Возможно тут не хватит жизни, чтобы все обойти. И чего только можно было здесь ни встретить. Вот только все это было в прошлом. Сейчас, идя по улицам, он видел печальную картину. От былого величия не осталось и следа. В прошлом многолюдные улицы, сейчас представляли собой лишь бывшее поле боя. Разрушенные дома, люди, лишенные своего пристанища, влачащие жалкое существование на улицах. Больше здесь нет множества магазинов, ресторанов, баров. Их вообще больше нет, все было уничтожено.Теперь это одни большие развалины. Вот чего он добился, вот как помог своей стране. Наверно, в чем-то даже хорошо, что его товарищи не видят, к чему привели их старания. Тацуми посмотрел на дворец. Вспоминая Ночной рейд, он подумал про Надженду. Последний раз они виделись через неделю после победы. Встреча была не долгой, у неё теперь было очень много работы. Все-таки Надженда стала частью нового правительства.       —Надо будет зайти к ней, после Генералиссимуса,— сейчас это бы сильно помогло Тацуми. Он не справлялся со своими мыслями, чувствами. Слишком много свалилось ему на плечи, слишком тяжело чтобы сделать хотя бы шаг. Ему нужен был кто-то, кто поможет ему, направит. Без этого он наверно сломается.       Благодаря большим размерам города, путь до дворца занимал немало времени. Пара часов блужданий по улицам и Тацуми наконец пришёл к цели. Задерживаться он не стал и сразу направился к кабинету Генералиссимуса. Еще с прошлого раза он хорошо запомнил его расположение. Быстро пройдя несколько коридоров, Тацуми зашёл в кабинет генерала. Тот сидел за столом, заваленным кучей бумаг и что-то методично писал. Шум у двери потревожил Верховного генерала, заставив поднять глаза на вошедшего.       —Здравствуй Тацуми, значит ты уже вернулся, — генерал прекратил писать, отложив бумаги в сторону — как прошло твое путешествие? Тацуми не сдерживался, решив рассказать все сразу.       —Генералиссимус, я должен рассказать вам. Во время своего путешествия, я увидел, какие ужасные вещи творятся на северо-востоке страны. Целые деревни были жестоко уничтожены, а все жители убиты.       —Я знаю Тацуми, — лицо мужчины моментально стало серьезным, лишившись всех эмоций. —Это был мой приказ.       —Что? — юноша был шокирован, это не тот ответ, который он ожидал услышать.       —Ты должен понять, в тех землях вспыхнуло восстание, нам необходимо было показать силу, — генерал встал из-за стола, направившись к Тацуми. — Ради будущего страны, мы не имеем права показывать слабость нашим врагам. Генерал остановился напротив Тацуми. Его взгляд словно сковывал льдом, от того человека, что он увидел, когда вошел в кабинет, не осталось и следа.       —Это ложь, там не было восстания. Там жили мирные люди, они ничего плохого не сделали, — Он не понимал, о чём говорит генерал? Какое восстание? У них просто забрали все и убили.       —Ты хочешь сказать, что все генералы ошибаются? — голос Генералиссимуса стал стальным. — Думаешь мы допустили бы гибель невинных людей. Там были революционеры, желающие вернуть старую Империю.       —Но там погибли невинные люди, —Тацуми не понимал, почему генерал не слышит его. —Надо сообщить совету, провести расследование. Такие преступления нельзя так оставлять. Тацуми не мог смирится, ведь погибла его деревня. Там точно не было восстания. Это какая-то ошибка, надо разобраться.       —Тацуми, ты суешь свой нос не в свои дела, прямо как Надженда, — атмосфера в кабинете резко изменилась, словно температура опустилась на десяток градусов.       —Что? — юноша в ступоре. Он больше ничего не понимал. Какие дела? При чем тут Надженда? Что скрывает генерал?       —Пусть ты и герой, но, если продолжишь, ни к чему хорошему тебя это не приведет, —В его голосе четко слышалась угроза, тут невозможно ошибиться.       