Кроули Юсфорд
23 февраля 2017 г., 20:50
Имя: Аннабель Юсфорд.
Возраст: 784 года.
Внешность: Высокая девятнадцатилетняя девушка с длинными чёрными волосами. Стройная, имеешь правильные черты лица, вытянутые заострённые уши и аппетитные губки, которые украшают два белых острых клыка. Пронизывающий взгляд алых глаз и густые седые ресницы вокруг них. Носишь белый жакет со всеми прибамбасами, который постоянно расстёгнут, под ним топ без лямок чёрного цвета. На задания и миссии носишь белые штаны, в остальное время – белые шорты с чёрным ремнём. На ногах высокие чёрные сапоги. Иногда одеваешь перчатки, но по большей мере игнорируешь их из-за колец на пальцах. Носишь пять серёжек в одном ухе и три – в другом. На шее – чокер серого цвета с небольшим камнем красного цвета.
Характер: Точно и основательно – избалованная папина дочка. Любишь приказывать, ставишь себя выше остальных, обожаешь доминирование. Кокетка. Заигрывать с кем-то – для тебя легче лёгкого. Ревнива в плане власти, самовлюблена, уверена, горда. Ты ненавидишь, когда с тобой пререкаются (но с папашкой ты не споришь – себе дороже), требуешь многое и отдаёшь малое. В людях видишь еду и только. Уважаешь Крул, любишь отца, вызываешь интерес у Ферида. Из всех прародителей поддерживаешь самый дружественные связи с Лакалом Вескером. Пообещала после его смерти убить всех людей на земле. С Микаэлле относишь с холодом, считая его слабаком и ничтожеством. У тебя фетиш на укусы.
Должность: Аристократ, Шестнадцатый прародитель, командир специального отряда Аннабель Юсфорд.
Занятия: Издевательство над подчинёнными, еда, пакости.
История: Когда Кроули обратили в вампира, его маленькой дочери было два года. Тогда, умирая на поле боя, он думал только о том, что так и не успел, как следует, запомнить лицо своего ребёнка. Походы отнимали слишком много времени, жить с семьёй было некогда. Он понимал это и раньше, но именно тогда, когда было уже довольно поздно, он осознал это полностью.
«Ничто не будет прежним».
Возвращаться домой совершенно новым человеком, нет, даже существом, было страшно. Боязнь, что жена не примет его таким, что его не поймут, боязнь быть выкинутым из сердец любимых людей оковала Кроули. Он чувствовал, что должно что-то произойти, сомневался, но шёл. И не прогадал.
Дома был разгром. Убитая горем женщина, узнав о смерти своего единственного, посчитала, что больше ей жить не зачем и начала вести непристойный образ жизни. Уже больше полугода бутылка со спиртным была для неё важнее трёхлетней девочки. В округе про них шли разные слухи, но жители иногда помогали им, в основном из-за жалости к маленькой кареглазой Аннабель, которую можно было часто увидеть у ворот дома, ожидающую свою мать. За ней никто не следил.
Кроули был поражён. Всё, что он так возводил, что было нажито общими усилиями и мечтами, рухнуло. Но в больший шок его повергла их маленькая дочь, которая выбежала из комнаты в одной поношенной рубахе до пят и остановилась в дверном проёме. Боль и обида захлестнули Юсфорда. Второй раз за тот период, что мужчина был вампиром, он почувствовал ненависть к человеку, и второй раз Кроули напился крови до умопомрачения.
Вытерев тонкую струйку с уголка губ, Кроули посмотрел на девочку. Та сидела у стены, подобрав ноги к коленям и обняв их тоненькими ручками. Она с интересом наблюдала за тем, как вампир иссушил её мать, но не поняла, что именно сделал этот едва знакомый дядя.
- Эй, малышка, подойди. Не бойся, - весело проговорил Кроули своей дочери, - я тебя не обижу.
Аннабель медленно встала на ноги, неуверенно прошла к мужчине. Тот присел перед ней на колено и мило улыбнулся:
- Аннабель, ты помнишь меня? Я – твой папа.
Малышка спокойным взглядом окинула Юсфорда, убрала тонкими пальчиками растрёпанные короткие волосы с лица и что-то пробубнила.
- Не бойся, - Кроули не спеша притянул к себе Аннабель; та даже не думала сопротивляться, - вот, теперь всё будет хорошо.
- Мама. – вдруг тихо, но отчётливо произнесла девочка и метнула взгляд карих глаз на лежащую на полу женщину.
