Истинный

Машина свернула влево. Вообще Шуга был неплохим водителем, но не тогда, когда переживания и нервы захлестывали и волновали куда больше проезжей части. Сейчас, кажется, был именно этот момент. Чонгук посмотрел на него, не зная даже, с чего конкретно стоило начать разговор. Какой же, собственно, все это бред. И как они вообще до этого дошли? - Скажи, из всего, что ты мне до этого наговорил, хоть что-то правда? - вдруг спросил тот, мельком взглянув на вампира. Гук прикусил губу. - Да, - сообщил он. - Правда в этом точно была. Ведь когда-то у меня действительно была девушка. Беременная. Это я не выдумал, - взглянув на водителя, на сжатые до предела руки, проговорил он. Шуга был напряжен. - И еще... я действительно ее убил. Факт в том, что тогда у меня была ремиссия. Я был серьезно болен. Весть о том, что я стану отцом в принципе помогла отойти от этого, пусть и ненадолго. После ее смерти и всего этого... болезнь взяла свое. Боли были невыносимыми. Вкупе с тем, что я чувствовал, тем более. Мне будто раз за разом сверлили дыру в голове. Машина ехала неровно. Казалось, она ловила каждую кочку. И теперь Чонгук ощущал тяжесть своего положения в двойном объеме. Говорить это в принципе было нелегко, а уж говорить это Шуге и подавно. Перевернув руку, вампир взглянул на шрамы на запястьях. Они были высечены до перевоплощения. Они же должны были остаться навсегда. Как некий символ. Это не лечилось вообще. Даже татуировками не скроешь - те сойдут, а это - останется. - Думаю, это была плата за то, что я сделал, - продолжил Гук, поднимая взгляд на дорогу. Кажется, перед глазами на несколько мгновений все поплыло. - И я всегда так думал. Просто у меня была надежда. На выздоровление. На семью. И она ее отобрала. Я не знаю, когда я еще испытывал столько ненависти. Эта ненависть ведь сохранилась и после. Тогда, например, когда я, порезав вены, стал вампиром. Она не ушла. И была со мной многие годы. - Раз не Тэхён... то кто? Как ты вообще смог стать вампиром? - Мой крестный умер еще до моего перевоплощения. Умер от моей руки, - и Чонгук хмыкнул. Шуга знал о нем так мало. Лишь тот мизер, что сам Чон рассказал, приправленный какой-то несусветной чушью. И все это - его вина. Казалось, что если сейчас он раскрывался не тому человеку, то все внутри просто сгорит черным пламенем. Черным, как и все остальное. - Я знал охотников. Мой... знакомый был одним из них. И последнее дни, когда боли были реально адскими, шел с ним на какие-то дурацкие миссии. Не столько, сколько помочь... нет, скорее сократить себе уже жизнь наконец. Умирать от своей руки не хотелось. А так хоть польза какая-никакая. Я сам себя перевоплотил, Шуга. Сам пожелал все-таки выжить. И, убив какого-то вампира, взял его кровь. - Так ты у нас еще и охотником побывал, - протянул Шуга, заворачивая за угол. Чонгук искал в этих словах неприязнь, какое-то отчуждение, но наткнулся лишь на колющую тоску. - Да, нескучная у тебя была жизнь. - Я злился на себя и на весь мир вокруг на протяжении многих-многих лет, портил многим жизнь, развлекался, старался как-то забыть и вовсе эту страницу своей жизни. Даже вон, приемника вырастил. Такое же, мягко говоря, говно, как я сам. Даже сюда приехал, потому что насолил другой группе вампиров и перебил многих из них. Надо было скрыться, - это не казалось смешным. Но Чонгук ухмыльнулся. - А потом ты. С этой истинностью, с этим "я буду с тобой"... По сравнению со всем, что происходило в моей жизни, это настолько напоминало шутку, что я не мог отреагировать иначе. Куда бы Шуга ни ехал сейчас, Чонгуку было плевать. Куда бы тот его теперь уже ни ввязал, что бы ни сказал сделать. Реально казалось, что вот тут, рядом с этим оборотнем, здесь его место. И все, что было до - это путь лишь до этого момента. Тупое чувство, на самом-то деле. Нисколько даже не