Истинный

- Я справлюсь, Шуга! Еще бы с пару деньков назад в момент, когда Намджун оскалился и вцепился бы когтями в руку Юнги, тот неминуемо бы ответил. Разорвал бы в клочья, окончательно бы избавился от нерадивого бывшего альфы. А теперь почему-то остановился. Внутри, там, где безвылазно сидел зверь, не имея возможности высунуть нос наружу, бушевал ураган. Легкие сжимало без возможности сделать вдох. Сковывало все внутренности. Джун дышал точно также: надрывно, тяжело. Тот оттолкнул несильно, просто дал скорее понять: этот противник его. Ничей больше. И встал напротив Лив, дрожа от ярости. Он все еще оставался альфой. Где-то внутри все еще осталось то, что делало его все это время вожаком. Та же отвага, та же ответственность. Но теперь в нем это выражалось сильнее. Теперь он сражался не за стаю. И даже не за себя. И Юнги впервые видел это. Намджун сражался за свою пару. - Ты, - прорычал он, стальным взглядом смотря в сторону Лив. - Скажи, тебе действительно настолько насрать на собственного брата? - Это тебе всегда было насрать на моего брата! Шуга отошел на шаг назад, повернувшись. Чонгука не было. Вампир попросту исчез, растворился в воздухе. Внутри кольнуло снова от чего-то неизведанного. Действительно просто ушел? Просто, как и любой на его месте бы, наверное, сделал, свалил? Не его же битва. Не он должен был за это получить. Взгляд, пройдясь по каждому, наткнулся на Джина. Тот сделал шаг от машины, так и не устояв на ногах. И чуть было не упал из-за этого. - Ты, сука, даже в больнице устроила для меня засаду. Моя смерть - это и его смерть тоже, - Джин это, безусловно, слышал. По нему было видно. Шуга, задержав на нем взгляд, снова посмотрел на этих двоих. Мысли путались. Значит... Чонгук ушел? - Неужели настолько захотелось побыть у руля? - Тебе же когда-то именно настолько захотелось стать альфой, - хмыкнула Лив. - Я убил того, кто этого заслужил! Я не могу это объяснить ни тебе, ни ему, потому что вы никогда этого не поймете. Потому что он все-таки был вам отцом. Какая-то девчонка хотела было напасть, но Юнги достаточно было обернуться. Просто огрызнуться на нее, дать понять, что еще шаг, и от нее же ничего не останется. Этого хватило. Он чувствовал это. Впервые ощущал то, о чем ему всегда говорили прежде. Он всегда был претендентом на это место. Он всегда имел шанс стать альфой. Пусть до сих пор с трудом мог поверить в это. - И я убью того, кто этого заслужил, - прорычала она. - Я уже давно согласна на сопутствующий ущерб, Джун. Моим братом ты не прикроешься. Юнги сделал шаг снова туда же, останавливаемый взглядом Намджуна. В том не было больше приказов. Больше Мон не имел права попрекать или наказывать делать что-то конкретное. Но в нем была просьба. Этот бой должен был достаться ему. Намджун буквально молил об этом. Все, кто уже принимал участие в сражении, потихоньку утихомирились. Этот разговор был слышен всем. Он был слышен каждому. - Я справлюсь, - еще раз повторил Намджун. - Мне нужно покончить с этим. И Шуга отступил. В этом что-то определенно было. Лив не держала зла конкретно на Юнги. Никогда. Вся ее ярость была сосредоточена на другом существе. И если не дать им и этого, все может закончиться еще более плачевно. Намджун кинулся первым. Его обращение произошло прямо в воздухе. Волк уже не выдерживал - выпрыгнул сам, сбросив кожу моментом. - Кого-то потерял? Юнги смотрел на Джина в упор, но не видел. Ориентировался скорее чисто на звуки, на те же слова. Глаза его бегали по всему пространству, ища совершенно другого. И завывания внутреннего зверя сейчас на руку совершенно не играли. Они ведь даже не договорили. Они так и не закончили. И... Чонгук был ранен. - Ты видел его? - обернулся он снова к Джину, впиваясь в него взглядом. Тот хмыкнул. И мельком взглянул в сторону дерущегося Намджуна. - Он попросил решить это самому. - Моя пара меня, правда, обоюдно, но все же ненавидит, а сестренка хочет убить... что может быть лучше? - Джин... - Он пошел туда, - кивнув в определенную сторону, произнес тот. То есть реально ушел. Просто покинул это место. Юнги, сделав пару шагов в том же направлении, остановился. А надо ли? Идти за ним? - И чего ты ждешь? - А думаешь, есть... - ...