- Мы за ней сейчас вернёмся. Сначала сходим кое-куда, а потом уже вернёмся за мамой. Она спит, понимаешь? – и, получив утвердительный кивок, брюнет встал. – Пойдём. Теперь у тебя будет новый дом, Аннабель.
- Папа?
- Папа, папа… - закивал Кроули, подняв дочь на руки. – Вспомнила же, молодец.
От сидящей на руках девочки пахло сладким ароматом молодой крови, но вампир, сглотнув, поборол в себе желание.
***
За несколько месяцев из забитой и худенькой маленькой девочки Аннабель превратилась в хорошенького чертёнка. А спустя ещё два года весь королевский замок буквально начал рыдать. Пока дочь Кроули воспитывалась непутёвой мамашей, то она была скромной и спокойной девочкой. Она была морально забита и запугана. Но, оказавшись в мире вседозволенности (а Юсфорд разрешал её абсолютно всё), истинный характер девочки раскрылся на полную. Пакостная и избалованная, она сеяла хаос во всём замке. Приставленные к ней в качестве нянек Чесс и Белл не справлялись с маленькой непоседой, что ежеминутно сбегала с глаз вампирш. Вскоре все в замке знали, что если Аннабель Юсфорд просто так ходит по замку одна, то её нужно немедленно ловить, иначе что-нибудь где-нибудь рухнет. - Ай-яй-яй, кто это у нас тут такой? – пропел Ферид Батори, столкнувшись в коридоре с Аннабель и преградив ей путь. Девочка надула губки и, сложив руки на груди, с важным видом заявила, что она дочь Кроули Юсфорда, Тринадцатого Прародителя, поэтому Ферид просто обязан уступить ей дорогу. - Какие мы капризные! – седоволосый присел на колени и потянул щечки девочки в разные стороны. Та, мыча, попыталась вырваться. - А какие мы сладенькие, - облизнулся лорд, - не хочешь прогуляться со мной? - Ферид-кун, отстань от неё. – проговорил выруливший из-за угла папаша. – Не совращай, ей всего пять. - Кроули, ну что ты говоришь! – капризно произнёс Ферид, состроив рожицу ничуть не хуже, чем у Аннабель. – Я просто хотел проводить её до комнаты. Уверен, что Чесс и Белл уже потеряли твою кровиночку. – граф ещё раз потрепал девочку за щёку. Та отскочила от него и показала язык. - Ничего страшного. Пойдём, Аннабель. Кстати, - обернулся Кроули, - там тебя Крул Цепеш ищет.***
Прошло два года. - Я не хочу есть суп. – выпятила нижнюю губу девочка и отвернулась от тарелки. Сидящий рядом отец поник головой, едва не уткнувшись носом в тарелку. - Аннабель, сладость моя, если ты не будешь есть… - Не хочу! – уже громче произнесла брюнетка. – Хочу конфет! - Малышка, кто тебе даст сладкое? От него зубки портятся. Посмотри на меня, - ткнул себя в грудь Батори, - видишь? Я не ел слишком много сладкого, и вот результат. - Это потому, что ты – вампир. У тебя их хоть выбивай – всё равно новые вырастут. – фыркнула девочка. Брюнет с косичкой выронил из руки ложку, и та громко стукнулась о тарелку. - Какой острый язычок. Так бы и покусал. – слащаво произнёс Ферид, глазами проедая в ребёнке дыру. Юсфорд-старший вздохнул и, решив оставить комментарий Седьмого Прародителя без внимания (всё равно бесполезно), снова принялся уговаривать дочь. - Конфет мне! – встав ногами на стул и ударив ладошкой по столу, уже закричала Аннабель. - Разбаловал ты её. – покачал головой граф Батори, пока Кроули пытался усадить девочку на стул. – Как так можно было? - Где мои подчинённые? – надрывала свой детский голосок брюнетка. – Где Рене? Где Лакус? Где все? Кроули уже серьёзным голосом попросил Аннабель сесть, и только тогда девочка, в бровями в кучу, уселась за стол, но есть категорически отказалась. Пришлось отдать приказ, чтобы принесли десерт, который, едва оказавшись в руках Юсфорд-младшей, исчез. Затем девочка запросила гулять. Кроули с радостью согласился, но Ферид остановил его, предупредив насчёт скорой миссии. - Тогда позови мне Лакуса! – топнула ногой брюнетка. Через несколько минут Симм и Вельт стояли у дверей, ведущих в покои Аннабель, и прислушивались к звукам в комнате. Судя по всему, девочка не хотела одеваться в то, что ей давали няньки, и старалась сбежать от