логичное. Но такое сильное, что жуть. - Если тебе будет от этого хоть каплю проще... ты единственный, кто знает всю эту правду от начала и до конца, - сказал он, встретившись, наконец, с Юнги взглядами. И смотря при этом в его глаза. - Не думаю, что это много, что поменяет. - Тогда зачем говоришь все это? - Потому что иначе, кажется, потеряю все окончательно. Вот уж никогда не думал, что скажу это. Хотя я не думал даже, что после ее смерти почувствую хоть каплю того, что чувствовал тогда. Машина резко затормозила. Чонгук чуть было не уткнулся носом в панель. - А ты чувствуешь? - и Юнги обернулся. Гуку в этот момент действительно показалось, что сердце внутри него забилось. Именно забилось. Как у живого человека. - А я чувствую, - тихо проговорил он. Это новое ощущение... оно было непередаваемым. - Та смс-ка была не просто выбросом эмоций. Я... - Ты просто забавлялся каждый раз, когда я думал, что расстояние между нами сокращается, - перебил его Шуга, так и не сводя взгляда. Это было чем-то новым. Чем-то злым, агрессивным. Чонгук понимал, что задел за самое живое того, кто, вообще-то, единственно того не заслуживал. И сейчас снова проходился по бередившей ране туда-сюда в надежде, что тому станет легче. А легче не становилось. - Каждый раз. Каждый блядский раз, когда я думал, что ты мне хоть ненамного доверился, ты просто придумывал какую-то чушь, чтобы показать себя с другой стороны. Зачем? - Потому что чувствовал, что тебе не ровня? - и Гук вроде бы спросил это, но в тот же момент именно утвердил, как некую истину. - Может... поэтому? - Не ровня? - Да ты, блять, взгляни на себя. Белый волк. Белая блядская ворона среди всего этого отребья. Я до последнего искал в этом во всем, в тебе, блять, хоть что-нибудь, что тебя же разоблачит. До последнего сам себе повторял: это все нереально, нужно просто подождать и взглянуть, как этот ангел объявит всем свою истинную натуру. И ты ошибался. Но каждый чертов раз при этом ты был... собой. Оставался тем, кем я видел тебя и до этого. Это даже вымораживало. - Мне что, извиниться? - съязвил тот, сжимая руль машины еще сильнее. Чонгук мельком взглянул на его напряженные руки. Мельком прошелся взглядом и по сжатым губам. Извиняться здесь точно нужно было не ему. - Я всеми возможными и невозможными способами старался найти с тобой общий язык. Мой волк же не может ошибиться. Мой волк же не может выбрать себе в пары хрен знает кого. Как же. Он выбрал. Тебя. И это было выплюнуто. Буквально брошено в лицо, как нечто самое дерьмовое, что могло произойти. И Чонгук понимал это. Осознавал: пара из него самая что ни на есть ужасная. В нем не было, кажется, ничего, за что его мог выбрать зверь. В нем вообще, кажется, ничего не было. Он давным-давно все отдал и растерял. Ровно тогда, когда, даже не думая, толкнул свою же девушку. Ровно тогда, когда убил просто потому, что был зол. Шуга хотел сказать что-то еще, но банально не смог этого сделать. Он ударил по рулю. Так сильно, что тот, казалось, просто отлетит, как ненужная деталь. И вышел из машины, хлопнув дверью. Чонгук слышал его сердцебиение. Да что там, теперь даже в этом не было необходимости. Теперь он чувствовал. И чувствовал он действительно сильно. Каждое волнение оборотня. Прикусив губу, он вышел следом. - Так ты предлагаешь извиниться мне за то, что твой волк выбрал такое дерьмо в качестве пары? - облокотившись о машину, спросил он. Шуга зло взглянул в ответ. Казалось, он сейчас накинется. Казалось. Потому что не было ни капли уверенности, что он действительно это сделает. - Думаешь, я до этого не понимал, что все это не понравится, блять, вообще никому? Знаешь, люди частенько привирают, чтобы не отталкивать сразу. Странно будет услышать от какого-нибудь мудозвона вместо обычного приветствия напоминание о том, кто он такой. - Странно?! - почти