Истинный

Просыпаться было тяжелее всего. Шуга чувствовал себя отвратно. Все тело без перебоев ломило. Даже выражение "будто проехались асфальтоукладчиком" приобрело на несколько минут совсем другое значение. Ощущалось потому что именно так. Будто придавило чем-то несравненно тяжелым. И ощущение это, сковывающее все внутренности, только усилилось, когда он взглянул вправо. Будто плюс ко всему прочему в придачу кто-то железной лапищей сжал еще и сердце. Так сильно, что то чуть было не отказало вовсе. - Как ты? - чуть приподняв голову, спросил Чонгук, даже не меняя позы. Выглядел вампир тоже не особо. Побитый, совершенно не желавший двигаться и вообще взаимодействовать с окружающим его миром, он распластался наполовину на той же кровати, на которой лежал сам Шуга. Другую половину он приземлил на кресло рядом. - Терпимо. Юнги чуть приподнялся, чувствуя, кажется, каждый участок своего тела. Хруст где-то в области спины отозвался болью еще хлеще, такой, что заискрило в глазах. Облокотившись о спинку кровати, Юнги с натягом выдохнул. Нет. Тут даже до "терпимо" было далековато, стоило признать. - И долго ты здесь? - в воспоминаниях были лишь отрывки, в которых его, Шугу, сюда приволокли да сбросили на кровать. Еще что-то, тесно связанное со знакомыми голосами. Потом - тьма. Особняк был ему знаком мало. Похоже, кого-то из стаи. Его стаи. - Я и не уходил, - пространственно отвесил тот, нехотя пошевелившись. Досталось ему нехило. Возможно даже, еще больше, чем оборотню. - Юнги, я... - А теперь, думаю, нам надо серьезно поговорить. Чонгук еле заметно кивнул, отдалившись немного назад, так, чтобы без проблем смотреть в глаза оборотню, не задирая головы. И только сейчас, в момент, когда тот открылся, было видна вся та чернь, что до сих пор пятнами была на нем. Он потерял много крови. И усталость во взгляде вместе с малоподвижностью напрямую говорили только о том, что той в его организме теперь было крайне недостаточно. В глазах вампира то разливалось нечто черное, то снова затухало. Ему необходимо было поесть. А он сидел. Тут сидел. С Юнги, не отходя ни на шаг. Внутри разлилось тепло от одного осознания, что ему банально не плевать. - Ты не ел, - смотря на эту борьбу во взгляде напротив, озвучил Шуга. Вот ведь черт, как же хорошо, оказывается, он знал этого вампира. Тот ухмыльнулся. - Ты издеваешься, Чонгук? - Это не мой дом. А у оборотней нет привычки хранить кровь в холодильнике. - Я провалялся не пять минут. - Думаешь, я бы тебя оставил? - и это звучало так просто, будто он говорил о чем-то обыденном, о чем-то типа завтрака или ужина. Не оставил бы. Не ушел. И Юнги зря тогда, на том поле боя, вообще допустил эту мысль. - Я умею терпеть. И это не мой предел, Шуга. Можешь выдохнуть. - Ты думаешь, умер бы там, и мне стало легче бы, Чонгук? - резко перевел тему Юнги, холодно взглянув на вампира. Тот взгляда не отвел, но, видно, очень хотел это сделать. - Ну же, отвечай. - Я и не хотел умирать. - Тогда какого хуя ты творил? - и Шуга подался вперед. Без опоры было сложнее. В спине сразу закололо, там, Юнги чувствовал это, значились нехилые царапины, оставшиеся еще от Лив. Но сейчас и это не имело никакого значения. Схватив Чонгука за воротник, он притянул того ближе. - Какого хуя ты полез на амбразуру? Какого хера кинулся прикрывать меня? - Ты знаешь почему. - Знаю. Это и бесит, - прорычал он, сжимая воротник еще сильнее. - Послушай внимательно, Чонгук, и запомни раз и навсегда: ты мне ничего не должен доказывать. Хватит пытаться это сделать. Хватит. - Я и не пытался ничего доказать. - Именно это ты и пытался. Ты тот, кто ты есть. И тебе не нужно казаться кем-то другим, не нужно стараться везде и всюду быть героем, Чонгук, чтобы доказать что-то мне или кому-то еще. Неужели ты действительно не понимаешь, что мне куда важнее тот факт, что ты, блять, просто жив?! - Чонгук вздрогнул. Шуга чувствовал: его слова имели большой вес в чужих глазах. - Ну