них. - Эй, может, поторопитесь? Долго нам ещё у дверей торчать? – распахнув дверь, недовольно спросил Лакус. Чесс кинула на парня убийственный взгляд. - Извините! – с сарказмом ответила она. – Но мы здесь тоже не сидим, а одеваем эту девчонку! Белл, тащи её сюда! - Пустите-е!!! – орала Аннабель, вырываясь их цепких объятий вампирши, которая тянула её к кровати. – Я папе расскажу! Пустите! - Вы её тут режете? – даже пофигистичный Рене заглянул в комнату. – А-а, ясно… - он исчез так же тихо, как и появился. А Чесс и Лакус, придавив ребёнка к кровати, старательно ожидали, пока Белл наденет на девочку кофточку. Спасло Аннабель появление отца, который напоследок зашёл попрощаться со своей дочкой. С диким рёвом брюнетка кинулась в объятия отца и, наябедничав, попросила её одеть. Была найдена другая кофточка, другая шляпка, и вот Юсфорд-младшая, держась за указательный палец Рене, в припрыжку, идёт по коридорам замка. Лакус лишь презрительно фыркнул, когда его приятель не отказался усадить себе на шею Аннабель.***
- Ферид, это была плохая идея – отказать ей в обучении музыке и назвать немного «немелодичной». – заметил Кроули. Они с графом шли по коридору в комнату Батори, где до этого вампир отказал двенадцатилетней девочке в обучении игры на пианино. - А что она сделает мне? Начнёт бить своими маленькими кулачками? Или обзовёт плохим словом? Нет, я знаю: она пойдёт и пожалуется тебе. – Ферид рассмеялся, но вдруг умолк, прислышиваясь. - Что? – спросил у него Юсфорд и даже остановился. - Ты слышишь это? Кроули прислушался. Где-то далеко что-то пищало, то резко прибавляя голос, то замолкая. Как будто кто-то взывал о помощи, умолял ему помочь. Не сговариваясь, оба вампира быстрыми шагами стали продвигаться к комнате Ферида. Чем ближе они подходили, тем усиливался писк. Потом это стало похоже «иии!», а затем Батори и Кроули отчётливо различили плач пианино. Кто-то не жалея ни себя, ни сил, долбил по пианино, от чего оно вопило, как сломанный граммофон. - Если только… Не дай Бог… - бормотал про себя Батори. Кроули, боясь, что седоволосый сделает его дочери что-то плохое, первым влетел в комнату графа. Картина маслом: замершая со статуэткой в руке Аннабель, а вокруг клавиши от разбитого пианино. Ферид просунулся между дверью и Юсфордом и встал. - Это ты мне так отомстила за мой отказ? Дрянная девчонка! – с угрозой в голосе проговорил Батори и в секунду оказался перед ошарашенной брюнеткой. Мгновение – и тело девочки крепко зажали одной рукой, а другой – завели свободную руку. Оставалась какая-то секунда до укуса, но Ферида остановил схватившийся за его плечо Кроули. - Не смей! Я не позволю! - Да ладно, просто пошутил! – отпуская Аннабель и посмеиваясь, проговорил Батори. – Кто-то же должен эту маленькую бестию ставить на место. Вампир ушёл, а ещё не отошедшая от шока брюнетка испуганно жалась к отцу, который как-то хмуро глядел на дверь.***
Шли года. В шестнадцать лет Аннабель впервые дала отцу попробовать собственную кровь. Кроули не мог долго противиться упорству дочери и потому быстро сломался. Несколько больших и жадных глотков горячей крови стоили девушке потери сознания, а её отцу – укора на всю жизнь. Однако дочь вампира после этого случая ещё неоднократно предлагала свою кровь Юсфорду, но он отказывался и даже ругал Аннабель за её безалаберность. А девушка, которой первый укус подарил новые ощущения, не видела в этом ничего плохого. Так её клиентами в поставке бесплатной и вкусной крови стали Ферид и Лакус Вельт. Кроули узнал об этом поздно. Спустя почти три года. И сразу же упросил Батори обратить его дочь. Настоящее: Ты лежала на кровати, животом вниз, и, постукивая подушечкой указательного пальца по нижней губке, думала. Напротив стоял безразличный Рене Симм и терпеливо ожидал твоего очередного, далеко не умного приказа. Наконец, придумав, ты оторвала взгляд от белого потолка и, улыбаясь, протянула: - Мороженого хочу. Клубничного. Рене в ответ лишь моргнул, поклонился и уже засобирался