зарычал он, обходя машину. Чонгук чуть посторонился, когда он поравнялся с ним. - Странно, блять? А совсем не странно, по-твоему, придумывать небылицы и врать? Зачем? Раз так хотел меня отвадить, то на кой черт? Сказал бы сразу, кто ты, проблем было бы в разы меньше, нет? - А с чего ты решил, что я хотел тебя отвадить? Это была самая настоящая борьба. Вместо оружия - взгляды. Чонгук чувствовал, как волк внутри Шуги разрывал все существующие границы. Чувствовал, как сам Юнги напрягся что есть сил, лишь бы не выпустить зверя. Он терял контроль. Тотально так. Видно, для оборотня это было действительно важно - баланс с самим собой. И именно Чонгук вносил в Шугу тот хаос, что ссорил его с собственным волком. - Чем бы это ни было по началу, чем дальше - тем больше было желания, чтобы ты был рядом, Юнги. А не чтобы ушел, - тихо проговорил он, наблюдая за тем, как кости внутри него перестраивались на свой лад. Взгляд сразу метнулся к таким родным темно-карим глазам. - И хотел это, возможно, с того момента, как вообще предложил пожить у меня. Просто выстраивал для самого себя отговорки, чтобы уйти от этого. У меня, знаешь ли, нет внутреннего индикатора. - Так это твое оправдание? - А я и не собираюсь оправдываться, - сказал он, ступив вперед еще на шаг. Расстояние между ними сократилось моментом и подчистую. - Я говорю как есть. Как ты мне предлагаешь понять, что чувствует другое существо, когда я сам себя понять не могу? Ведь дисбаланс происходил не только в случае с этим гребанным оборотнем. Он происходил и внутри Чонгука. Каждый чертов раз. И каждый раз сводил в разные крайности. От написания смс до разговора о том, насколько на самом деле нахрен Шуга ему не сдался. Тэхён, может, и нес часто несусветную чушь. Но в чем-то был точно прав. Зверь был не только внутри Юнги. Внутри Чонгука он присутствовал тоже. Может, не так буквально если только. - Ведь ты даже видел во мне что-то другое. Хотел видеть, - и Чонгук снова поднял руки, демонстрируя полосы. - Как ты сказал? Ведь это и есть доказательство тому, что я не бесчувственная скотина? Так, кажется? Я всю свою жизнь был бесчувственной скотиной. Достаточно сказать, что я, именно я, Шуга, воспитал Тэхёна. - Прекрати. - ...и достаточно сказать, что я буквально изучал твое поведение. Или ты реально думаешь, что вампир моих лет не заметил бы, как тот же Хосок берет в руки нож? Ты ведь хотел услышать правду. Так вот она, Юнги. Твой волк действительно выбрал не того, кого следовало бы выбрать. Шуга прикрыл глаза, втягивая воздух и стараясь, видно, просто не вцепиться Чонгуку сейчас в глотку. Вампир просто стоял на своем месте. Это можно было преподать по-другому, как-то иначе. Можно, наверное. Но он не смог сделать и этого. Теперь казалось, что он, вместо того чтобы помириться, потерял все и навсегда. Ощущения что надо. - У тебя телефон, - повернув голову в сторону, проговорил Гук. Шуга повернулся следом. Мобильник остался в машине. Оборотень же, кажется, не слышал более ничего. И никого. Но сейчас, в момент, когда Гук сказал это, вернулся к жизни. Он схватил сотовый с заднего сидения, все еще оставаясь вне авто. Чонгук подошел ближе, все еще выдерживая расстояние. - Да? - Шуга, у нас проблемы, - Чонгук слышал слова, но те были разбавлены какими-то шорохами и помехами. - Ты нам нужен. Ты где? - Что случилось? - Я же говорил: Лив нужен ее брат. Чонгук оглянулся, снова остановив свой взгляд на оборотне. Слух уловил и адрес, кинутый кем-то там впопыхах и даже какие-то еще наставления, которые давали, как ни странно, Шуге. Но сам он с места не сдвинулся. Юнги больше не сказал ничего. По выражению его лица было понятно и без того многое: тот был зол. Зол хотя бы потому, что уже услышал от самого Чона. Как только оборотень сбросил, протяжно зарычал, собираясь уже сесть обратно в машину. - Все