Продолжение рода

«Бывалая подушечка, мягкий пол, прокуренный потолок – вот настоящая японская гостиница», - снился Тацуми голос его папы, что уже говорило о том, что можно после такого сна не проснуться. В этот момент Хильда после небольшой перебранки с сотрудниками отеля за то, что те оставили сонное зелье в номере, сидела на кровати рядом с обездвиженным парнем и ждала, когда же великий доктор Рахманинов вынесет свой вердикт. Доктор не особо торопился с выводами о состоянии больного, потому что дело казалось весьма необычным. Людишек традиционными демонийскими способами было лечить весело, но не без летальных исходов. Однако одна дамочка явно была против такого разрешения ситуации. Намерения стать вдовой Хильда почему-то отодвинула на задний план, поспешно выдрав Ламию и Рахманинова из какой-то там адовой дыры, где они лечили слизней хоботоногих бабочек. - По что ты мерзкий такой? - мямлила Ламия, рассматривая пациента. – Помер бы уже, что ли… Великий врач же потирал бородатый подбородок, подбирая слова. - Что ж, это, конечно, неприятный случай в таком-то месте, - намекнул он на остров Муму, на котором бы и сам был не прочь оказаться в компании пары приятных демониц из дивизии Бегемота. И одна должна была быть обязательно с розовыми волосами и миленькими жабрами. – Но сонное зелье подействовало весьма ожидаемым для человека образом. Мы применяли раньше на этом пациенте вакцину Уробороса, чтобы закинуть его в глубины его сознания для поиска связи с Господином Бельзебубом, но в данный момент доза была явно превышена. И это не Уроборос. А какая-то мумуйская бурда. Впрочем, другого тут и не подают. Хильда не отреагировала на это замечание, потому что кроме порошка они с Тацуми ещё ничего не успели отведать. Хотя нет, Тацуми, как раз, успел. И очень печально для себя. - Слабак, - вынесла свой вердикт Ламия. - Не перебивай, - стукнул её по голове доктор. Он больше это делал из-за получаемого удовольствия, а не за дело. – Поскольку нам надо убраться с этого острова до выброса кайфого снега, предлагаю быстрый вариант излечения. Абсолютно безопасный для демонов. Конечно, в том случае, если демон не страдает от упадка демонических сил. Хильда поморщилась, но промолчала. О своих слабостях она предпочитала не распространяться. - Неужели вы хотите предложить это милой Хильде? – вылупила глаза Ламия, указывая с отвращением на ничего не подозревающего Тацуми, которого милой Хильде не предлагали, он сам нахально припёрся в мужья набиваться. И набился же! Разнёс половину демонийского бюро, воспользовавшись тем, что Хильда слегка «переключилась» в режим доброй влюблённой жёнушки Тацуми. Было коротко, но Тацуми очень много успел сделать за это время. Оформить заявку на брак, как пример. - А что поделать, это единственный быстрый метод. Для долгого способа у нас нет разрешения на пребывание на острове, как и защиты от кайфого снега. Если накроет, так накроет, - нагнетал обстановку доктор. - Кошмар какой, - перепугалась Ламия. - Я погружу вас в сон с помощью этой настойки, - он раскрыл чемоданчик и начал в нём что-то искать. – Это как напиток-телепорт для сознания. - То есть? – не поняла Хильда. Она знала о телепортации достаточно много, но не встречалась со случаями, когда переносили по частям. Конечно, не без таких инцидентов, просто ей не доводилось это наблюдать. Да и речь там шла об отрывании конечностей, когда нога отправилась на холм забвения Уробороса, голова отлетела в Чистилище Мерзких Тварей, а туловище вообще разбросывало по шестьсот шестидесяти шести провинциям Демонии. Ещё тот винегрет в итоге. - Ваше сознание перенесёт в сон этого смерда, который почему-то стал вашим мужем, милая Хильда, - а доктор не упускал возможность нахамить на эту тему. – И вашей задачей будет отыскать человека среди всего того бреда, что творится у всех людей в мозгах, - доктор покрутил пальцев у виска. – Мерзкие черви весьма отвратительны и снаружи, и внутри, - доктор знал, о чём говорил. Ламия понимающе кивнула. Она тоже присутствовала при вскрытии человеческих смердов, которые умерли в итоге от вскрытия. - Если вам это удастся, то пробуждение