Глава 1. Странности и злые полицейские
3 марта 2017 г., 13:58
Думаю, стоит начать с того, что меня зовут Наруто Узумаки, я учусь в Академии ниндзя и являюсь жительницей деревни Коноха. А ещё нужно обязательно добавить, что я далеко не самый обычный ребёнок. Почему? Ну вот хотя бы представьте себе, что вы на полигоне, тренируетесь в поте лица. На улице темно, вас никто не видит. В какой-то момент вы теряете сознание от усталости или от голода (определить трудно, потому что и то, и другое вы испытываете довольно часто) и чётко ощущаете приближение к земле. А наутро вы, как ни в чём ни бывало, просыпаетесь на кровати в своей квартире. Похоже на странность? Я думаю, что да.
— Доброе утро, — широко зевнув, я опустила ноги на холодный пол. Бодрит.
Целенаправленно двигаюсь в ванную комнату, пытаюсь смыть запёкшуюся кровь с костяшек пальцев. Она стягивает кожу и делать это не очень приятно. Сразу же видно вторую мою странность — у меня очень быстро заживают раны. Вчера я отрабатывала удары на бревне, и смытая в раковину кровь — прямое тому доказательство, но теперь, когда я осматриваю тыльную сторону ладони на предмет присутствия ссадин или царапин, вижу лишь гладкую кожу без каких-либо повреждений.
Не сказала бы, что мои странности мне не нравятся. Что касается быстрого исцеления, то оно мне только на руку: меньше будет возникать вопросов у сенсеев, да и поход в больницу для меня никогда не был праздником. Так что всё очень даже удобно. Но вот, что странно: про регенерацию я узнала сразу же, как только стала себя осознавать, как личность, а вот загадочные перемещения с полигона прямиком в мою квартиру начали происходить примерно две недели назад. Сперва я была взволнована из-за этого, но потом привыкла. В конце концов, это тоже приносило мне только плюсы. Хотя интересно всё-таки было, тут даже спорить не стоит.
— Приятного аппетита! — радостно восклицаю я, разглядывая свой завтрак — пластмассовый стакан с лапшой, залитой кипятком.
Обжигаюсь, но доедаю всё до последней лапшинки и залпом выпиваю бульон. Ну вот, в животе сразу чувствуется приятная наполненность, и настроение улучшается буквально в считанные минуты. Теперь можно и в Академию сходить…
-ххх-
— Да чтоб тебе пусто было, Учиха! Я была в бешенстве. Мало того, что сенсей сделал выговор за опоздание, так ещё и этот Саске! Я знаю, что победил он у меня абсолютно нечестным путём! И в первый раз, и во второй, и в третий тоже, и в четвёртый… Или же сегодня просто не мой день. Я согласна с этим. Но — ксо! — его же никто не просил хмыкать! И смотреть на меня таким взглядом тоже никто не просил! — Только попробуй тронуть Саске-куна! — пригрозила мне кулаками женская часть класса. Пока я отплёвывалась от пыли, Учиха поднялся и наградил меня таким взглядом, что я непроизвольно сжала кулаки. — Я требую реванша! — Успокойся, Наруто, бой окончен, — попытался остудить мой пыл сенсей. — Но…! — Нам пора возвращаться. Скоро обед. Ну вот! Мало того, что перед всеми унизили, так ещё и отыграться не дали! — Защищайся, Учиха! — воскликнула я воинственно, замахиваясь для удара. И, о Ками, снова оказалась на лопатках, а надо мной — Учиха. Зырит своими чёрными глазёнками, даже не пытаясь скрыть довольной ухмылки. Сбить бы с него спесь! — Наруто! Я ведь ясно дал понять, что бой окончен, — Учиха смылся вместе с остальными, а надо мной грозной тенью навис сенсей. — Останешься после уроков, — словно приговор, изрекает мужчина. Я могу лишь беспомощно наблюдать, как удаляется спина сенсея. Вот за это я и не люблю взрослых! Поднимаюсь на ноги и