Да или нет? Однозначно да!

Рядом с большим шкафом-купе стоял Крис. Он был полуголый, лишь в руках была футболка, которую он собирался надевать, но этому помешала вошедшая девушка. Парень взглянул на Монику, которая в миг стала красной от подобного созерцания. Тело Кристофера было прекрасным…идеальным. Это нельзя выразить на словах, да и всю его красоту на холсте кистью точно не передашь, будь ты хоть Леонардо да Винчи. Хотя можно провести не шуточную полосу: он именно ангел-обольститель, творение Одина в угоду женщинам этой странны. А может к созданию его приложил руку Локи, которому было слишком скучно, и он просто решил создать демона в ангельском обличье. Как бы то ни было, Крис все равно был не дурн собой. — П-прости — шепнула Моника, но уйти, на что она рассчитывала, ей не удалось. Девушка в миг оказалась между стеной и полуголым парнем, который довольно улыбался. Его футболка осталась лежать на полу. За окном всё также падали большие капли воды, в образовавшейся тишине можно было четко слышать этот стук. Кап-кап. А именно здесь, в этой самой ситуации, мы можем обнаружить границу, которую вот-вот кто-то переступит: намеренно или случайно, уже не имеет значения, хотя, скорей всего, первый вариант имеет куда больше шансов — Крис, оденься, пожалуйста — тихо прошептала девушка, стараясь не смотреть на него. Она сосредоточила свой взгляд на деревянном полу. Вся эта ситуация была странной. Моника была беззащитна сейчас перед ним. Делай, что хочешь. Ты же король, ты же властитель этого мира, но Крис медлил, прикусив свою губу. Он ждал, покорно ждал, когда девушка поднимет на него свой взгляд. И вот сейчас…бинго! Некая сила заставила поднять её свой тяжелый взгляд, но она не задерживала его на теле, лишь всмотрелась в глаза Криса. Губы Моники были приоткрыты, будто из них сейчас вылетят слова, может колкие, может гневные. Да, Кристофер ожидал всего, что только присуще девушке сильной и вольной, но явно не того, что она сделала. Такое её движение было непонятным, как минимум, и как максимум странным. Моника гордая, независимая, такая девушка, какую хотелось заполучить для себя, чтобы доказать миру, что он способен сломать даже сильного. Но не сейчас, правда, не в это время. Свою победу над ней хотелось растянуть. А для чего? Чтобы ещё миг побыть рядом со своей жертвой? Хах. Как бы глупо это не звучало, но Моника не жертва. Это нельзя объяснить сейчас словами. Почувствуй раз, и тебя уже не отпустит. Это как наркотик, но проблема в том, что ты не желаешь признавать, что ты наркоман. И выходит вот такой дивный феномен. Тот, кто каждый раз чувствовал дурманящий запах победы, уже не может насладится ею. Но почему? Да ответ прост, как дважды два. Только представьте себе лиса, влюбившегося в крольчиху. Нелепость какая. Такое вообще возможно? И сейчас Крис смотрит на Монику, на маленького крольчонка, который поддается действиям хищника, не задумываясь. Так что же такого сделала Моника? Она медленным движение руки положила свои пальцы на голую грудь парня, вычерчивая на ней какие-то знаки. Нет, это были вовсе не знаки, это была обычная прогулка пальцев по чужому и твердому телу. Обычная ли? Чужое ли это тело сейчас? Да как бы ни так. Девушка постепенно покраснела, сердце, гоняя кровь по венам, так сильно колотилось, что, казалось, своим звуком заглушало дождь. А у парня…оно билось так же сильно, как будто в первый раз его касается девушка. «Отдать свою честь парню, только потому что он красавчик? Убого, ничтожно и глупо» Именно так размышляла Моника! Теперь же она хочет изменить своим принципам, жизненным позициям. Ради кого? Ради Кристофера Шистада. Он не просто принц-красавец на своем черном металлическом скакуне. Он король, в которого Моника, обычная служанка, так беспечно влюбилась. И сколько параллелей можно провести меж ними, но, черт, все эти параллели разбиваем в дребезги. Моника прямо сейчас, не задумываясь, встала на слишком зыбкую почку. Подросток не справилась, и все её принципы полетели в тартарары. Может она пожалеет в дальнейшем, но сейчас она совершенно ни о чем таком не думала. Не могла. Потому что весь её поток сумасшедших мыслей занимал полуголый парень. Сейчас, когда пальцы так нагло спустились вниз к торсу Криса и начали считать, изучать досконально каждый кубик на этом прекрасном теле, она потянулась к его губам, на вид таким прекрасным, впрочем как и на вкус. Губы