Истинный

- Что собираешься делать? Чонгук накинул на плечи кожаную куртку, отряхивая ее от всякой разнообразной грязи, прилипшей еще с момента поиска Джина. Вид ее непомерно раздражал. Юнги, подойдя ближе, перехватил его руку, скидывая нечто серое на пол. Воротник он поправил сразу следом за этим. - Узнаю, жив ли он, - произнес он, отпуская. Чонгук пристально смотрел за каждым его действием, так ничего более и не говоря. Оборотень будто бы чувствовал. Будто бы сам ожидал чего-то. - Чонгук? - М-м? - Ты можешь сказать мне, что угодно, - произнес он. И Чонгук нервно ухмыльнулся. - Ты же понимаешь? - Да. Конечно. - Я позвоню, - пробормотал Шуга напоследок. И, еще раз взглянув на вампира, вышел первым. Комната опустела моментом. Будто и не было в ней ничего с самого начала: одни голые стены да пол. Будто все сосредотачивалось именно в Шуге. Стоило пойти с ним. Стоило хотя бы попробовать. Но он так и остался на месте, выждав момент, когда Юнги, и это уже точно, выйдет из этого импровизированного бара на первом этаже. И только тогда, отсчитав еще с десяток секунд, вышел сам, хлопнув дверью. "Ты можешь сказать, что угодно". Он что-то да знал. По крайней мере догадывался. Спустившись на первый этаж, Чонгук, обернувшись, подошел к барной стойке. Его жест, обозначавший примерно "налей хоть что-нибудь" поняли сразу. Стопка была поставлена прямо следом за этим. Чон взял телефон в руки. "Напиши, если..." - и, недолго думая, стер все подчистую. Стопку он осушил сразу за этим. "Нам стоит, наверное, погово..." - и это тоже. Телефон был откинут уже после. Это глупо. Глупее не придумать. Опустив взгляд, вампир мерно потирал переносицу. Ненависть к Тэхёну превысила все допустимые границы. Все из-за него. Из-за того, кто постоянно, ежечасно, можно сказать, совал свой нос в чужие дела. Взяв сотовый снова, разблокировав его, Чонгук быстро накатал адрес этого заведения на уже наизусть выученный номер. Ким был в состоянии, наверное, догадаться, что от него требовалось. И пока что бегать от Чона вроде не входило в его планы. Повторив заказ, осушив еще одну стопку и кинув пару банкнот на барную стойку, Чонгук поднялся только следом за этим, выходя из здания. На улице стояла темень. И вокруг не было ни души. Чертов Тэхен. Чертова его черта везде и всюду сунуться и напакостить. Прислонившись к стене за углом, Гук снова уставился в сотовый. "Есть кое-что, что тебе следует узнать"? "Думаю, нам нужно обсудить еще пару вещей"? Не то. И боже, да и не было этих вещей. Ничего и не нужно было знать. Шуга вполне мог обойтись без этого. - Ну и зачем, собственно? - сразу же задал вопрос Тэхён, стоило только появиться ему неподалеку. Мол, чего тебе нужно вообще? Взгляд, пропитанный максимум злобы, был поднят на него тотчас. Тот выглядел как обычно. Несколько помятым, чуть уставшим, но все равно почему-то крайне довольным жизнью. Казалось, он питался не кровью, а неудачами других. Чонгук медленно убрал телефон в карман. - Зачем? - переспросил он, прищурившись. Ким повел плечами, мол, спрашивая то же. И это, пожалуй, бесило еще сильнее. Чонгук разом оказался рядом с ним, хватая его за шею и пригвождая к стене. Глаза его наполнились черным. Мышцы напряглись до предела. Даже клыки выступили чуть вперед, вмиг деформировав челюсть. Чужую шею он сжал достаточно сильно: Ким вцепился пальцами в его руки, морщась. - Правда, хочешь узнать, зачем здесь? - прошипел Чонгук, зло сверкая глазами. Не было здесь больше игры. Не было пресловутых ролей. Был