что? Сыграл в героя? Думаешь, твоя героическая смерть мне бы охуенно помогла, так? Чонгук положил свою руку, такую же холодную, как и Шуги, на его, сжимая и отдаляя. И сам, морщась от боли, поднялся, садясь теперь уже на саму кровать, на самый край той, чтобы находиться еще ближе. Юнги чувствовал, как все внутри распирало от одного желания показать, наконец, что он действительно ощущал тогда. В момент, когда только допустил мысль, что тот мог умереть. Показать, как на самом деле плохо было в этот миг. От одной только мысли, что Тэ мог выстрелить. - Ты не понимаешь, о чем говоришь, - прошипело это нечто с почти что снова черными глазами. Шуга выдохнул. Зло так, со свистом. - Мне нужна пара, Гук. Живая пара, - и даже несмотря на свое состояние, он сел полностью, так, чтобы смотреть в глаза вампиру без проблем. - Я не отказывался от тебя. И тебе не нужно кидаться на кинжал, чтобы я счел тебя достойным. Так сложно это усвоить? - Я понял тебя. - Понял? Да ладно-ка? - Да, - уверенно ответил Гук, устало прикрыв глаза. - Я и не думал, честно говоря, что после того, что я рассказал о себе, ты продолжишь это делать, - и опережая заблаговременный вопрос, он продолжил: - продолжишь называть меня парой. - Знаешь, Гук, отношения в принципе не простая штука, - протянул тот. - Я и не рассчитывал, что все будет гладко. Хотя и надеялся, что сложностей будет поменьше, - состояние Чонгука и до этого момента привлекало все внимание, но теперь, когда возникшая злость хоть ненадолго отошла на второй план, это забеспокоило с новой силой. Шуга пододвинулся, поднимая майку, чтобы осмотреть чужие раны. Выглядело все это отвратно. - Тебе нужно самому обработать все это дерьмо. - Я терпеливый, - облизнув губы, пробасил тот. Шуга взглянул с укором. - Я тебе сейчас двину. - Я просто знаю свой предел, Шуга. И это не он, - и Чонгук снял майку полностью, демонстрируя чудовищные раны по всему телу повсеместно. Шуга коснулся самой обширной в области живота. Вампир поморщился. - Хватит обращаться со мной, как с хрустальной вазой. - Ты даже не представляешь, что я ощутил в момент, когда Тэхён поднял пистолет и прицелился, - прорычал Юнги, опуская руку. - Ты будто издеваешься, Чонгук. Будто до сих пор ведешь какую-то игру. И вот честно, твой героизм мне нахуй при этом не упал. - Представляю. - Что?.. - Что чувствовал, представляю, - повторил тот. - Я уже чувствовал это прежде. Кажется, еще в первую твою стычку с Намджуном. И его рука перехватила руку Юнги в воздухе, развернув. Пальцы переплелись. Дыхание Шуги моментом сбилось. Все это воспринималось, как в первый раз. Даже когда происходило в сотый. Каждое прикосновение, каждое касание, один взгляд карих глаз выбивал почву из-под ног и заставлял сердце ходить ходуном. Тело реагировало особенно остро: отзывалось на каждое действо. А ведь Чонгук слышал. И сердцебиение, и сбивчивое дыхание, все это. И мало кому такая реакция бы не понравилась. Приблизившись ближе, вампир коснулся губами губ Шуги, медленно опуская того на кровать. Напор был почти не ощутим. Все происходило просто и быстро. Даже тело перестало ныть. - Знаешь, тебе стоит соблюдать постельный режим, - с ухмылкой добавил он, когда все-таки уложил оборотня на лопатки. Шуга ухмыльнулся сразу следом за этим. И, перехватив чужие руки, резко поменял их позиции, оказываясь сверху. - Ну я же пока вроде как в постели. Не было больше косых взглядов. Не было больше ощущения, что сделай только Шуга что не так, и этот вампир просто сбежит на всех парах куда-нибудь подальше. Он был спокоен. Он смотрел лишь в глаза и никуда больше. Он доверял. Существо, что все это время насмехалось над значением слова "истинный", кажется, прониклось им куда больше, чем многие оборотни. И Юнги сейчас действительно чувствовал эту связь. Ту крепкую нить, что соединяла обоих. Чувствовал на сей раз нечто надежное, почти нерушимое, стойкое. Пару лет назад мысль о том, что его истинным станет