смысл? - закончил за него Джин, буквально смеясь. Шуга чувствовал дрожь по всему телу. Казалось, его некогда лучший друг окончательно потерял всякий рассудок. Истинный. Пара. Сколько громких слов, обозначающих не иначе как самую жуткую и болезненную вещь во всем мире. - А на что ты рассчитывал, Юнги? На то, что в истинные тебе попадется волчонок из стаи? Ну мне попался. Даже альфа попался. А толку-то? - И это сейчас говоришь ты? - Ну знаешь... не каждый чертов вампир кинется под кинжал из-за оборотня, Шуга. Или думаешь, я этого не видел? - сердце екнуло. Снова. - Кажется, я слышал что-то в той стороне. Он попросил, и я сказал. Не знаю. Я сейчас вообще мало, что слышу. И он, будто в доказательство к этому, задержал дыхание вовсе. Намджуна швырнули наземь, проведя спиной по асфальту. Выглядел тот неважно. Лив не собиралась его щадить. У нее были конкретные цели. И не было более никаких препятствий. Юнги напряженно взглянул в ту сторону, зарычав. - Иди, - с напором произнес Джин, с натягом выдыхая. Глаза его загорелись красным. - У тебя есть своя пара. Ты обязан защитить его. - Ты можешь умереть, если перевоплотишься в таком состоянии. - Да иди уже! - зарычал тот, отталкивая Юнги от себя. - Только тебя здесь не хватало. И это был он. За последнее время Шуга первый раз узнавал, наверное, в нем того, кого знал всегда. Гребанного Джина, своего лучшего друга. Тот еле стоял на своих двоих. Даже просто передвигаться почти был не в состоянии. Но притом волк внутри, что так отчаянно хотел выбраться, способен был все еще на многое. Даже несмотря на то, что Намджун сделал. Юнги обошел автомобиль, сев на водительское сидение, и, кивнув Джину, развернув машину. Наверное, как альфа, он должен был остаться. Наверное, как чертов лидер, должен был быть со своими до конца и принять потом бой, если Намджун проиграет. Так бы сделал вожак. Так всегда делал и сам Джун. И так никак не мог заставить себя сделать Шуга. Развернувшись, он ударил по газу, выворачивая руль на повороте, в направлении, на которое указал Джин. Чонгука, откинутого Хоупом в сторону, он приметил почти в тот же миг, разгоняя автомобиль еще и еще, буквально на полную зажимая педаль. Всех остальных он будто и вовсе заметил после. И сразу же врубил дальний свет. Для всех, кто там был, это было равнозначно лазерам по глазам. - Какого, блять, хуя, Чонгук?! - проорал Шуга, резко затормозив и захлопнув за собой дверь. Боль чувствовалась с каждым движением. Суставы странно ломило. Но волк больше терпеть не мог. Не только для Джина перевоплощение сейчас могло многого стоить. Юнги чувствовал это. Ему банально могло не хватить сил на обратное. Их уже, честно говоря, не хватало. - Тэхён! - прикрикнул Хосок, обернувшись. Взгляд Чонгука именно в этот момент странно пересекся со взглядом Шуги. Тот сделал еще шаг. - Да давай же. И только в этот момент, почти в последний миг, Юнги увидел оружие в руках того вампира. Он и Кима-то не видел: тот находился где-то около чужой машины, почти слился с окружающим его пространством. Но теперь все его внимание было приковано к этому существу. Тот держал Чонгука на прицеле. Шуга в прямом смысле этого выражения перестал дышать. Нет. Ну не могло все закончиться таким мерзким способом. Не могло обернуться... так. - Тэхён... - начал было Гук, с трудом поднимаясь на ноги. Вся его грудь была в черном. Все руки, губы, он