он, разъяренный донельзя, готовый просто враз разобраться с любым противником. Просто потому, что все полетело к черту. - Кто тебя просил, гондон? - Адресок-то дать? А что, приревновали? А я-то всегда думал, что это, наоборот, приятно. Ну знаешь, сразу чувствуешь себя любимым и все такое. - Сейчас ты у меня почувствуешь себя любимым, сука. И одним ловким движением он откинул от себя Кима, почти не напрягаясь и почти не прилагая к тому усилий. Тэхён поднялся сразу, лишь потирая враз покрасневшую шею. И сразу, потихоньку отходя назад, выставил руку вперед. Вряд ли Чонгука бы это остановило, но попытаться все же, наверное, стоило. - Нет, ну ты серьезно, Чонгук? - тот остановился в метре, сдерживаясь из последних сил. Казалось, сейчас Киму предоставлялся последний шанс доказать, что он заслуживал жизнь. Казалось, действительно, черт подери, казалось, что Чонгук способен сейчас на все. - Вот и помогай после этого людям. - А ты, сука, и не помогай. Кто тебя, блять, просил? - зло прошипел он, все еще придерживаясь дистанции. Тэхён улыбнулся. - Твой вид был настолько жалок, что я решил, что просьбы тут ждать не обязательно. Серьезно, ты бы себя видел. - Тэхён... - зло начал Гук, скалясь. - Ты вообще знаешь значение слова "истинный", Чон Чонгук? - тот лишь прорычал. Не знал, наверное, об этом только ребенок. Но знаний здесь было совсем не достаточно. Ким, облокотившись о стену позади, закатил глаза. - И ты серьезно хочешь все спустить? Ох, Гукки-Гукки, вроде бы взрослый мальчик, а от такого отказываешься. И почему? Потому что, бедный, боишься не тому довериться? - Уж кого-кого, - приблизившись ближе, проговорил Чонгук, - а тебя это нисколько не касается. Меня все устраивает, дорогой мой. И ты не имел никакого чертового права все так корежить. - Не думаешь, что твоя маленькая игра немного дальше зашла положенного, м-м? - во взгляде напротив не было и грамма злости. Была какая-то насмешка, что-то очень отдаленно похожее на сочувствие, хитрость, но никак не злоба. И от этого по морде ему врезать хотелось в разы сильнее. - Надо же. Чон Чонгук... влюбился? И в кого... в оборотня. Жаль только тебя разочаровывать, Гукки. Но обычно это все предполагает как минимум... ну не знаю... доверия к ближнему своему? Хотя бы на каком-нибудь уровне. - Я ни в кого не... - Хочешь это проверить? - и в одном взгляде Чонгука выразилось больше, чем он бы смог сказать словами. Уж чего-чего, а это проверять Тэ он бы не позволил. Только если через свой же труп. Улыбка на лице последнего стала шире. - Вот и я так думаю. И до тебя, похоже, доходило дольше других, мой дорогой. Так скажи, не далековато ли зашла твоя маленькая новая игрушка? По мне, так настолько далеко, что даже смешно. Тебе стоит сказать мне спасибо, а не огрызаться. Я, как истинный друг и товарищ, стараюсь спасти тебя от того, чтобы ты не просрал все окончательно. Чонгук, прорычав нечто невразумительное, с силой ударил по столикам рядом, крайне обособленно расположенным неподалеку от бара. В такую погоду и такое время все это дело пустовало в любом случае. Крепко стоявшие на своем месте, те поддались напору. И перевернулись. Злобы бы хватило и на куда большие вещи. Ее бы, пожалуй, хватило и на то, чтобы раздолбать весь бар. Но Чонгук остановился раньше. Остановился и, наконец, притих. Слух уловил нечто отдаленное моментально. - Ты пришел один? - резко обернувшись, спросил он. Ким, приподняв голову, непонимающе посмотрел в ответ. Его нечитаемый взгляд раздражал еще больше. Сейчас