соприкоснулись, и завертелось. Парень был так нежен и осторожен, будто касается не человеческой плоти, а драгоценного и безумно хрупкого кристалла, который лишь от малейшего прикосновения или дуновения ветерка может потрескаться. Она пошла против своих принципов, и, знаете, вы вправе кинуть в неё помидор, а может и не один, потому что она пошла против себя, но сначала по уши втрескайтесь(даже не подозревая, почему именно вы это сделали) в какого-нибудь идиота, а потом попробуйте устоять перед ним. Какой бы у вас не был самоконтроль, вряд ли бы вы удержались перед парнем, который вам безумно нравится. Это не так уж и легко. Стоит сказать, что так близко к Монике какой-то парень находится и правда впервые, так что Крис некий первооткрыватель. Подхватив девушку, Крис без какого-либо труда уложил её на кровать. Моника горела от нетерпения, кровь застывала в жилах. Девушка вновь тянулась к его губам, но Крис лишь наслаждался видом сверху вниз. Он хотел запомнить всё до мелочей. Затем он, наклонившись, начал расстёгивать пуговки на её рубашке, а губы его сначала нежно касались шеи Моники, заставляя её вздрагивать, а затем он уже без зазрения совести начал оставлять алые отметины, которые будут доказательством его власти над ней. И Моника была не в состоянии сказать «нет» этому засранцу, да, впрочем, к чему лукавить, она и не хотела этого говорить. Пуговки на рубашке поддались быстро. Взгляду Криса открылись элегантные изгибы тела прекрасной девы, и всю это живописную картину отнюдь не портил шарм от вырезанного аппендицита. Моника невольно вся сжалась под хищным взглядом парня, который первый, кто видит её так отчетливо и близко, а не раздевает в своих мечтах. Это одновременно пугало и возбуждало до чертиков! — Прекрасна — шепнул он на её ушко, отчего девушка задрожала мелкой дрожью. Второкурсница присела, и рубашка слезла с её плеч, тем временем парень коснулся их своими губами. Тело Моники было напряженно, она чувствовала каждое прикосновение, буквально. Послышался щелчок бюстгальтера, и тот упал следом за рубашкой. Проводя языком по её телу и оставляя за собой мокрую дорожку, Крис спустился к груди, которая в мгновение оком стало его объектом истязаний, потому то в следствии его "экспериментов" и там останутся красные засосы. Девушка опрокинула голову назад, закрыв глаза, и простонала. Уж слишком девственное тело светловолосой сейчас чувствительное, но с другой стороны это было божественно. Ощущать на себе прикосновения Кристофера — вот что дурманило рассудок. Черт, теперь-то понятно, почему девушки, уже побывавшие в его постели раз, хотели вернутся. Но это лишь начало. Дальше его губы скользнули к животику, заставляя Монику лечь, и, что уже совсем она не ожидала, Крис со всей своей осторожностью поцеловал её шрам. После такого, откровенно сказать, неожиданного момента, юноша стянул с девушки джинсы, отбрасывая их на пол. Признаться честно, ноги этой сладкой нимфы по настоящему завлекли парня. Чертова искусительница! Они были неидеальными, в каких-то местах были неровности, и изгибы не были так элегантны, но Крис влюбился в эти ноги, хоть убей. Если сейчас бы кто-то посмел оттаскивать его от этой девушки, он бы не поддался. Шистад начал с поцелуев коленок, что вроде бы нормально, но девушку это заводило, ну, а уж когда он добрался до внутренних сторон бедер, тут уже и слов не нужно. После нескольких секунд подобного блаженства, он положил пальцы на её белоснежные трусики и посмотрел на девушку, спрашивая взглядом: «можно?». Моника выдохнула и кивнула. Не в состоянии была произносить что-то связное и вообще похожее на слова. Когда последний оплот её защиты был сорван, и перед парнем теперь открывался весь вид на искусительницу, Моника не знала, куда себя деть, что делать дальше. Она медленно приподнялась, потянувшись к штанам парня. Она была не асом в подобных делах, да и порнуху, как многие делали/делают ни разу не смотрела, но её действия вполне были логичны, исходя хотя бы из того, почему она пред ним в таком положении, а он нет. Ремешок был расстегнут и снят цепкими пальчиками девушки. Она была вся в благоговейном предвкушении увидеть то, что видели другие, а именно, как вы и сами, скорей всего, догадались, — член. Пугала и заставляла трепетать лишь одна мысль о подобном. И что потом делать? Хотя, это естественно, девушки приносят удовольствие парню ртом, но Моника подобного