уходить, как ты его остановила. - Нет-нет, Рене, подожди! Вернись! Давай лучше птичьего молока… или кексов? Как думаешь, что лучше усваивается после обеда? - Я бы выбрал мороженое. – спокойно ответил Симм, безразличным взглядом глядя на тебя. Ты прыснула со смеху и, перевернувшись на спину, подползла к краю кровати. Свесив голову и свои тёмные длинные пряди, ты проговорила: - Не хо-чу. – пришлось помолчать, ведь мозг снова начал соображать и искать, что бы такого задать Рене. Этот парень, говоря по секрету, тебе очень нравился. За все те года, которые ты с ним провела, ты увидела в нём хорошего вампира и привязалась. А потом и влюбилась. - О! Принеси мне козьего молока! Я слышала от скота, что оно полезно. Всегда равнодушный Симм в этот раз немного прибавил глаза, услышав желание своей госпожи. Очертенеть можно, козье молоко! - Попроси, чтобы туда добавили немного крови и ещё чего-нибудь. Но… - вдруг погрустнела ты, - я уже и это не хочу… Тащи, короче, мороженное! Килограмма два! Клубничное! И это, чтобы джем сверху был перемешан с кровью! – наказывала ты, изящным пальчиком тыкая в парня. – Перец захвати… Я ещё такое не пробовала… Когда в твою комнату ввалился Рене с подносом, ты так и продолжала лежать, свесив голову с кровати. Симм услужливо поставил поднос на столик, откланялся и встал неподалёку. - Чего встал? Корми меня, - ухмыльнулась ты, внутри радуясь, что тебе хоть как-то удалось надолго остаться с ним наедине. Рене, едва заметно вздохнув, взял поднос и перенёс его на кровать, где, вооружившись ложечкой и блюдом с мороженным, навис над тобой. Ты хитро двинула бровями и приоткрыла ротик. Парень без всякого энтузиазма подцепил ложечкой кусочек клубники и густо посыпанного перцем мороженного и отправил тебе в рот. Ты запищала от удовольствия и, проглотив пищу, с наслаждением выдавила: - Вкуснотень! Ещё! Ты ела мороженное и думала о своём, как вдруг почувствовала что-то холодное на ключице. Вздрогнув, ты посмотрела на Рене и, увидев его немного растерянный взгляд, поглядела на свою ключицу. Там лежал небольшой кусочек мороженного. - Простите, госпожа, я виноват. – Симм отложил ложечку и, немного поколебавшись, нагнулся к твоей ключице. Аккуратно слизнув мороженку с твоей кожи, парень провёл по ней губами и вдруг рывком прижал к кровати. Ты, получавшая кайф от его едва уловимых прикосновений, вскрикнула. - Можно, госпожа… - прохрипел Рене, уткнувшись носом в шею, - можно крови испить? Вы так вкусно пахнете, что я… - он неожиданно замолчал, а потом рыкнул и начал медленно отстраняться. Но ты снова уткнула его носом в свою шею, с силой надавив ладонью на его затылок. - Конечно, можно, дурачок Рене. Пей, сколько хочешь, я не жадная. Упрашивать вампира дважды не надо было: он, хищно улыбнувшись, обнажил свои острые клыки и резко проткнул ими бледную кожу. Ты почувствовала, как мурашки пробегают по твоей спине, как тяжело становится контролировать тело. - Пей, Рене, пей… - прошептала ты после того, как Симм сильнее вгрызся в твою шею и участил глотки. – Тебе можно. Ну-с, Кроули был, мягко говоря, удивлён, когда случайно узнал от Лакуса, на кого пал выбор его дочурки. Однако он не будет против ваших отношений, даже откажется от чрезмерной заботы о тебе, сказав, что теперь ты взрослая и у тебя есть тот, кто заменит папу. На свадьбе настаивать не будет, но частенько будет интересоваться вашим благополучием. Чтобы вы с Рене проводили больше времени, создаст отряд, куда впихнёт и Рене, и его приятеля Лакуса. Фериду не очень понравится, что ты даёшь свою кровь какому-то простаку наряду с ним, аристократом. Но что поделать? Вкус твоей крови пленил графа Батори, однако он не собирается убивать тебя или как-то вредить. За семьсот с лишним лет он привык к тебе. Ну а Рене… Симм не скажет тебе, что уже давно сохнет по тебе (как и ты по нему), но точно даст понять, что отпускать тебя просто так не собирается. Кстати, избавься от его дружка Лакуса. Это он сдаёт всё о вас с Рене Кроули!