выводило буквально все. - Я задал вопрос. - Не один, - раздалось сбоку. И Чонгук резко обернулся. Хосок выглядел вполне удовлетворенно. Стоял и, подобно самому Тэхёну, улыбался, довольный своей небольшой находке. Напряженный взгляд снова был обращен к Киму. Тот пожал плечами, будто извиняясь. - Ты прав, - проговорил он следом, облизнув пересохшие губы, - альфу я больше не использую. Прости, Чонгук. Но мне тоже нужно как-то выживать. А с союзниками пока туго. Один шаг в его сторону - и Ким сразу же отошел на два. Мысль, что убить его нужно было давным-давно, сразу, как только первый раз представилась эта возможность, мелькала так часто, что, казалось бы, давно нужно воплотить ее в жизнь. Кулаки Чонгука сжались. Клыки окончательно выдвинулись. Глаза налились чернотой. И теперь это было даже не игрой, не чем-то надуманным, не новой версией развлечения. Злость была вполне реальной. И чувствовалась каждой клеточкой тела. - Знаешь, Чонгук, - начал Хосок, медленно приближаясь, - больше тех, кто идет против меня, я ненавижу лишь тех, кто не держит обещания. А ты, гаденыш, явно имеешь отношение к этой категории людей. Нехорошо так делать, Чонгук. - Я убью тебя, Ким Тэхён, - прорычал тот, обращая теперь уже все свое внимание именно на Хосока. - Обещаю. - С ним я сам разберусь, - произнес тот. - И позже. Пока меня действительно интересуешь ты. И тот оборотень, что, как оказалось, тебя всеми доступными и нет способами прикрывал. Вот ведь, как иногда бывает. Зря он, конечно. Но больше меня интересует нечто другое. За каким чертом, Чонгук, он так заботится о тебе? Хосок подошел ближе, явно чувствуя себя, как в своей тарелке. Чонгук стоял на месте, не шевелясь, не двигаясь с него, просто буравя взглядом. Кима он пока чувствовал где-то поблизости, неподалеку, но тот вряд ли бы вмешался. И уж тем более вряд ли бы стал помогать. Он стоял в стороне, наблюдая. И теперь здесь не было никого. Не было и Шуги, который мог бы, как уже не раз доказывал, вступиться и что-то сделать. Был лишь Чонгук и его противник. Глаза Хосока резко заполнились черным цветом. Все произошло достаточно быстро: Хоуп, нанеся удар, повалил Чонгука наземь, придавив к ней и заставив довольно сильно искупаться в грязи. Он чувствовал свое преимущество. Пробовал его на вкус, смаковал, так сказать. И был вполне доволен своим положением. Куртка, которую так долго старался очистить Гук, снова оказалась вся в грязи. Взгляд коснулся вновь испачканного рукава. Жалко. - Так объясни мне, с чего бы он так тебя защищает? - пробасил Хосок, приближаясь еще ближе. Чонгук промолчал. Из-за этого тот ударил второй раз, на сей раз еще сильнее. Пожалуй, был бы под ним человек, и тот бы прошел точно все круги ада. Гук поморщился. - Неужели это у вас взаимно? Так и будешь молчать, Гукки? - Взаимно, - тихо прошептал тот. И одним махом, поставив под нужным углом ногу, вывернул ситуацию полностью наоборот, уложив противника на лопатки и вмазав со всей силы тому в лицо. Хосок растерялся. Всего-то на каких-то несколько секунд лишился способности хоть что-то ответить, сделать. Этого было достаточно. Стул, валявшийся неподалеку, Чонгук смог сломать одним ударом. А вторым - сделать то, что сделал уже когда-то этот вампир ему. Вогнал ножку тому в бок, по-максимуму приближая рану его сейчас к той, что получил он сам когда-то. - Да ты... - Хосок схватился за ту, зарычав. И мигом смел с себя Чонгука, касаясь своей черной крови пальцами. - Ну сука... теперь ты точно пожалеешь. Потому что