будет для вас обоих, - продолжил Рахманинов. - Если нет, то через два дня мы найдём ваши спящие тела и переместим в нашу лабораторию для прочистки мозгов. Только там может быть побочный эффект, как с Графелем. - Это какой же? – не помнила Хильда о каких-то проблемах у Графеля. Он просто был идиотом иногда, но это наблюдалось в нём с рождения. - Эм, да так, пустячок, - потёр ручки бородатый мужичок. - И? - Ну, он маленько память потерял. Даже забыл, кому служит. Грянул гром. Для Хильды эта новость была сравни удару. Но отчасти она была виновата в том, что произошло с Тацуми, хотя от этого можно было смело отказаться, сказав, что он сам виноват в том, что хлебал всё подряд. Тем более, они не первый месяц жили вместе, а теперь ещё впереди маячило совместное семейное будущее. Поэтому: - Давайте своё зелье, - девушка скривилась. - Вы такая смелая, милая Хильда! – прослезилась Ламия, не зная, можно ли созывать плакальщиц, или рано ещё. Хильда недоверчиво наблюдала за тем, как Рахманинов вытаскивает какой-то ужас из своего чемоданчика. Кости пациентов демоническую служанку не пугали, а вот органы в баночках немного. Ведь органы были с зубами и глазами. «Из кого он это достал?» - невольно задалась вопросом Хильда. - А это точно неопасно? – нарушила тишину Ламия, осторожно принюхиваясь к странной булькающей жидкости. Несло от этой отравы дохлофосом. Но его точно не должно было быть в составе. «Ну и пофиг, - подумала юная врачевательница. – Помрёт, так помрёт. Одним червём меньше. А милая Хильда станет вдовой!» - Эй, ты особо не вдыхай, а то отправишься к Фуруичи в сновидения, - предупредил доктор, отбирая у Ламии волшебную бурду. - А! Ни за что! - закричала Ламия. - Вы опять про этого Мерзуичи! А доктор коварно потирал ручки дальше, наслаждаясь тем, как смешно реагирует его помощница на подобные шуточки. Было что-то там у неё к Фуруичи, точно было. Не весна, но какая-то непогода определённо. - Поторопитесь лучше, а то скоро здесь каждый второй будет как Доставуичи, - напомнила Хильда о ближайшем часе выброса кайфового снега. - И точно, мало ли, как потом нас казнить решат за такую задержку здесь, - почесал подбородок в бороде великий доктор. Чесался он последнее время. - Тогда, микстура у Вас есть. Инструкция проста: принять внутрь. - Ересь никакая не привидится? - Хильда приняла склянку, не выдав своего отношения к её содержимому. Подташнивало. - Хм, - Рахманинов посмотрел на Тацуми недоверчиво. - Если учесть, что это смерд человеческий, то вам, милая Хильда, точно придётся пробираться через тонны ереси. Иного в мозгах людишек и не водится, - он развёл руками, мол, что поделать, побочная линия развития обезьянок. - И вы с этим согласны, милая Хильда? - не унималась Ламия, отчасти задумываясь о том, что окажись Мерзуичи в такой ситуации, она бы пошла его спасать. Хотя была в этом доля коварства. Ламия еле боролась со своим любопытством. Ей очень хотелось узнать, что о ней думает Доставуичи. Но спрашивать прямо девушка не собиралась даже под страхом остаться на этом острове до скончания своих лет. - Это же не Санта-Барбара, - кивнул в знак согласия доктор. - Разберусь, - отрезала Хильда, вспоминая, как долго Джулио и Мария искали друг друга на четырёхметровой крыше. - Ну, да, - пожал плечами Рахманинов. - С вашим уровнем демонической силы это будет парой пустяков, если ересь не затянет. Да и опыта у вас не занимать, живёте со смердами под одной крышей. - Лучше вам не продолжать, - намекнула Хильда на то, что тираду о её неудачном замужестве она выслушивать не собирается. Иначе она могла вступить в спор и привести пару аргументов в пользу своего мужа. И всем было бы больно. - Ну, да, нам пора. Пожелав удачи, Ламия вспорхнула в портал, удаляясь за бородатым мужиком. «На опыт только и остаётся надеяться», - подумала Хильда, прикидывая, как бы ей лечь удобнее. Примостившись рядом с Тацуми на кровати, она выпила волшебную драконящую мозги смесь. И понеслось... *** Очнулась Хильда в совсем новой для себя вселенной. Удивляться она не поспешила, удостоверившись, что её халат, в котором она засыпала, всё ещё на ней. Над головой