казалось весь просто искупался в какой-нибудь нефтяной скважине. Даже не сразу в мысли закралась самая главная истина: все это - кровь. Его чертова кровь. Ким вскинул пистолет без лишних вопросов. Все происходило просто в секунды, да что там, в промежутки времени гораздо меньшие, чем просто секунды. Юнги просто понимал, что не успеет. Никакой бы быстроты не хватило для того, чтобы сравняться по скоростью с пулей. Но для небольшого пистолета, коими орудовал даже он сам, выстрел был оглушительным. И не одним. - Черт... По земле, по машинам, по всем и каждому пошла целая очередь из них, оставляя повсеместно дыры. Юнги сразу же осел за авто, на котором приехал сам, цепляясь взглядом за Чонгука. Не было видно даже, попали ли по нему. Но устоять на ногах, что главное, вампир уже не мог. Мин, быстро окинув взглядом всех и каждого, рванул туда, на эту открытую и нисколько не защищенную местность, хватая того за локоть и вытаскивая за собой. Руку чуть повыше локтя пронзила боль. Пули свистели справа и слева, казалось, просто везде. - Какого хрена?.. - Чонгука пришлось прислонить к машине, потому что сам тот не мог даже, казалось, пошевелиться. Пули точно задели и его. И хорошо, если всего одна. Глаза, полностью черные, прожгли насквозь. - Что ты здесь делаешь?.. - срываясь на хрип, спросил он. Шуга, чуть отдалившись от укрытия, резко пригнул голову, чуть не схватив пулю. - Чимин... - Что? - Ему пиздецки больно, Юнги. До оборотня смысл этих слов доходил со скоростью черепашки. Ему? Чонгук выглядел так, будто уже был похож на решето из пуль разного калибра. И нес, безусловно, какую-то чушь, нисколько не связанную с его же состоянием. Этот оглушающий грохот давил на уши. Волк внутри все старался вспороть кожу. - Чонгук! - вампира пришлось встряхнуть. Тот на секунду посмотрел более осознанным взглядом. - Ты можешь, блять, просто залезть в чертову машину? Гукки... - Он не различает сейчас ни друзей, ни врагов. Беги. - Да о ком ты говоришь? И Чонгук кивнул в сторону того, кто, собственно, и стрелял. Шуга застыл вовсе. Кажется, Чимин говорил, что у него всегда было разного рода оружие. От мала до велика. Все, что только пожелала бы душа. Но ничего такого он в жизни бы не припомнил. Ничего такого Чим в руках не держал - это точно. Пак стоял с громадным орудием наперевес, обстреливая буквально все, что хоть как-нибудь двигалось. Он, безусловно, сошел с ума. Иначе объяснить то, что Юнги видел, сложно. - Что за... - Он перевоплощается, - прохрипел Чонгук, стараясь приподняться. Получилось, честно говоря, не очень. Но дверь машины, обстрелянной с той стороны, он отворить все-таки смог. - Это больнее, чем ваше перевоплощение. Это ужасно больно. Он сейчас очень опасен. Шуга зло зарычал, хватая Гука за локоть и буквально заталкивая в авто. Стекла того были уже обстреляны. Вся правая часть, та, что и стояла ближе к Чимину, - тоже. С дороги была поднята вся чертова пыль. И шума... господи, шума создавалось столько, что здесь точно скоро должны были объявиться копы. Да хоть кто-нибудь. Эти выстрелы были по-любому слышны и за несколько километров отсюда. - Зачем ты это сделал? - зло прорычал Юнги, залезая следом, на водительское. Пришлось снова пригнуться, чтобы не схлопотать пулю. Вокруг была такая разруха, что жуть. Казалось, один этот Чимин сейчас наворотил делов больше, чем любой из них. - Ты должен был победить. - Я не должен лишиться пары, Чонгук, - пытаясь завести машину, отвесил он. Вампир тем временем коснулся одной из ран. И поморщился. Больно, и это точно, было не только чертовому Чимину. - Ты меня слышишь? Только попробуй сейчас отбросить копыта, Гук. Я с того света тебя, сука, достану. - Это было очень романтично. Машина завелась с полуоборота. Зарычав, будто само оно было на последнем издыхании, авто