он был здесь не один. Чонгук предчувствовал это и так, но теперь - видел. И то, что предстало перед его же глазами, совершенно ему же не нравилось. Хосок обладал властью, это было понятно и так. И пользовался этим почти постоянно. Никакого удивления возникшие здесь же вампиры не вызвали, это точно. - Заставь, - зло рыкнул он, резко вытаскивая ножку стула из Хосока и со всей силой ей же, испачканной в черном, отбивая новый удар. Все тело начинало трясти от злобы. От нескончаемой ярости, волнами накатывавшей и уступавшей лишь затем, чтобы дать иной раз просто осмыслить ситуацию. А осмысливать было что. Пожалуй, в худшей ситуации он действительно давно не находился. Все чувства, все, что только можно, он напряг буквально на максимум. И смог отразить один удар, потом второй, третий... Мозг обрабатывал. Тело прислушивалось. Руки - делали. И так по кругу, не останавливаясь, напрягаясь все сильнее просто от самого режима действия. Двое на одного - решаемо. Трое - тоже, если очень сильно постараться. Но больше... Чонгук зарычал на вампира, что стоял ближе всего, чуть отступив. Чувствуя, что позади стоял еще один. Чувствуя, что ситуация накалялась все сильнее. Что мрак сгущался. И снаружи. И внутри. И в момент, когда, казалось бы, уже все, некуда больше изматывать себя же, движение рядом заставило его обернуться. В последний миг он шарахнулся в сторону и убрал палку, давая прыгнуть волку. Белому волку. Тот, резко повалив одного из рядом стоявших, вгрызся тому шею, сразу же оборачиваясь. Вместо красноты с пасти его капало нечто черное, словно скверна. Шуга. Он был здесь. Он... пришел. - Юнги, блять, уходи! - прошипел Чонгук, повернувшись. Волк взглянул на него, зло зарычав. Так, будто готов был сейчас также разорвать и его. Просто в клочья, разом. Но вместо этого, обернувшись, напал на стоявшего в отдалении Хосока, заставляя того отпрянуть назад. Громадных размеров зверь был в состоянии сейчас, казалось, разорвать любого. Вампиров это заставило отпрянуть. - Да чтоб вас, - прошипел Хоуп, оглядываясь. - Мия! И девушка, оказавшаяся поблизости, подняла пистолет. Волк обернулся к ней, оскалившись снова. Дуло было направлено прямо на него. И черт, Чонгук узнал это оружие. Такое же бывало и в его руке не так давно. Когда он шел вместе с охотниками на своих. Это было их оружие. Внутри были пули, способные убить любую нечисть. И у Мии могла и сохраниться парочка таких экземпляров. - Не смей этого делать! - крикнул он раньше, чем она успела пустить хоть одну. Обернувшись, встретившись с ним взглядом, Мия замерла на месте. - Не смей. - Стреляй уже! - проговорил Хосок, придерживая свою рану. Черная кровь из нее ниспадала крупными каплями на грязный асфальт. Чонгук, смотря на сам пистолет, резко рванул вперед. И встал прямо перед ней, стоявшей и, кажется, совершенно уже не знавшей, что делать. Теперь она колебалась. - Я твою шкуру спас, - прорычал он, черными, как ночь, глазами смотря на оружие. - Придется отплатить долг. - Чонгук, я... Выстрел раздался быстрее. Быстрее, чем она договорила. И быстрее, чем успел хоть что-нибудь подумать Чонгук. Но в этот звук даже не верилось: глаза, что были сконцентрированы лишь на этом пистолете, не видели пули. Тело не почувствовало удара. Казалось, это был уже глюк. Казалось, что это смоделировал сам мозг. Но потом он раздался снова. И, чуть погодя, вновь. Суматоха началась моментально. Чонгук почувствовал, как чужая рука сжала его, выхватывая из этого круговорота и унося прочь. Юнги