белело небо, вдали простиралось что-то непонятное. Сзади грохотали молнии, а справа виднелась громадная гора. - Убогость фантазии на лицо, - оценила девушка, но тут же вздрогнула от неожиданных возгласов вокруг себя. - Эй, смерд! - Смерд! Иди сюда! - Смерд? - Будь благодарен, смерд! - Жалкий смерд! - Ты просто никчёмный смерд! - Тупой смерд! Опустив глаза, демоническая служанка поняла, что её так напугало. И лучше бы она не смотрела, потому что зрелище было странным до откровенного. Хильда стояла после поля, прекрасные жёлтые цветы которого доходили ей до пояса. И всё бы ничего, да только вместо соцветий у них были головы в лепестках. И все одинаковые, с лицом Хильды. Цветочки качались на ветру, грозно повторяя что-то про смердов. - «Хильда-поле. Соцветие смердовых» - прочитала девушка корявую надпись рядом с полем. - Тацуми совсем двинулся? В белом небе раздались крики птиц. Рефлекторно демоническая служанка задрала голову и снова увидела что-то, чему перестала удивляться лишь через пару часов. - Хильда-птицы? Адский ад, что за бурда в его мозгах? С этими словами она двинулась вперёд, ещё не зная, где искать ей этого самого смерда, о котором вели речь чудесные цветы. Понятное дело, что подглядывать за мыслями Тацуми Хильда никогда не собиралась и не желала этого делать, и теперь лучше понимала по какой причине. Дело было вовсе не в уважении чужого личного пространства хотя бы в фантазиях, ибо реального у Тацуми давно не было, потому что Хильда и Бесопуз. Так называлась единственная и главная причина. Так вот, Хильда никогда не хотела заниматься такого рода подглядыванием, потому что знала, что после просмотра этой фигни её жизнь уже никогда не будет прежней. - Хильда-паук? Хильда-годзилла? Хильда-говорящий-гуран? И это явно были только цветочки и парочка живности. Но дело ведь этим не ограничилось. Маразм Тацуми распространился везде и всюду. Абсолютно всё в его мозгах покарало по полной программе. На скале неподалёку были высечены лица. И все они были лицами Хильды. На каждом указатели красовался её фирменный взгляд «пошёл на хер», что придавало указателям весьма интересный вид. Облака в виде её сапог, зонта и платья. Кусты, подстриженные в форме её причёски. Пожёванная жевательная резинка в форме Хильды на камнях в форме Хильды на полянке в форме Хильды. Это пугало. Где-то вдали посигналил поезд, а голос Хильды объявил: - Поезд до убежища смерда Оги Тацуми оправляется с Хильда-платформы через пять Бесопузов. Девушка немного опешила, а потом презрительно и немного озлобленно ухмыльнулась: - Измеряет время в хозяинах? Вот гад, - дёрнулась бровь Хильды. Но тут же на помощь против раздражения пришли успокаивающие мысли. - Ну да, мы же оба спим только тогда, когда спит господин. И едим тоже вместе с ним. В чём-то ты прав, Тацуми. Но в каких именно хозяиночасах здесь всё измеряется? - Поезд до убежища смерда Оги Тацуми оправляется с Хильда-платформы через четырёх Бесопузов. - А? Так быстро? Это явно часы приёма пищи, хозяин последнее время не любит долгие трапезы, потому что хочет больше времени уделять игрушкам, - быстро смекнула демоническая служанка, доверясь своему опыту. Хильде пришлось поторопиться. Перейдя на бег, она быстро достигла Хильда-вокзала, чувствуя, что демоническая силушка бы сейчас не помешала, но девушка понимала, что она ещё потребуется для дальнейшего путешествия. К сожалению, упадок силушки давал о себе знать. Войдя в здание Хильда-вокзала и пройдя к таблице с названием путей, Хильда остановилась. К великому разнообразию путей было четыре: «Хильда-путь» «Ога-путь» «Бесопуз-путь» И «Путь будущего ребёнка». Последнее привело закалённую в боях с Изабеллой за игрушки господина демоническую служанку в ужас. - Значит, он тоже о нём думает, а ведь так и не скажешь. Вечно рожа кирпичом, - хмыкнула она, снова читая названия путей. - Ясное дело, что мне надо ехать поездом хозяина. Девушка хотела уже пойти в выбранном направлении, как знакомый собственный суровый голос напомнил ещё раз, для тупых, что поезд отправляется с Хильда-платформы, а не с Бесопуза-платформы. - Да поняла я, - огрызнулась демоническая