рвануло вперед, дернувшись с места. И Шуга уже хотел было свернуть налево, чтобы выехать подальше отсюда, как чужая рука, легшая на руль, повернула тот в другую сторону. Даже странно было осознавать, что в раненом полуживом Чонгуке было столько силы. Машина вильнула вправо, сразу же и останавливаясь. Юнги не успел сделать буквально ничего. Вампир все сделал сам. Со всей силой он ударил по двери справа от себя, и вовсе выбивая ту. И откидывая от себя, в сторону. В сторону Кима. - Нужно убираться отсюда! - прикрикнул Шуга на него, стараясь ухватиться за чужую руку. Бесполезно. Чонгук сразу за этим вышел сам, еле держась на ногах, но буквально на одном желании двигаясь вперед. - Мы и свалим, - лишь прошипел он. Но, видно, не сразу. Чимин, так и оставшийся стоять в стороне, заметив еще и их, перезаряжал оружие. Юнги кинув взгляд на него, сразу же впился тем в вампиров. Тэхён поднялся быстро. Этот не получил почти ничего. Из всего спектра ран, похоже, была лишь шишка, что осталась после кинутой ему с легкой руки двери от машины. Но он не успел сделать и шага в сторону, как его же, соображавшего постольку-поскольку, схватил Чонгук за шею. Это было почти на грани фантастики. Все, что творил Чонгук. Потому что держался он буквально ни на чем. Но при этом ни одна попытка выбраться самого Тэхёна успехом не увенчалась. Чон держал крепко. Так, будто от этого зависело все. Юнги почувствовал, как зверь внутри разрывал все внутренности. Весь он обратился в слух. Чимин, кажется, перезарядил эту адскую машину. - Ну и на кой хрен ты это делаешь? - донесся до его ушей голос Кима. Тот попытался выбраться снова, но лишь больше был поднят над землей. - Больше ты ничего и никому не испоганишь. - Чонгук! - прорычал Шуга, сам уже выходя из машины. Поздно. Пуля одна за другой начали вылетать из дула оружия в направлении этих двоих. И именно в этот момент Чонгук резко поменял их местами, выставив Тэхёна, словно щит. Ким, до этого не получивший ни единого ранения, сейчас стал в прямом смысле слова укрытием. Чонгук дрожащей рукой держал его до момента, как все пули, что еще оставались, не вылетели. Ким не мог прикрыть его полностью. И не прикрыл. Некоторые все же ранили и самого Чона. Но черной крови стало в разы больше теперь уже не потому, что пострадал он сам. А потому, что пострадал Тэхён. - Прости, - просипел Чонгук, отпуская. Ким, на секунду встав на ноги, отошел на шаг назад. Все его тело было похоже на решето. В глазах отразился ужас. Чернота из них потихоньку начала уходить. - И... за что же? - За то, что ты таким стал. Кажется, тот хотел сказать что-то еще, но вместо слов вырвался хрип. Оступившись, вампир упал на спину, выхаркивая черную густую субстанцию. И следом за тем, как это произошло, не удержался на ногах и Чонгук. Все, что бы ни держало его, что бы ни заставляло идти дальше, покинуло тело вампира в тот же миг. Чон покачнулся. А потом, коснувшись машины, чуть было не упал. И волк внутри Шуги именно в этот момент окончательно взял верх. Не было больше инстинктов самосохранения, которые во всю глотку вопили не перевоплощаться. Не осталось и здравого смысла. Все, на что хватило Шугу, так это на то, чтобы сбросить верхнюю одежду перед тем, как порвать все: и ее, и кожу. А потом белое существо, его внутренний зверь просто разорвал ту на куски, вырываясь наружу. Чимин более бы не успел поднять последнее, что еще осталось, - пистолет. Он только успел откинуть полы плаща, чтобы коснуться холодного металла, но так и не вскинул тот. Белый волк, преодолев расстояние в несколько прыжков, повалил его на землю, откидывая. И оскалился. - Юнги, - среди всего этого хаоса голос Чонгука оставался ориентиром. Шуга слышал его слишком отчетливо и ярко. Вампир говорил с надрывом. - Он не понимает, кто ты такой. Для него