отряхиваюсь. Хорошо же меня Учиха искупал в земле. Одежду теперь только стирать! Ксо! Ещё и рукав порвали! Да что же это за невезение такое? Сегодня абсолютно точно не мой день. — Не пойду в Академию, — твёрдо решила я для себя, перелезая через ограду и, зацепившись рукавом за выпирающую железку, с мрачным злорадством дёрнула рукой на себя, раздирая ткань ещё сильнее. Какая теперь разница? Улицы Конохи встречают меня шумом и толпой, которая тут же расступается передо мной, о чём-то перешёптываясь. Это жутко раздражает. Нет, даже выводит из себя. Им повезло, что я ещё слабая. Хотя, признаюсь, зыркнула злобно пару раз на какого-то продавца, за что тут же получила десяток таких же взглядов. Не любят меня здесь. Совсем не любят. — И на что ты уставился? — достаточно грубо интересуюсь у незнакомого парня, который разглядывает меня, словно какое-то неведомое чудовище. Словно демона. Мне не отвечают. А разобрать что-то в шёпоте категорически не получается. — Хватит так смотреть на меня! Но меня никто не слушает. Все продолжают пялиться, переговариваться между собой, и я почти готова поклясться, что слышала среди неразборчивого шёпота обидное до глубины души слово «монстр». Глаза обжигают злые слёзы, и я поспешно вытираю лицо порванным рукавом. Мне нет здесь места. Никогда не было и не будет. Но всё-таки… — Я не монстр! — зажмуриваю глаза и бегу. Удивляюсь, когда ни в кого не врезаюсь, а стоит мне только посмотреть перед собой, как я вижу пустую улицу. Все прохожие прильнули к домам. Они смотрят на меня и презрительно морщатся. Вы все ещё узнаете обо мне! Я вам ещё покажу!-ххх-
Месть я придумала сразу же. Ведёрко с краской тоже нашлось достаточно быстро, там, где я и оставила его в прошлый раз. Сюда почти никто не ходит, да и любителей поглазеть на лица Хокаге лишний раз тоже на пальцах одной руки пересчитать можно, так что мне никто не помешает. — Вы ещё узнаете, кто такая Наруто Узумаки, — бормотала я раздражённо под нос, обматывая прочный канат вокруг пояса и закрепляя его. Ведёрко с краской тут же оказывается в одной руке, а кисть — в другой. Широкими мазками я начинаю разрисовывать лицо Первого Хокаге, обдумывая при этом, что нарисую на лице Второго… Когда же я заканчиваю последние детали на лице Четвёртого, то замечаю странное движение на улицах Конохи. Оборачиваюсь и просто не могу произнести ни звука. Прихожу в себя только спустя минуту, быстро сворачиваю свой художественный процесс, прячу ведёрко и кисть под ближайшим кустом и тут же пускаюсь наутёк. Повезло, что я знаю эту местность, как свои пять пальцев. — Она не могла далеко уйти! — мужской голос совсем рядом заставляет меня ускорить бег, чем я неосознанно себя и выдаю. Отряд полиции тут же устремляется за мной. Мне повезло, что это были всего лишь новички. Ещё совсем зелёные. Да, к тому же, у них в отряде не было ни одного сенсора. Только это и спасло меня от поимки. — Я нашёл след! — воскликнул буквально в паре метров от меня голос какого-то парня. Краем глаза проверяю, как там у них обстоят дела с моими поисками и острым концом камня обрезаю леску, активировав собственноручно установленную ловушку. На самом деле, ничего особенного. Просто два преследователя теперь болтались в подвешенном состоянии в прочной сетке, а я получила возможность увеличить между нами дистанцию, пока полицейские освобождали товарищей. Бегаю я хорошо. Без лишней скромности могу сказать, что я — одна из лучших в классе в этом мастерстве. Когда ты делаешь людям пакости, то просто обязан хорошо управлять ногами. А то ведь поймают и тогда