служанка и изменила свой маршрут. И тут случилось новое удивление. Хильда поднялась по ступенькам и осмотрелась, замечая вдали движение поезда. И к платформе подъехал поезд с лицом Оги, которое нагло дрыхло! Рядом стоял поезд с лицом Хильды на платформе Бесопуза, сам Бесопуз, а точнее его поезд, находился на платформе Оги, ну а последний путь пока что пустовал. Вместо поезда там красовалась табличка: «Наш ребёнок прибудет сюда» - Что это за неразбериха такая? Человеческая ересь? Или этот гад решил ездить на мне всю жизнь? Покараю… Скривившись, Хильда вошла в поезд Оги, стараясь не удивляться тому, что даже обивка кресел была «в Хильду», не говоря уже о стенах. Хотя бы пол был «в Хильдины сапоги», а не «в её лицо». Иначе бы от поезда мало бы что осталось. В окно девушка смогла разглядеть, что в поезде Бесопуза на стенах были погремушки и портреты демонической служанки вместе с Огой. В «своём» поезде она увидела хозяина и начертания любимого зонтика. Оги там не было. «Мог бы и себя наклеить, мне уже поздно отпираться, - подумала про себя девушка, устраиваясь удобнее. – Интересно, а что будет в поезде нашего ребё… плевать», - оборвала она свои мысли. Поезд Оги так и не проснулся, а просто лениво двинулся вперёд, руководствуясь чистым автоматизмом и пофигизмом. Напоминало состояние Тацуми «зомби после бессонных ночей», в котором он частенько прибывал когда-то давно. Сейчас Бесопузик спал куда крепче и дольше, поэтому разница ощущалась вполне. Шесть часов сна казались роскошью в сравнении с теми двумя, в которые едва ли удавалось подремать. Хильда легко улыбнулась этим воспоминаниям, позволяя себе углубиться в них. Особенно милы ей были те, где был господин. Но как ни крути, а Тацуми был его отцом в человеческом мире, поэтому занимал довольно большую часть в воспоминаниях девушки. Сейчас её почему-то это перестало раздражать, как и обивка сидений. Хильда оторвала взгляд от своих рук и посмотрела на противоположную стену, не ожидая увидеть там что-либо необычное. Но увидела: «Можешь прокатиться на моей шее» - Э? - лицо Хильды окаменело. - Будто тебя кто-то спрашивал, на шее у тебя сидеть или как, - ответила она вывеске. «А могла бы и поинтересоваться!» - резко и возмущённо сменилась надпись. Внезапно Хильда довольно улыбнулась. - Так намного лучше, а то я уже испугалась, что твои мозги забила какая-то человеческая бурда, - проговорила она. – Мол, ударили по левой щеке, подставь правую. А тут у тебя весьма убого, - решила Хильда высказать своё мнение об увиденном. «Тебе вообще тут смотреть нечего!» - Не больно-то и хотелось видеть твои извращения, - она деловито сложила руки на груди. «Не сравнивай меня с Фуруичи!» - О нём вообще речи не было. «Это ты вообще-то залезла в мою голову и устрои…» - И когда это я успела так размножиться? Ты ещё начни ныть, что это проделки дьявола, - она бросила надменный взгляд на табличку. «Можно подумать, что демоны вообще ни при чём!» - Пф, - она промолчала. «Да, как всегда одно и то же! Делаешь вид, будто...» Количество символов на табличке было явно ограничено. Но чем, никто понять не мог. «И вообще, я думал, что можно было бы хоть раз...» - Доктор Рахманинов предупреждал, что ересь будет атаковать меня, наверное, это оно самое, - оценила Хильда то, что не могла понять, о чём речь. Виноват, как всегда, был Тацуми и только Тацуми. «Это не ересь! Не делай вид, что нам не о чем по...» - Не о чем по? По... Полевая Остервинятина? - предположила Хильда. «Чего?» - Это вид ягод, из которых готовят отвар для поднятия танцевального духа, - пояснила девушка. «И ты реально думаешь, что я об этом?» - Есть ещё Переступчатая Оплушка, вид демонов из северного Макё. «Так, стоп. Не надо мне тут природоведение» - Ты определись уже, что тебе надо, - недовольно заявила Хильда о неспособности Тацуми думать целеполагательно. Табличка осталась неизменной. Хильда пилили её взглядом ещё некоторое время, пытаясь понять, в чём причина внезапного письменного молчания. Вывод напросился сам: - Вот так оно всегда, когда люди пытаются понять, чего хотят. И это не единственная черта, которая отличает в вас