удалось оттащить вампира на достаточное расстояние прежде, чем он осознал, что происходило. Оборотень весь дрожал. Взяв с асфальта сброшенную прежде одежду, он еле попал сломанной дрожью рукой в рукав своего несменяемого плаща. Дыхание и сердцебиение его были настолько частыми, что преграждали все прочее. - Оставь, - зло рыкнул он прежде, чем Чонгук успел сделать хоть шаг обратно. - Оставь их. И только потом Гук увидел Чимина. Чимина, державшего в каждой руке по пистолету, и спугнувшего, казалось, всех. Охотник же. Существо, способное убить, даже не приближаясь. Пожалуй, не было нечисти, что спокойно бы продолжала колотить кого-либо в присутствии такого. На одежде Мии появилась черная кровь. Чонгук, переведя на нее взгляд, снова обратил тот к Чиму. Пистолет, что держала до этого девушка в руках, упал наземь. Сама она не успела достойно ответить. Даже отбежать. Чимин, упустивший пару вампиров из виду, сконцентрировал все свое внимание именно на ней. Чонгук оскалился. Рука, державшая его, сжала ту еще сильнее. - Скоро здесь будут еще! - прорычал вновь Шуга, заставляя Чонгука отступить. - Он убьет ее, - возразил тот. И хрен пойми, почему именно сейчас и именно при этой картине это действительно так волновало. Возможно, смерти заслужили многие. Но Мия - нет. - Если будешь мешать, он пристрелит и тебя. Сам говорил: он ничью жизнь не ценит. Хотя я уже не знаю, чему здесь верить. Или кому, - последнее пронеслось роем мурашек по всему телу. Чонгук отступил. Взгляд его был прикован к подходившему к Мие, лежавшей на грязной земле, Чимину. Пистолет в его руке был направлен прямо на нее. - Как ты узнал? - Твой дружок сказал, что ты в беде, - и Чонгук вздрогнул. Шуга видел. То, как Чонгук сражался. А возможно, и то, как говорил с самим Тэхёном. Ким это сделал специально. - Хотя, похоже, моя помощь здесь не особо-то и требовалась, да? Он обернулся. Глаза Юнги сверкали в темноте, подобно сапфирам. От гадкого ощущения внутри все сковало. Шуге было плевать на Мию. Сейчас ему было плевать на все. И особо гадать о причинах было не нужно. Отвернуться от него сейчас было необходимо. И сделал Чонгук это чертовки кстати. Тэхёна он заметил моментально. - Чимин! - прикрикнул Чонгук прежде, чем даже успел подумать о чем-то. Тот обернулся также резко, на миг потеряв всякую предосторожность. И в этот же момент, словно ураган, на него налетел Тэхён, выбивая из рук оружие. Мия, очумевшая от страха, только тогда смогла вполне адекватно отреагировать на ситуацию. Откинула от себя и от тех двоих пистолеты, кое-как поднявшись. Она не была в состоянии бежать, но смогла хотя бы отойти на пару шагов в сторону своего. В сторону Тэхёна. Схватка Кима и Пака была недолгой. Она и не могла таковой быть. Тэ успел достать до одного пистолета, Чимин - до другого. И оба сразу же наставили те друг на друга. Чонгук обернулся. От Хосока и след простыл. Да и не только от него. Никто особо не лез на рожон. Никто не лез особо к охотникам. Как водится, те любят объединяться в группы. - Зачем ты притащил его сюда? - прошипел Гук, кивая в сторону Чимина. Юнги, обернувшись к тому, хмыкнул. - Потому что счел, что ты действительно в опасности, может? И прежде, чем Чонгук успел сказать еще хоть что-то, вышел вперед, отталкивая того в сторону. Вокруг была тишина. Трупов почти не было. Крови в грязи даже не было видно. Та была черной, она смешивалась с темнотой вокруг. Гук, подняв голову, начал замечать, как окна стоявших неподалеку домов начали загораться. И как