вампир, вызвала бы лишь тошноту и омерзение. А сейчас казалось, что роднее и быть ничего не могло. Прильнув к чужим губам, Шуга настойчиво поцеловал того, чувствуя руки Чонгука на своей шее, в своих же волосах. И сжимая простыни в своих, комкая те в них. Боль, набатом бившая в голове прежде, перестала чувствоваться совсем. Осталась лишь ломка, такая, которая бывает обычно после того, как пропускаешь дозу. Сильная, душераздирающая. И казалось, не от ран тело ныло, а именно от нее. - Юнги, я... - Шуга оторвался от Чонгука, приподнявшись. Дверь была уже открыта. Намджун, остановившийся на пороге, не знал, куда деться. И кажется, пожалел о том, что вообще вошел. - Я... пойду, пожалуй. - Посмотрите-ка, мы вогнали его в краску, - протянул Чонгук, усмехаясь всей ситуации в целом. Шуга, мельком посмотрев в его сторону, поднялся с вампира, полностью обратившись к Джуну. - И за этим ты пришел? - Нет, но... - Так говори. Слышать о чем-то и видеть - разные вещи. И видеть Намджун все-таки был не готов. Так и оставшись на пороге, он, выбивая ритм по двери пальцами, смотрел то на Чонгука, то на Шугу, с трудом, казалось бы, переваривая все это. И это, наверное, забавляло более всего. Юнги поднялся. Рука его потянулась к черной рубашке на стуле, а взгляд, блуждая, так и остановился на бывшем альфе. - Что? - с напором спросил он, морщась, но вдевая руки в рукава. Все-таки одну ему действительно прострелили. Чимин прострелил. И мысль об еще одной проблеме отрезвила окончательно. - Просто это до сих пор с трудом укладывается в голове, - войдя окончательно, проговорил тот. И в голосе не было более никакого лукавства или неприязни. Они начинали принимать это. Принимать Чонгука. - Ну знаешь... истинный и вампир в одном. - И это говоришь мне ты? - А что в этом такого? - А что насчет Тэхёна? - боковое зрение уловило движение со стороны Чонгука в этот момент. Шуга помнил. Все помнил. И то, как Чон буквально закрылся Кимом, когда было нужно. И до сих пор не знал, что хотел больше: обвинить или поблагодарить его за это. - О вас много всяких слухов ходило. - Я спал с Кимом лишь раз, и это было даже до того, как я вообще узнал, что это за существо такое. И до того, как мой волк учуял истинного, - Шуга задержал свой взгляд на нем, но так не вставил и слова. - Все остальное - общее дело. Он помог мне заполучить место, я помогал ему спрятаться от своих. Не придумывай лишнего. Мой волк и без того грыз внутренности из-за Джина. Так бы он прогрыз все до основания. - И... как там Джин? - Все слишком дерьмово, Юнги. И я не знаю, что с этим делать. Юнги вышел первым. Уверенным шагом, наперед зная, куда следовало идти, он ступил за дверь, втянув запах. Идти было все еще тяжко: это, наверное, было видно и со стороны, но он старался обращать сам на это минимум внимания. Джина он почуял сразу. Почти моментально. Запах его все еще был слишком хорошо знаком. - Он перевоплотился тогда? - зная, что Намджун стоял поодаль, спросил он. Тот хмыкнул. - Он ее и победил, - раздалось с той стороны. Это заставило Шугу обернуться. - Неожиданно, правда? Хоть раз мы с ним были заодно. Наверное, именно это его сейчас и губит. Джин лежал пластом на двуспальной кровати, рядом с которой на комоде что только не валялось. От него веяло кровью. И смертью. Весь в бинтах, бледный, словно труп, с каким-то даже болезненным синеватым отливом, он выглядел так, будто этот его вздох был последним. Юнги остановился в метре от друга. Намджун притормозил и вовсе в дверях, так и не решаясь сделать хоть шаг в его сторону. Даже пропустил Чонгука вперед. - И это ведь даже не ее рук дело, - проговорил Юнги вслух, с укором оглянувшись. Их же связь их потихоньку и убивала. Даже теперь она камнем тянула на самое дно обоих. Намджун ведь тоже умирал. Тоже, иссыхая, погибал под натиском этой истинности. - Не ее, - вторил он. - Моих. - Так исправь, - прорычал Шуга, сжав руки в кулаки. Чонгук, отойдя к стене, коснулся