мало не покажется… — Ой, — пискнула я, когда передо мной из ниоткуда появился мужчина среднего возраста. Довольно сильный на вид, с цепким взглядом и жутко серьёзным лицом. По отличительному знаку на предплечье определяю, что он тоже полицейский. — Узумаки Наруто, верно? — окидывает он меня внимательным взглядом. На открытой местности мне негде спрятаться. Ловушек поблизости нет, и единственное, что я могу сделать, — это просто бежать и надеяться, что меня не догонят. Я тут же пускаюсь наутёк. Догоняют меня быстро. Хватают поперёк живота и прижимают к широкой груди. Сопротивляться я не решаюсь, уж больно злой мне попался полицейский. Один только взгляд чего стоит! Когда мужчина плавно двигается в сторону деревни, мне приходится предстать перед жителями Конохи в довольно невыгодном свете. Стыдно. А, когда к нам присоединяются другие полицейские, ещё и жутко неприятно, потому что они рады, что смогли меня поймать, пусть и не своими собственными руками. И с радостью делятся этим друг с другом. — Фугаку-сама, как же быстро вы смогли поймать нарушителя! — восхитился тот самый придурок, которого я смогла обезвредить одним из первых. Ещё и лыбится, идиот. — Постарайтесь больше не быть такими самоуверенными, — нравоучительно заметил мужчина, пока я старательно смотрела под ноги. — Даже ребёнок может быть сильным противником, поэтому никогда не теряйте бдительности. Это может стоить вам жизни. — Хай! — откликнулся отряд новичков, а я задумалась. Не знаю, почему, но этот Учиха вызывает во мне уважение.-ххх-
Кажется, я что-то говорила про то, что сегодня не мой день? Сейчас я окончательно в этом убедилась, потому что это просто пик везения — быть запертой в одиночной камере полицейского участка да ещё и в одной комнате с парнем, у которого не получилось меня поймать и который теперь без умолку болтает. — Ты чего там напыжилась? — поворачивался он ко мне то и дело, отвлекаясь от бумажной работы. Отвечать я ему не стала. Лишь скрестила руки на груди, приготовившись к защите. — Есть хочешь? Не стану же я ему говорить, что сегодня даже не обедала. А ведь уже почти вечер… — Эй, я к тебе обращаюсь, ребёнок! — Я тебе не ребёнок, — хмуро проговорила я, с долей настороженности замечая, как на губах Учихи появляется хитрая улыбка, не предвещавшая ничего хорошего. Подозрительный тип. Очень подозрительный. — Да, ты — нарушитель, которого поймал Фугаку-сама. И на ребёнка совсем не похожа. Это факт, — пацан приблизился к моей камере, опустившись на корточки. Я тут же затаилась и притихла. Он удовлетворённо хмыкнул, рассматривая меня с ног до головы. — Ты — карлик, верно? — склонил парень голову набок, ухмыляясь. Камень, который я сжимала всё это время в ладони, тут же был запущен прямо в наглое лицо моего собеседника. И вот тут случилось две вещи: буквально за долю секунды глаза парня из чёрных стали красными, а после он уклонился от снаряда. И тогда я поняла, что не такая уж и странная, если сравнить меня с этим человеком. По крайней мере, у меня с глазами всё в порядке. — Ах ты мелкая, — зашипел разозлённый парень, открывая камеру в считанные секунды. — Да я тебя… — Учиха Кото! — в тот самый момент, когда я встала в боевую стойку с ярым намерением испробовать на противнике свои приёмы тайдзюцу, в помещение вошёл тот самый полицейский, который меня поймал. И выглядел он ещё серьёзней, чем раньше. Парень же после его появления вытянулся по струнке, коротко кивнув в знак приветствия. — Надеюсь, ты выяснял причину её проступка, а не отлынивал от работы. — Так точно, Фугаку-сама, — врёт и не