настолько плохо? - тот посмотрел на вампира так, будто только сейчас вспомнил, что тот здесь. Во взгляде проскользнуло нечто жгучее и болезненное. То, от чего Чонгук снова поймал себя на мысли, что его острая реакция на каждое дуновение ветерка со стороны Шуги - нечто ненормальное. - Останься. И тот сел в машину. Чонгук проигнорировал последнее начисто, усевшись следом. И сразу же наткнулся на злобный взгляд, прожигавший насквозь. Да. Им точно будет трудно. Всегда. Это было понятно с самого начала. С момента, когда они даже не могли решить, кто ляжет на лопатки. - Я сказал остаться. - Ты, может, и альфа для кучки оборотней, - отвесил Гук, не дернувшись со своего места. - Но мной ты не командуешь. И если не хочешь опоздать к своим, лучше газуй. - Когда-нибудь я просто разорву тебя в клочья, Чон Чонгук. И газанул. Так резко, что не понравилось не только Чонгуку, но и машине: та яростно зарычала, взбрыкнув и чуть было моментом не заглохнув. Коробило от одной мысли, что сам вампир был виноват в том, что сейчас чувствовал Шуга. В каждом его дерганном жесте, в каждом злом взгляде. Для оборотня, похоже, истинная пара - самое слабое место. Раз уж то сломало Намджуна, то что вообще говорить насчет Юнги?.. Ехать здесь было недолго. Минут пять, если не меньше. - Не вмешивайся, я разберусь сам, - кинул Юнги, остановившись черти как. Гук промолчал. Спорить было уже чревато, надо сказать. Шуга же вышел, хлопнув дверью так, будто не Лив, а эта машина сейчас представляла серьезную угрозу. Девушка стояла чуть поодаль. Парнишка, что говорил, видимо, с Шугой по телефону, перед ней. И тот был непомерно рад, что эта обязанность ляжет кому-то другому на плечи. Вампир вышел из машины следом, так и замерев на месте. Только сейчас он действительно видел это: видел, как Юнги на самом деле было тяжело двигаться. Внутри все замерло от одной мысли. Тот ранен. И возможно, серьезно. Лив была не одна. Стая подробилась на две части. - Ну здравствуй, - в голосе чувствовался яд. Чонгук оглянул рядом стоявших оборотней. Дожили. Он находился среди тех, кого всегда раньше старался скорее избегать. И даже особой угрозы не чувствовал. - По-моему, мы уже все решили, - прорычал Юнги, остановившись. Чонгуку было больно на него сейчас смотреть. - Разве нет? - Я предлагаю тебе мир, Мин Юнги, - и за этими словами было еще больше неприятия и злости, чем за первым приветствием. Чонгук поморщился. Когда он говорил об адекватных личностях в стае Юнги, явно перегнул палку. - Мир? И на каких же условиях? - Отдай мне Мона и Джина, - и в глазах ее загорелся огонь. - И мы просто разойдемся. Всего лишь двоих за спокойствие в дальнейшем. Небольшая цена ведь, так? Намджун стоял тут же. Если Джин был не в состоянии даже подняться на ноги, этот вполне мог сделать хотя бы это. На большее он способен не был. Только смотрел и молчал, нагнетая обстановку еще больше. Чон, воспользовавшись тем, что на него внимание было обращено в самой меньшей степени, подобрался поближе. Он чувствовал, казалось, все, что ощущал сам Шуга. Это будто и был тот самый симбиоз, о котором он не раз слышал. И именно это помогало понять поболее других: все конкретно сейчас перейдет в состояние хаоса. - Нет, - ответил Юнги, даже не дернувшись. Чонгук напрягся. - На такие условия я не согласен. - Ты ненавидишь как одного, так и другого. Какой в этом толк - защищать обоих? - Хватит с них. Обоих, - выделил он, мельком обернувшись. Чонгук сделал то же. Намджун стоял, почти не дыша. Он его не защищал. При первом же удобном случае он попытался его попросту убить, выкинуть из стаи, выставить изгоем. А этот - положил на все и остался стоять на своем. Вампир снова обернулся к Мину. Если это - не проявление чего-то, до чего всем остальным даже здесь, как до Луны, то что же тогда? Белый волк. Вот уж действительно, белая ворона