той спиной, смотря скорее с некой долей жалости. - И как ты это себе представляешь? - спросил вампир, взглянув на Джина. Он видел то же, Шуга знал это. Он тоже видел того, кто одной ногой был в могиле. - Может, в это и сложно поверить, Чонгук, но связь истинных способна не только убивать, - говоря это вампиру, Юнги смотрел точно не на него. Намджун же в глаза ему не взглянул. - Особенно, если подкреплена с двух сторон. - Наша связь никакая, - хрипло отозвался Джун, опустив плечи. Шуга чуть было не скрипнул зубами. Он даже не пытался. Стоял, словно истукан, в дверях, не смея даже подойти, не смея, казалось, даже взглянуть. От этого в груди разразилось цунами. Чуть было в голос не зарычав, чувствуя, как волк снова взвыл где-то внутри, он было двинулся вперед, вовремя останавливаемый Чонгуком. Тот задержал его, положив руку на грудь. И оттолкнул в сторону. - И это все, на что ты способен? - так и не сделав больше и шагу в сторону Намджуна, прошипел Шуга. - Тогда да. Тогда он обречен, Намджун. Чонгук, ты... - Ты сейчас не помогаешь, - отозвался вампир, морщась. Идти ему давалось тяжело. Как, собственно, и все остальное. Как и любое движение. Но стоило Юнги снова сделать было шаг в сторону Джина, как он ухватился за его руку, не позволяя. Намджун переступил порог сам, медленно подойдя к кровати своей пары. И опустился на рядом стоявший стул, убрав с него какие-то медикаменты. Джин лежал с закрытыми глазами, мерно вдыхая и выдыхая воздух, не двигаясь, даже, казалось, не шевелясь. Но стоило Джуну лишь положить на его руку свою, как он вздрогнул. Юнги напряг весь свой слух: пульс подскочил. - Джин, - позвал его Намджун, сжимая чужие пальцы в своих руках. Юнги напряженно следил за тем, как это отражалось на самом оборотне. Связь истинных способна не только убивать, это да. Но убить она тоже может. И кстати, делает она это гораздо чаще. - Очнись же, блять. Глаза его загорелись. Рык был издан, казалось, из самого сердца. И на секунду замерло что-то даже в самом Шуге. За столько лет он чувствовал это впервые. Между этими двумя - точно. Раньше было ощущение, что они пара, лишь по перепалкам, по ссорам, по выяснениям всяких там отношений. Они цапались друг с другом больше, чем вообще просто говорили. В какой-то мере со стороны это было похоже на ненависть. Теперь чувствовалось что-то другое. Что-то теплое, некая волна энергии, которая захлестнула не только их двоих, но и самого Шугу. И когда Джин открыл глаза, в них отразился тот же яркий цвет. В них отразились глаза его внутреннего зверя. Не Джин, а тот откликнулся на зов. - Ты слышишь меня? - Намджун сжал его руку еще сильнее, подаваясь вперед. И так и хотелось оттащить его от Джина, так и чудилось, что он сделает лишь хуже. И кажется, не Чонгук бы, и Шуга точно сделал это. - Отъебись от меня, - прорычал Джин, выхватывая собственную руку и отталкивая Мона. Тот поддался. - Тебе нужна помощь. - От тебя - нет. - Блять, Джин... - Я сказал: отъебись. Намджун ухватился за поручень, тяжело дыша и уже, казалось даже, мало соображая. Сердце Джина резко забилось еще быстрее, так, будто тот только что пробежал кросс. В глазах отразилась боль. Схватившись за грудь, он с хрипом откашлялся, с трудом приподнимаясь. И тут Юнги почувствовал, что все-таки преувеличил. Его собственное состояние вполне можно было трактовать как терпимое. А вот то, что он видел перед собой... это было невыносимо. - Ему нужны обезболивающие. И довольно много, - потирая переносицу и отводя взгляд, проговорил он. Вслух он озвучивать не стал тот факт, что вообще-то те вряд ли бы здесь помогли. Только оттянули бы неизбежное. - Нет, - проговорил Чон. - Не нужны. Чонгук, отпуская, наконец, руку Юнги, вышел вперед. Под пристальным взглядом Намджуна, в котором прямо и четко читалось одно сплошное недоверие, он подошел к Джину, садясь рядом. Тот взглянул на него болезненно. Но его, вампира, которого в принципе все это время терпеть не