Рассказы

Если задуматься, то можно увидеть, как блекло то, что знают о нас другие, отражает нас самих. Иногда, можно и не узнать себя в чужих глазах. Но с другой стороны – это больше облегчение. Потому что мы получаем возможность редактировать себя для окружающих, иллюзия, выдумка, – так много возможностей спрятаться для тех, кто этого хочет. Стать красивее. Никогда то, что мы показываем людям, не тождественно нам, и Грегори Лестрейд это знал. Грегори Лестрейд был улыбчивым, добродушным и вполне эмоциональным инспектором Скотленд–Ярда. Сотрудники к нему забегали с проблемами не рабочего порядка, и он с искренним участием пытался помочь, а шутки не прекращались, когда он входил, все продолжали шутить вместе с ним. Инспектора Лестрейда любили, а ему нравилось, какое место он занимает в коллективе Скотленд–Ярда. Но он никого не подпускал слишком близко, это не было связано с природной замкнутостью, нет, просто он считал, что иллюзия должна оставаться иллюзией. Так же и в личной жизни, уже третий год. После того, как он развелся со своей женой на почве неверности, у него было достаточно свиданий с женщинами и мужчинами, он был из тех, кто разделяет секс и любовь, поэтому отношения на пару недель без обязательств всегда казались ему совершенно обычным делом, но ни с кем он не был откровенен. Просто легкие отношения. Но с Майкрофтом Холмсом это казалось невозможным, как совместить пальму с холодом. Никогда он не воспринимал их отношения в качестве чего-то на одну-десять ночей. Майкрофт и все, что он делал, было таким основательным, что приравнивать их связь к просто забавам было бы глупостью, но и в одном он был уверен – их отношения не могут быть надолго. Просто потому, что Майкрофт со всех сторон слишком идеален, а значит, не терпит неидеальности. Грег просто наслаждался моментами, временем, которое у них было, и всегда ждал, что Майкрофт решит больше не приходить, содрогаясь каждый раз, когда Майкрофт узнавал о нем то, что противоречило образу инспектора Скотленд–Яра. Однажды Майкрофт увидел, как Грег напивается после очередной тяжелой, красного цвета, рабочей недели, напивается некрасиво, пьянея так, что ноги не держат. Грег был уверен, что Майкрофт больше не придет, ведь тот терпеть не мог пьянства и слабости – особенно вместе. Но тот пришел на следующее же утро и принес с собой пончиков, и поцеловал, несмотря на то, что от Грега знатно несло перегаром. После этого Грег немного расслабился, конечно, было еще много недостатков, свидетелем которых стал Майкрофт, так как они начали по выходным жить вместе, и это было тяжело скрыть: психованность Грега, если ему наступят на ногу, и крайняя раздражительность, когда та самая нога, с давним ранением, воспаляется. Однажды он даже наорал на Майкрофта. Потом, конечно, долго извинялся, а Майкрофт, похоже, и не злился. Еще он забывал чашки где попало, и для Майкрофта с его обсессивно-компульсивным расстройством это была просто какая-то напасть, но Майкрофт их спокойно собирал и ставил на место, за что Грег чувствовал странную благодарность. Также Грег мог вырубить одной левой, если его будили, даже если поцелуем, и был таким громким и шумным, что привыкшему к тишине Майкрофту иногда уши закладывало. И еще много неприятных деталей, которые должны были отпугнуть по мере сближения. А Майкрофт все не уходил, даже учился подстраиваться, и Грег никак не мог понять – зачем. Но это ему так нравилось, жизнь, в которой был Майкрофт. А потом Майкрофт узнал о проф. некомпетентности Грега. Это произошло случайно. Забыть вырезки из газет на столе, что может быть нелепей? Приближалась годовщина тех событий, и собственные призраки не давали Грегу покоя, он достал из сейфа старые, пятнадцатилетней давности статьи из газеты, и под стакан виски стал их просматривать, надеясь, что немного отпустит. Так он делал каждый год, но сейчас забыл спрятать их назад. Майкрофт и не пытался подсмотреть, просто профессиональная привычка – читать все. В статье из местной газеты, на пожелтевшей от времени бумаге было мнение какого-то журналиста о случившейся в Стрэтфорде перестрелке. Неблагополучный район, уличные разборки, ничего особенного. Если бы это не произошло в том месте, где начинал свою карьеру Грег. В статье отмечалась доблесть полицейских, которые, сильно рискуя, смогли быстро прекратить перестрелку, и почиталась память погибшей в ней девочки. Грег как раз зашел, когда Майкрофт всматривался в ее фото. Зашел, да так и замер. Майкрофт обернулся, они встретились взглядом, Майкрофт сразу заметил, как Грег переменился. Медленно, как будто не своей походкой, Грег подошел к нему и забрал из рук статью. Скользнув взглядом по фотографии, он вышел, чтобы опять спрятать газету в сейф. Когда Грег вернулся, Майкрофт абсолютно непринужденно сидел на табурете, и только глаза выдавали напряжение. И через мгновение Грег принял решение. То ли от того, что не мог больше скрывать от Майкрофта, то ли от того, что лучше рассказать все сейчас и надеяться, что у него еще выйдет его отпустить и не подохнуть самому. Грег медленно, как будто оттягивая момент признания, пододвинул стул и сел рядом. - Видел девчонку на том фото? – начал он, вцепившись ногтями себе в руку. - Да. - Я ее не спас. В той перестрелке. Должен был, но в десяти метрах от нее лежал мой друг, и я рванул прикрыть его. Я расставил приоритеты, а через секунду ее прошило пулей. Это я виноват. Вот так вот. – Покачал он головой, и сам не заметил, как начал раздирать кожу. – О моем поступке умолчали, не хотели портить репутацию отделу. – Он поднял взгляд на Майкрофта – затравленный, темный, а в широко открытых глазах читалось «теперь ты сможешь меня любить?». Майкрофт просто рассматривал его, будто изучая реакцию. Грег не выдержал, собирался спокойно сидеть, пока до Майкрофта не дойдет, но не выдержал и подскочил, вытаскивая из кухонного шкафа виски. Он не хотел драм, но не смог удержаться от замечания: - Глупо было полагать, что ты останешься со мной. - Глупо было полагать, что я и так не знал. По Грегу пробежала дрожь. Майкрофта стоял за ним, не касаясь, и его дыхание было рядом с его шеей. – Я с самого начала знал, на что иду. – Легкий, нежный поцелуй в плече. – И о твоих странных причудах тоже. – Он улыбнулся, – но я рад, что ты мне рассказал. Грег обернулся, медленно, как будто в полусне. - Тогда почему ты до сих пор здесь? – и в глазах его было такое изумление и непонимание. - Потому что никто не обязан быть идеальным. Кроме меня. Но уж точно не ты. Майкрофт притянул его к себе, обнимая.