Да или нет? Однозначно да!

За окном красного «Honda Civic Type R» пятого поколения видны были белые верхушки сосен, снег придал вечнозеленым деревьям какую-то изюминку; толстый заснеженный слой снега покрывал озеро Сонгсванн. — Свежий воздух, — певучим голосом протянула Моника, выглянув из окна машины. Щеки девушки были красными от мороза, а на нос тут же упала небольшая снежинка, которая сразу же растаяла. — Всё, — строго окликнул её Крис, сидевший на водительском сидении, — хватит. Замерзнешь — заболеешь. Он нажал на кнопочку в салоне, и стекло начало подниматься, поэтому Моника была вынуждена отшатнутся. — Эй, — возмутилась она подобной наглости. Но Крис оборвал все ещё не сказанные возмущения девушки, когда начал поправлять её красный вязанный шарф, чтобы побольше укутать в теплой одёжке совершенно не заботившуюся о своём здоровье Монику. Эта забота вызвала улыбку на лице девушки, поэтому Крис невольно улыбнулся и сам. — Мне не холодно, — ответила ему белокурая девчонка в шапочке, когда он отстранился от неё. — Со мной ведь ты, — добавила она сразу, прижимаясь к парню. Ваниль и только ваниль. Именно это было моментом полного удовлетворения и спокойствия, сейчас-то точно знаешь, что никто тебе не помешает, в отличии от того случая, произошедшего в школе в июле. — У меня, кстати, для тебя кое-что есть, — нарушил тишину Крис, глянув на девушку. — М? — с любопытством потянула Эстед, посмотрев на парня с низу вверх. Щеки её продолжали быть красными, но уже не от мороза, а от того, что в салоне машины стало очень (хотя терпимо и даже, наоборот, хорошо) жарко, ведь работала автомобильная печка. Крис отстранил от себя Монику и потянулся к бардачку, он вытянул из него свёрток темного-серого цвета, и этот самый сверток в мгновение ока оказывается в руках девушки. Мягкий и теплый. Явно одежда. Но что это? Это Моника и спросила, с удивлением посмотрев на парня, на что получила краткий ответ из одного слова: — Разверни. Крис, смотрящий до этого в окно, посмотрел снова на девушку и мягко улыбнулся, смотря за её реакцией. Как он и думал. Она удивилась, и не скрыла этого, когда в её руках оказалась пайта с принтом «Penetrators». Моника рассмотрела развернутую вещицу в её руках, потрогала ткань, а затем и вовсе уткнулась в воротник пайты, вдыхая сладкий мятный запах. Гель для душа у Криса с мятой, и этот аромат смешался с запахом порошка. Даже стирка не сумела вывести въевшийся, казалось бы навсегда, зеленый мятный отпечаток. — Это моя, — сказал Крис, открывая истину, которая для девушки уже понятна, — впрочем, теперь твоя. Парень, любуясь, как она вдыхает запах пайты, усмехнулся. «Странная такая девчонка. Пора бы привыкать.» — подумал он. — Моя? — переспросила Моника, отстраняя от себя мужскую одёжку. — А на ней, случаем, нет выделенного красным твоего имени? Девушка хоть и спросила о таком, но знала, что этого точно нет, она ведь внимательно рассмотрела всё вдоль и поперек. Крис заметно надулся. — Нет, — тихо проговорила девушка, сама же и отвечая на свой вопрос, — я знаю. Хоть пайта была и мужской, но раз это подарок, как поняла Моника, то она однозначно будет её носит. Может даже пощеголять в ней по школе. Все от зависти умрут. Ведь до сих пор ведутся обсуждения пенетраторов, хорошего шороха каждый из них навёл, большая половина из них продолжает ходить на вечеринки, да и сами их организовывают. — Это подарок? — все же решила уточнить Моника. Крис кивнул. — Однозначно да! — А с чего такая щедрость? — сощурившись, вновь задала вопрос девушка. — Ты ведь девушка пенетратора! Значит одна из них. — Да, бунтарей бывших не бывает, — поддержала его Эстед, широко улыбнувшись. Девушка опустила голову и тихо проговорила, — спасибо. Только знай, — белокурая неожиданно подняла голову, — назад не отдам. Крис заметно напрягся, но, услышав конец фразы, как прыснет. — Дура, — с нежностью в голосе проговорил парень, потрепав ту по шапке. — Одназначно да! Но какая есть, — буркнула Моника, но не смогла сдержать улыбки.