сейчас все... враги. И он обернулся. Волк желал лишь одного: разорвать этого мальчишку на клочки, разгрызть глотку и оставить тут умирать. Но он не кидался, он выжидал. Гармония, нарушенная было ранее, потихоньку брала свое. Зверь не выказывал свою сущность. Он понимал, кто перед ним. Он понимал, что видел. И слушал своего хозяина. Глаза Чимина то наполнялись черным, то снова становились его собственными, карими, какими были всегда. В выражении лица его застыла боль. Она пронзила, казалось, каждую клеточку тела. Все внутри него теперь менялось. Он сам становился другим. И Чимин не мог с этим справиться. Это было видно. - Ему нужна кровь, - тихо донеслось из-за спины. И волк зарычал на только-только перевоплощенного, не позволяя тому добраться снова до пистолета. Сейчас казалось, что зверь не он, а Чимин. Потому что тот действовал чисто исходя из инстинктов, желаний, но не рассудка. Все действия Шуги же были пропитаны именно им. Он кинулся вновь вперед, зажав Чимина и не позволяя тому выбраться, прижав его к асфальту. И вцепился в чужую глотку зубами, сжимая те не на максимум, но равно настолько, чтобы перекрыть доступ к кислороду. Тот еще дышал. Функции организма отключались попеременно, по одному, так сказать. И эта еще работала. А потому конвульсии от нехватки кислорода были неизбежны. Чимин попытался скинуть с себя волка. Попытался выбраться. И Шуга кинул все силы на то, чтобы предотвратить и это. Чернота из глаз ушла первой. Но прежде, чем дыхание бы остановилось насовсем, Юнги отпустил. Кровь Чимина была темно-красной. Она осталась и на зубах, и на одежде охотника. - Он жив, - Шуга чувствовал, как внутри все свернулось калачиком. В нос ударил запах мертвечины. Все, что происходило вокруг, кружило голову и не позволяло даже спокойно помыслить. Волк, его волк, еле-еле стоял на ногах. Сил перевоплощаться не было. В глазах мутнело. - Юнги? - как Чонгук оказался рядом, непонятно. Но его пальцы, все измазанные в черном, коснулись шерсти, пачкая и ее. - Перевоплощайся. Слышишь? Юнги! И снова - щелчок. И снова уже даже позабытые ощущения. Сознание почти не реагировало. Оно отключилось, более не функционируя, казалось, вовсе. Зато тело отреагировало сразу. Чонгук дрожащими руками дотронулся до пасти Шуги, начав медленно разрывать ту, раздвигая обе части в сторону. - Руку, Шуга, - прошипел он, стараясь достучаться до того, хоть немного взбодрить. И Шуга, кажется, услышал. Чонгук приложил все усилия, чтобы вытащить его из тела волка, схватившись за руку, появившуюся в зазоре между клыками. Схватившись и выволакивая того наружу. Юнги, весь в крови, на котором теперь была видна каждая рана да царапина, с трудом даже, казалось, сделал вдох. Все внутренности сковало. - Я не чувствую ни рук, ни ног, - даже слова давались с трудом. Но он действительно не чувствовал. Зато чужие прикосновения - да. И то, как Чонгук, схватив его плащ, накинул на него, тоже. - Нужно убираться, помнишь? - Теперь это будет сложнее. И когда рука Чонгука с силой сжала его, он замер. Хосок. Тот стоял немного поодаль. И только тогда, когда его же увидели, сделал несколько шагов вперед, остановившись рядом с пистолетом. И поднял его с земли. Шуга, сжав какую-то грязь в руке, чуть приподнялся, зарычав. Волка он более не чувствовал. Тот еле, казалось, дышал где-то там, внутри, с трудом проявлял хотя бы какие-то признаки жизни. И Юнги сейчас сам с трудом дышал. Но при этом прекрасно понимал: это Чонгук для него, вообще-то, истинный. А не он - для Чонгука. Может, и дерьмово в какой-то степени то осознавать, но черт... Чон хотя бы выживет без него. - Хоуп, - просипел Гук, все еще с силой сжимая руку Юнги. Не позволяя ни отдалиться, ни сделать что-нибудь. - Мы, кажется, не закончили, - в словах того было много горечи. Он оглянулся. Вокруг