даже представить не могла. Когда штаны парня были покорно сняты, и он остался лишь в одних трусах, где его половой орган чувствовал себя весьма не комфортно, Моника просто не знала, что дальше делать. Она хотела было потянутся к его трусам рукой, но её перехватила ладонь Криса. — Не позволю тебе замараться — прошептал он уж слишком сексуальным хриплым голосом. Точно что принц на белом коне, который спасает девушку. Потому что Моника и так тут умирает мало того от нетерпения, так ещё в добавок и от смущения. Это пороховая смесь, которая могла вот-вот взлететь на воздухе. Крис протянул ладонь к её промежности, осторожно проводя по ней, от чего у девушки перед глазами полетели вертолётики удовольствия, поэтому она застонала, сжав руку парня и инстинктивно зажав ноги. Но Кристфоер раздвинул их вновь с поражающей легкостью, совершенно осторожно введя один пальчик вовнутрь. Ощущение было незабываемое, от чего раньше тихие стоны стали более звучными. Движение его были таким грубым, но нежным и беспечным одновременно. И стон её лишь подпитывал жадность Криса, у него просто сносило крышу, от чего он хотел больше и больше. Но вопреки своим животным желанием он все же вытащил пальчик из её дырочки, ведь самое главное впереди. Вскоре и он лишился последней вещицы, так мешавшей в их процессе. Моника созерцала прекрасное и уже правда хотела потянутся к нему ручонкой, как оказалась вновь в лежачем положении, ибо так было значительно легче, но она, право, не могла отвести глаз от члена парня, который не был столь огромен, но и не маленьких размеров. Об этой «машине для убийств» шептались много, но Моника видит его впервые и откровенно соглашается со всем, что было сказано девчонками, побывавшими под ним. Впрочем, как и она сейчас. — Прошу…- шептала Моника — Ак-куратнее. Она боялась, но этот вкус чего-то нового манил. Вот уже головка члена была у самого влагалища, куда через секунду и устремился, медленно и осторожно. Кристофер не из тех животных, кто набрасывается на своих жертв, не раздумывая. В первую очередь принести удовлетворение противоположному полу. Это может вам безоговорочно показаться странным, из ряда фантастики, но все так, как оно есть. Моника закрыл глаза, сжав руки в кулаки. Эта боль пока терпима, но дальше, как говорили, идет все только хуже. Вот девушка и ждала этого «хуже». Крис же продолжал осторожную работу, раздвигая узкую девичью прелесть, но в тоже время, он следил за лицом своей партнёрши, за его изменением. И оно изменилось, когда девственная плева была сорвана. Лицо девушки исказилось из-за боли, она выгнулась в спине, немного прокричав. Крис нагнулся, успокаивая её сладкими поцелуя по всему телу. Это не помогало лишится боли, но зато помогало как-то расслабится. Девушка открыла глаза, чтобы видеть парня, в тот момент когда он начал двигаться, медленно, чтобы привыкли. Хрип и болезненное мычание поначалу выходили из уст девушки, но вскоре она как-то пообвыклась, что ли. Хрип сменился стоном, не мгновенно, лишь немного погодя, и стон этот не был каким-то порочным, лишь чистый, кристальный, словно вода в Байкале, а затем девушка и вовсе стала поактивнее, начала подмахивать бедрами навстречу парню, да и руки её легли на спину, что означает лишь одно: она в скором времени будет расцарапана. Всё это говорило само за себя. Боль отступила, отдавая первое место удовольствию. Моника лишилась девственности даже как-то спонтанно, но от этого лишь больше кайфа, больше чертового адреналина, и главное, что хочется непременно заметить, она доверилась ему… И доверила не только своё тело, но и душу, ведь девичья честь — это не просто слова. Потерять её легко, а вернуть в принципе невозможно. Пик удовольствия был уже не за горами. Вот именно то… Оргазм, — который Моника чувствует впервые. Не каждый парень умеет довести девушку с первого раза до оргазма, но Крис ведь не «каждый»…И вообще то, что девушка чувствовала было что-то схожее со взрывом Везувия, который своей лавой залил Помпеи (Моника досконально как-то опустилась в эту тему, когда писала реферат ещё зимой). Но парень предусмотрительно вытащил своё мужское достоинство во время, поэтому и белая жидкость, называемая семенем, упала на простыню. — Придется менять — с ехидной улыбкой испортил Крис всю страстную атмосферу, но Моника не обратила на это даже внимания, она лишь притянула парня к себе, прижимая к своему горячему телу.