среди всего этого сброда. И к этому сброду, если уж на то пошло, Чонгук готов был причислить и себя. - Почему ты просто не можешь уже пойти на попятную? - в голосе чувствовалась раздражительность. Лив была в ярости. - Ты на ногах-то еле стоишь. - Даже в таком состоянии я могу исполосовать морду любому, не сомневайся. Лив усмехнулась. Даже она выглядела не сказать, что прекрасно. И стояла кривовато, и касалась постоянно левого бока, как будто пробежала только что несколько километров кроссом. И дышала очень часто. Но Шуга в сравнение даже с этим не шел. Чонгук пристально смотрел на них двоих, приблизившись еще ближе. В руках девушки что-то блеснуло. - Я и не сомневаюсь в тебе, Шуга, - произнесла она, подняв взгляд. Тот не видел. Чонгук почувствовал это моментально. Будто внутри все обожгло, будто зверь, который уже давно поселился где-то под сердцем, кинулся вперед, тараня органы и стараясь вырваться. Он почувствовал опасность. Не потому, что на сей раз кто-то наставил на него пистолет или пригрозил ему же расправой. Инстинкты самосохранения, кажется, окончательно дали сбой. Все внутри дало сбой. Нечто острое, то ли нож, то ли кинжал, было сжато в руке Лив в момент. И цель была ясна, как никогда. Но Чонгук успел первее. Оттолкнув Шугу, встав прямо перед ним, он перехватил в воздухе занесенную руку, с трудом остановив порыв просто-напросто проткнуть его же шкуру. Глаза Лив налились красным. Кинжал остановился в паре миллиметров от его, Чона, груди. - Сука, - прорычала девушка, сделав усилие. Рука соскользнула. Кинжал на одну треть саданул грудь. Боль молниеносно прошлась по всему телу. Кажется, она задела легкие. Рука самопроизвольно сжала само лезвие, чувствуя его остроту. И тут Лив просто отбросили в сторону. Кинжал, только-только протаранивший Чонгука, отлетел вместе с ней, падая наземь. Сам Чон растерянно взглянул сначала на руку, по которой стекало нечто черное, а потом и на грудь. Там то же черное расползалось в виде пятна. Шуга был рядом. Он чувствовал его все это время, но сейчас, в момент, когда, казалось бы, было как минимум ни до чего, наткнулся еще и на взгляд. Яростный, злой до белого коленья, но еще и до жути испуганный. Шуга... боялся. Волк, что столько раз рисковал собой, был, казалось, в полнейшем ужасе. - Чонгук? Ты как? Боже... - он обернулся лишь на один миг, зарычав так сильно, что пошатнул, наверное, всю уверенность и в тех, кто не выбрал его никаким альфой. Лив, поднявшись на ноги, ответила тем же. Первым опомнился парнишка, что стоял чуть в стороне. Он и кинулся вперед. Остальные просто подхватили. - Все нормально, - Юнги посмотрел на Чонгука в тот же миг. Черное пятно приобретало немыслимые масштабы. Глаза вампира налились тем же цветом. - Не маленький. Справлюсь. - Я сказал... - Я тоже. Ты мной не командуешь, Шуга. Лив, кинувшуюся было вперед, Чонгук заметил первым. И даже сжал руку оборотня, чтобы каким-то образом избежать удара, как со стороны ту повалило нечто другое. Узнать их в волчьем обличии было действительно трудно. Чон не обладал таким навыком как таковым. Наверное, на все сто он мог определить только самого Юнги. Но сейчас почему-то чисто интуитивно знал. Тот волк, что повалил Лив на землю и придавил к ней. Что, кинувшись сейчас вперед, буквально закрыл Юнги. Это был Намджун. - Послушай, - и Чонгук сжал чужую руку еще сильнее. Шуга сам был ранен. Перевоплотись он сейчас, кинься в этот бой, и, вероятней всего, станет лишь хуже. - У нее есть сторонник. Шуга, послушай меня внимательно. - Сейчас не до этого! - Она знает, что проиграет тебе, - прошипел вампир, не отпуская того от себя. Юнги обернулся, взглянув на Лив. И на рядом стоявшего, вовсю рычавшего на нее Намджуна. - Она бы не стала так рисковать. Надо убираться. Нельзя здесь принимать бой, Юнги. Просто поверь мне. Я знаю, о чем говорю. - Да