краснеет. — В таком случае объясни, почему дверь в камеру открыта, — докапывался до истины мужчина, пристально глядя на парня. — Я собирался дать нарушительнице поесть. — Неправда! — не выдержала я потока этой наглой лжи. — Он меня оскорблял! — Оскорблял? — обратил на меня внимание мужчина. Я только было подумала, что сейчас меня отчитают, как было всегда, но, вопреки ожиданиям, полицейский воззрился на моего несостоявшегося противника, ожидая от него оправданий. — Не было такого, — развёл руками парень, но я не позволила ему закончить: — Он хотел меня ударить! — обвинительно указала на Учиху пальцем, нахмурившись. — Чего? — опешил Кото от такой наглости. — А ещё у него глаза стали красными! — воскликнула я, не зная, что ещё сказать. Судя по строгому выражению лица полицейского, этого было более чем достаточно. — Будешь неделю работать с бумагами, — я поверить не могла в то, что услышала, и глупо захлопала глазами. — Но, Фугаку-сама… — Выполнять. — Хай, — вяло буркнул Кото и, бросив напоследок на меня сердитый взгляд, покинул комнату. — Можешь выйти, — великодушно позволили мне, и я тут же переступила через порог камеры, воззрившись на мужчину снизу-вверх. — Познакомься, это Шисуи Учиха. Я только сейчас заметила рядом с полицейским парня, примерно лет на семь старше меня. У него были лукавые чёрные глаза, вьющиеся тёмные волосы и жилет чуунина, что уже окончательно повысило моё любопытство до максимума. — Шисуи будет ответственным за тебя в течение месяца. Это значит, что он будет ежедневно забирать тебя из Академии и отводить на общественные работы… — Что? — растерялась я. До этого самого момента все шалости сходили мне с рук, так что я довольно смутно представляла, каково это быть ответственной за свои действия. — За этот месяц ты разрисовала лица Хокаге четыре раза, разбила окно в Академии ниндзя, испортила стены двух жилых домов и украла краски и кисть из магазина, — тут же, словно по тексту, произнёс мужчина. — И что в этом такого? — недоумевала я. — Никто от этого не пострадал. — Лица Хокаге пришлось отмывать чуунинам, разбитое окно меняла тоже не ты, что же касается гражданских… Скажи, что бы ты сделала, если бы кто-то ради развлечения разрисовал стены твоего дома? Или украл у тебя что-нибудь? — Я бы его побила, — нахмурилась я. Мужчина смотрел на меня так, словно чего-то ждал. И это что-то не заставило себя долго ждать. Чувство горечи во рту было настолько неприятным, что я поморщилась. Интересно, чувствовали ли все эти люди то же, что и я сейчас? — Почему ты это делаешь, Наруто? — продолжал спокойным голосом мужчина. И мне неожиданно захотелось ему обо всём рассказать, потому что он не похож на всех тех людей, которые тыкают в меня пальцами и без конца говорят всякие гадости. — Потому что они меня ненавидят, — выдохнула я. Стало намного легче. — Если ты продолжишь в том же духе, то их ненависть станет только сильнее. Да, он был прав. И я тоже это понимала, но всё-таки это очень обидно, когда все постоянно смотрят на тебя, как на чужачку. — Ты понимаешь, о чём я говорю, Наруто? — Да, — очень тихо ответила я, и меня впервые услышали. — Тебе нужно будет исправить всё, что ты сделала, — продолжил полицейский, и я кивнула. — Хорошо, я сделаю это, — решительно глядя ему в глаза, заявила я. — Шисуи будет присматривать за тобой и следить, чтобы ты не отлынивала. Я снова посмотрела на пятнадцатилетнего мальчишку. Нянькой, значит, будет? — Пойдём. Я проведу тебя до дома, Наруто-чан, — улыбнулся Шисуи довольно дружелюбно. И на что я только что подписалась, Ками-сама?