Тацуми замер. Он хотел ответить, но слова так и не покинули его рта. Окружающий мир словно исчез. Генерал продолжал говорить, но он больше не слышал его. Все стало понятно и одновременно так просто. Тацуми посмотрел на Генералиссимуса. Он знает, что никакого восстания там не было. Поэтому он не хочет его слушать, так ультимативно заявляя об этом восстании. Это просто сказка для сокрытия тех ужасных преступлений. Страшных поборов и жестоких убийств. Все ради денег, видимо этот мир и правда не изменить. Только смирится с его правилами и стараться выжить. А значит он с самого начала ошибался. Видимо Надженда узнала про настоящие дела этих политиков, вот только в отличии он него, у неё больше не было тейгу. Она не нужна им живой.       —Мы знаем, что ты был возлюбленным вражеского генерала, — его слова возвращают Тацуми в реальность —и нам ничего не стоит обвинить тебя в связи с этой су… КХ!       —Заткнись, ты хуже Премьер-министра, тот хотя бы не прикрываться благой целью, —Тацуми не выдержал, он больше не желает слышать и слово из этого рта. Его меч пронзает грудь генерала, быстрее чем тот успевает среагировать. Кровь стекает по лезвию, пока меч врезается все глубже.       —… Ты … сукин сы…—генерал пытается вытащить свое оружие, но ему уже не успеть. Юноша проворачивает меч и глаза мужчины закатываются от боли. Мертвое тело падает на пол, заливая кровью все вокруг. Тацуми окинул взглядом теперь уже бывшего генерала. Он видел, как жизнь покидала его глаза. Дрожь прошла по его телу. Что-то новое, темное поселилось в душе, разрастаясь как пожар. Пугающее чувство, но одновременно невероятно притягательное. Наслаждение. Эти ощущения были неизвестны ему. Тацуми никогда не испытывал наслаждения от убийства. Кто бы это ни был. Звери, люди, монстры, их смерть не приносила ему это чувство.Но сейчас все по-другому, этот жестокий мир менял его. Так вот какой её мир. Юноша даже не заметил, как на его лице возникла хищная улыбка, в глубине души, еще не осознавая, он хотел еще. Еще раз испытать это чувство.       Шум у двери отвлек Тацуми.       —Генералиссимус, все в поря….—советник замер у входа. Его взору предстал юноша с окровавленным мечем, стоящий на против мертвого тела. У генерала была страшная рана в груди, весь пол залит кровью. Советник не стал долго думать, мгновенно выбежав обратно в коридор.       —Тревога! Тревога! Генералиссимус убит! Предатель во дворце!       —Черт! —Тацуми не желал сейчас сражаться против всей стражи. К тому же, он не может использовать Инкурсио. Об этом никто не знал. Он никому не сказал, но после столь частого использования Инкурсио практически захватил его тело. Еще немного и он перестанет быть собой.       —Лучше побыстрее убраться отсюда, —Тацуми рванул к окну. Высота тут была не большая и можно довольно безопасно приземлиться. Сильно выдохнув, юноша выпрыгнул в окно. Приземление было довольно жестким, но все части тела остались целы. Направившись в сторону от дворца, он неожиданно замедлился. Куда бежать? Ему больше некуда идти. У него нет ни дома, ни друзей. Здесь его скорее всего ничего кроме казни не ждет. Так куда идти? Вспышкой в его голове возникло странное желание. Есть еще одно место, которое он хотел посетить и Тацуми направился прямо к нему.       Дождь лил все сильнее. Промокший до нитки, рядом с памятником в виде креста, стоял Тацуми. Прошло около получаса, как он убил генерала. Можно не сомневаться, что теперь он враг номер один для этой страны. Так же как она, один против целого мира.       «Ты больше не будешь один»       Её слова. Тацуми прикоснулся к кресту. Холодный, как лёд.Он не слушал её, был уверен, что этот мир не такой, его можно изменить. И остался совсем один со своими несбыточными мечтами. Так за что он вообще боролся. В его сражении не было смысла, он уже проиграл, в самом начале, так и не осознав это до самого конца. Если бы только он понял это раньше. Слишком много он доверял другим, не задумываясь действительно ли это то чего, чего он хочет. И к чему приведет это слепое следование за идеей. Теперь уже поздно.       —Если бы только я….— звук шагов прервал Тацуми.От повернул голову в направлении звука. Пять человек медленно приближались к нему.Они пришли за ним и явно чтобы не вести переговоры. Он внимательно посмотрел на пришедших. Четверо были одеты в форму новой специальной полиции. Троих он видел на осаде. Экстаз, Черный Мерлин и Крик. Этими тейгу они обладали.       —Экстаз —Тацуми не мог не узнать его. Тейгу Шелли похоже нашел нового владельца. Опасное оружие. Четвертого он раньше не встречал и его тейгу не было видно. Не стоит относиться легкомысленно к такому оппоненту.       —Акамэ — Тацуми даже не удивлен. Он слышал, что она стала своеобразным уборщиком мусора для нового правительства. Чистильщиком. Если он станет её врагом, она убьёт его. Как в их первую встречу, Акамэ не будет колебаться. Тацуми повернул взгляд к могиле. Мурасамэ, так значит этот меч смог убить даже её. Один порез, и ты умрешь. Без шансов.       На лице юноши возникла ухмылка. Пять тейгу против него одного. Неплохо его оценивают. Однако есть ли у него шансы. Убежать от них не получится, Акамэ слишком быстра. Использовать Инкурсио слишком опасно, скорее он поглотит его раньше, чем начнется бой. А сражаться без тейгу подобно самоубийству. Что же делать?       Этот небольшой отряд остановился в пятнадцати метрах от Тацуми. Вперёд вышла девушка с Экстазом. Видимо она главная среди них.       —Тацуми, ты обвиняешься в государственной измене, поддержке старого режима Империи, в связях с высшими руководителями бывшей имперской армии, а также в жестоком убийстве Генералиссимуса. Приговор, смерть. Исполнение, немедленно.       Тацуми даже не повернул голову в её сторону. Слишком быстро, тело генерала еще не успело остыть, а уже состряпали такие обвинения. Видно ещё до этого они планировали избавиться от него. Юноша не отрывал взгляда от креста. Что же ему делать?       —Я знаю, что ни сделал ничего, чтобы заслужить твою помощь, я бы хотел исправить все, если бы была такая возможность. Прости и пожалуйста, я не знаю, что мне делать, —Наверно глупо просить мертвеца помочь тебе, но Тацуми было уже все равно, он потерял все. —Прошу, только в этот раз, помоги мне…       —Эсдес — одно лишь имя срывается с его губ. Словно отвечая на его зов, Инкурсио облачает его тело в броню. В руке возникает Нойнтотер. Таким же Инкурсио был и тогда, в колизее, в день его казни. Вот только сейчас ощущения были другими, он не пытается слиться, захватить его тело.       —Значит сражаться. —Тацуми знает, что делать, все сомнения пропали. Хищный оскал возникает на его лице.       Глаза Акамэ расширяются от шока. От Тацуми исходит невероятная жажда убийства, почти такая же как ощущалась от Эсдес. Нельзя медлить.       —Всем сосредоточиться, не упускайте его из виду, это не тот противник с которым можно рассла….— она не успевает договорить, как Тацуми в мгновение ока преодоляет пятнадцать метров, разрубая владельца Мерлина пополам. Он знает, в дождь это кольцо особенно опасно. Копье мгновенно описывает дугу отсекая руки, держащие флейту. Кровь хлещет во все стороны и бывший владелец музыкального инструмента с криком падает на землю. И это надежда и опора нового правительства, слишком слабо.       Тацуми несется дальше, его цель Экстаз. Он чувствует, как Акамэ следует за ним, но он должен убрать как можно больше противников пока не сойдется с ней в битве. Резкий рывок, он видит ужас в глазах девушки, но его копье блокировано ножницами. Силой удара её отбрасывает на несколько метров. Времени нет. Акамэ настигает его. Тацуми резко разворачивается, еле успевая парировать удар Мурасамэ. Он немного наклоняется влево, хватая копье второй рукой, чтобы сменить траекторию. Удар направленный прямо в голову Акамэ встречает блок.       Два оставшихся члена полиции смотрят в ужасе на эту битву. Словно два отчаянных монстра, они осыпают друг друга шквалом ударов. За их движениями невозможно уследить. Вот какие чудовища сражались в войне на передовой.