смердов, - сумничала девушка, поглядывая на табличку. Но там появилось совсем не то, что она ожидала. При обычном разговоре Тацуми бы уже начал возмущаться. «Абонент истратил все глиняные таблички» «Глина добывается. Ещё 2 часа» - Что-то мне это напоминает, - проговорила Хильда, не в силах вспомнить, в какую именно игру последние недели играли господин со смердом. - Гномики-подрывники? Властитель зла? Гао? Как-то это недостаточно кровожадно. А ведь было что-то о кишках и дохлых драных котах… хм… Внезапно начало темнеть, а из открытого окна повеяло холодным влажным воздухом. Халат не был лучшей обогревательной одеждой в путешествиях по ереси смердов, потому что не обладал махровыми свойствами, служа исключительно соблазнительным целям своей лёгкостью и прозрачностью. Иначе говоря, так, тряпочка какая-то. Конечно, тряпочка из водорослей морской гадюки, но всё равно, больше напоминало труху из чешуи, нежели плюшевую шубу. Поэтому пришлось встать и захлопнуть окно. Поезд нахально спал дальше, хотя погода явно становилась хуже. С порывами ветра за окном проносились разные вещи: разбитые игровые приставки, порванные журналы Тацуми, его старые ботинки, которыми Хильда чуть не выбила ему зубы, шнурки, на которых его чуть не повесили за испорченный ковёр, осколки зеркала из ванной комнаты, в которой Хильда била Тацуми, крича: «Только зонтом и умею махать? Да?». И ещё много чего знакомого, что когда-то послужило орудиями наказания Тацуми. Даже куски дощатого пола из дома Фуруичи тут были, но Хильда их не узнала, как и много другое. Её внимание привлёк указатель, на котором было написано: «Опасная зона Хильда-злости» - Чья бы корова мычала, - невольно шикнула девушка, прекрасно помня все те моменты, когда Тацуми так и распирало от гнева, после чего школы ломались, демоны выносились, и мир становился более хаотичным. И тут она почувствовала, как поезд качнулся. Это был эффект того, что «он» проснулся и «ахирел». - Э, Хильда, а тебе точно туда надо? - спросил «поезд» по внутренней связи. - Вообще-то я за твоей поганой шкурой еду, - ответила она, начиная замерзать. - Э, ну как бы сказать, зону твоей злости я редко проезжаю без проблем и побоев, - пожаловался поезд на свою нелёгкую жизнь паровой машины. - И что? Хочешь сказать, что так разнежился и стал тряпкой? – недоумевала демоническая служанка, удивляясь внезапным жалобам со стороны такого с виду пофигистичного поезда. - Дура! При чём тут это! – тутукнул поезд. - При том, что это ты тут ноешь, а не я! – бросила она ему зло в ответ. - Тут «при том» только то, что тебя может задеть! - Нашёл о ком волноваться. Езжай давай, - упрямо повторила Хильда. - Чёрт, неужели до тебя не дошло ещё? Разуй глаза уже и пойми, наконец! - Что... Но договорить она не успела. Потому что окна спешно закрылись ставнями, и в вагоне стало темно. Поезд качнуло снова, и Хильду практически выкинуло с кресла на пол. Когда тряска повторилась, она умудрилась схватиться за поручень, чтобы не влететь во что-нибудь. Толчки участились, где-то снаружи завыл ветер, превращающийся в ураган. Но в этот момент Хильда не думала о себе, ясно представляя, как стиснув зубы поезд «Ога» пробирается через зону Хильда-злости. Ведь Хильда очень хорошо знала, какой бывает в гневе. Но знал ли это Тацуми до конца? «Нет, я же всегда себя с ним сдерживаю», - подумала она и почувствовала смущение. После следующего порыва урагана светлее не стало, но Хильда ясно ощутила, как от поезда оторвало один из вагонов, потому что поезд стал легче. Тут можно было сказать, что Хильда-злость добралась до причиндалов поезда, но смешно как-то не было, потому что девушке едва хватало сил, чтобы держаться при такой тряске. Упадок демонических сил явно скатывался в какую-то неприятную критическую зону. Поезд несколько раз подбрасывало вверх, а через порывы ветра Хильда слышала, как Ога что-то кричал: - Я потом ещё с тобой разберусь! Чего ты так взбесилась? А? По внутренней связи он больше не мог связаться по каким-то причинам, но когда Хильде удалось встать на ноги, она увидела, как глиняная табличка загорелась вновь: «Пойми уже. Я всегда волнуюсь о тебе»