были трупы. Трупы тех, кто был за него, кто поддерживал его. Рука Хосока сжала пистолет еще сильнее. Взгляд пал на Чимина, лежавшего без сознания. - Так ведь, Чонгук? - Достаточно, тебе не кажется? И оружие, только было направленное на Чима, резко нашло другую цель. Хосок был зол. Он был просто в неописуемой ярости. - Они просто взяли и свалили все на нас, Гук, - прохрипел он, дрожа от этого накатившего чувства. - И заявились на прием, прикончив Виен, за которой я обязан был присматривать. Я, блять, соблюдал каждый чертов пункт в этом говеном договоре, пока какая-то псина просто взяла и не перечеркнула все нахуй. Я знаю тебя. Тэхён рассказал. Ты делал вещи и похуже. И для тебя, может, ничего из этого ровным счетом ничего не значит, но не для меня, Чонгук или как там тебя теперь называть? - Его зовут Чонгук, - вмешался Шуга. - Это его имя. - Ты хоть представляешь, что именно ты защищаешь, Шуга? - Да, - уверенно ответил тот, стараясь согреться в тех остатках одежды, что ему дал Чонгук. - Представь себе. И вас, и нас осталось немного, Хоуп. Какого хуя ты продолжаешь это? - Я продолжаю это, потому что Лив обещала, что разберется. Что отдаст того, кто сделал это с Виен и вернет все на круги своя. - Лив тебе наврала, - подняться было самой трудной задачей. Цепляясь за столб рядом, Юнги с трудом справится с ней. Это был последний рывок. Единственный шанс. И его нужно было сделать. Иначе - пропасть. Шуга чувствовал страх Чонгука. Впервые так сильно ощущал его ужас. - Тэхён помог Намджуну убить ее отца. Все, что ей нужно, так это месть. Она терпеть не может вампиров и не стала бы ничего с тобой заключать. Ей просто нужна была помощь. - А ты у нас бы стал? Пистолет все еще был направлен на Чонгука. И Шуга, зарычав, ступил вперед, вцепившись ногтями в гладкую поверхность столба, чтобы не грохнуться. Сзади Хосока остались те немногие вампиры, что еще выжили в этой схватке. Здесь в любом случае были не все. Всех бы он сюда не притащил. Даже из Хоупа вышел все-таки не такой плохой лидер. - Я и так защищаю вампира, - твердо произнес Шуга, хватаясь за пистолет в чужой руке и опуская тот. - Много ты знаешь оборотней, которые сделали бы так же? - Сам себя не похвалишь, никто не похвалит, да? - Не уверен, что это - похвала. Юнги услышал первым из них всех шаги за спиной, резко обернувшись. Намджун в своем человеческом обличии был уже здесь. Весь в крови, исцарапанный донельзя, он все еще твердо стоял на ногах. Оглянув вампиров, Ким остановил взгляд на Шуге. - Джину нужна помощь, - и в голосе почувствовалась дрожь. - Тебе, похоже, тоже. Шуга повернулся к Хосоку. Тот, мельком взглянув на вновь прибывшего, зло перевел взгляд в его сторону. - Убирайтесь, - кинул он, откидывая следом за этим так и не понадобившийся пистолет. - А с тобой, - обратившись к Юнги, - мы еще поговорим. Так что будь добр, не подохни до этого момента. - И даже не прикончишь его? - это сказал кто-то из вампиров с другой стороны. И намек был явный на Чимина. Хоуп опустил взгляд, хмыкнув. - Он охотник, который стал вампиром, - и взгляд его странно мазнул по Чонгуку, - жизнь и без того его наказала, не правда ли? Как только отпала всякая необходимость стоять до последнего, до, так сказать, победного, ноги Шуги вновь подкосились. Чонгук подсобил и тут, хотя удержать оборотня и не смог. Волка Юнги не чувствовал вовсе. Как не чувствовал почти ничего вокруг. Как контуженный, он даже почти не слышал. Черная кровь Чонгука вперемешку с его собственной почему-то воздействовала еще более странным образом. Более это даже не отталкивало. Рука Гука легла на его. Пальцы переплелись. - Давай ты только теперь не будешь умирать, окей? - послышалось сквозь пелену. - Просто потерпи, хорошо? Все будет нормально. С тобой все будет нормально. Только терпи.