откуда?! - Я поступил бы также, - получилось, наверное, жалко. Но было плевать даже на это. Хрен с ним, куда уж хуже. - Нельзя здесь оставаться. Нельзя, понимаешь? Ты угробишь и себя, и их. Шуга осмотрелся, задышав еще чаще. Не было больше этой тотальной недоверчивости ко всему сущему, а особенно - к самому Чонгуку. Он будто действительно моментом поверил в то, что тот говорил. В то, что это не конец. Вампир отпустил его руку, коснувшись раны на своей груди. Кровь, кажется, останавливаться не собиралась. - Какого хрена ты полез? - прорычал Юнги, чуть отталкивая Гука в сторону. В сторону от всего происходящего. От драки в том числе. - Тебя просили, блять. Ты ранен. - Ты тоже. Вымещать друг на друге злость в момент, когда вокруг столько врагов, было бы как минимум несуразно. Схватив какого-то волка за шкирку, явно не из своей братии, Юнги с силой провел того носом по земле. Он не перевоплощался. Это и без того было больно, Чонгук уже давно это осознал, но сейчас, в этом состоянии он банально не мог себе этого позволить. Сил даже в человеческом обличии в нем было довольно. Вампир это почувствовал на себе пару раз, а потому был полностью уверен в этом факте. Юнги мог ломать шеи, даже не становясь волком. - Отойди! - прорычал он, откидывая того же волка от себя. Внутри того что-то хрустнуло. Чонгук, послушав, отступил, снова обернувшись. Становилось почему-то все хуже. Все труднее даже просто концентрироваться на окружающей обстановке. Шаг назад. Потом еще и еще, пока, даже не поворачиваясь, можно было лицезреть все поле боя. - И ты снова здесь, как же, - раздалось позади. Чонгук оглянулся. Джин. Тот все еще не мог и устоять на своих двоих, помогала в том машина, на которую он и облокотился. Как бы ни было сильно желание помочь своим же, он был все-таки не самоубийцей. А потому только смотрел. На то, как сражался Намджун, в том числе. И смотрел пристально, не сводя взгляда, наверное, именно с этого волка. - Ну и какого это, Чонгук? Быть истинным такого, как Шуга? - Гук отошел еще дальше, при этом находясь теперь ближе к Джину. И снова осмотрелся. Юнги так и притягивал к себе взгляд. Так и хотелось просто кинуться туда и помогать с каждым, кто хоть посмотрит в его сторону не так. Но что-то другое, более тяжкое и цепкое, держало на месте. - Самому не надоело? - Честно? Надоело. - Тогда помоги, - и Чонгук посмотрел на него. Джин аж вздрогнул. Он ожидал чего угодно, но только не этого. - Чувствуешь кого-нибудь еще? Джин напрягся. Чонгук почти ничего уже не ощущал. Лишь шестое чувство, бившее ключом внутри, твердило, что он не ошибся. Оборотень рядом втянул воздух, пробуя тот на вкус, будто смакуя. Чон часто видел то же в исполнении Мина. Как он принюхивался, как застывал, ощущая что-то помимо всего прочего. Джин застыл точно также. А потом открыл глаза. - Там? - как-то неуверенно спросил он, снова взглянув на Чонгука. Не чувствовалось, что они резко из разряда врагов перекочевали в разряд друзей. Неприязни во взгляде было навалом. Но на попятную пошли оба. - Скажи Юнги, что я вернусь, - произнес он. - Ты ранен. - Не поверишь, я знаю. Джин бы не сказал ничего более. Чонгук был на более, чем сто процентов уверен в этом. И обернулся не за тем, чтобы вновь побеседовать с ним. Юнги схлестнулся с Лив. Те стояли друг напротив друга, как заклятые враги. И грело душу, хоть ненамного, одно то, что на стороне Юнги был Намджун. За все это время Шуга, наверное, единственный раз не был один. Не был полностью один против всех остальных. И чувство, взыгравшее в этот момент, трактовать однозначно так и не получилось. Но что бы сам вампир ни чувствовал, это что-то и толкнуло дальше. Не мог он это просто взять... и просрать. Выйдя на проезжую часть, он встал посередине дороги. Прямо перед ехавшей по абсолютной прямой машиной, остановившейся, наверное, в