отовсюду начинали доноситься разные тембры, голоса. Нужно было бежать. Делать скорее отсюда ноги. А не стоять истуканом посреди поля битвы. - Чимин, оставь, - произнес Юнги, так и не подойдя ближе. Он тоже почувствовал это. Даже обернулся, осматриваясь. - Чим... - Уходи, - кивнул тот, все еще держа пистолет и не выпуская из виду как Мию, так и Тэхёна. Девушка увядала прямо на глазах. Пуля протаранила ей руку, но заражение, которое уже пошло, могло и убить. От нее нужно было избавиться. Ту нужно было срочно достать из тела. - Шуга, проваливай. Я сам разберусь. Я помог тебе. Теперь ты, будь любезен, не мешай мне. - Она твоя сестра вообще-то, - пробасил Ким, сжимая пистолет еще сильнее. - Ничего не екает? - Она мне больше никто. Шуга обернулся еще раз. Ситуация накалялась. Слух уловил из кучи других звуков звук приближающейся машины. - Уходи, Юнги, - повторил Чимин, все еще держа пистолет. - Они не я. Они тебя убьют. Юнги колебался. Посмотрев в ту сторону, он отошел все-таки на шаг назад, внимая угрозе, но так и не ринулся наутек. Гук, чувствуя, как трясутся поджилки, сделал все за них двоих. Резко подошел, схватил и поволок оттуда прочь, даже не оборачиваясь. Машину он сам начал слышать уже позже, тогда, когда та была ближе. Но так и не увидел. Гораздо раньше, вытащив Юнги за собой, он затолкал его в первую же открытую дверь какого-то подъезда, затаившись там же. На оборотне были лишь штаны да плащ. И его безбожно трясло от холода. Он-то его ощущал. - Ты притащил его!.. - Гук прикрыл глаза, стараясь прислушаться. Раздались выстрелы, потом - какие-то голоса, потом снова звук то ли машины, то ли какого-то глухого удара. Из всей этой гаммы невозможно было вытащить хоть что-нибудь. - Какого черта? Зачем? Шуга, боже... - Серьезно думаешь, меня сейчас волнует это? - Что? - Ну и скажи же, что там имел в виду Тэхён? - и это уже точно была та самая конечная стадия. Чонгук замолчал, пристально наблюдая за тем, как менялись эмоции на лице оборотня. Того вообще, казалось, не волновало, что там, на улице, происходило. Не волновали ни Чимин, ни Тэ, ни Мия. Ничего. Он был целиком и полностью здесь и только здесь. И похоже, действительно слышал... все. - Тэхён сказал, что тебе угрожает опасность. Я пришел. Пришел, даже попросил помощи у Чимина, но главное - заявился сюда сам. И знаешь, у меня неплохо развит слух, я тебе скажу. - Ты все это время... - Да, - спокойно ответил тот, не сводя с Чонгука взгляда. - Я все это время смотрел. И слушал. И тогда, когда Чонгука повалили на землю. И тогда, когда Чонгук ответил. Смотрел, пока не стало настолько паршиво, что пришлось вмешаться. Чон ощущал, как под этим взглядом все внутри действительно сжималось и сжималось, сужаясь до невиданно малых размеров. Хотелось просто исчезнуть, раствориться. Не так все должно было быть. Не так. - Это не игра, - произнес он, припоминая, что говорил сам Тэ. - Я на слух, говорю же, не жалуюсь. А слышал я именно это. - И что ты хочешь услышать? - Правду, - пробасил Шуга. - Хоть раз. Там, на улице, снова раздались выстрелы. Чонгук вздрогнул, обернувшись. Та же суматоха, что творилась за стенами этого подъезда, творилась, казалось, и внутри него. Юнги был настроен решительно. Сейчас было видно: это и есть претендент на место альфы. Этот мог бы стать альфой, не задумываясь. - Тэхён несколько преувеличил, - пробуя почву, проговорил Чон. - Но в целом, возможно, это и можно назвать игрой. Наше соглашение. Вообще все, что между нами происходило. Да, игра. - Игра? - Да