Но им нужно чем-то помочь Акамэ, иначе даже она проиграет.       Руки, ноги, туловище, голова. Она отражает все его удары, отвечая своими. Но Тацуми видит, с каждым разом ей все сложнее блокировать его удар. Движения становятся медленнее, ответные удары хаотичнее. Видимо сказываются последствия её боя с Эсдес. Она еще не восстановилась. Тацуми усиливает напор, она больше не в силах нанести ответный удар. Как будто на осаде крепости, ему нужно только измотать её и закончить все одним ударом. Акамэ резко отступает на несколько шагов и в тоже мгновение бросается на него. Меч несется к его голове с такой скоростью, что невозможно блокировать. Удар просто разбивает в щепки его шлем. Тацуми пошатнулся, на мгновение он теряется в пространстве. В этот момент, между ним и Акамэ выпрыгивает владелец Экстаза. Из-за дезориентации он немного не успевает. Нойнтотер лишает девушку головы через секунду после ослепительной вспышки. Тацуми отступает. Слишком опасно в такой ситуации ломиться вперед.       —Кх— нити опутывают его тело и шею. Кросс Тейл? Он не ожидал увидеть здесь этот тейгу. Ему необходимо разрезать эти проклятые нити. Они сковывают движения, делая слишком легкой целью для Мурасамэ. Сильный рывок отрывает его тело от земли и через секунду спина врезается во что-то твердое. Столкновение оглушает его, голова гудит, глаза невольно оборачиваются назад. Лишь на мгновение. Крест? Но этого мгновения достаточно для Акамэ. Меч несется к Тацуми с такой силой, что пробивает Инкурсио как бумагу, пронзая его сердце. Клинок входит в грудь почти по самую рукоять, его просто пригвоздили к могиле. Она не оставляет ему никаких шансов.       Тело немеет, проклятие смерти распространяется по нему. Кровь стекает со рта, дышать практически невозможно. Похоже это его конец. Он прожил жизнь, в которой нечем гордится. Ничего не достиг, все что имел, потерял. Наполненный сожалениями, он смог избавится от них только под самый конец. И все же, от одного сожаления он избавиться не в силах. Тацуми так никогда и не сможет встретиться с ней еще один раз. Перед глазами все плывет, времени совсем не осталось.       —Похоже ты проиграл, Тацуми, —юноша поднимает глаза. Она стоит прямо перед ним и улыбается. Пусть все размыто, и он почти ничего не видит, но это точно она.       —Эс..кх..— кровь в горле не дает ему говорить.       —Вижу ты так скучал по мне, что даже решил умереть на моей могиле, —она наклоняется к нему, обнимая — я тоже скучала. Он почти чувствует её прикосновения. Тацуми знает, она нереальна, но так хочет верить в обратное. Он собирает все оставшиеся силы, есть то, что ему необходимо сказать. То, что должен, чтобы сожаление больше не пожирало его.       —Я…те..бя… лю…блю — последние слова, потребовались невероятные усилия, но он смог сказать ей. Тацуми чувствует, как её объятия стали сильнее.       —Я всегда так хотела услышать эти слова от тебя. — Эсдес немного отстраняется от него. Её рука ложится на лицо Тацуми, глаза смотрят прямо в его. Она улыбается, и он улыбается ей в ответ.       Инкурсио исчезает, превращаясь обратно в меч. Акамэ не отрывает взгляда от бывшего товарища. Он умер с улыбкой на лице. Она знала для кого эта улыбка.       —Прости Мэйн, даже умерев, она все равно смогла забрать его себе. Она медленно вынимает меч из груди Тацуми и смахнув кровь убирает его в ножны. Здесь не будет долгого прощания, его путь закончился, а ей нужно двигаться дальше.       —Покойся с миром, Тацуми. — Акамэ разворачивается, уходя прочь от этого места. Дождь усиливается. Капли стекают по лицу Тацуми, смывая кровь. Обычный деревенский парень выступил против целого мира, в надежде изменить его и проиграл. Этот жестокий мир. Его невозможно поменять, очень сложно принять и невероятно трудно выжить в нем. Тацуми не справился с этим миром и смерть пришла за ним. Это конец его пути.

***

«Господь обязательно защитит тебя, Тацуми»