самый последний момент. И то скорее не потому, что спасли тормозные колодки, а потому, что Чонгук спас сам себя, выставив руки вперед и упершись ими в капот. Хосок вышел следом. Чуть позже, буквально через пару секунд, вышел и Тэхён. - Я почему-то даже не удивлен, - протянул Хоуп, осмотрев Чонгука с ног до головы. Расплывавшееся на его груди пятно добавило уверенности. - И где же твоя собачка, Чонгук? Что? Уже не защищает тебя? Стаю приобрел, кажется? - Быстро ты меняешь стороны, Тэхён, - переведя взгляд в ту сторону, пробасил Чонгук. Голос его как-то странно охрип. Ким, стоявший чуть в стороне, ухмыльнулся. - У меня нет истинного, который бы меня защищал, помнишь? - и Хосок, повернувшись к нему, изогнул бровь. Чонгук заскрежетал зубами. Сука. Глаза его налились черным. И это он воспитал. И это - его собственное отражение. - Ты можешь просто уйти. Переехать хотя бы. Как всегда. Чонгук зашипел. Ким, недолго думая, все же отошел на пару шагов назад. Теперь Хосок тоже был в курсе. Теперь он знал. И знал, снова же, благодаря тому, кому Гук хоть ненамного, но все же доверял. Тэхёна теперь точно хотелось порвать в клочья. И ведь по сути-то - это он сам. Это он же. Такой же ублюдок, что всегда выбирал лишь свою собственную сторону и гнул лишь свою линию. Который никогда и ни за кого не пытался постоять. Который знал всегда лишь себя. Он научил этому. Он теперь и расплачивался. - Он дело говорит, Чонгук, - протянул Хосок. Машин за ним было не так много, но в каждой - вампиры. В каждой - еще плюс один повод умереть Шуге. Чонгук зло взглянул на Тэхёна. А потом снова перевел взгляд. - Поединок, - кинул он в лицо Хосоку. - Что? - Поединок. Когда на слух жаловаться стал, недоносок? - Хоуп замер. И потом усмехнулся. - Один на один. Выиграю я - убирайтесь отсюда, оставив его, - кивнув на Тэхёна, произнес Чонгук. Тот пристально смотрел в ответ. - Выиграешь ты... - И что? - И вам не придется сражаться с Юнги, - тихо произнес он. Хосок прищурил взор. - Я сделаю так, что он сдастся без боя. Хоуп опустил взгляд, посмотрев на рану на чужой груди. Чонгук сам чувствовал ее. Сейчас, именно в этот момент, он был безумно слаб. И реально имел все шансы проиграть. И Хоуп чувствовал это. И неуверенность, и слабость своего врага, все, что явно сыграло бы ему на руку. Неважно, были ли это вампиры или оборотни. Если стал самым главным, будь добр сражаться за это место с любым, кто бросит вызов. Давление со стороны других для Хосока было жутким. - Дерьмовый же из тебя истинный, Чонгук, - ухмыльнулся Хоуп. - Ты и так покойник. Я в любом случае уничтожу этого оборотня. Через тебя. Тэхён покачал головой. Чонгук, мельком взглянув на него, снова пристально уставился на Хосока. Это было смешно, наверное, для каждого из них, а для Чонгука и подавно. Он никогда не сражался ни за кого кроме самого себя. И что и кому доказать хотел теперь, тоже не знал. Юнги должен был справиться с Лив. Чонгук должен был справиться с Хосоком. И это набатом звучало в голове, выворачивая все мысли наизнанку. Все это время Юнги действительно его защищал. Он должен был отплатить хоть раз тем же. - Тэхён? - и Хосок, уже с горящими черным глазами, обернулся, достав пистолет. - Если кто-то вмешается, пристрели его, - взглянув на Чонгука, отвесил он. - Пристрелишь Чонгука - будет тебе прием обратно. Этого же ты там вроде хотел? Ким поймал пистолет в воздухе, кивнув. Чонгук, посмотрев на оружие, снова перевел взгляд на Хосока. Он мог по крайней мере их задержать. По крайней мере избежать момента, когда на Шугу нападут аж два сильных противника. Уверенность в том, что Ким выстрелит, была почти стопроцентная. Тот сделает это. Точно сделает. Потому что сам Чон бы сделал то же самое. - И уж точно стреляй своему крестному прямо в сердце, - и у Хоупа показались клыки, - если появится его оборотень.