будто для тебя это было чем-то другим с самого начала, - расправив плечи, заявил тот. - Да. Игра. Я просто... поддавался ее правилам. Ну знаешь, типа, поиграем в любовь. В истинных, в этих предназначенных друг другу и все такое. Это было весело. - Ты даже ни разу не допускал мысль, что это правда, - и это не было вопросом. Это было утверждением. - И в чем же еще ты поддавался, Чонгук? - В твоих представлениях? - а вот это было сказано настолько неуверенно, что было похоже больше именно на вопрос. - Может, приукрасил пару фактов о себе для пущей убедительности. Чтобы выглядело... реалистично, наверное. Не знаю. Я не резал вены, потому что какая-то девушка отказалась от моего ребенка. Я... не резал их даже после того, как убил ее. А именно это я и сделал. Убил. Это было после. После всего. И этому были куда более дерьмовые причины на самом-то деле. Шуга, то, что я говорил... и как себя вел... Я не думал, что все зайдет так далеко. - И поэтому сочинял? - и именно этого Чонгук не хотел видеть больше всего остального. Боль. Чужую боль. И ни кого-то там, а именно его. Он сделал шаг по направлению к Шуге, когда тот отошел назад. - И что это, блять, такое тогда было? Типа роль? Роль Чон Чонгука? Тебя хоть зовут-то так? - Я до последнего думал, что все это - зачем-то придуманная ложь. Что-то вроде насмешки, Шуга. Ну серьезно, ну какие истинные? Какие? У тебя у самого такая парочка под носом. И что? Хорошо им живется? То-то недавно один другого в больничку отправил. Любовь до гроба. В прямом блядском смысле этого слова. - Ты серьезно, блять, счел, что я бы стал столько времени тратить на какую-то забавную, по твоему мнению, игру?.. - Чонгук прикусил губу. Тэхён - истинная сука. Если уж что он и знал про истинных, то это - точно. - Чон Чонгук - роль, которую мне нужно было принять, когда я приехал сюда. Я не здешний, Мин Юнги. У нас был договор с Тэхёном. Небольшое соглашение. У меня были небольшие проблемы и роль перевоплощенного Ким Тэхёном - это самое безобидное, что я мог принять. Меня зовут не так. Моя история немного другая. Но все это уже не столь важно. Это имя теперь мое. Эта история, та, что я уже воссоздал в этом городе, моя. Так какая к черту разница?.. Шуга молчал. И невозможно было даже догадаться, о чем он думал в этот момент. Потому что сам Чонгук с трудом представлял, что тут можно было думать. И первый раз, черт возьми, он оказался в такой ситуации. Девушка, порезанные вены из-за не пойми чего, это сейчас уже не казалось хорошей идеей. Скорее убогой до невозможности. Странное чувство. Будто то, что ощущал на данный момент оборотень, вампир пропускал через себя. - Я даже не думал, что ты не заливаешь по поводу себя самого, - кинул он. - Ты, оборотень, приперся тогда на какую-то движуху и постарался огородить меня от проблем. Меня. Того, кого ты в принципе не знаешь. Я отреагировал так, как мне было легче всего, Шуга. - Кто тебе Ким Тэхён? - Ким Тэхён - вампир, которого когда-то перевоплотил я, - нервно улыбнувшись, произнес Чонгук. Шуга, будто обжегся чем-то, отошел еще на шаг назад. - Я - единственный, кому он еще пока доверяет, потому что эта связь нерушима в принципе. Потому что я его крестный. Да, Юнги. Мне много лет. Действительно много для того, чтобы, как я думал, верить в истинных. Я никогда так близко не знал оборотня. И об этой их черте искать какого-то там истинного - и то только понаслышке. Это и привлекло. Мне стало интересно. Особенно интересно, насколько тебя хватит