мог, не прогнал. Лишь поморщился, через боль улыбнувшись и хмыкнув. - Выжил, - прохрипел он, смотря Чонгуку в глаза. На лице того, словно в зеркале, отразилась та же улыбка. - А ты сомневался? И, обернувшись, Чонгук прошелся взглядом по всему острому, что здесь вообще было. - Что он собирается... - одним взглядом Шуга заставил Намджуна замолчать. Тот сжал руки в кулаки. - Он собирается помочь. Крови в вампире и так было недостаточно. Шуга чувствовал это. Чувствовал и его неуверенность в каждом своем шаге. Но Чонгук все равно это делал. Все равно, взяв какой-то скальпель, прорезал неглубоко свою руку, пуская черную кровь. И все равно, перехватив Джина за подбородок, запрокинул тому голову. Кровь вампира - яд. Она - наркотик. Но черт, даже Юнги уже понимал, что любой яд в малых дозах можно воспринимать как лекарство. - Думаешь, ему поможет вампирская кровь? - взъелся Джун, злясь, кажется, еще сильнее. Чонгук, зло взглянув в его сторону, убрал руку. Глаза его снова сверкнули чисто черным. А потом снова, как и прежде, приняли родной карий оттенок. - Я прекрасно знаю, как это действует, вампир. - Правда что ли? - и тот поднялся, сделав пару шагов и поравнявшись с тем. - Потому что видел, как своей кровью пользовался Тэхён? Могу тебе сказать проще, буквально на пальцах объяснить: он и не умел это делать. И я бы на твоем месте прекратил выебываться. Моя кровь - сильнейшее обезболивающее в нужной дозе. - И мне, конечно, нужно поверить тебе на слово. Чонгук какое-то время, не сводя взгляда, просто смотрел на него. Шуга даже напрягся, слишком уж все это было похоже на поединок, который только-только должен был начаться. Но потом вампир резко ослабил позиции. Даже улыбнулся. - Из всех присутствующих в этой комнате Джину требуется защита только от тебя, - протянул он, ударив этими словами сильнее, чем если бы воспользовался всем обиходом своих способностей. И под этим реально чувствовалось двойное дно. Джун взъелся. И ощущение, что Чонгук говорит это специально, не отпускало. - Так что можешь мне не льстить. Навредить у тебя все равно выйдет лучше. Намджун зарычал. Шуга ответил ему тем же, заблаговременно подойдя на шаг вперед. Чонгука попросту оттолкнули в сторону: Джун подошел к кровати Джина, не решаясь более к тому садиться. Оборотень тяжко дышал, его грудь медленно поднималась и опускалась, тело дрожало. Но несмотря даже на свое состояние, Джин смотрел на Намджуна так, что казалось, еще чуть-чуть, хоть один шаг, и того просто разорвут на части. Он сам разорвет. - Проваливай, - огрызнулся он, приподнимаясь и сразу же, хватаясь за грудь, опускаясь обратно. На бинтах проявилась кровь. Но боли в глазах действительно было меньше. Жаль только, кровь Чонгука убирала лишь ее. Раны все еще оставались на своих местах. - Нет, - уверенно заявил Намджун. Чонгук хмыкнул. - Ладно. Слушай, Джин, да, у нас была целая блядская куча различных разногласий. Но теперь я просто хочу тебе помочь, понимаешь? Хоть в чем-то же эта связь должна подсобить нам. Я все равно уже ничего не исправлю. Кроме этого, - и он кивнул на Джина, очень своеобразно намекая на его состояние. - Ничего, Джин. - Ты и это не исправишь. Только, как и всегда, сделаешь хуже. Шуга дернулся в его сторону, когда Джин начал подниматься. Чонгук не допустил его и сейчас, вцепившись в чужую руку и придерживая где-то около себя, не позволяя банально подступиться ближе. Поэтому когда Джин поднялся, когда, дрожа всем телом, встал на обе ноги, рядом был только Намджун. И только он схватил его, когда тот потерял равновесие. Под мерное рычание Джина, конечно же. - Я не сделаю хуже, - отдалив его так, чтобы смотреть прямиком в глаза, пробасил он. - Джин... - Да что тебе?! - Спасибо, - тихо произнес он. И, притянув к себе парня, уткнулся тому в плечо носом, обняв. Шуга весь напрягся. Все казалось, что сейчас, именно в этот момент, что-то да произойдет, что Джун снова что-то сделает. Но он аккуратно