разыгрывать эту роль. Роль этого... истинного. - Ну и как? Надолго хватило? - Да. Надолго, - Шуга резко выдохнул. Сердце его, отчетливо бившееся ранее, билось теперь так, словно у хозяина были какие-то явные проблемы с ритмами. Дрожь по всему телу была видна теперь еще отчетливее. - Тебе холодно, Шуга. - А насколько тебя хватит? - Хватит что? - Играть, полагаю? - и рука, только было потянувшаяся к Юнги, сразу упала. Черт. Хотелось смеяться и плакать одновременно. Никогда в жизни. Ни разу он еще не чувствовал нечто подобное от всего каких-то двух слов. - Я верю тебе, Юнги. Сейчас - да, - произнес он, запнувшись на полуслове. - Сейчас это не то, чем было раньше. - А вот я не уверен, что во что-то уже верю сам, - кинул тот. В глазах его все еще сверкала злоба, но больше - обида. Такая, которая просто не могла раствориться в воздухе. Что-то очень сильное, въевшееся теперь глубоко внутри. - И с кем я вообще, получается, спал? - Теперь меня зовут только так. Чон Чонгук, - Юнги прикрыл глаза, опуская голову. - Ты все равно вряд ли знаешь того, кем я был до этого. Я жил далеко отсюда и делал массу разных нехороших вещей. К той жизни, честно тебе скажу, я не хочу больше иметь никакого отношения. Пройденный этап. Все те, кто могли мне навредить, в основном уже мертвы. Остальные только рады были избавиться от моей персоны и больше не видеть. Я нашел Тэхёна здесь. Достаточно было пустить маленький слушок, и среди вампиров я стал Чон Чонгуком. Его перевоплощенным. Недавно, надо сказать, перевоплощенным. Только Ким не умеет достойно хранить секреты, вестимо. - Никогда не думал, что скажу это. Но Ким, вестимо, оказался гораздо честнее тебя самого, - на выдохе сообщил ему Шуга, проходя мимо. Чонгук напряг слух. Там, за стенами, все еще могло быть опасно. И Шуга точно это ощущал. Только сейчас, похоже, ему было на это глубоко насрать. Чонгук перехватил его руку прежде, чем тот достиг двери. - Ты пиздец какой холодный, - прохрипел он сразу за этим, чувствуя снова чужую дрожь. Юнги дернулся. От него. - Я рассказал тебе все. - И что ты ждешь? Медаль героя? - выплюнул тот, оскалившись. - Сука, да я вообще, получается, не знаю, с кем имею дело. Вообще. Ты в принципе, блять, не понимаешь, что я этим хочу тебе сказать, Чонгук? Или как мне к тебе теперь обращаться? - Чонгук, - твердо ответил тот. - И... мне действительно жаль, Шуга. Он подошел на шаг вперед, приблизившись к оборотню. И, все еще держа в руке его руку, поцеловал. С полной самоотдачей, несмотря более ни на что и напрягаясь всем телом. Юнги стоял на месте. Он не сдвинулся с него, не отошел вроде бы и назад, даже не оттолкнул. Но и не ответил. От него сейчас веяло холодом даже не только потому, что сам он дрожал от него. А потому, что сам Юнги был теперь больше похож действительно на какое-нибудь изваяние. Когда Чонгук отпрянул, тот отвернулся. - Мне тоже жаль, Чонгук, - голос его дрогнул. Сам он - нет. - Но думаю, этот эксперимент был обречен с самого начала. - Тебе совсем не обязательно... - Теперь я, кажется, еще лучше понимаю слова Джина, - Чонгук отошел еще на шаг назад. Внутри все будто бы исполосовали. Сразу и разом провели когтями по всем закоулкам души, расцарапав все, до чего можно было добраться. - Только не говори, что ты ко мне сейчас совсем ничего не чувствуешь, - и Гук сам ощущал в своем голосе злобу, но поделать с этим более ничего не мог. Был просто не в состоянии. Шуга обернулся, на миг замерев. - Чувствую, - произнес он следом, - в этом и вся проблема.