лишь обнимал Джина, не позволяя тем самым упасть. И тот впервые за все это время действительно не мешал тому, чтобы оборотень к нему прикасался. - Я знаю, что это было очень тяжело. Но черт... Ты спас мне жизнь. - Я всего лишь убил сестру, - дрогнувшим голосом произнес тот с ярко выраженными нотками сарказма. Юнги, только сейчас вроде бы осознав, что ему здесь ничего не угрожает, отошел на шаг назад. Лив действительно мертва. Осознание этого било поддых. - Ничего необычного, конечно. Обращайся. - Ты спас мне жизнь, - повторил он. - И я сделаю все, чтобы отплатить тебе той же монетой. Так что хотя бы сейчас... не отталкивай меня. - Джин? - позвал его Юнги, все еще находясь неподалеку. Теперь он точно понимал своего волка, как и тот - его. И защитить Джина почему-то казалось жизненно необходимым. Теперь - точно да. - Все хорошо, - отозвался тот. - Все в порядке. Первым вышел Чонгук. Юнги сразу услышал и почувствовал это, но до последнего сам находился здесь, будто ожидая, что Джин передумает. И только когда тот кивнул ему, снова садясь на кровать, не в силах больше держаться на своих двоих, он обернулся сам. Намджун теперь не угроза. Не тогда, когда он был раздавлен поболее всех остальных. Так чувствовал и внутренний зверь Юнги, а тот был очень уж чувствителен последнее время к таким вещам. Но главное - только Намджун был в состоянии сейчас помочь. Только он мог ослабить боль и заставить хотя бы внутреннего зверя Джина не прогрызать тому внутренности. И если он сейчас ошибется - Джин умрет. Сколько бы лучших врачей его не окружало. - Ну и что это было? - выйдя и дойдя до сидевшего на каком-то кресле Чонгука, произнес он. Вампир поднял взгляд то и дело сверкавших черным глаз, так и остановив тот на нем. Истинным Джина был оборотень. Был альфа, волк из его стаи. Истинным Шуги - этот вампир. Казалось, это он, Юнги, сейчас должен был безвылазно лежать где-то на кровати и задыхаться в собственной крови. Что это его внутренний зверь обязан был рвать и метать все внутри. На деле гармонию, которую он ощущал сейчас, он не чувствовал, наверное, никогда. - Что именно тебя не устраивает, Шуга? - глупый вопрос. Потому что, напротив, устраивало все. Все было слишком. Слишком хорошо. - Ты дал ему свою кровь. Тогда, когда в твоем организме ее почти нет. - А, ты об этом, - хмыкнул тот, отводя взгляд. Он даже отказался от помощи. Даже не позволил никому себя коснуться. Все раны как были открытыми, так такими и остались с одним лишь различием: теперь они сами затянулись засохшей корочкой крови. Юнги зло выдохнул. - Мне фиолетово на самом-то деле, что с ними со всеми будет, Шуга. - Тогда что? - Но тебе-то нет, - повел плечами он, сразу же поморщившись от этих движений. - Ну знаешь... я помогаю не им. А тебе. В этом и весь секрет, - на несколько секунд воцарилась пауза. Юнги не знал, что сказать. - И именно поэтому Чимин все еще жив, кстати говоря. - Чимин?.. - Да. Заперт и хорошо прикован, но жив. Я попросил об этом твоих. И такое спокойствие Юнги не ощущал давно. Чонгук медленно поднялся, поравнявшись с ним и посмотрев в глаза. Наверное, это и есть пара. Существо, которое повсеместно и всегда будет заботиться о тебе в том числе. Взаимная выручка. Взаимное все. Потому что Чонгуку это было не так уж и чуждо. Напротив, как оказалось, ему это было куда ближе, чем многим его, Шуги, близким знакомым. - Не все же только тебе брать на себя всю за всех ответственность, - тихо продолжил вампир, прикусив губу. - Даже тебе иногда нужна помощь, альфа. - Но сейчас она нужна и тебе, - касаясь раны на одной из рук, ответил Шуга. - Да уж, Чонгук. Это действительно удивительно. Играешь в идеального истинного? - Идеальных же не бывает, помнишь? - и он приблизился еще ближе, вызывая внутри новый всплеск эмоций. И даже задержку дыхания. - Но знаешь... я могу попробовать ради тебя иногда побыть им. Думаешь, выйдет? Шуга хмыкнул. В ответе он даже не сомневался. - Думаю, да.